пост недели C. C. Теплый вечер спустился на новую столицу Британнии. Теплый, немного душный, совершенно неподвижный воздух. И практически полная, сонная тишина, изредка нарушаемая голосами, какими-то вялыми и уставшими. Странный, удушливый вечер. Словно большая часть ее неимоверно долгой жизни.
23.05 Свершилось! Вы этого ждали, мы тоже! Смена дизайна!
29.03. Итоги голосования! спасибо всем кто голосовал!
07.02 Если ваш провайдер блокирует rusff.ru, то вы можете слать его нахрен и заходить через: http://timecross.space
01.01 Дорогой мой, друг! Я очень благодарен тебе за преданность и любовь. Поздравляю тебя с Новым годом! Пусть каждый день, каждую секунду наступающего года тебе сопутствует удача, в жизни не прекращается череда радостных событий, в сердце живет любовь, в душе умиротворение, а сам ты был открыт всему неизведанному и интересному! Желаю, чтобы даже в самые холодные и ненастные дни тебя согревало тепло близких, а рядом всегда был любимый человек, искренние друзья и соратники. Вдохновения тебе, креатива и море позитивных эмоций в Новом году!
выпуск новостей #142vk-time-onlineрпг топ

TimeCross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » TimeCross » family business [внутрифандомное] » Я с тобой [World of Warcraft]


Я с тобой [World of Warcraft]

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

Я с тобой
Так вышло – я еще живой,
Или живой уже не я?

•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

https://b.radikal.ru/b06/1905/cf/cbbb63a6f08a.jpg

Отцовских я не отвергал даров,
но не способен был на воздаянье;
дитя дары ценить не в состояньи,
а к мужу муж по-взрослому суров.

Я любящего сердца не уйму
и сыну всё заранее прощаю;
ему теперь долги я возвращаю,
хотя я должен вовсе не ему.

УЧАСТНИКИ

ВРЕМЯ И МЕСТО

Anduin Llane Wrynn, Varian Wrynn

Война с Пылающим Легионом;
Штормград/Расколотые Острова

АННОТАЦИЯ

Король умер, да здравствует король!
Война с Пылающим Легионом в самом разгаре и после смерти отца Андуину пришлось взять правление в свои руки. Груз ответственности с каждым днем становится все тяжелее и даже ночь больше не способна принести необходимый покой. Кошмары и видения преследуют его, убеждая, что Вариан все еще в этом мире…

…у него не осталось ничего - только память. О людях, что были дороги ему, о сыне, чей образ становится преградой между истерзанной душой и очередной пыткой Гул’Дана.

•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

Отредактировано Varian Wrynn (07-06-2019 23:02:08)

+6

2

Поговорим, сын.
Мне необходимо это. Прости, если тревожу тебя. Мне не хотелось бы этого... хотя, о чем это я. Как глупо звучит. Потревожу. Чем тень может потревожить тебя, мой мальчик? Да и тени нет, ничего от меня не осталось, так, отголоски воспоминаний. Надеюсь ты будешь помнить меня. Говорят, пока помнишь человека - он жив. Даже не знаю, что сказать... выходит я жив? Нет, конечно нет.
Мне жаль.
Прости меня. Нет, не возражай, послушай! Мне есть за что просить у тебя прощения. Я был не лучшим отцом. Не тем, которого ты заслуживаешь. Я был слеп и упрям, не хотел признавать твою правоту. Не хотел видеть в тебе других - лишь себя. Но ты не я – ты лучше меня, Андуин. Твое сердце ведает милосердие, не позволь Тьме завладеть тобой. Ты так похож на мать. Тиффин. Прекрасная королева и единственная, смогла завладеть моим сердцем. Я был эгоистом, закрывшись в себе со своей болью, не думая о том, чтобы рассказать тебе о ней. Мне было больно от одной лишь мысли, что я не уберег ее и едва не потерял тебя. Но времени прошло достаточно, и ты должен был знать о ней. Должен был знать, что она была той, что меняла меня своим терпением и любовью, делая лучше. Она была Светом, мальчик мой. Истинным Светом, что должен был изменить всю мою жизнь.
Я так много не успел сказать тебе. Всегда думал, что сумею потом. И потом. Все откладывал, не решался, не мог найти в себе силы собраться духом и просто поговорить. Трусливо, не находишь? Особенно для короля. Жалкое оправдание, согласен. Но тогда сомнения одолевали меня, а мы слишком часто ссорились, чтобы я попытался завести разговор и вновь спровоцировать твой уход. Мне легче было закрыться, оставить все «на потом», только не терять тебя вновь.
А сейчас могу. Только говорю я это не тебе, а пустоте, в которой, наверное, застрял навсегда.
Знаешь, Андуин, я думал, что здесь все иначе. Эти кликуши с площадей и прочие «вестники» столько нам обещают. А друды? Маги? Каждый говорит, что за гранью Миров нас ждет что-то особенное. А здесь нет ничего. Может я просто совершил достаточно зла, чтобы остаться никем? А что, очень похоже на правду. Я много ошибался, много крови пролил и многих хороших людей обидел. Всему есть своя цена. Видимо моя – забвение. И все же я хотел бы оказаться в другом месте.
За всю свою жизнь я повидал не мало континентов и земель. Я видел льды Нордскола и туманы Пандарии, я убивал драконов и демонов и вот сейчас я… я не знаю где. Веришь? Да, ты бы поверил мне. Как странно, я говорю с тобой и знаю, чтобы ты мне ответил, как бы посмотрел. Выходит, я не плохо тебя знал. А раз так, то еще больше был не прав, стараясь уберечь. Не вини меня в этом. Ты – самое дорогое что у меня было. Ради чего я жил и погиб, оказываясь в небытие.
Мой мальчик. Мой дорогой сын. Я бесконечно сожалею, что оставил тебя в такое время. Не такой мир ты должен был получить в наследство. Но я солгу сейчас, если скажу, что надеялся вернуться. Нет. Я знал, что шансы ничтожно малы. Знал и все равно полетел к этой треклятой гробнице, потому что должен, потому что моя жизнь не стоит ничего, если за нее нельзя выиграть время для армий. Надеюсь мне удалось.
Знаешь, я бы очень хотел узнать, добрался ли Седогрив до тебя? Он хороший друг, сварливый конечно и упрямый как черт, этот волк, но верный. Пусть он будет рядом. Тебе нужны друзья. Демоны! Как много я не успел из-за собственных страхов! Как много не сказал, не сделал.
Я солгал. Прости сын, даже сейчас я солгал тебе. Мне хотелось просто поговорить с тобой вдвоем, забыть кто я и где я. Нет, где я и правда не знаю и имени своего не забыл, но его магия навсегда сотворила со мной что-то, чего постичь я не в силах. Этот проклятый орк не отпускает меня. Ему мало было уничтожить мое тело, он уничтожает и душу. Боюсь однажды я забуду тебя и стану чудовищем. Я ведь не чудовище, Андуин, надеюсь никогда не был им в твоих глазах. Но сопротивляться ему у меня нет сил.
Мне больно. Я знаю эту боль, я знаю, что следует за ней – пустота. Так уже было и так будет. Пока он окончательно не разобьет меня. Пока не высушит, не уничтожит воспоминания, он не успокоится.
Он рядом. Мне пора. Не хочу, чтобы при нашем разговоре присутствовала эта тварь. Ненавижу орков. Ненавижу. С них все началось, ими и закончилось. Уходи, мой дорогой, тебе здесь не место. Это моя расплата и я буду терпеть ее сколько смогу.
Благодарю тебя, что был со мной. Со мной все будет в порядке.
Да, я солгал тебе. Видимо вошло в привычку.

+5

3

Дайте мне тишины,
Дайте.
Звуком я так
Измотан.
Что вы о крике, люди,
Знаете!
Крик преисподней –
Вот он!
Билось бы сердце –
Вынул,
Клети из плоти
Руша.
Если бы Ты обмен
Принял,
Я бы отдал свою
Душу.

(с) "Элоя" - "Дайте мне тишины"


...снова этот голос. Такой знакомый - и такой непривычный. Такой тусклый, такой усталый, такой больной, такой... такой... беспомощный.

"Отец никогда не был - таким. Никогда".

"Или... никогда не был таким при тебе".

"Много ли я знаю о его горестях, о его бедах, о его проблемах? о его слабости, о его боли? Мы ведь так ни разу и не поговорили - на равных. Как взрослый со взрослым. Он всегда видел во мне ребенка, восторженного и наивного, он пытался меня беречь - как мог и умел... и в чем-то он был прав, да. А я не понимал, не слышал, не думал, что за каменной глыбой, несокрушимым титаном, которым всегда представлялся отец - он тоже просто человек. Было ли ему тревожно, было ли ему страшно? Было ли ему одиноко и больно? Был ли он не уверен в своих решениях? Сомневался ли он, поворачивая неподъемную махину Альянса в ту или другую сторону? ..конечно сомневался, и совсем не только тогда, когда он делился сомнениями со своим - слишком наивным, слишком идеалистичным, слишком, слишком, слишком... - сыном. Но в первую очередь - всегда - он был сильным. Сильным - всегда, во всем. Будто вовсе нет на свете никакой беды, никакого врага, которого он не смог бы одолеть".

Андуин прерывисто вздохнул, признавая свое поражение, и все-таки открыл глаза. Какое-то время он просто лежал, невидяще и пусто глядя в темноту полога. После этих кошмаров он всегда просыпался в холодном, больном поту - будто тоскливый далекий голос по-прежнему звучал в ушах. Звучал, давил на сердце, вгрызался в голову и совесть, укоризненным и мучительным эхом звенел в пустых стенах королевской спальни. Не стоило и пытаться заснуть снова, по крайней мере - сразу.

Он спустил ноги с кровати, посидел так какое-то время, запустив пальцы в мокрые волосы, но потом все-таки встал и прошлепал к окну, автоматически поджимая пальцы, касающиеся мраморных плит пола. Распахнул створки - и прижался щекой к уличному холоду стекла и металла. Узорные разноцветные стекла в причудливой раме - утренний свет, проходящий через них, становился ярче и светлее, делая эту спальню почти уютной, - но сейчас они казались серыми, как и все вокруг. Рубашка прилипла к спине молодого короля - но он не чувствовал этого. Не чувствовал холода. Ему казалось, что в спальне - огромной и пустой отцовской спальне - нечем дышать.

"Больно. Свет милосердный, как же больно. Как же это больно..."
"Ну надо же. Неужели. Тебе - и больно? И правда, разве это сравнится с демонскими клинками, совесть - это же так страшно..."

Андуин в кои-то веки не ответил язвительному и жестокому голосу рассудка. Сам того не замечая, он сполз на пол - на колени - дергая душащий его ворот тонкой рубашки. Отчаянный мысленный крик родил в нем надежду. Крохотную, едва заметную, так легко гаснущую искорку надежды. Даже не надежду на прекращение кошмара - только надежду на то, что невыносимая боль отступит. Хоть ненадолго. Но что, кроме этого, нужно одинокому человеку среди тьмы, задыхающемуся от невыносимой вины?

Единственный помощник, единственная поддержка во мраке - она была здесь, рядом, как и всегда - только руку протяни. Только найди в себе сил - дотянуться. Позвать.

"Свет мой, Свет справедливый и милостивый, дай мне сил..."

Молитва - как и всегда - придала ему сил, вернула покой в сердце и четкость мыслей. Будто сам Свет, которому мрак ночи нипочем, дотянулся до него своими лучами. Андуин наконец смог распрямиться, провел ладонями по лицу - и не удивился, что они оказались мокрыми от беззвучных и самим им не замеченных слез. Боль отступила - пусть на время, пусть не навсегда - но наконец он смог думать.

"Этот кошмар повторяется слишком часто. Слишком одинаковый, раз за разом. Я бы подумал, что его навевает мне нечистая совесть - но на ее долю приходятся совсем другие сны, и их я знаю. Что это может быть в таком случае? Хорошо, что это может быть - в худшем случае? Кому может быть нужно - внести такой раздрай в мою душу? Кто может быть так... бесчестен и безжалостен, что пользуется именем павшего короля, - и кто может быть притом так хорошо подражать ему?.."

"Вот и разберемся", - Андуин нырнул в кровать, торопясь - пока ярость, вместе с надеждой, не оставили его. - "Если это просто сон - мне достаточно вспомнить об этом во время сна. Если же это не сон... вот и посмотрим. Вот и разберемся. Если кто-то вздумал играться с памятью моего отца... я ему не завидую".

"Ну же. Иди сюда. Кто бы ты ни был - приходи. Я не боюсь тебя больше. У тебя нет власти надо мной".

+5

4

Мысли путались, свиваясь в клубок змей. Они шипели, извивались, жаля своего хозяина и тут же расползались, опасаясь праведного гнева. Всполохи зеленого света затмевали разум, прожигая искрами. Он знал, что сначала следует вспышка, а потом боль. Выучил. Не надеялся. Просто ждал. Вспышка – боль. Так просто. Словно молнии перед грозой, они предупреждали, заставляя невольно съёжится, но спасения им не было - искры били точно в цель. Он весь был открыт для них. Он был игрушкой в руках Гул’дана. Словно кукла вуду, в которую можно раз за разом втыкать иголки. Бесправная, никому не нужная, забытая.
Но сегодня не скверна причиняла боль, а слова, что ранили сильней демонического оружия:
- Они сдохли. Все до единого.
Нет!
Он кричал, задыхаясь от собственного бессилия.
Нет! Ты лжешь!
Добраться бы до него! Он задушил бы треклятого орка собственного руками. Этого выродка, что смеет произносить такое.
Смеётся.Проклятье. Он смеётся!
Сознание затопило отчаяние. Страх. Удушливая волна безнадежности захлёстывает его с головой. Скорлупа, в которой он так долго прятался, дорожа своими воспоминаниями, трещит по швам. Уже не важно, лгал орк или нет - он выиграл. Теперь уже окончательно и бесповоротно. Он сломал его, прогнул, вывернул на изнанку.
Это уже не важно. Темная волна накрыла Вариана, погребая под собой. Он слышал лишь его смех. Глухой, лающей смех старого орка. Кто он против него? Никто. Сознание некогда могучего воина и короля. Осколок прошлого, что навсегда останется в фолиантах. Никто.

Сын мой...
В отчаянии он протянул руку вперёд, в пустоту, чтобы коснуться такого родного, угловатого худого плеча...

...пальцы сомкнулись на ночной рубашке, чуть влажной от пота. Вариан с недоумением смотрел на свою руку держащую ткань. Нет, кости не выросли и не отрасли плотью, он был миражем, иллюзией в собственном воображении. Он молча смотрел на ладонь лежащую на плече сына, не в силах поднять взгляд. Его воображение дорисовывало такие знакомые детали. Если бы сердце билось, оно бы пропустило пару ударов, прежде чем покойный король дрогнувшим голосом тихо произнёс:
- Андуин?

Мир изменился. Тьма разрушилась, уступая место свету, что пробирался сквозь щели, растущие с каждой секундой. Он старался затопить собою все, такой теплый и ласкающий. Вариан отпустил плечо сына и сделал пару шагов назад. Он смотрела на парня и силился что-либо сказать, но с губ так и не сорвалось ни единого слова. Смотрел и смотрел, понимая, что сейчас взвоет от отчаяния. Глаза лихорадочно осматривали сына, ища хоть малейший намек на… он знал, что ищет ранение или что-то в этом роде. Ведь это место и их встречала означали только одно.
Выходит, орк был прав… выходит они и правда погибли. Выходит…
Это была даже не боль. Агония, сжигающая его изнутри. Вариан не мог ничего. Он не мог закричать, не мог плакать, не мог выразить то, что творилось с ним. Провидение или иная сила позволила ему увидеть сына, прежде чем они расстанутся навсегда, оказалось слишком жестоко.
Он кричал беззвучно, но это не могло даже притупить боль. Если бы можно было умереть еще раз – он бы умер.
Умер бы тысячу раз, лишь бы жил Андуин.
Свет, в котором они находились успокаивал. Но Вариан сейчас был к этому не готов, отвергая его. Он походил на зверя, загнанного в клетку, что стремился вырваться из нее. Вот только клетка это он сам и вырваться зверь уже не сможет.
Он поднимает серые глаза, которые казалось потускнели.
- Зачем ты здесь? Тебе здесь не место.
Зачем ты умер, мальчик мой.

+5


Вы здесь » TimeCross » family business [внутрифандомное] » Я с тобой [World of Warcraft]