пост недели Bill Potts — Те, кого мы нашли в безопасности, — сразу сказала Билл, предвосхищая его вопрос, — зачем далеки это делают? — спросила она наблюдая, как далеки начали захватывать шаллакатопцев. Это был риторический вопрос, Билл прекрасно понимала, что они не ничего не могут кроме как уничтожать. Вся их суть заключена в ненависти, с ними невозможно договориться, умолять их бесполезно. На кого-то другого мольбы, в теории, могут подействовать, но далеков это точно не касалось. И сейчас Билл девушка вынуждена была наблюдать, как эти чудовища берут в плен жителей планеты. Она хотела вмешаться, очень хотела, но что она могла? Стать потоком воды? Против далеков это бесполезно, они, конечно, не могут её убить своим обычным оружием, но могут её запереть или ранить, если додумаются как это сделать. Билл уже как-то в открытую пошла против сикораксов, так они её так электричеством поджарили, что девушка после этого долго восстанавливалась.
23.05 Свершилось! Вы этого ждали, мы тоже! Смена дизайна!
29.03. Итоги голосования! спасибо всем кто голосовал!
07.02 Если ваш провайдер блокирует rusff.ru, то вы можете слать его нахрен и заходить через: http://timecross.space
01.01 Дорогой мой, друг! Я очень благодарен тебе за преданность и любовь. Поздравляю тебя с Новым годом! Пусть каждый день, каждую секунду наступающего года тебе сопутствует удача, в жизни не прекращается череда радостных событий, в сердце живет любовь, в душе умиротворение, а сам ты был открыт всему неизведанному и интересному! Желаю, чтобы даже в самые холодные и ненастные дни тебя согревало тепло близких, а рядом всегда был любимый человек, искренние друзья и соратники. Вдохновения тебе, креатива и море позитивных эмоций в Новом году!
выпуск новостей #155vk-time Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

TimeCross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » TimeCross » alternative dream [альтернатива] » Seele des Weltalls [DW, MLOR]


Seele des Weltalls [DW, MLOR]

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Dir, Seele des Weltalls

•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

https://funkyimg.com/i/2VSav.jpg

W. A. Mozart - Dir, Seele des Weltalls

УЧАСТНИКИ

ВРЕМЯ И МЕСТО

Constance Mozart, River Song

весна-лето 1792 года, Вена, Австрийская империя.

АННОТАЦИЯ

Вдова непризнанного гения осталась одна с двумя детьми и долгами мужа.
Но готова ли она продать их пытливой блондинке из будущего?

•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

Отредактировано Constance Mozart (30-07-2019 18:00:21)

+1

2

[nick]River Song[/nick][status]Мы еще побегаем[/status][icon]https://c.radikal.ru/c12/1904/63/83e2d2ef477a.jpg[/icon][lz]Археолог-дробь-убийца-дробь-вор
И жена Доктора[/lz]

Музей - это помойка истории, не больше и не меньше. Здесь концентрируются те материальные свидетели эпох, которым не хватило веса, ценности, индивидуальной важности или значимости, чтобы навсегда остаться в своем времени, срастись с ним, прожить его и истлеть. Музеи - нечто вроде пузырчатой реальности, выпячивание в паутине времени, куда сваливается барахло с разных временных нитей. Ривер была в этом уверена, потому и не любила музеи.

Имея почти неограниченные возможности побывать в любой точке времени и пространства, Ривер привыкла восхищаться вещами, принадлежащими своей эпохе. Внутри эпохи. Вместе со всеми ее представителями. Это как предпочитать заповедник зоопарку. Да, животных в нем поменьше, но им куда комфортнее в естественной среде обитания.

Так и с вещами.

Потому, даже получив степень доктора археологии, Ривер не стала бывать в музеях чаще. Лишь по особым приглашениям или в те моменты, когда у того или иного межгалактического музея вдруг просыпался интерес к той или иной давно потерянной вещице. Вот тогда у Ривер просили помощи.

Сегодня же приглашение не сулило большого гонорара, не завлекало редкими экспонатами. Малый Лунный музей при университете Новой Новейшей истории не так давно получил категорию Си-2 - музей, содержащий редчайшие экспонаты из прошлого, настоящего и будущего. И судя по благодушным отзывам критиков, музей находился на пике популярности. Что могло заставить их обратиться к Ривер?

Впрочем, ответить на этот вопрос было не сложно. Лунный университет - место, в котором она училась, и в котором какое-то время работала. Разумеется, они всегда знали точно кого порекомендовать для решения тех или иных проблем. Так что приглашению Ривер не удивилась, удивилась приписке "как можно скорее".

Она поспешила. И, похоже, не зря.

- ...Понимаете, профессор, пару дней назад они начали пропадать. И мы сначала подумали, ну загуляли. Сначала-то девчонка исчезла, студентка с Ашас-9. Помните Ашас-9? Планета уж очень строгих нравов. Разумеется, как только эти детки оказываются в более... эм... приятных условиях, - вещал директор Нар, - они тут же пускаются во все тяжкие.

Ривер понимала. Девушек на Ашас-9 не выпускают из дома до совершеннолетия. Но и после к ним всегда представлена нянька.

- Но на этом не кончилось. Пропали еще три студентки - все землянки. Потом охранник, Джим Перри Стивенсон - он работал в нашем музее со дня открытия, он бы не сбежал просто так. А позже экскурсовод Шато-Дела-ла.

Директор Нар - рослый мужчина среднего возраста в полукруглых очках, синей музейной форме и гравиботах - заискивающе улыбнулся Ривер. Видимо, репутация летела впереди нее.

- Профессор Ила говорила о вас, как о крупном специалисте в этой области.

Профессор Ила могла. Ксенобиолог, специалист по гуманоидным  и догуманоидным расам, шикарный игрок в бридж и просто очаровательная женщина, может, и не была другом Ривер, но определенно относилась к категории приятных для общения знакомых. Так что теперь многое становилось на свои места. Ривер кивнула и наклонила голову набок, продолжая вникать в рассказ.

В музее на протяжении недели пропадали люди, полиция была, всё осмотрела, блаблабла, но ничего не обнаружила. Экспонаты все на месте, появились даже новые.

На этом моменте Ривер отвлеклась от созерцания черепной костяшки сокопыта и повернулась к Нару.

- Новые?

- Да, статуи например. Мы решили, что это флэшмоб. Когда привезли шкатулку Моцарта и Сальери, они словно возникли из неоткуда. Вокруг нее. Так занятно. Жаль камеры видеонаблюдения оказались отключены. Думаю, это работа нашего пиар-менеджера - Синди. Вот только Сидни тоже никак не удается найти. Но посетителям статуи нравятся. Все делают селфи...

Статуи.

Ривер тряхнула головой и прервала директора, чуть приподняв ладонь.

- А я могу взглянуть на эти статуи?

- Конечно. Музыкальный зал прямо за поворотом.

Директор поправил очки и пропустил Ривер вперед, судя по шаркающим шагам позади, он ощущал себя в ее компании неловко. Интересно, что было тому виной? Репутация профессора Сонг была крайне... противоречивая, тут уж не поспоришь. Но подобного смущения Ривер не ожидала совсем. Слишком хороша для него? Или слишком опасна?

Музыкальный зал производил впечатление прямо с порога. Голографические проекции на стенах - лица известных земных и не только земных композиторов, собирающиеся из мириады звезд - завораживали. Что ж, Ривер пришлось признать, что этот музей действительно был не так уж плох.

- Кантата "Dir, Seele des Weltalls", - прокомментировал Нар музыкальную тему, звучащую в зале.

- Моцарт, - согласилась Ривер.

Красиво. Без сомнения. Вот только ей было не до музыки. За стеклянной витриной, будто пронизанной со всех сторон лучами прожектора, стояла резная шкатулка - небольшая, в нее поместились бы разве что письма. Или украшения. Вряд ли книга или ноты...  Но не это было главным экспонатом в зале. Может, музейные работники и полагали, что подсветить нужно именно ее, Ривер же была уверена в другом.

В освещении нуждались три статуи, стоящие с трех разных сторон от шкатулки.

Плачущие ангелы.

Без сомнения красивый ансамбль, эффектно, свежо, чертовски опасно. Ривер бы аплодировала пиар-менеджеру стоя, будь эти статуи муляжами. Но нет. Ривер точно знала: Плачущие ангелы были живыми. Три Плачущих ангела в полутемной комнате.

Блестяще...

Они стояли  друг напротив друга. Какова была вероятность того, что, попав под взгляды собственных соплеменников, статуи окаменели навсегда? Один из десяти... Нет. Один из ста, Ривер просто не могло так повезти.

К тому же, стоит вспомнить о пропавших людях. Много? Нет. Для трех Плачущих ангелов невозможно мало. Они, должно быть, очень голодны. Так почему же настолько аккуратно выбирают жертв?

Они здесь не ради наживы. Их привлекает что-то другое. И что же, Ривер, что? Думай...

Ривер лукаво улыбнулась и постучала кончиком пальца по губам. Что интересного можно отыскать в музыкальном зале с единственным значимым для людей экспонатом по середине?

- А что за шкатулка? Так она Моцарта или Сальери?

- О! Мы не так давно раздобыли ее у частного коллекционера. По одним данным она принадлежала Моцарту, по другим - Сальери. Вы ведь знаете, что он не травил Моцарта, а...

- Знаю.

Ривер знала. С Моцартом ей встретиться не пришлось, а вот Сальери показался заносчивым, высокомерным, но не подлым. 

- Так вот. По слухам, эта шкатулка содержит нечто поистине великолепное! Говорят... там внутри общее творение Моцарта и Сольери.

Ривер не позволила себе отвлечься от наблюдения за статуями. Слишком большой риск.

Не моргай!

Впрочем, не похоже было, что они собираются нападать. Будто... стерегут шкатулку. Или ждут, пока ее откроют. А может быть, и правда окаменели навсегда. Но что ж они так глупо попались в собственную ловушку?

- По слухам? Никто не пытался ее открыть?

- О! Конечно пытались. Но ей все ни по чем. Честно говоря, она кажется латунной безделушкой, но металл не так прост. К тому же есть записка.

- Записка?

- Да. Вы читаете на немецком?

Ривер кивнула, не намереваясь упоминать все языки, которыми она в той или иной степени владела. Не это, опять же, не это было сейчас важным.

Директор Нар махнул рукой, указывая на витрину - чуть в стороне, в углу. Ривер подошла ближе.

- Смотрите на статуи, Нар. Внимательно смотрите. И не думайте моргать.

Директор помассировал виски и нахмурился.

- Но...

- Считайте это продолжением вашего флэшмоба.

По-видимому, Нар не нашел подходящего аргумента, стянул очки, сунул их в карман и уставился на серые фигуры ангелов.

Убедившись, что ее просьба выполняется, Ривер склонилась над запиской:

открыть сие будет возможно лишь
в момент, когда на земле заплачут ангелы,
и лишь ключом, в том скрыта соль.

Бессмыслица. На губах Ривер расцвела улыбка. Очаровательная бессмыслица. До чего же ей нравится! Никогда еще музеи не подкидывали ей настолько интригующих задачек.

Что было ясно уже сейчас?

Витрина под сигнализацией. Сигнализация пустяковая, а у Ривер под рукой звуковая отвертка (подарок Доктора, прекрасный подарок, прощальный подарок).

Ангелы не способны открыть шкатулку, иначе уже сделали бы это. Они выжидают. Тоже неплохо.

Директор Нот - землянин, рослый, сильный, но с Ривер в скорости реакции ему не тягаться. Потому он и оседает на пол после аккуратного захвата. Проспит полчаса, главное, убрать его подальше от ангелов. А еще...

...Жужжание отвертки заставляет свет в комнате мигнуть. Ангелам не нравится то, что она делает, а Ривер ощущает, как гулко стучит сердце в предвкушении быстрого, очень быстрого бега.

Десять - и шкатулка в ее руках, пять - записка сфотографирована и сохранена в памяти коммуникатора, ноль - ...

- Помогите кто-нибудь! Директор упал! У него приступ! Врача! - тащить рослого директора прочь из опасной комнаты и стараться не уронить спрятанную под курткой шкатулку - та еще задача, но Ривер справилась. Желающие помочь сбежались со всего музея. Ей удалось просочиться сквозь толпу под предлогом вызова медиков (хотя те наверняка уже спешили к месту происшествия).

Свобода...

Выйти из музея с экспонатом за пазухой? Легко! Но обязательно через сувенирный магазинчик - Доктор обожает такие места. Ривер выбрала самую яркую сумку, сунула туда шкатулку и расплатилась мелочью из карманов. Охранник на входе со скучающим видом заглянул в обновку.

- Это что?

- Шкатулка Сальери. Или Моцарта. В сувенирном купила. Класс, правда? Как настоящая!

Новый охранник, конечно новый, старый так вовремя исчез (скорее всего, он в прошлом, может быть, даже в прошлом Моцарта - если повезло), безразлично повел плечом, и оглядев Ривер с ног до головы, улыбнулся.

- Девушкам нравятся такие безделушки, верно? Потом куплю своей. 

- Прекрасный выбор, дорогой! - подыграла Ривер.

..А вот и сад. Аккуратные скамейки, узкие дорожки, присыпанные мелкими цветными камушками - обточенные морем стекляшки, но очень красиво - всё это ждало Ривер на улице.

Фонтаны, кусты, статуи. Да... Это место просто кишело ангелами. И им всем была нужна шкатулка, которую Ривер теперь несла за собой. Ангелы двигались следом - медленно, но двигались.  Смотреть только на них, не мор-гать! Статуя слева исчезла из поля зрения, Ривер успела во время увернуться - протянутая каменная рука почти коснулась ее спины.

Нужно было бежать, не только из этого пространства, но и из времени, короткими прыжками, чтобы запутать преследователей. Конечный пункт назначения уже был ей известен. Заглянуть в шкатулку - обязательно заглянуть внутрь, но дело выгорит лишь в том случае, если Ривер отыщет подходящий ключ. А кто еще может знать такие личные вещи, как не верная жена?

Ривер спешно ввела в манипулятор несколько временных координат и запустила процесс. Немного потрясет, волосы будут торчать во все стороны и... эх, только бы ее не стошнило на маргаритки Констанции Моцарт, иначе будет чертовски неловко.

Ривер нажала на пуск и лишь тогда позволила себе закрыть глаза.

+2

3

[indent]Если что и мучило Констанцию кроме забот об устройстве детей, отсутствия денег для этого самого устройства, так это кошмары по ночам. В них милый сердцу муж снова и снова умирал. И ей каждый раз хотелось проснуться до того, как отрешение от мира, захватившее её тогда, придёт к ней во сне. Боялась того, что сойдёт с ума окончательно и не сможет вырваться из этого плена? В этом никто не мог упрекнуть её. Да и некому было.
Просыпаться в неотапливаемой, пустой комнате было неуютно. По-прежнему было непривычно просыпаться и не обнаружить привычной за восемь лет брака записки от него. "Милая моя жёнушка" - так или с некоторыми вариациями начиналось каждое из них. Теперь это безвозвратно ушло. Первое время, в порыве горя, молодая вдова сожгла многие из них. Смешная попытка избавиться от счастливого прошлого. Думать от этого меньше она не стала.
Оставшись вдовой, тем более бедной, в долгах, она вынуждена была продавать то немногое, что у неё было - ценимое мужем певческое дарование и его работы. Но денег от этого не прибавлялось, а долги казались бесконечными. Тем более много работать женщина не могла - постоянные проблемы со здоровьем отнимали слишком много сил, а привычные курорты были не по карману.
Да и что занесло её сюда? Небольшой перерыв, который она была вынуждена взять, снова поселиться, теперь с меньшим размахом, но выбрала тот же дом. Тут всё было родным, знакомым.
[indent]Началось новое утро. Предстояло заняться наведением порядка в её келье (так Констанция насмешливо называла небольшую комнату, в которой жила). Когда придёт Софи? Сестра отчего-то отказалась жить с ней, а ведь это было бы экономнее. Если бы то была Алоизия, она бы ещё поняла - старшая сестра не оставила своих замашек, даже согласившись на это турне, представлявшееся ей "фантазией нищенского воображения". Но Констанция была благодарна и за это. Всё же у Алоизии голос, который продаёт произведения Вольфганга, а это важно.
[indent]Софи должна прийти, что бы закончить с платьями, которые они в очередной раз перешивали. И обещала принести что-нибудь к завтраку. У неё бесподобные штрудели, а вот Констанция совсем разучилась их печь.
Пока в джезве недовольно булькает кофе, женщина плотнее кутаясь в шаль, думает об одной находке.
Рассказать о ней Софи? Как могло такое случится, что она не знала о существовании этой вещицы? Давно бы продала. Но даже неопытный взгляд подсказывал, что выручить за это достаточно денег не получится. А уж попытки протолкнуться в оценщикам и вовсе вспоминала с едким разочарованием. Те разводили руками и предлагали невероятно нищенские суммы. И шкатулка оставалась в доме молчаливым напоминанием, что они были слишком беспечны и бесконечно сорили деньгами. Вот что в ней такого? Констанция даже не могли припомнить, чтобы видела проявленный мужем интерес к вещице. Ключ конечно был, но вдова не могла его провернуть в замке. Никакому гневному воздействию и попыткам взлома вещица тоже не поддавалась. И тем не менее не выходила из головы у Констанции. Какие тайны могли бы у мужа от неё? Да какие угодно! Взять хотя бы отношения с его сестрой, количество бесконечных любовниц в разных городах (сейчас это вдруг стало ей любопытно), но сейчас они все меркли перед незатейливой вещицей, хранящей тайну ото всех. Возмущённые чувства женщины ещё не улеглись, когда она забрала кофе и вернулась с ним в комнату (пить его на промозглой, заливаемой дождём кухне не хотелось совсем). Но её оборвали на середине пути.
- Констанция! Тебя там спрашивают, - громко окликнула её старшая дочь квартирной хозяйки (или её сестра - у обеих в равной степени противный голос). - Позвать?
- Я выйду сама, - раздосадованно бросила вдова Моцарта. - Отнесёшь кофе в мою комнату? - Пусть хоть немного пошевелится и бросит разговаривать с ней как с жалкой приживалкой (ну и что с того, что она уже несколько месяцев не платит полной суммы?). Никакой радости от встречи женщина не ждёт. Ну кто может к ней прийти, да ещё и с докладом? Наверное опять кредиторы, хотя они расстались только вчера. От этой назойливости она устала, а потому выходит к двери раздражённая ещё больше, чем с утра.
- Что вам угодно? - без приветствия говорит вдова, помедлив с тем, чтобы отвести взгляд от бессмысленного созерцания щедро политых дождём цветов в не слишком аккуратных клумбах. Но даже когда их взгляды встречаются, Констанция не испытывает к незваной гостье симпатии. Облегчения не испытывает тоже, потому что у её незавидного положения очень много лиц.

Отредактировано Constance Mozart (11-08-2019 13:29:55)

+1

4

[nick]River Song[/nick][status]Мы еще побегаем[/status][icon]https://c.radikal.ru/c12/1904/63/83e2d2ef477a.jpg[/icon][lz]Археолог-дробь-убийца-дробь-вор
И жена Доктора[/lz]

1792 год... Ривер перепроверила координаты, отключила навигацию манипулятора, чтобы не тратить лишнюю энергию, и огляделась. Птицы пели где-то в кронах деревьев. Минуточку. Деревья? В Вене? Впрочем, это для пятьдесят второго века настоящие деревья в Вене - что-то близкое к чуду, в восемнадцатом веке всё наверняка было иначе.

Ривер провела рукой по волосам, недовольно разглаживая торчащие во все стороны кудри. Всё неплохо, еще бы не проклятое статическое электричество - последствие работы манипулятора. Манипулятор не отправил ее на людную улицу, скорее в парк или в лес... Ривер глянула под ноги, с интересом изучая протоптанную множеством ног тропинку. Парк. Отдаленная его часть. Что ж, в Вене всегда было достаточно парков, осталось отыскать выход из этого, подобрать подходящую по случаю одежду и найти нужный адрес.

Со временем, годом и местом она не ошиблась - это хорошо, впрочем и все остальное никогда не было для Ривер Сонг проблемой.

Тропинка привела к изящной изгороди, изгородь - к воротам. На встречу попадались в основном прогуливающиеся парочки, явно не бедные и одетые по моде (по моде своего века, разумеется). Ривер нужна была одежда, но пара  - это всегда сложно. Лишний шум, лишняя паника, внимание опять же. Вынув из кармана жилетки зеркальце и помаду, Ривер неспешно накрасила губы. Вот бы навстречу попалась одинокая женщина - высокая, с хорошей грудью и... Ох, это же восемнадцатый век! Мода на худых, бледных, затянутых в корсеты. Тяжеловато придется подыскивать что-то подходящее ее фигуре в этом времени. Вот если бы был под рукой гардероб ТАРДИС. Но нет. Сейчас всё было сложнее.

Шокировать людей на улице чересчур изысканным внешним видом - на женщину в брюках оборачивались все, даже уличные мальчишки-беспризорники - очень уж не хотелось, но выбора не было. Первый же магазин одежды оказался тем местом, где Ривер ловко сменила удобные штаны на куда менее удобное платье - длинное, элегантное, с глубоким декольте, но явно не самое дорогое. И точно не самое комфортное. Ботинки она намеренно оставила свои. Во-первых, под платьем было не видно, во-вторых, было ясно, что Плачущие ангелы непременно отследят ее путь и придут сюда. Да, оставалось надеяться, что они явятся тогда, когда Ривер здесь уже не будет. Но лучше было не рисковать и обеспечить себе хотя бы минимум удобства.

- А оплата, фрау?

Ривер лукаво улыбнулась очаровательному парню, выжидающе замершему с обрезом ткани в руках. Галлюциногенная помада - универсальный способ заставить мужчину замолчать. Впрочем, в сложившейся ситуации и поцелуй Ривер сам по себе подействовал бы схожим образом. Потому что парень покраснел, пробормотал, что принесет сдачу и скрылся в подсобке.

Он не сразу вспомнит, что денег ему так и не дали, а уж сдачу и вовсе сдавать не с чего. Но когда всё же вспомнит, Ривер точно будет уже далеко. Паренька было даже жаль, но подходящих денег с собой у Ривер не имелось. Признаться, у нее вообще не было с собой никаких денег - в них никогда не было потребности. Прихватив подходящую к платью тряпичную сумочку, она с трудом, но сунула внутрь шкатулку, звуковую отвертку и коммуникатор, а затем направилась к выходу.

Как стать невидимкой для Вены восемнадцатого века? Будь как все, будь обычной. Ривер неторопливо перешла на другую сторону дороги, задумчиво глянула на экипаж, дожидающийся кого-то у бакалеи, небрежным жестом погладила лошадь по носу и поинтересовалась у кучера, не подскажет ли он, как добраться до нужного ей здания.

Знание языков было приятным подарком от ТАРДИС, даже когда будки не было по близости, так что кучер, не заподозрив ничего дурного, пояснил женщине, как лучше пройти к нужному дому и куда сворачивать не следует ("Тот еще квартал, тем более по утрам. Одни пьянчушки"). Впрочем и дом, в котором жила Констанция Моцарт, по мнению кучера, относился к крайне "обедневшим, нуждающимся в ремонте" домам. Что ж, Ривер помнила, как перед своей смертью жил Моцарт, и представляла, какое количество долгов досталось его жене.

Может, шкатулка поможет исправить положение? Если в ней найдется что-то поистине ценное, конечно. Но могла ли Ривер отдать ее содержимое Констанции? Только если сама шкатулка после займет законное место в музее.  Шкатулка торчала из сумочки, так что Ривер оставалось верить, что она не найдет ее же, но более раннюю версию здесь, у вдовы Моцарта. Или найдет... Но будет ли это опасно для времени и пространства, Ривер не знала.

Она свернула с центральной улицы и прошла мимо двухэтажных домиков, затем мимо богодельни и магазина с колокольчиком, позвякивающим на ветру.

У нужного дома она простояла пару минут, наспех выдумывая хоть какую-то легенду. Все идеи казались априори странными. Все, кроме правды... Впрочем, по собственному опыту Ривер знала, как ловко можно говорить правду и только правду, умудряясь при этом лгать. Стоило попробовать и в этот раз - дозировано, четко и...

Она постучала.

- Констанция Моцарт?

Дородная дама лет сорока лишь фыркнула и повела плечом.

- Сейчас позову.

Констанция вышла через пару минут - бледная, уставшая женщина, по-своему красивая, но явно нездоровая. Ее взгляд блуждал по саду. Ривер проследила за ним и задумалась: что видит в этом саду хозяка? Запустение. Кругом запустение. Весна, скоро лето, а подсохшие еще с зимы цветы так и остались среди новых, расцветающих многолетников. У деревьев слишком много сухих веток, листья, опавшие еще осенью, разметены лишь на дорожках, а у клумб лежат и гниют.

Наверняка когда-то это место было красивым.

- Что вам угодно? - поинтересовалась Констанция.

- Мое имя Ривер Сонг. Я ученый. Археолог. И я хочу поговорить с вами... - Ривер на мгновение засомневалась. Фрау? Нет... - Констанция. Мы можем поговорить? Разговор не пойдет о ваших долгах или налогах. Мне нужно лишь, чтобы вы ответили мне на пару вопросов, связанных с одной занятной вещицей, вероятно, принадлежавшей вашему покойному супругу.

Ривер тщательно подбирала слова. Констанция могла выгнать ее на улицу или впустить в дом. Всё зависела от того, насколько точно она обозначила свою позицию. Возникнет ли между ними хотя бы призрачное доверие? Ривер решительно поймала взгляд женщины и осторожно улыбнулась.

- Я не требую от вас ничего. Всего лишь разговор. Уделите мне пару минут?

+2

5

[indent]Боже праведный! Этого ещё не хватало. Констанция была ужасно далека от всей этой учёности. И что теперь от неё понадобилось? Женщина не представляла, да не очень-то и хотела. Ей уже осточертели эти бесконечные визитёры.
Поэтому ничего удивительного, что на сей раз Констанс прошлась по незнакомке пренебрежительным взглядом: такое счастье выпадало ей нечасто. Всё больше приходилось быть загнанной в угол жертвой. И она от этого очень устала. Поэтому сейчас это было её торжеством над опостылевшей действительностью. Но всё же её пугал сам факт такого визита и настороженность никуда не ушла. Ещё бы! Она и знать не знала об этих - как она сказала? - археологах. Кто такие, что делают? Как не странно, но за именем её мужа охотились многие. Сначала он доставлял неудобство своим творчеством, теперь своей загадочной смертью. В какой интерес действительно можно было верить?
- Прежде, чем мы пройдём в мою комнату, - Констанция не могла отказать себе в удовольствии похозяйничать в доме, который когда-то с шиком был арендован мужем. Она пропустила гостью в тесный коридор. Небольшое, но с претензией отделанное помещение (по правде сказать, утратившее свой шик лет десять назад, более не поражающее гостей дороговизной) встречает женщин полумраком. Взгляд Констанции на одну из хозяйских дочек высокомерен и исполнен достоинства. Она снова несёт себя, как жена маэстро Моцарта. К ней могут прийти не только кредиторы. Женщины проходят в просторную, светлую столовую.
[indent]Позже, когда они сидят одни в комнате, служащей гостиной этому дому, Констанция вновь становится серьёзной. Ей до сих пор неясна цель визита Ривер.
- Так что же вы хотите? Мы сидим здесь уже полчаса, а говорим о вещах лишь отдалённо напоминающих мне целенаправленный разговор. Я не нуждаюсь в похвалах моему мужу. Как никто другой, я знала, что он заслуживает славы и признания, а ему было отказано в этом, - с неподдельной горечью говорит вдова. Она снова вспоминает испытания, которые были ими пройдены. А они были с самого первого дня вторичного приезда Моцарта в их дом, пусть к тому времени и сменившийся. - Обычно у меня стремятся узнать подробности его...его кончины. Я устала повторять это. - Констанция встаёт и снова меряет шагами комнату, как она делала это несколько минут назад. - А вот чего хотите вы? Ноты я не продаю. О творчестве могу рассказать весьма скупо. - Она облокачивается о потёртую столешницу и в упор смотрит на гостью. - Давайте перейдём к делу. Поначалу вы показались мне куда более решительной и именно поэтому я вас пустила.
Немного поразмыслив над словами фройлен Сонг, фрау Моцарт наконец сказала.
- Я хочу услышать правду. Какую ценность представляет эта шкатулка? Но совсем не гарантирую того, что знаю, о чём речь. Мой муж покупал невероятную массу приятных безделиц для всей семьи. Я потеряла им счёт, - разумеется, ни о какой правде не могло быть и речи, пока гостья не будет достаточно убедительна. Констанция не отличалась ни наивностью, ни доверчивостью, как это могло показаться. Она утратила черты той беззаботной женщины, которая была счастлива со своим гениальным супругом и в достатке и в бедности, которая их преследовала с завидным постоянством.
Сейчас ей больше всего хотелось покончить с этой тёмной историей, которой никто до Ривер не интересовался. И тем подозрительнее был этот интерес. С другой стороны этот интерес её саму заразил любопытством, зажигая в душе хоть какое-то подобие жизни, какой она жила прежде.
[indent]К Сальери женщина не питала ничего, что выходило бы за рамки банальной вежливости. Между ними исчезло последнее и единственное связующее звено. Он не появлялся в её жизни со дня похорон мужа, хотя, казалось, в отличие от остальных, слово своё держал. Её дети были пристроены в хорошие дома и им было обеспечено образование. Для себя Констанция ничего не просила, потому они и не виделись. Но значил ли визит фройлен Сонг, что им предстоит вскоре увидеться? Это была история без ответов и Констанции всё больше хотелось их получить.

+2

6

[nick]River Song[/nick][status]Мы еще побегаем[/status][icon]https://c.radikal.ru/c12/1904/63/83e2d2ef477a.jpg[/icon][lz]Археолог-дробь-убийца-дробь-вор
И жена Доктора[/lz]

В доме было тихо и уютно, несмотря потертую мебель, часть из которой и вовсе закрыта чехлами, и устойчивый запах плесени. Наверняка где-то наверху протекала крыша. Когда-то этот дом  был живым и ухоженным. Теперь - это холодный и мрачный призрак минувших дней.

Ривер прошла в гостиную, по пути разглядывая подсвечники на камине, изящные фигурки. Устроившись в предложенном ей кресле, Ривер на мгновение задержала взгляд на паре изящных фарфоровых кружек, позабытых на кофейном столике - видимо, прислуги здесь не было, а хозяева не стремились заниматься уборкой.

Впрочем, дом не принадлежит, да и не принадлежал никогда Констанции Моцарт в полной мере. Хотя ее гордый взгляд, осанка, педантичность и недовольство окружающим беспорядком - всё это выдавали в ней истинную хозяйку. Хозяйку, потерявшую то, чем когда-то владела. 

В гостиной было холодно. Ривер никогда не была придирчива к температуре окружающей среды - гены повелителей времени давали о себе знать, - но холод здесь ощущала даже она. Холод и сырость. Впрочем, это было даже привычно для восемнадцатого века. Правда ни дров, ни корзины для угля рядом с камином она не заметила. Дом не отапливался, либо отапливался, но редко. 

Ривер заговорила с ней о погоде, о прохладе за окном, немного про политику - но видно было, что Констанция не особенно интересуется положением дел в столице. Ривер просто пыталась нащупать общие темы, найти безопасную зону, в которой собеседнице будет комфортно, но той будто было неудобно всё. Что ж, и психопатке ясно, что дело не в теме разговора, дело в напряжении, витающем в этом доме - напряженное ожидание встречи с кредиторами, страх оказаться на улице, боль от потери супруга. Ривер не знала, права ли она в своих умозаключениях, но факт оставался фактом: Констанция Моцарт не намеревалась вести светские беседы, она желала знать, с какой целью пришла Ривер, разобраться со всем поскорее и наверняка отправить ее подальше - из ветхого дома и такой же обветшалой жизни.

— Так что же вы хотите? Мы сидим здесь уже полчаса, а говорим о вещах лишь отдалённо напоминающих мне целенаправленный разговор. Я не нуждаюсь в похвалах моему мужу. Как никто другой, я знала, что он заслуживает славы и признания, а ему было отказано в этом, - сказала Констанция. Ривер понимающе кивнула в ответ. Временами ей очень хотелось поделиться особенно важными спойлерами.... Но путешествия во времени опасны для тех, кто слишком много болтает.

Где-то за камином заскрипел настырный сверчок - тихо так заскрипел, будто только-только проснулся.

— Давайте перейдём к делу. Поначалу вы показались мне куда более решительной и именно поэтому я вас пустила, - продолжила Констанция.

Ее туфли не стучали, а шуршали по паркету - худая, почти невесомая, изможденное тело и усталый взгляд - такой видела ее Ривер. Именно это и сбивало с толку. Впрочем, внутренний стержень в этой женщине был. Определенно был. Хватало одного того лишь взгляда, чтобы понять - перед ней действительно сидела вдова одного из величайших композиторов во Вселенной.

Ривер тянуть не стала, не было в этом никакой нужды. Проблемы следовало решать, потому как с минуты на минуту их могло стать еще больше. Плачущие ангелы и время были слишком дружны, так что в гонке по временной паутине даже с вихревым манипулятором Ривер ждал бы досадный проигрыш.

- Шкатулка. - Ривер вынула из сумочки шкатулку и положила ее на столик, чуть сдвинуть кофейные чашки, в конце концов кофе ей не предложили. - Вы видели такую шкатулку когда-нибудь? Может, у вашего супруга, а может быть, у Сальери?

— Я хочу услышать правду. Какую ценность представляет эта шкатулка? Но совсем не гарантирую того, что знаю, о чём речь. Мой муж покупал невероятную массу приятных безделиц для всей семьи. Я потеряла им счёт.

Недоверие, опаска, непонимание - всё это старательно скрывалось под маской безразличия. Ривер с восторгом улыбнулась.

Обожаю!

Эта женщина определенно не была так проста и уж точно не была наивна. Она подмечала детали, внимательно слушала каждое слово и делала собственные выводы - сильная, умная, но очень уставшая. Наверное, такими и бывают по-настоящему сильные женщины, потерявшие мужей навсегда.

Сердце неприятно кольнуло.

Чашечки на столике легонько звякнули, когда Ривер сдвинула шкатулку подальше от края. Было ясно одно: она не услышит от Констанции ни слова, пока не расскажет правду. Или хотя бы полуправду, к правде не была готова ни Констанция, ни время, в котором она жила.

- Вы слышали когда-нибудь страшные истории о Плачущих ангелах? Быть может, муж рассказывал вам о них. Или страшилки на ночь. Знаете... их иногда рассказывают, если дети отказываются лечь по своим кроваткам? Плачущие ангелы, - Ривер поерзала в кресле и подалась вперед, решительно глядя на Констанцию. - Существа, превращающиеся в камень, когда на них смотрят. Но стоит моргнуть, а может быть, на мгновение отвернуться, они оживут и заберут ваше время... Время вашей жизни, отправят вас в прошлое и поглотят энергию не прожитых вами лет. Плачущие ангелы. Ваш супруг хоть когда-нибудь, может быть, один - единственный раз... Хоть раз...

Ривер тоже поднялась, она подошла к Констанции ближе и улыбнулась - мягко, понимающе, с состраданием - этому научил ее Доктор.

- ...хотя бы раз он говорил с вами об этих существах? Хоть раз упоминал, что спрятал в шкатулке? А он спрятал, Констанция. Потому что теперь эти существа очень, очень сильно хотят открыть шкатулку. Но им нужен ключ.

"Без ключа не вскрывать," - так завещал Моцарт. Вот она, эта надпись, по краю шкатулки. Надпись, письмо, устные приказания - всё это шло со шкатулкой в комплекте. И пока никто не посмел ослушаться. 

Никогда не была послушной девочкой!

Записка холодила карман, но про нее Ривер пока молчала. Нет, нужно было подождать. Чуть позже она непременно спросит, поинтересуется ее вероятным смыслом, но для начала нужно было разобраться, стоит ли вмешивать в это дело Констанцию. Или она просто невинный участник событий, о которых не имеет ни малейшего представления. Да и знать о них ничего не желает.

+2


Вы здесь » TimeCross » alternative dream [альтернатива] » Seele des Weltalls [DW, MLOR]