пост недели C. C. Теплый вечер спустился на новую столицу Британнии. Теплый, немного душный, совершенно неподвижный воздух. И практически полная, сонная тишина, изредка нарушаемая голосами, какими-то вялыми и уставшими. Странный, удушливый вечер. Словно большая часть ее неимоверно долгой жизни.
23.05 Свершилось! Вы этого ждали, мы тоже! Смена дизайна!
29.03. Итоги голосования! спасибо всем кто голосовал!
07.02 Если ваш провайдер блокирует rusff.ru, то вы можете слать его нахрен и заходить через: http://timecross.space
01.01 Дорогой мой, друг! Я очень благодарен тебе за преданность и любовь. Поздравляю тебя с Новым годом! Пусть каждый день, каждую секунду наступающего года тебе сопутствует удача, в жизни не прекращается череда радостных событий, в сердце живет любовь, в душе умиротворение, а сам ты был открыт всему неизведанному и интересному! Желаю, чтобы даже в самые холодные и ненастные дни тебя согревало тепло близких, а рядом всегда был любимый человек, искренние друзья и соратники. Вдохновения тебе, креатива и море позитивных эмоций в Новом году!
выпуск новостей #142vk-time-onlineрпг топ

TimeCross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » TimeCross » family business [внутрифандомное] » Mile Deep Hollow [da]


Mile Deep Hollow [da]

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

MILE DEEP HOLLOW [DA]

•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

https://d3bzyjrsc4233l.cloudfront.net/cache/6c/0d/6c0d518b9957ce5cf3ef5c9856ace1a0.jpg
Heilung - Krigsgaldr

УЧАСТНИКИ

ВРЕМЯ И МЕСТО

Salae Lavellan, Einarel Tabris

Ферелден, 9.31 Дракона

АННОТАЦИЯ

Архидемон повержен, но об этом знают далеко еще не все, и не все порождения тьмы убиты.
Немногочисленный долийский клан не мог дать отпор чудовищам, но и бежать им некуда.

•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

+1

2

"Вот ведь досада," — заметил как-то раньше Алистер, — "а я-то надеялся, что после кончины дракона эти твари, ну знаешь, — пам-пам-пам! — все полопаются и пропадут. Они же должны были. Да? Да?.."

Нет. Эйнарель и сам не был готов к тому, что последний его удар не закончит историю. Не готов был настолько, что был даже рад проваляться почти сутки без сознания, оглушенным до слепоты вспышкой смерти Древнего Бога — и лишь потом, очнувшись под утренним солнцем за окнами, узнать, что порождения отступили от стен города, панически бежали и рассеялись, позволив людям первый короткий и самый сладкий вздох свободы. Осознание того, что жизнь победила. Что повержено древнее зло, чёрной тенью летавшее над городом. Люди, эльфы, гномы — все неистово ликовали, празднуя эту победу, забыв на это недолгое время эйфории всю рознь, все проблемы и былые склоки. А он сидел на постели, смотря на свои исцарапанные руки в бинтах, и никак не мог объять умом тот факт, что почему-то всё ещё существует на этом свете. Достигнув своей цели — продолжает быть. Так, как хотел, как решал тогда, тёмной ночью в замке эрла Редклиффа принимая предложение ведьмы. Тогда он отчаянно не хотел умирать — а теперь, оказалось, уже и забыл, как это вообще бывает, жить, а не сражаться. Как это, когда снова начинаешь принадлежать самому себе. Как это, когда стоишь наверху, а не карабкаешься по скользкому крутому склону, без конца падая коленями в грязь и подымаясь ради нового, следующего шага.

Труднее всего было понять, куда идти теперь, с этой вершины.

...в щели наколенника забивается гнилая листва лесной подстилки, крошится и летит мелкими ошметками, когда затаившийся под кустом Страж стремительно подхватывается на ноги и бесшумно перебегает под укрытие замшелого валуна. Замирает, не движется, почти не дышит — слушает. Не те звуки просторного, глубокого леса, что полнят собой серое, лишённое солнца и затянутое мутной сырой дымкой утро весны, близящейся к своей середине. Высокие сосны шатаются, тоскливо скрипят на ветру, что посвистывает резкими холодными порывами меж стволов, и лес на мили вокруг кажется пустынным, спокойным, не проснувшимся ещё от зимней спячки — даром что снега сошли уже даже здесь, на юге, оставив редкие напоминания о себе в глубоких впадинах. Лишь робко проклевывающаяся на ветках кустов зелень говорила о новом времени расцвета и роста. Но ни птиц, ни зверей, тишина, пустая тишина. Это и настораживало больше всего.

Это и было следом.

Чёрные невнятные пятна порчи тут и там, заломы на молодых, но стремительно высохших ветках, бестолково сбитая тяжёлыми шагами листва. Всё это попадалось на глаза позднее, только подтверждая подозрения. Труп гарлока, порванного своими же в склоке, переломы видны. С ними случается. Дальше — труп генлока, распятый тремя стрелами. Через шагов тридцать ещё один. Чьё-то тело, опалённое до костяного остова магией эмиссара, лежит посреди широкого жжёного следа на лесном ковре...

Ещё дальше — два сражённых кривыми клинками эльфа с рваными ранами на телах, лица расписаны татуировками; догадки о стрелах были верны, здесь долийцы. Мучительно раскрытый в немом последнем крике рот, уставившиеся в небо глаза. Эйнарель снимает перчатку, смыкает мягким касанием веки убитого. Недавно. Не больше трёх, может, четырёх часов назад. Ещё перед рассветом.
Они шли за стаей след в след и были уже очень близко. Скоро.

...впечатление чистой, радостной победы было обманчивым. Стражи снесли с плеч орды её голову, однако уродливое тело первородной тьмы, бесконечными сотнями тварей заполонившей земли Ферелдена, продолжало корчиться с бестолковым паникующим упрямством курицы, вырвавшейся из хвата мясника. И массы этого тела хватало, чтобы продолжать причинять более чем существенные беды и разрушения. Если бы они шли чуть быстрее, если бы не задержала другая стычка, если бы...

Нет. Как бы ни было жаль, но каждого не спасёшь. Жертвы будут. Будет ещё много погибших, пока они вычищают остатки орды. Пока — и от этого снова прошибает холодной судорогой, — их в Ферелдене всего двое. Трое, но третьего можно не считать — увяз в делах короны и сражается за страну на другом фронте, не желая, к тому же, иметь много общего с Орденом, которому служит его принципиальный враг. Эйнарель ещё перед Собранием запихал злобу под пятку в самые сапоги, чтобы не мешала. Им нужны Стражи. Им нужны те, кто не гибнет от чёрной лихорадки скверны. Запрошенная помощь из Орлея придёт, но не сегодня, не завтра.

А порождения не будут ждать.

Не ждёт и Командор — уже в плечах, младше и ниже ростом всех в этом небольшом передовом отряде, не щуплый только благодаря надёжной кожаной броне эльф, о расе которого сейчас разве что по чертам лица и большим серым глазам догадываться; уши надёжно спрятаны под резной шлем, — снимается с места, резким взмахом руки призывая идти за собой, спорой рысцой сквозь лес, на ходу отмечая всё новые следы прошедших здесь порождений, гонимых сквозь неприятный им свет дня приказами эмиссара и жаждой близкой добычи, утоления своей тяги к разрушению мира. Долийцы, отступая, сопротивлялись, как могли, но силы явно были неравны. За его авангардом из четырёх следопытов идут по группам ещё двенадцать — люди, эльфы, гномы. Лучшие из тех, кто мог, кто готов был сражаться. Достаточно, чтобы справиться с любой стаей, какую мог собрать вокруг себя эмиссар или альфа.

Если бы только они могли мгновенно оказаться там, где нужнее всего.

Шум сражения слышен в лесу издалека, доносится отголосками эха, становящегося всё чётче, всё понятней, всё яростней, громче шепота скверны в ушах, и слышит его не только Страж; горловой клёкот и истошные визги тварей, рыки, певучие крики и воззвания на незнакомом языке, треск магии — и взрыв, яркая вспышка огненного шара, брошенного эмиссаром под один из аравелей, пламенеющими обломками взлетевший на воздух. Цели делятся мгновенно, быстрыми жестами рук и кивками; срывая с пояса флакон, Исана бросает его себе под ноги и, окутанный отводящим глаза туманом, между остальных нападающих устремляется к самому опасному из них. Ни один альфа-гарлок, — даже тот, что беснуется с двуручным молотом, круша подряд все заграждения, что эльфы успели выставить, в ярости игнорируя стрелы, которыми он истыкан, как подушка для иголок, — не может быть разрушительнее эмиссара, который уже готовит новое плетение, размахивая костлявыми руками в бешеном ритме.

Стрелы его не берут, отлетают от вспыхивающего волшебного щита, только заставляют помедлить, прерваться, и с раздражённым шипением начать заклинание заново. Но позади себя он не видит, позади есть слабое место, и если ударить в него достаточной силой... прыжок! — два занесенных клинка вспыхивают рунными печатями, разбивают на осколки щит; отдача чуть не вырывает их из рук, заставляет сжать рукояти до предела сильнее, но сила тяжести делает своё дело — сильверитовые "клыки" вонзаются в спину парящей в двух футах над землёй твари, вырывая у неё истошный визг и сбивая на землю весом атакующего. Рывок назад, удар наперекрест — без головы много не наколдует. Теперь альфа- Исана оборачивается, чтобы увидеть, как монстр в полтора раза выше остальных медленно заваливается на спину, из глазниц его торчит по стреле. Авангард Командора знает своё дело и имеет куда лучший угол обстрела, чем загнанные за остатки аравелей долийцы.

Слышатся рьяные призывные крики — это воины, шедшие позади авангарда, присоединяются к драке, и порождения наконец отвлекаются от эльфов. Гремят щиты, взмах двуручного меча подбрасывает разрубленного на две части генлока, чья верхняя половина, кажется, ещё продолжает визжать. Арсан схватился с крикуном, был опрокинут, но пинком ноги отправил тварь дальше и со злорадным оскалом подхватился следом, бросаясь на ловкого монстра с двумя длинными кинжалами против её когтей. Исана, кажется, никогда не поймёт, как этот человек так нагло — и так успешно, — пробивает защиту врага один на один. Взгляд сдвигается влево, рука решает бросок едва ли не быстрее, чем разум осознаёт — и метательный нож впивается хищной птицей в шею гарлока, заходящего сбоку к колдующему магу. Тот ловит взгляд, кивает — и спускает с рук молнию, мерцающей цепью распинающей параличом сразу четырёх моровых тварей. Воинам не требуется много времени, чтобы покончить с ними, разрубая застывшие в судороге тела.

Пламя, щедро разбросанное взрывом по сторонам, поднимает серый смрад чада от листвы под ногами, расползаясь неумолимо сразу десятком очагов; подожжённые аравели, составленные близко для обороны, перехватывают друг у друга огонь, жадно поедающий сухое дерево, бросающийся на ткань парусов и флагов, и дым валит чёрными клубами от разгорающегося всё сильнее пожара, яркого даже при сером утреннем свете. Морщась от едкого смрада, Исана ныряет от фронта боя между горящих следов, с наветренной стороны, перепрыгивая остов разрушенного альфой аравеля, и обращается к тем эльфам, до которых не успели — не считая нескольких тел, взятых крикунами, и самих двух трупов поганых скрытных тварей, — добраться нападающие.

— Ваши маги ещё живы? — кричит он им, едва показавшись на виду. — Они могут сделать что-нибудь с огнём?! Наш там, — взмах рукой в сторону линии уже не то что боя, добивания; но с треском пожара счёт идёт на удары сердца, — ещё немного занят!..

Отредактировано Einarel Tabris (17-05-2019 23:09:57)

+2


Вы здесь » TimeCross » family business [внутрифандомное] » Mile Deep Hollow [da]