пост недели Arthas Menethil Артас двигался в выбранном им направлении – медленно, но верно. Все те, кто ранее служил ему, все те, кто пали вместе с ним – они были его первостепенной целью. Без союзников даже он ничего не значит теперь, когда уже не обладает той силой. Любой встречный герой посчитает за великое достижение ещё разок отправить в тёмные земли того, кто когда-то причинил этому миру столько боли.
23.05 Свершилось! Вы этого ждали, мы тоже! Смена дизайна!
29.03. Итоги голосования! спасибо всем кто голосовал!
07.02 Если ваш провайдер блокирует rusff.ru, то вы можете слать его нахрен и заходить через: http://timecross.space
01.01 Дорогой мой, друг! Я очень благодарен тебе за преданность и любовь. Поздравляю тебя с Новым годом! Пусть каждый день, каждую секунду наступающего года тебе сопутствует удача, в жизни не прекращается череда радостных событий, в сердце живет любовь, в душе умиротворение, а сам ты был открыт всему неизведанному и интересному! Желаю, чтобы даже в самые холодные и ненастные дни тебя согревало тепло близких, а рядом всегда был любимый человек, искренние друзья и соратники. Вдохновения тебе, креатива и море позитивных эмоций в Новом году!
выпуск новостей #147vk-timeрпг топ

TimeCross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » TimeCross » the 10kingdom [архив эпизодов] » Le temps des cathedrales [Miraculous]


Le temps des cathedrales [Miraculous]

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

https://i.imgur.com/f6fD9jb.png

LE TEMPS DES CATHEDRALES
ПРИШЛА ПОРА СОБОРОВ КАФЕДРАЛЬНЫХ
•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

https://i.pinimg.com/736x/59/a7/90/59a790c3096a3f518d9e3aaf91d149e4.jpg


Пришла пора соборов кафедральных,
Чёрных костров
Для пылающих сердец.
Пора событий грозных и фатальных,
Век катастроф -
Век убийца и творец!

УЧАСТНИКИ

ВРЕМЯ И МЕСТО

Adrien Agreste, Marinette Dupain-Cheng

Париж, наши дни, после возвращения Эдриана из Нью-Йорка

АННОТАЦИЯ

Как одна ошибка способна на то, что не удавалось сделать несколько лет

•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

+2

2

Надо было отдать должное Бражнику - он не уставал предпринимать все более отчаянные и порой доходящие до исключительного абсурда попытки заполучить талисманы Леди Баг и Супер Кота. А Эдриан не уставал спасать этот город, а заодно и весь мир - ведь это могло означать только то, что он снова сможет увидеть Её, свою волшебную фею удачи, которая своей силой могла исцелить кого и что угодно. Вернувшись из Нью-Йорка, к слову, в тот же самый момент времени, просто шагнув в разлом, на который ему указал Плагг, Эдриан ещё долго после того, как он плавно опустился на одну из крыш, сидел на одном месте, и свесив хвост с дымовой трубы, смотрел на крыши и огни Парижа, пытаясь осмыслить все то, что с ним произошло за то время, что он провёл бок о бок с Наташей Романофф.

Во всяком случае, воспоминаний ему о том самом периоде надолго хватит, равно как и хватит навыков, которые ему подарила рыжая... как там она себя называла, «Мстительница»? В любом случае, после встречи с ней Эдриан только укрепился в вере в то, что супергерои есть везде, в любой стране мира - просто нужно знать где искать.
Или просто оказаться, как сейчас правильно говорят, в нужное время и в нужном месте.

А ещё... она его понимала.
Не просто как супергерой супергероя, но как одинокий человек одинокого. Он мог ей довериться - и он же мог быть уверенным в том, что она сохранит его секреты.
В конце концов разве это не она сразу же сказала, что он любит Леди Баг, стоило ему только начать про неё рассказывать?

Но она не давила на него.
Она просто была рядом - и уже хотя бы ради этой духовной близости, которая в последнее время так редка, особенно между практически незнакомыми друг другу людьми, стоило провалиться в этот самый разлом, и встретиться с ней.
И сейчас, сидя на этой самой крыше, Кот впервые чувствовал себя практически так, как надо - почти целиком и полностью удовлетворённым и счастливым, чего с ним не было уже очень и очень давно. Где-то чуть поодаль мерцала огнями Эйфелева Башня, играла музыка в полночных кафе, пели репродукторы на Монмартре - воистину, ночью у Парижа было совершенно иное лицо, которое могли видеть только местные, ну или же такие туристы, которые не шли по уже давно проторенными дорожками, а ныряли непосредственно в самую гущу событий. Однако что-то подсказывало ему, что ему стоило вернуться домой - не ровен час ещё отец вдруг захочет взять да и проверить его комнату, да и вечность он здесь просидеть не сможет.
Хотя ему хотелось, что уж там.

- Ты какой-то притихший, - заметил Плагг, - мы только вернулись из такого невероятного путешествия, а ты даже поговорить не хочешь? Эдриан только раскинул руки, глядя в потолок полутемной комнаты: - Я не знаю, Плагг. Слишком много мыслей. И ещё... какая-то странная уверенность, что я наконец-то смогу открыться Леди Баг. В смысле, не то, что я люблю её, а что... ну... я это я, понимаешь? В ответ на это квами только скептически посмотрел на хозяина: - Парень, не смешно, ты уже столько раз пытался это сделать, и что? Каждый раз одно и то же, разве тебе самому это ещё не надоело?
Эдриан только отвернулся к телефону, распечатал его экран, и открыл папку с фотографиями. Один только взгляд на столь милое, родное, и любимое лицо под маской заставил сердце споткнуться, после чего ускориться, и Эдриан вздохнул. Нет, до такого самообладания, как у Наташи, ему ещё точно очень и очень далеко.
- Как же я люблю тебя, Моя Леди..., - Эдриан ещё долго лежал на кровати без сна, после чего все же кое-как, но уснул, сжимая телефон в руках.

- Привет, друг! - Нино как всегда, излучал позитив и исключительную поддержку, - ну что, ты готов сегодня к походу в кино? Только не говори, что твой старик даже в этот раз не пойдёт тебе на уступки, ну в самом деле... он что, даже летом будет тебя взаперти держать? Эдриан только пожал плечами, после чего грустно улыбнулся: - Ну о чем ты говоришь, Нино, какое кино... к тому же у меня сегодня съемки, как ты думаешь, что мне скажет отец, если я ему заикнусь о кино? Потом мне нужно ещё на тренировку по фехтованию... как-нибудь в другой раз, брат, ладно? - и он скользнул взглядом по партам, задержавшись ненадолго на парте Альи и Маринетт, но потом быстро опомнился, и повернулся назад, улыбнувшись напоследок обеим подругам.

Вот только до фехтования он так и не добрался. Вернее, он смог только закинуть сумку в шкафчик, когда на улице послышались крики, исполненные боли и ужаса, словно парижане видели как наяву свои самые страшные и самые жуткие на свете кошмары. И что-то подсказывало Агресту, что он уже знал, чьих лап это может быть дело.
- Чёрт! Плагг? Плагг! - в ответ надоедливый дух только неспешно вылетел из-под его рубашки, трепетно сжимая в крохотных лапках заветный камамбер, и сейчас он явно с неудовольствием смотрел на хозяина: - Нет бы быть как все, так нет, тебя вечно тянет в самую гущу событий, отдохнул бы  лучше, пусть другие работают! В ответ Агрест только усмехнулся: - Прости, дружище, это не про нас с тобой. Плагг, КОГТИ!

Ну конечно, Вольпина, не надо было даже долго думать, Бражник умудрился крепко привязать к себе Лилу, непонятно только как. От одного только осознания того, насколько эта девушка была лживой и двуличной, у Кота просто сводило зубы. И как же, чёрт возьми, была на её счёт права Леди Баг! Но он не должен был терять ни единой минуты, судя по тому, с каким масштабом Вольпина насылала свои иллюзии, у неё были грандиозные планы. Но с другой стороны, когда что-то было иначе?
- Что такое, Котик, забыл о манерах? Я все-таки дама..., - в ответ на что тот только ухмыльнулся, - серьёзно? А я вот что-то дам здесь не вижу в упор, разве что... отменную лгунью..., - лицо Вольпины потемнело от гнева.

+1

3

C'est quelqu'un qui m'a dit
que tu m'aimais encore.
Serais ce possible alors?

Если долго смотреть на звезды, то можно прочитать их историю, увидеть их начало и предсказать конец. Если долго стоять на ветру, то можно услышать его тихую мелодию и перешепот отдельных слов или даже фраз. Ночь всегда окутывает. Ночь приоткрывает завесу и впускает в другой мир, но часто люди просто не способны это заметить.
Она замечает. Всегда замечает. Замечает, когда сидит на своем балконе после тяжелого дня под пледом и смотрит на звезды. Замечает, когда летит над крышами Парижа, патрулируя ночной город. Ощущает его легкие прикосновения к своим волосам и коже с помощью ветра, песен с набережной и звоном колокольчиков над дверьми ночных кофеен.
Ей нравится думать, что даже без своего обычного костюма она может стать кем угодно. Ночью, конечно.
Ее комната пропахла корицей, ванилью и чем-то цветочным. Ее жизнь пропахла опасностью, недомолвками и чем-то запретным. Она сама пропахла домашней выпечкой отца, неразделенной любовью к Адриану и тайной. Последний запах хоть и был новоприобретенным, но ей кажется, что он был с ней всегда, с самого рождения.

Ночные огни Эйфелевой башни и подсвеченный Нотр-Дамм, черная гладь Сены и никогда не спящие туристы на набережной. Маринетт любила ночную жизнь другого Парижа. Днем все совсем по-другому. Днем нет той ночной магии, что неизменно опускается на город вместе с закатом солнца.
-Маринетт, если ты сейчас не пойдешь спать, то завтра снова опоздаешь в коллеж, - пожурила ее Тикки.
Девушка ее как будто не слышала, погруженная в свои мысли и видения. На часах давно за полночь, патруль давно закончился. Но ей не спится, хотя устала она зверски. Маринетт смотрит на отражение луны в черных водах Сены и думает, что так выглядит бубенчик на костюме Кота Нуара. Только этот беззвучный и постоянно рябит.
Если прислушаться, то можно услышать звон лунного бубенчика. Можно услышать, как хвост Кота рассекает воздух где-то в дальней части Парижа. Можно услышать, как Адриан играет очередную заученную до омерзения мелодию. Ей кажется, что все это она слышит.
-Маринетт, ты меня вообще слышишь? - Тикки возникла перед лицом девушки.
Квами выглядела немного встревоженной и от чего-то даже злой на хозяйку.
-Прости, Тикки, я задумалась. Ты что-то сказала?
-Я сказала, что тебе пора спать, Маринетт, иначе завтра ты снова опоздаешь. И тогда Адриан точно посчитает тебя безответственной.

Квами знала, что только заветное имя может повлиять на ее хозяйку, чем периодически и пользовалась.
-Ты права, Тикки, - кивнула Маринетт. - На улице уже холодно и поздно, пора спать.
Она спустилась в свое царство корицы, цветов и тайн, чтобы окунуться в свои мысли и мечты, отдав себя на волю Морфея. Пожелав квами спокойной ночи, Маринетт приняла настойчивый шепот сна и провалилась в цветные сны.
Ей снился Кот Нуар без маски и с лицом Адриана, снились подводное царство и корабли, рассекающие своим носом облака. Снились черно-белые птицы и разноцветные деревья. Снились волшебные места из других миров и почему-то снилось детство.

***
-Девочка моя, ты сейчас уснешь лицом в салате. Снова всю ночь мечтала? - как всегда оптимистично настроенная боевая Алья. - Хотя главное, чтобы ты не уснула сегодня в кино. Нино проговорился, что он пригласил с собой Адриана, представляешь? Это будет очередной шанс для тебя, Мари.
Она никогда не теряла оптимизма. Всегда видела призрачные шансы для своей подруги, упрямо отвергая гиперопеку Габриэля Агреста. Казалось бы, за такое время уже пора бы и привыкнуть: куда бы они не собрались пойти вчетвером, их все равно, в любом случае будет трое. Всегда так. У младшего Агреста нет свободного часа, чтобы сходить с друзьями в кино, потому что он занят на фехтовании, или на китайском, или на фотосессии. У младшего Агреста нет свободного вечера, чтобы погулять с друзьями в парке, потому что Габриэль Агрест не выпускает своего сына из особняка, стремясь сделать его таким же затворником, каким стал он сам.
-Знаешь, Алья, я не удивлюсь, если его не будет. Я уже давно перестала удивляться.
Она всегда чувствовала себя третьим колесом рядом с ними, когда они звали ее и Адриана куда-нибудь. Потому что Адриана никогда не было. Дома она себя успокаивала, что хорошо провела вечер с лучшей подругой и ее парнем. Дома она смотрела на фотографию Агреста и представляла, как они так же ходят в кино, гуляют по Елисейским полям или едят мороженое. Дома она запирала свои мечты на замок, до лучших времен, "до востребования". Она включала музыку и садилась рисовать эскизы. Или брала книгу и уходила на балкон до вечера. Или просто разговаривала с Тикки ровно до того момента, как надо снова превращаться в Леди Баг.
-Да, подруга, - Алья как-то сразу затихла и погрустнела. - Мне жаль, что так постоянно получается.
-Мне тоже.

***
Крики и треск Маринетт услышала не сразу. Чутье и реакция Леди Баг сработали без сучка без задоринки, поэтому спустя минуту Маринетт уже была на балконе, оценивая своим взглядом происшествие. В Париже появилась очередная акума, а значит пришло время Леди Баг.
Чертов Бражник слал своих бабочек все чаще и чаще, как будто преследовал цель не отобрать талисманы, а натренировать своих врагов. Каждый раз они с Нуаром справлялись на отлично, впрочем как и всегда. Каждый раз Бражник оставался ни с чем. Однако, упорству этого человека можно только позавидовать. Ей бы так добиваться Адриана, как Бражник добивается их сережек и кольца.
-Тикки, ДАВАЙ!
Красное свечение окутало тело девушки, позволяя той перевоплотиться в защитницу Парижа, отважную Леди Баг. Она давно стала символом освобождения, словно несла французский флаг направляя революционеров.
Выпустив йо-йо и цепляясь за крыши домов, Леди Баг поспешила в эпицентр событий, который находился в стороне Лувра. Кто же на этот раз? Каждый раз спеша на помощь, она мысленно молилась, чтобы это был не он. Возможно, очень эгоистично с ее стороны думать такие мысли, но она ничего не могла с собой поделать. Ей бы стоило думать о том, что ждет ее впереди, кто там ждет ее на этот раз и не опоздает ли Нуар, но образ блондина вставал перед глазами, а в голове был слышен его голос.
Вопреки ожиданиям, Нуар уже был на месте.
-Надеюсь, я не опоздала на вашу вечеринку старых друзей, Супер-Котик? - весело спросила Леди Баг своего напарника, в ту же секунду отправляя йо-йо в атаку на Вольпину.
Она была опасным противником с силой иллюзий. Удивительно, но эта маленькая лгунья чем-то приглянулась Бражнику, раз он снова ее обратил. Уж не союзница-ли она его? Вдруг знает, кто такой Бражник на самом деле и сможет привести их к нему? Хотя нет, не стоит об этом думать сейчас. Сейчас стоит не попадать в одну из ее иллюзий.
А Леди Баг стоило не забывать об этом.

+1

4

Entends le cri
D'un homme qui a mal
Pour qui
Un million d'étoiles
Ne valent
Pas les yeux de celle
Qu'il aime
D'un amour mortel
Lune

Трудно было переоценить значимость Леди Баг для Супер Кота, и все равно каждый раз, как ее веселый, тёплый и чуть насмешливый голос раздавался почти над самым ухом, мир переворачивался. Но стоило отдать должное Наташе Романофф - она поработала и над его способностью держать его собственные чувства хотя бы под каким-то контролем, что должно было помочь хотя бы во время миссий, где ничто не должно было отвлекать от намеченной цели, поэтому Кот только широко улыбнулся: - Моя Леди! Напротив, вечеринка только начинается, смотри, как наша старая знакомая по нам соскучилась, ну ведь ни дня не может без нашего общества прожить..., - в ответ на что Вольпина только развернулась, и теперь с ненавистью смотрела на них обоих. Тут Кот заметил, как опасно блеснули глаза Лисицы за маской, и его кольнуло неприятное ощущение того, что на сей раз Вольпина будет играть настолько крупно, что даже они могут быть к этому не готовы.
Если бы он только ещё мог хотя бы примерно чувствовать, что она им готовила.
- Ох милый Кооотик... Так не могу, так не могу... что приготовила вам обоим подарочек, и что-то мне подсказывает, что он вам ну ооочень понравится, - тут она гнусно ухмыльнулась, ловко уходя от новой атаки Леди Баг, - особенно тебе, Леди Баг. Ты хорошо вела себя в этом году? Густаф Эйфель шлёт тебе привет! - и ловко спрыгнула куда-то вниз, но нестись во весь опор за ней не стоило - Кот и так знал, куда она пойдёт. Но прежде чем они пойдут туда, стоило как следует все обсудить ещё до самой операции. Он осторожно подошёл к Леди Баг, и взял ее за руку: - Не волнуйся, моя Леди, я точно знаю куда она пошла. Помни об одном, не позволяй ее иллюзиям затмить твой разум, ее хитрость и жестокость не имеют никаких границ..., - тут он едва заметно улыбнулся, вновь возвращая себе амплуа этакого трикстера и балагура, - кошки не только приземляются на все четыре лапы, но и крайне бережно доставляют грузы на своих спинах... как насчёт...? - он не договорил. Выражение лица Леди Баг, вкупе с её фирменным фэйспалмом говорило само за себя - МЫКОМАНДАНЕПАРА» - и он только коротко усмехнулся, припустив по крышам Парижа с головокружительной скоростью. Что тут скажешь... нет так нет.
В другой раз.

Они быстро добрались до Эйфелевой башни, и уже были практически на середине подъема к самой верхушке, когда Кот увидел, что Вольпина держит за руку... Эдриана. От увиденного он просто опешил, а следом почувствовал просто жгучую злость - как только земля вообще носит таких людей, как она, у которых вообще ничего святого за душой нет.
- Стойте! - вдруг раздался голос Рыжей, - только шевельнётесь, и я сброшу этого очаровашку вниз. Опомниться не успеете, как Эдриан Агрест станет кормом для кошек! А хотите, чтобы он жил, тогда отдайте мне ваши Талисманы! - Кот в ужасе смотрел на Рыжую, но ещё больше он боялся сейчас за Леди Баг, которая вполне могла в порыве собственных эмоций совершить воистину непоправимую ошибку. И он обязан был, нет, не так - ОН ОБЯЗАН БЫЛ сделать все возможное и невозможное, чтобы уберечь ее от всех возможных ошибок, которые неизбежно повлекут за собой кучу проблем, по сравнению с которыми новое явление Вольпины покажется им всем простым чихом.
- Ты блефуешь! - крикнул он, борясь с непреодолимым желанием расцарапать ей все лицо, но Вольпину это даже не задело. Теперь она смотрела только на Леди Баг, и он чувствовал это - она целиком и полностью завладела ее вниманием.
- Хочешь проверить? - и конечно, Маринетт не смогла молчать. Больше того, она стала снимать сережки. Нет, в самом деле... ну неужели она на самом деле это сделает, когда она насквозь знает всю лживость и искусность Вольпины в иллюзиях?! И это после того, через что они уже благополучно прошли! Ну не может все закончиться именно так, просто не...

- ЛЕДИ БАГ, НЕТ! НЕ ДЕЛАЙ ЭТОГО! - выкрикнул во всю мощь Кот, но было уже слишком поздно, и по телу напарницы прошёл морок детрансформации, и вот уже изящная ножка в летней балетке, а не в костюме, скользит по опоре Эйфелевой башни, она срывается, и только в самый последний момент рука Кота крепко стискивает девушку за руку, не давая ей пропасть в разверзшейся под ними бездне. А потом он смотрит в ее лицо, и с трудом выдавливает одно-единственное имя. Одно-единственное... но как оказалось, такое значимое для всего Парижа, не говоря уже про него самого.
- ... Маринетт?
Стоило увидеть только раз эти огромные васильковые глаза, наполняющиеся слезами, чтобы потом она все-таки сделала то, что от неё требовала Вольпина.
- МАРИНЕТТ, НЕТ! - но куда там. А мерзкая лиса в очередной раз показала, какая цена ее словам, и кто она такая: - Как пожелаешь... Упси..., - и одним изящным движением она поймала в другую руку талисман Леди Баг. Как для Кота - хуже не придумаешь, как для Маринетт - хуже могла быть только иллюзия Адриана Агреста, которая сейчас летела мимо них. Оставалось рассчитывать только на то, что ему все-таки удастся вразумить обезумевшую девушку.

- Это всего лишь иллюзия, Маринетт! - Кот втянул девушку на относительно безопасную площадку, но она снова чуть было не прыгнула с неё сама, и он обхватил ее обеими руками, сильно и крепко, не давая совершить ещё более страшный и непоправимый промах. Ее крики разрывали душу, но Кот понимал, что сейчас все зависит только от него, и больше ни от кого другого: - Это все обман!
Смотреть на поникшую девушку, плечи которой сотрясались от рыданий, было просто невозможно.
- Мари..., - тихо проговорил Кот. Сейчас он боялся за неё больше, чем когда бы то ни было.

+1

5

Lune qui la-haut s'embrume
Avant que le jour ne vienne
Entends rugir le coeur

Псевдолисица смеется и исчезает так быстро, как будто ее здесь вообще никогда не было. Ее смех все еще звучит в ушах Леди Баг скрипом по стеклу, а Кот не добавляет уверенности в себе. Только раздражает очередной попыткой флиртовать в такой момент. Леди Баг позволяет себе разозлиться. Буквально на мгновение, но этого хватает, чтобы злость разрослась в ней подобно бутонам ядовитых цветов, опутывая ноги Маринетт. Леди Баг уже попала в ловушку Вольпины, позволив себе такую неосторожность. Бражник бы возликовал.
Нет, она не даст себя одурачить, не попадется на уловку. Она же свет, чистая душа и надежда всего Парижа. Ветер холодит лицо, отрезвляя всего на какие-то минуты, придавая уверенность в себе, своих силах и в своем напарнике. Но этого не хватает. Ядовитые цветы злости сильнее, они уже подбираются к сердцу. Маринетт уже плотно увязла в собственных темных эмоциях. Отголоски сознания кричат, чтобы она остановилась, перестала злиться на Лилу и Кота.
-Я смогу, - говорит она сама себе.

Рыжее пятно появляется на вершине Эйфелевой башни, смеясь, смеясь, смеясь. Лисий смех как будто подпитывает цветы Леди Баг. Ей нужно взять себя в руки, отпустить свою злость, но она не может. Уже не может. Это момент триумфа Вольпины.
-Нет, - выдохнула Леди Баг.
Это только подстегивает ее. Она должна спасти Адриана во что бы то ни стало. Страх, отчаянье, злость. Букет ядовитых цветов все разрастается, устилая дорогу к собственной пропасти. Еще немного, и она шагнет в нее добровольно.
Маринетт привыкла сражаться с опасными противниками. Привыкла спасать парижан, привыкла не обращать внимание на собственную безопасность. Кураж и видимость победы кружат ей голову словно карусель в луна-парке. Вольпина смеется, удерживая Адриана над пропастью, с которой грозится его сбросить. Все что ей надо, талисманы в обмен на его жизнь. Всего лишь какие-то сережки в обмен на целую жизнь.
Какие-то сережки.

Сережки, а вместе с ними и ее подруга Тикки, и ее силы, и Кот Нуар, и весь Париж. Всего лишь это в обмен на жизнь Адриана.
-Нет! - голос Леди Баг раздается над Парижем, повергая в шок ее напарника. - Я отдам тебе то, что ты хочешь. Только не навреди ему, пожалуйста.
Она видит огромные глаза Кота, слышит бешеный стук своего сердца. Прости, Котик, но я не могу без него. Это конец, Котик. Мы проиграли. Я проиграла. Прости меня.
-Прости меня, - шепчет она Коту одними губами.
Она всегда думала, что откроется своему напарнику совсем не так. Да, они уже не раз говорили с ним об этом, но Леди Баг была непреклонна. Еще не время, не сейчас, Бражник еще не побежден. Как только, так сразу, обещаю.
Не сейчас и не так. Но другого выхода она уже не видела. Она сдалась и опустила руки, позволяя опутать себя в кокон отчаянья. Добровольно шагнула в свою пропасть.
Красная вспышка детрансформации, и вот она уже не может держаться за опору башни. Волшебное йо-йо пропало вместе с маской, и она почувствовала, как падает в пропасть, на этот раз вполне реальную пропасть. Если бы Кот Нуар замешкался еще хотя бы на мгновение... Всем было бы уже все равно, кто прячется под маской Леди Баг.

-Если это то, чего ты так хочешь, забирай их, - сережки-гвоздики полетели в руки Вольпины.
Маринетт понимала, что проиграла уже давно, еще там, возле Лувра. Как во сне она видела падающего Адриана. Ей еще удастся его спасти, удастся в последний момент побыть Леди Баг, удастся схватить его за руку.
-Нет! Адриан!
Ее пальцы безуспешно хватали только воздух. Ее сердце летело к бетону на скорости несколько километров в час вместе с ним. Все было зря. Не смогла, не справилась.
-Спаси его! Умоляю, спаси! Ты все еще сможешь это сделать, Кот!
Стальные тиски не отпускали ее. Тело сковали руки Кота Нуара, душа опутана ядовитыми цветами, а сердце... Сердце только что осталось лежать у подножья Эйфелевой башни. Слезы текли из глаз, опаляя щеки, застилая все перед собой. Это просто не может быть правдой. Неужели, вот так просто? Смех лисицы звучит в ее голове колоколом Нотр-Дамма. Нет ничего, кроме звона ее смеха и попыток Кота докричаться до Мари.
Осознание придет не скоро. Боль будет ужасной.
-Ты мог его спасти, - шепчет она в колени, сотрясаемая рыданиями, граничащими уже с полноценной истерикой. - Ты должен был спасать его, а не меня. Адриан...
Где-то вдалеке в небо вспорхнула стая голубей, напуганная детьми. Раздавался бой колоколов часовен Парижа. Одна девочка оплакивала свою боль на перекладинах Эйфелевой башни.

+1

6

Так легко надежду потерять..
Может страх веру погасить.
Вспомнив павших силы я найду,
Они меня ведут...

Такая маленькая.
Такая хрупкая.
Такая беззащитная. 
И такая... любящая. Ну в самом деле, ну вот кого ещё он мог полюбить, да ещё и настолько преданно и беззаветно? Только её, Леди Баг, Маринетт Дюпэн-Чен.
- Маринетт? - осторожно позвал ее Кот. Он было хотел сжать ее плечо, дотронуться, убедиться, что она все ещё рядом с ним, что не спрыгнула следом, и что это, не дай Бог, не ещё одна иллюзия, не насланная следом ненасытной Вольпиной. Однако девушка не дала ему этого сделать, просто-напросто оттолкнув его руку, продолжая буквально захлебываться в собственных слезах. Она все ещё была совершенно точно уверена в том, что она видела, и пока все, что мог делать Кот, так это быть рядом, пока она не будет настолько великодушна, и разрешит ему подойти к себе, и развеять-таки ее уверенность в том, что Вольпина скинула с вершины настоящего Адриана Агреста.
- Мари..., - Кот все же получил возможность сжать одной рукой ее хрупкое, ещё такое по-девичьи остренькое плечико, а вторую положить ей на колено, но удивительно бережно и ласково, даже несмотря на свои когти. Ее боль была настолько глубокой и всеобъемлющей, что это буквально разрывало душу Кота на тысячу осколков, которые затем тут же поджигались быстро воспламеняющейся смесью. Но даже это было не столь болезненным, сколько ее слова о том, что он должен был спасти его, а не её.

И эти ее слова о том, как ей жаль... Кот не знал до этого момента, возможно ли ее любить ещё сильнее, чем он уже любил - но как оказалось, это возможно, и ещё как.
Кот подошёл к девушке, отошедшей от края парапета, и теперь сидевшей у одной из опор башни, спрятав лицо в коленях.
- Маринетт? Посмотри на меня, пожалуйста..., - попросил Кот, но она снова его оттолкнула, и наверное, он бы даже мог ее понять, но точно так же он понимал, что уже нет никакого смысла скрываться дальше, и он осторожно прикоснулся ладонью к ее лицу, бережно смахнув когтем одну из катившихся слезинок.
- Мари, послушай. Я знаю, что это был ненастоящий Эдриан..., - по телу Кота прошла изумрудная дымка детрансформации, и вот к лицу Маринетт прикасается уже не когтистая лапа Кота, а тёплая и живая ладонь Агреста, потому что я прямо перед тобой.

Перед девушкой на самом деле сидел Эдриан Агрест, только не один, а в компании своего квами, который теперь был занят тем, что он с весьма скептическим выражением морды смотрел на девушку, которая в шоке смотрела на них обоих: - Здравствуй, Маринетт. Сюрприз..., - он чуть покраснел, но потом все же смог взять себя в руки. Но только он захотел вновь погладить ее по щеке, как она вновь оттолкнула его, теперь уже обеими руками, словно он был по-прежнему чем-то вроде иллюзии ненавистной Вольпины. Да, разумеется, она имела полное право так говорить, вот только боли от этих слов это не умаляло. Однако Агрест заставил себя идти до конца: - Но Мари, я не иллюзия. Пожалуйста, открой глаза... Все будет хорошо, я обещаю, - он осторожно сжал ее плечо одной рукой, - Я знаю, тебе страшно, но пожалуйста, посмотри вниз. Ты видишь там Адриана? - слез в голосе Маринетт уже стало значительно меньше, и уже даже это можно было считать своей пусть и не большой, но все же своеобразной тактической победой.

Он бережно развернул девушку лицом к себе и взял ее за руку: - Потому что он был подделкой. Но не я.... Я настоящий..., - а потом взял и обеими руками прижал ее ладонь к своей груди. Если уж даже и громко и быстро стучащее живое сердце не сможет убедить ее в том, что он настоящий, то тогда у него совершенно не останется никаких идей по поводу возможного спасения ситуации. Но кажется, ее это наконец-таки проняло, и он добавил: - Видишь? Я когда-нибудь врал тебе, Куколка? Ещё примерно с минуту Дюпэн-Чен, она же Леди Баг во все глаза, и с дрожащими от рыданий губами смотрела на него, после чего бросилась к нему на шею, рыдая теперь уже на его плече. Он сначала даже опешил, не в силах ничего сделать, а потом просто сам крепко обнял ее в ответ, баюкая в своих руках. Вот только вечность они так простоять пока что не могли, как бы ему ни хотелось обратного, и он мягко отстранился, но уже с гораздо более задорной и счастливой улыбкой, и слегка покрасневший от только что случившихся событий: - Хорошо! Теперь, когда мы все выяснили, мне надо вернуться! Нужно поймать одну лисицу... и вернуть пару серёжек. Тут он не сдержался и мягко поцеловал Маринетт в лоб: - Оставайся здесь, Моя Леди. Плагг, КОГТИ! - и исчез, только махнув хвостом на прощание.

А потом он догнал Вольпину, которая даже и уйти-то особенно долго не успела, видимо, все ещё рассчитывая на то, что помимо серёжек Леди Баг она ещё сможет получить талисман Кота, и отдал их законнной владелице - потом, если уж на то пошло, кто изгонит акуму, и вновь снимет проклятие с Лайлы? Однако глупо было ждать, что Лайла останется им благодарна. Но больше лживая одноклассница его не интересовала, ему нужно было как можно скорее поговорить с Маринетт, разумеется, если она только этого хотела сама - а настаивать он не мог, на Леди Баг и так свалилось всего слишком много, чтобы он хотел от неё чего-то ещё. Но попробовать он все равно был обязан.
- Ты не хочешь где-нибудь поговорить? - осторожно спросил Кот, неловко почесывая затылок и втайне безумно боясь ответа Леди Баг, но к его приятному удивлению она кивнула. Чтож, хотя бы это уже радовало, значит ещё одной недосказанностью станет меньше - а в идеале они должны исчезнуть совсем, но ведь правильно же кто-то говорил, что нельзя получить все и сразу. Или... можно?
- Вот это день, да? Определенно, не таким я его себе представлял... Верно, Маринетт?
Но она молчала.
Молчала и не смотрела на него, и Кот забеспокоился не на шутку: - Эй... ты разочарована, что это оказался я?

+1

7

Просто держи меня за руку-
Сколько останется, дай нам днесь.
Там где еще одна станция, просто дыши,
Просто будь живым здесь.

-Мне так жаль, - она шептала себе в колени даже не осознавая, что говорит вслух. - Прости меня, Адриан, мне так жаль.
Сейчас весь ее мир сузился в крупицу. Нет ничего, тишина, пустота, белый лист, с которым можно сделать все, что пожелаешь. Но она выбрала не делать с ним ничего. Она осталась одна со своей болью, не понимая, что может причинять боль другим. Ей даже было плевать на других. Ничто и никто не имел значения. Никто, кроме Адриана.
Больше нет. Его. Больше. Нет. А вместе с ним нет ни ее, ни Леди Баг. Как ей защищать Париж, если она не смогла защитить одного единственного, которого любила?

Она грубо одергивает Кота, который несомненно хочет помочь и утешить ее. Но ей не нужна жалость, ни его, ни чья либо еще. Просто оставьте меня одну, умоляю. Слезы все текут и текут из глаз, не останавливаясь, приумножая ее боль в стократном размере. Каждая слеза, каждое слово Кота как новая игла, что пронзают ее снова и снова, принося уже физический дискомфорт. Слезы не могут течь вечно, но Маринетт вполне может опровергнуть это. Ведь в конечном счете она оказалась просто слабой девочкой, не справившейся с возложенной на нее задачей.
Слова Кота долетают до края сознания, пытаясь достучаться до нее. Он все так же пытается успокоить ее, говоря, что все это лишь иллюзия. Но она-то знает правду, она видела, как падает Адриан. Так почему же он ей так нагло врет? В душе уже не осталось злости, только пустота и непонимание, зачем он это делает. Она смотрит на него сквозь пелену слез и все еще не понимает. Зеленая вспышка, и вот перед ней сидит Адриан Агрест, а рядом с ним плавает в воздухе скептически настроенный Плагг.

Иллюзия. Это всего лишь иллюзия. Новая иллюзия этой чертовой Вольпины. Ей мало, что она забрала у нее силу, она хочет ее совсем растоптать? Зачем? Зачем? Зачем?
-Уйди! - кричит девушка. - Ты не настоящий!
Она снова его отталкивает не желая признавать очевидного. Сейчас ей очень сложно поверить в то, что реальный Адриан это Кот, а иллюзия только что летела с башни вниз. Лила хорошо сплела свою паутину лжи, пробраться через нее к правде почти невозможно. Ведь это все не может быть правдой.
-Я так устала от этих иллюзий

Зачем она это делает? Зачем снова насылает его? Ей уже больно, она уже сломлена, она уже отдала талисман.
Слова Адриана звучат спокойно и уверенно. Слова Адриана разлетаются по той кромке льда, за которой она плывет в черной пучине отчаянья, разбивая этот лед, протягивая ей руку спасения. Просто посмотри вниз, там пусто, там никого нет. Сердце настоящего Адриана стучит прямо здесь, под ее ладонью, возвращая в реальность. А значит есть еще шанс, что Вольпина не победила. Есть шанс, что все будет хорошо. И имя этому хорошо Адриан Агрест, ее назойливый напарник Кот Нуар.

Тьма вокруг нее рассеивалась, но все это никак не укладывалось в ее голове. Адриан? Адриан?! АДРИАН?! Все это время рядом с ней был Адриан? Все те разы? И их случайные поцелуи, скорее даже просто касания губ. И когда их связывали вместе. И когда Кот неловко падал на Леди Баг, придавливая ее своим телом. И когда он флиртовал с ней. И когда она сама от него сбегала. И когда считала его надоедливым, ведь в ее сердце был только один мальчик.
Воспоминания об их совместных миссиях, патрулях и неловких ситуациях все еще крутились в ее сознании, когда Кот вернулся с ее серьгами. Все верно, ведь бой еще не проигран, она еще не закончила это дело.
-Лила? - уже Леди Баг, вновь на ногах, вновь супергероиня, ступила на смотровую площадку Эйфелевой башни после того как изгнала из Лилы акуму. - Я не должна была так с тобой говорить. Прости меня.
-О, забудь, - злобно отозвалась девушка. - Ты была права, мы никогда не станем друзьями.

***
На улице ужа давно стемнело. Ветер, как и всегда, гулял по Парижу, разнося свои истории всем, кто пожелает к ним прислушаться. Звезды и луна светили на ночном небе, еле проглядывая из-за освещенного города. Ночная гладь Сены снова была черна, словно именно в этих водах плыла Маринетт после потери лже-Адриана. Дело в том, что природе, да и в принципе миру, всегда плевать на то, что происходит в мире людей. У нее все спокойно и стабильно. Ей не до людских переживаний.
Маринетт сидела на крыше одного из домов напротив Нотр-Дамма в компании Адриана. Они уже давно перевоплотились обратно, не пытаясь сбежать друг от друга, как во все прошлые разы. Да это было и не надо, ведь теперь они узнали друг друга. Мысли и воспоминания прошедшего дня все еще крутились у нее в голове, не желая вот так просто отпускать. Из-за них даже в таком относительном спокойствии она все никак не могла расслабиться и отвлечься. Ей надо все это осмыслить, возможно даже побыть одной. Или побыть с Адрианом и все обсудить. Или куда-нибудь пойти, например к Алье, и все ей рассказать. Или еще что-нибудь сделать. Но ничего не происходило. Мир все еще был размером с крупицу, не желая расширяться до своего обычного состояния.
Видимо, со стороны она была очень расстроена, раз Адриан решил, что она разочарована.
-Серьезно? Разочарована? - она смущенно улыбнулась. -Почему я должна быть разочарована тем, что моим напарником оказался ты? Просто сегодня оказалось, что на самом деле моим напарником всегда был милый, удивительный, умный, красивый, загадочный, невозможный, самый красивый парень в коллеже, моя большая влюбленность, и вот я снова мямлю... Убейте меня...
Маринетт глупо хихикнула, но снова опустила плечи.
-А я... Я просто сдалась сегодня. Оступилась, позволила врагу завладеть талисманом, не смогла противостоять акуме и серьезно намеревалась прыгнуть вниз. После всего этого я просто слабая, мямлющая и глупая девочка. Я не та Леди Баг, которую ты ожидал увидеть своей напарницей.
Слезы, теперь уже слезы разочарования в себе, снова подступили к глазам. Она снова ходила по краю пропасти в надежде, что Кот Нуар ее спасет.

+1

8

Найти слова, которых я лишён, чтоб выразить, что нас переполняет
Адриан сделал вид, что задумался, хотя на самом деле ещё никогда ему не было настолько просто и легко, как сейчас. Возможность говорить с Леди Баг без масок, быть наконец-то самим собой - единым в двух лицах, сочетая одновременно и личность Эдриана Агреста, и Супер Кота - подарила ему то, что он столь долго, отчаянно, страстно... и безуспешно искал в себе и в этом проклятом мире вокруг. Уверенность. Уверенность в том, что все именно так, как и должно быть. Уверенность, что сейчас, по крайней мере, они будут слушать друг друга, а не находить тысячу и одну отговорку, чтобы удрать как можно быстрее с места только что отгремевших событий.

- Хм. Храбрая? Есть. Остроумная? Есть. Потрясающая? Есть. Справедливая? Есть. Бескорыстная? Есть. Красивая? Боже, разумеется. Талантливая? Есть. Добрая? Есть.
В ответ на тихий вопрос девушки он только лукаво улыбнулся, после чего продолжил: - Любопытная? Есть. Очаровательные веснушки? Несомненно, есть. С этими словами Эдриан нежно дотронулся пальцами до ее лица, словно он все ещё подсознательно боялся, что она его или оттолкнёт, или же снова начнёт сомневаться, что он сам уже навряд ли сможет вынести: - Понимаешь..., - он немного помедлил, пытаясь справиться с нахлынувшим на него волнением, и хотя бы сколько-то снизить интенсивность покраснения на лице, - ... я описываю Леди Баг точно такими же словами, которыми я бы описал тебя, Маринетт. Потому что, видишь ли... с маской или без неё под ней один и тот же человек! Это всё та же невероятно добрая, красивая и умная девушка, и совсем неважно, красный костюм на ней, или же белая футболка с цветочным рисунком.

Вот только знать бы, куда делась вся его уверенность, когда настал его черёд спрашивать, что она сама думает про своего идиота-напарника?
А вдруг она и в своей обычной форме, переняла от Леди Баг её извечный посыл о том, что во-первых, ОНИКОМАНДААНЕПАРА, а во-вторых, может быть... ей нравится кто-то другой? Конечно, от одной только такой мысли все внутри переворачивалось, и замирало в хаосе, но если уж и быть честными - так теперь уже до самого конца, без каких-либо полумер. Он немного нервно улыбнулся, потирая шею: - А интересно, нравится ли ей парень в чёрном кожаном костюме с его дурацкими кошачьими шуточками...?

Сердце тяжело стучало о рёбра, но он не торопил девушку с ответом, потому что понимал, как ей, скорее всего, было сейчас трудно вообще говорить хоть ЧТО-ТО.
Однако ответ пришёл вообще с той стороны, откуда не ждали, и на сцену их камерного ночного театра вышла квами Маринетт. И тут трудно было уже сказать, кто из них был краснее - квами, Маринетт или же он сам, будучи в полном шоке, и задающий про себя один-единственный вопрос: а... что? Но когда Маринетт, заикаясь, стала что-то говорить про вырезки из журналов, его наконец пробрало. Хохот Кота буквально прошёлся приливной волной по сонным крышам Парижа, взлохматил тягучее очарование родного города, и только мимолетный взгляд на Дюпэн-Чен заставил его немного успокоиться: - Нет, нет, нет! - он примиряюще замахал руками, - я смеюсь не над тобой, Моя Леди! Просто... послушай, - с этими словами он притянул девушку за плечо к себе поближе, - я открою тебе свой маленький секрет, ладно? Тут Эдриан почти вплотную наклонился к ее ушку: - У меня есть фигурки Леди Баг..., - в ответ на что откуда-то сбоку раздалось мерзкое хихиканье чёрного квами: - Ты хотел сказать куклы..., - но Кот только отмахнулся, - ... Нет, фигурки. Есть разница. Замолкни, Плагг. И кажется, эта информация чуть успокоила Маринетт, она даже улыбнулась, и Эдриан продолжил: - Ага. Включая очень редкую из ограниченной коллекции на шарнирах и с движущимся йо-йо. Теперь Маринетт совсем успокоилась, а он мог только очарованно любоваться девушкой, не переставая думать про себя - или уже даже вслух, какая же она всё-таки милая. Он накрыл ее крохотную ладошку своей ладонью: - Маринетт... я рад, что это оказалась ты.

Он обеими руками притянул к себе девушку.
Такая маленькая.
Такая хрупкая.
Такая беззащитная.
Такая любящая. И такая... сильная. Смелая. Самоотверженная. Преданная. И все эти качества, кто бы только мог подумать, сосредоточены в ней одной - в Маринетт Дюпэн-Чен, в девушке, которую он любил беззаветно и всей душой. Насколько же им станет сейчас проще, когда они знают о себе самое важное. А что касается всех остальных окружающих... то пусть и дальше остаются в блаженном неведении, во всяком случае Супер Кот и Леди Баг точно сделают все возможное для сохранения теперь уже их общей маленькой тайны, в конце концов им ведь не привыкать. Разве что...
- Нужно будет поговорить с мастером Фу..., - наконец проговорил парень, - в том числе по поводу Вольпины. Я не был бы собой, если бы не предположил, что она уже не просто пешка Бражника, но его полноценная союзница. Он с величайшей осторожностью и любовью прижимал к себе Леди Баг-Маринетт, пропуская отдельные пряди ее волос сквозь пальцы: - Маринетт... я был слеп. Прости меня. Все это время моя любовь была рядом со мной, а я узнал про это только сейчас.

+1

9

Je ne sais, ne sais, ne sais pas pourquoi,
On s'aime comme ça la Seine et moi.

Маринетт смотрела на парня, сидевшего рядом, во все глаза и не верила, что это вообще с ней происходит. Не может так быть, просто не может. А он все перечислял и перечислял ее качества, которые она сама в себе не замечала. Хотя ей говорили, что она добрый человек. Да та же Алья постоянно удивляется, как вообще такое возможно. Добрым людям обычно не везет. Некоторые назвали бы ее бесхребетной, а не доброй, или уж тем более бескорыстной. Но не он, нет. Видимо, все и правда так.
Ядовитые цветы увядали с каждым новым словом Адриана, возвращая ей уверенность в себе и своих силах как Леди Баг. Скоро она даже не вспомнит, что они вообще были, отравляя ее саму. Скоро она даже не вспомнит, как чувствовала себя Русалочкой на берегу, без голоса и с болью, словно тысяча игл впивались в нее пока она шла.
Рука Адриана ложится на ее лицо, но все, что она сейчас может, это слушать и смотреть, боясь пошевелиться. А вдруг сон? Или, что хуже, снова иллюзия? Он даже задает вопрос, на который она знает ответ, но боится сказать. Хотя буквально минуту назад чуть-ли не в любви ему призналась.

-Конечно нравится, - гордо произнесла маленькая квами. - Она твоими фотографиями обклеила все стены своей спальни.
-О, нет. Тикки! Ты не можешь просто так появляться и говорить такие вещи!
Надо же, квами сдала свою хозяйку со всем потрохами. Как ей теперь смотреть в глаза Адриану? И что он подумает? А вдруг посчитает сумасшедшей фанаткой? Перестанет воспринимать всерьез? Возгордится как в облике Кота? Но маленькая Тикки только смеялась на гневные возгласы Маринетт. Она же ведь права, больше нет никакого смысла скрывать свои чувства друг от друга.
-Насчет этого... - Мари снова замялась, явно смущаясь такого откровения о своей жизни от квами, но деваться уже было некуда, раз слова были произнесены. - Дело в том... Эм... Есть несколько вырезок из журналов...
Но и без того сбивчивое оправдание прервал смех Адриана. Этот вечер определенно не может стать еще более непредсказуемым, а весь этот день точно стоит обвести в календаре красным и никогда больше не забывать. День, когда Леди Баг была на краю пропасти. Во всех, черт побери, смыслах. И ведь она действительно успела постоять сегодня и над пропастью свободного падения, и над своей собственной пропастью. И даже сейчас она все еще как будто вглядывается, но не может разглядеть дно. А снизу пробивается свет, заполняя черную пустоту собой. Удивительно, как Черный Кот может быть светом.
Бывают такие дни, когда все вроде бы начинается вполне спокойно и привычно. Вот ты проснулся, позавтракал, сходил в коллеж и уже думаешь, как пойдешь домой и спокойно сделаешь все свои дела на завтра, но одно маленькое происшествие, один, как бы это ни звучало, взмах крыла бабочки, и вот весь твой день уже стоит на голове. Как это говорится, ничто не предвещало беды. Но вот сегодня именно такой день. Ничто не предвещало беды, но вот они уже знают, кто они такие на самом деле. Ничто не предвещало беды, но вот они сидят ночью на крыше дома и смотрят на спокойную гладь Сены. Ничто не предвещало беды, но вот Адриан Агрест смеется рядом с ней над ее же словами. Нет, она нисколько не обижается. Хватит с нее на сегодня провоцировать Бражника на новых акум.

И снова эта фраза, потому что действительно ничто не предвещало, но вот Адриан слишком близко от нее. Слишком. Близко. Максимально. И если бы он в это время не держал ее за плечи, она бы точно рисковала свалиться с крыши. И пока-пока, маленькая Леди Баг, забирай свой талисман Бражник, чтобы ты не хотел с ним сделать. Но доверительный шепот Адриана, саркастичные комментарии Плагга, даже общее смущение позволило Маринетт чувствовать себя более-мене спокойно и даже расслабленно.
-Что? - она сама уже откровенно смеялась. - Не верю. Я думала, что только Хлоя может собирать такое.

Напряженность между ними окончательно спала. Париж спасен от иллюзий, Маринетт спасена от самокопания и отчаянья. Темнота больше не кажется ей такой уж страшной и опасной. Ведь все возможно, когда рядом тот, кто поддержит и направит.
Ночь на удивление стала более теплой, а ветер с Сены как будто окутывал и ласково накрывал собой. Рука в руке, плечом к плечу. Им ведь светит так провести еще не один год. Сейчас Маринетт даже рада, что так все произошло, но с мастером действительно придется объяснится. А раз Тикки ее не отговаривала от всего, что они сегодня сделали, значит и мастер против не будет. Ведь так действительно проще для всех.
Маринетт положила голову на плечо Адриана. Сейчас ее уже не волновало ничего, лишь бы он был рядом. Они смогут справиться со всем. И с Лилой, и с Бражником, и даже с удивлением и расспросами Нино и Альи.
-Мы оба узнали об этом только сейчас, Адриан, - она блаженно улыбалась, прикрыв веки. - Но это не значит, что это плохо, ведь всему свое время, правильно?

Внизу под ними все еще сновали заблудшие парижане и туристы, все еще работали ночные кафешки. Париж никогда не спал, приветливо открывая свою ночную сторону для всех, кто готов был ее увидеть.

Отредактировано Marinette Dupain-Cheng (23-05-2019 22:34:02)

+1

10

— Если она пишет такие же слащавые стихи, это точно твоя половинка!
— И не подписано..., — но только Эдриан это сказал, как он буквально затаил дыхание, увидев по левую руку от себя крохотную божью коровку, которая села не куда-нибудь, а прямо на ту самую валентинку, которую из всей кучи тех самых пресловутых любовных посланий, будь они только не ладны, выдернул Плагг.
Да он же ведь как чувствовал!

Невольно вспомнился момент, когда Эдриану было около семи лет, и тогда к нему в очередной раз пришла в гости Хлоя. Сложно поверить, но уже в таком юном, нежном и казалось бы, неиспорченном возрасте, маленькая мадмуазель Буржуа умудрялась быть совершенно невыносимым человеком, который свято и наивно полагал, что весь мир просто обязан вертеться только лишь вокруг одной его сиятельной персоны. Уже тогда молчаливый и тихий Эдриан порой не понимал, почему Хлоя порой бывает настолько беспощадно жестокой даже к тем, кто этого вовсе не заслуживает, но он молчал, потому что по сути Хлоя была его единственным другом, и он не мог расстаться ещё и с ней. Как бы ему порой ни было обидно за других.
— Хлоя, перестань, пожалуйста..., — но разве же она его слушала?
Нет, никогда.
Никогда такого не было, никогда такого не будет... и всегда будет так, что её будет волновать только её собственная персона, и исполнение именно её, а не чьих-то ещё потребностей.

— Ой, Эдрианчик, да брось, ну подумаешь, мир избавился от этого жуткого поролонового монстра, это ведь ещё хуже, чем платье не того цвета или плохая прическа! — мальчик только покачал головой. Только потому, что её раздражала чья-то игрушка, она её взяла и выкинула в мусорное ведро? В самом деле, ну кто так делает?
— Хлоя, но ведь это была не твоя игрушка..., — он всё ещё пытался достучаться до подруги, он был уверен, что она его послушает, ведь они же друзья, разве может быть иначе? Оказалось, что ещё как может — Хлое было настолько наплевать до опечаленного мальчика, и что она распоряжалась, мягко говоря, совершенно не своей вещью, что она даже искренне — ИСКРЕННЕ! — удивилась, что же его так расстроило.
И уже потом, много-много лет назад, когда она стала приклеивать жвачку к скамейке, на которую вскоре пришла Маринетт, и он, пытающийся эту самую жвачку убрать, в итоге ещё и получил... Но как он сам тогда говорил сам себе — это было за дело. Привыкшая к грубости и резкости Хлои Маринетт просто защищалась — и вряд ли верила, что её друг будет другим.

А потом... потом в его жизнь ворвалась эра Супер Кота, длящаяся и по сей день, и именно это в какой-то степени помогло не только ему, как Эдриану, который наконец-то мог почувствовать свою собственную персональную свободу, но и как Эдриану, ведь Кот помимо всего прочего помогал ему чуть глубже смотреть на окружающих — и перестать питать лишние надежды по отношению, например, всё к той же Хлое, ведь какие-то люди не меняются, даже если ты для этого из кожи вон выпрыгнешь.
Вот только оставался один вопрос — как, КАК, становясь всё более прозорливым и знающим, он не разглядел, что невероятно скромная, милая и такая удивительно талантливая Маринетт Дюпэн-Чен — и есть его любимая Леди Баг?
И как он в итоге оказался прав, когда думал, что валентинку прислала именно его возлюбленная!

А как был прав мороженщик Андре, когда он дал ему мороженое, в точности иллюстрирующее любимую девушку — шаг за шагом, мелочь за мелочью, но всё в итоге вело к тому, чтобы в какой-то момент он в итоге открылся той, которую любил больше всего на свете. Им обоим нужно было просто немного подождать, даже если это с каждым днём становилось всё труднее и всё невыносимее. Он обижался, злился, недоумевал... а в итоге получалось, что он обижался на самого себя, ревнуя самого себя к самому же себе.
От такого ведь кто угодно спятит.

— Только представь, Маринетт..., — тихо говорит Эдриан, — я ревновал тебя к самому себе. То есть... я и подумать не мог. Я не видел. Я..., — он чувствует её палец на своих губах, и понимает, что он сейчас настолько взволнован, что говорит просто несусветнейшую глупость, и по-хорошему ему бы надо просто заткнуться и замолчать, и заставить его это сделать могла только Маринетт.
И он был безмерно, без оглядки, всецело ей за это благодарен.

Эдриан обнимает Маринетт, и перед глазами все плывёт, вернее плывёт весь мир вокруг, и только она, Маринетт Дюпэн-Чен — константа. Неизменная. Постоянная. И даже если он сейчас закроет глаза, то она все равно останется рядом, потому что, как он сам сказал чуть раньше — больше он её никуда и никогда не отпустит, разве что только она сама об этом не попросит. Ладони Агреста скользят по хлопковой ткани темного жакета, изредка чуть сжимаясь, словно он до сих пор боялся, что если он не будет ее достаточно крепко и сильно держать, то она исчезнет, растворится в столь незаметно подступившем вечере.

За грохотом собственного сердца он даже не слышал, что ему говорила Маринетт, он мог только с упоением разглядывать каждую чёрточку, каждую линию на её лице, словно он видел её впервые в жизни. Хотя с другой стороны именно так оно и было — раньше ведь они были просто... Кем? Знакомыми по колледжу? Друзьями, которые постоянно куда-то исчезали, когда этот мир в очередной стомиллионный раз начинал катиться в пропасть?
Но не сейчас.
Ведь сейчас он узнал, что на самом деле Маринетт Дюпэн-Чен — та, по кому он буквально сходил с ума, мучился и маялся, и всякий раз, когда Леди Баг в своей извечной манере полушутя, но тем не менее безумно настойчиво отвергала его, он страдал и всеми силами мечтал узнать, кого же так сильно любит Его Леди — его, черт побери! — чтобы хотя бы убедиться, что она счастлива. Но в свободное от миссий время он не мог найти её, зато умудрялся всегда найти Маринетт — и нет бы его это хоть раз, но насторожило! Так нет же, жил в блаженном неведении. Или просто не замечал очевидного?
Какое же это ужасающее чувство — душевная слепота.

— А... Что за небольшой сюрприз? — как назло, в памяти всплыл именно что их от самый пресловутый разговор на балконе. Его собственная грусть и печаль, огромные настолько, что он сам не мог даже физически с ними справиться, потерянная и опечаленная Маринетт... От одного только вида её огромных, блестящих от невыплаканных слез глаз хотелось свернуться калачиком и рыдать, просить прощения за всю ту вольную и невольную боль, которую он ей только причинил — и как в облике Агреста, так и в облике Кота.
— Да уже неважно. Она ведь так и не пришла..., — вздох, полный сожаления. И потом эти слова Маринетт, после которых он к ней даже обернулся. Ну вот как, КАК он не понял, что его любовь все это время стояла рядом с ним, буквально на расстоянии вытянутой руки?
Идиот.
И д и о т. Притом редчайший.

Но это ничего.
Ничего.
Больше он такой ошибки не совершит никогда и ни за что в своей жизни. Эдриан обнимает Маринетт, свою самую чудесную на свете Леди Баг, и эта любовь в нем горит подобно солнцу, прогревая все тело — от груди до кончиков пальцев. Какие уж тут связные мысли и правильно построенные логические предложения и цепочки, когда все, о чем он только может в настоящий момент думать — это девушка, которая раскрыла перед ним всю свою душу. Доверие — основа для самых лучших, самых крепких на свете взаимоотношений, так пусть же так будет и впредь.

— Мари..., — он осторожно погладил её по щеке, — посмотри на меня.
Всё ради того, чтобы ещё раз, но хотя бы просто посмотреть в её огромные васильковые глаза, которые сейчас так резко контрастируют с пунцовым лицом.
— Ты должна знать одно, только одно — я всегда, слышишь меня, всегда буду рядом с тобой. Я никогда, и ни за что тебя не оставлю, и никто и ничто не заставят меня это сделать — и каким-то там иллюзиям придётся очень сильно постараться, чтобы отвадить меня от тебя. Если только...
Последние же слова ему пришлось буквально выталкивать из себя, настолько это ему претило, и настолько даже сама мысль об этом была для него болезненной и тяжелой: — ... Если только ты сама вдруг однажды этого не захочешь. Тогда конечно, я подчинюсь... Но..., — Агрест с трудом выдавил из себя подобие улыбки, — не обещаю, что мне дастся это легко. Помнишь ведь, что я говорил? По-настоящему моим сердцем управляешь именно ты, и только ты. Маринетт Дюпэн-Чен. Леди Баг.
С этими словами он крепко прижал её к себе.
— Больше тебя никто и никогда не обидит. Я даю тебе слово.

Внезапно откуда-то из темноты раздалось до боли знакомое шипение, от которого он даже подскочил, при этом ни на секунду не выпуская его собственную Леди Удачи из кольца своих объятий: — БОЖЕ, ПАРЕНЬ, ДА ПОЦЕЛУЙ ТЫ ЕЁ УЖЕ!
С другой стороны — Плагг ведь прав. Пожалуй, как никогда прежде — сколько он даже ему в своё время плеши проел про его неразделенную любовь к парижской супергероине. Так стоит ли дальше скрывать то, что и так уже видно, со всех сторон?
— ... Ты позволишь?
А потом её рука скользит по его шее, он чувствует тёплое и удивительно чистое дыхание, и он окончательно теряет связь с этим миром. По его же собственным ощущениям его собственное сердце колотится уже где-то в горле, в то время как он сам тянется навстречу к губам Маринетт. Это было даже ещё лучше, чем он мог себе это только представить — он целовал её нежно и в тоже время упрямо и отчаянно, сжимая под своими пальцами ткань её пиджака, совершенно не желая прерываться ни на секунду, даже ради того, чтобы вдохнуть хотя бы немного воздуха.

+1

11

Мы не нуждаемся в рецензии нашего фильма
То, что ощущаем мы другим не видно.
Сегодня молния и гром, завтра мир
Но мы по сторону экрана, что закрытый ширмой

Вся эта ситуация была похожа на сон, созданный совершенно сумасшедшим демургом. В голове не укладывалось, что ее метаниям наконец-то пришел конец. В один день. В несколько часов. Столько времени она находилась рядом с Котом и даже не догадывалась, что это был тот, кого она так любила все это время. Непроходимые идиоты. Причем оба они такие. Влюбленная в Адриана, она даже представить себе не могла, что отвергает ухаживания своего напарника, который на поверку оказался именно тем, чьи ухаживания она бы ни за что не отвергала. А он, так влюбленный в Леди Баг, совсем не замечал в своей однокласснице именно ту, что наступила ему на сердце.
Но теперь, теперь все маски сорваны, недосказанностей больше нет и можно больше не скрывать свои настоящие личности. По крайней мере перед друг другом. Однако, Маринетт не была бы самой собой, если бы всецело поддалась на волю чувствам и забыла про их общего врага, личность которого они все еще не могли узнать и остановить его. Бражник. Если он узнает о том, что Леди Баг и Супер Кот знают друг друга в жизни, и более того, являются парой, он мог повернуть это в свою пользу. Ведь теперь их сила может стать их слабостью.

-Адриан, ты же понимаешь, что мы все еще должны скрывать, что знаем личности друг друга как Леди Баг и Супер Кота? - она внимательно посмотрела на парня рядом, но тот как будто витал в облаках. Впрочем, ничего нового. Кот порой делал так же. Но чему она удивляется? - Хорошо, поговорю с тобой об этом позже, - пробормотала себе под нос девушка.
Их квами, Тикки и Плагг, тоже были не собраны. Их можно было понять. Столько времени скрывались друг от друга и не могли ни словом, ни действием подсказать своим хозяевам что-либо. Даже между собой не могли говорить, а ведь им этого очень хотелось. Так что теперь они наверстывали упущенные возможности с лихвой.

Маринетт улыбнулась. Все же, может действительно стоит хотя бы на этот вечер забыть о своей второй личности и просто наслаждаться этим вечером. Она невольно вспомнила все те слова, что были ей сказаны. Мороженщик Андре прекрасно знал, в кого она влюблена, даже не видя его ни разу. Словно мята его глаза и персика цвет его губы. Все верно, Андре, все верно. В мятных глазах Адриана можно было тонуть. В глазах Кота цвета свежей травы всегда плясали чертики, которые с легкостью затаскивали в свой омут. Она все удивлялась самой себе, как же раньше она не заметила, как не заострила свое внимание на словах мороженщика и Альи, почему ее собственное сердце ни разу не подало знак рядом с Котом, почему же Тикки молчала все это время. Хотя квами можно было понять, ведь им строго настрого запрещено раскрывать личности своих хозяев и хозяев чужих квами. Что ж, Маринетт не злилась, ведь все в итоге вышло как нельзя лучше. Хотя предшествующие этому события хотелось выкинуть из головы, забыть как страшный сон и никогда больше не вспоминать. Она еще успеет поквитаться с Бражником и Вольпиной за все те страдания, что она пережила сегодня.

Она ощутила нежные прикосновения к своей щеке и повернула голову в сторону того, кто нарушил ход ее мыслей. Адриан что-то говорил про то, что ее никто больше не обит, про то, что она сама возможно захочет разорвать их отношения, которые только-только начали зарождаться, еще про что-то. Нес совершенно непонятную ахинею, которую она даже не хотела слушать и слышать. Он был так близко, такой родной и любимый. Словно так было всегда, словно так и должно быть. И в этот момент, когда их взгляды были устремлены друг на друга, она четко поняла для себя одну мысль. Никто и никогда, никакой Бражник, не сможет одержать над ними верх. Они все преодолеют, они станут силой друг друга, не допуская и малейшей слабости. Они справятся, ведь теперь они вместе, навсегда. И именно это и будет толкать их вперед. Они сильны в своем единении.

Первым не выдержал Плагг. Видимо, маленькому квами в виде черного кота так надоело смотреть, как эти двое не предпринимают никаких действий, что он просто не смог дольше ждать. Удивительно, но Маринетт была благодарна этому любителю дурно пахнущего сыра. Даже не смутилась, не одернула его. Даже Тикки не сказала ему ни слова, видимо у нее были те же мысли. Одна единственная мысль на четверых, высказать которую нашел смелость только разрушитель.
Девушка улыбнулась, глядя на все еще теряющегося парня. Даже его неловкие вопросы и просьба разрешения поцеловать ее, были забавными. По хорошему забавными, ведь она вовсе не хотела над ним смеяться. Зачем вообще смеяться над тем кто так дорог, и хочет тебя поцеловать, и делает это впервые, и...

Все мысли разом вылетели из ее головы, когда их губы соприкоснулись. Она сама не заметила, как обвила руками его шею, зарываясь пальцами в пшеничные волосы. Сердце ушло в пятки, все внутренности сделали в организме парочку сальто, как будто она не сидела в тишине ночи на крыше с Адрианом, а по меньшей мере каталась на американских горках. В голове взрывались фейерверки. Где-то на задворках сознания четко отпечатались тихий вздох Тикки, ликующий вскрик Плагга и удовлетворенная и слегка смущенная улыбка Адриана сквозь поцелуй.
Это было последним, что она уловила уплывающим сквозь ночной воздух разумом.

Луна освещала водную гладь Сены. Колокол Нотр-Дама отбил полночь.

Отредактировано Marinette Dupain-Cheng (23-06-2019 20:33:00)

+1


Вы здесь » TimeCross » the 10kingdom [архив эпизодов] » Le temps des cathedrales [Miraculous]