пост недели C. C. Теплый вечер спустился на новую столицу Британнии. Теплый, немного душный, совершенно неподвижный воздух. И практически полная, сонная тишина, изредка нарушаемая голосами, какими-то вялыми и уставшими. Странный, удушливый вечер. Словно большая часть ее неимоверно долгой жизни.
23.05 Свершилось! Вы этого ждали, мы тоже! Смена дизайна!
29.03. Итоги голосования! спасибо всем кто голосовал!
07.02 Если ваш провайдер блокирует rusff.ru, то вы можете слать его нахрен и заходить через: http://timecross.space
01.01 Дорогой мой, друг! Я очень благодарен тебе за преданность и любовь. Поздравляю тебя с Новым годом! Пусть каждый день, каждую секунду наступающего года тебе сопутствует удача, в жизни не прекращается череда радостных событий, в сердце живет любовь, в душе умиротворение, а сам ты был открыт всему неизведанному и интересному! Желаю, чтобы даже в самые холодные и ненастные дни тебя согревало тепло близких, а рядом всегда был любимый человек, искренние друзья и соратники. Вдохновения тебе, креатива и море позитивных эмоций в Новом году!
выпуск новостей #142vk-time-onlineрпг топ

TimeCross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » TimeCross » the 10kingdom [архив эпизодов] » А кругом все одно и то же: не понять, кто свой, кто чужой... [WoW]


А кругом все одно и то же: не понять, кто свой, кто чужой... [WoW]

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

А КРУГОМ ВСЕ ОДНО И ТО ЖЕ: НЕ ПОНЯТЬ, КТО СВОЙ, КТО ЧУЖОЙ... [WOW]

Можно всё объяснить словами
Только прока нет в тех словах... (c)

•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

https://i.kinja-img.com/gawker-media/image/upload/dszipxn4pxbpnh1in2tc.png

https://i.pinimg.com/736x/bc/a5/b5/bca5b5a806f4f71368a3eca8b6fdddaf.jpg

https://media.mmo-champion.com/images/news/2014/november/wcMovieArt04.jpg

УЧАСТНИКИ

ВРЕМЯ И МЕСТО

The Deathlord, Varian Wrynn, Anduin Llane Wrynn

Вскоре после бунта рыцарей Черного Клинка против воли Короля-Лича; Штормград

АННОТАЦИЯ

Бывшие враги предлагают союз. Бывший враг - заклятый враг, нежить, поднятый мертвец с ледяными глазами - приходит с поручительским письмом от одного из лучших друзей. От воина Света, чья честь, доблесть и преданность не вызывают сомнений.
...равно как и его доброта.
Сложно не поверить в подлинность переданного письма. Но еще сложнее - поверить в его реальность. Не был ли обманут лорд Тирион? Не затмило ли его благородство - его разум? Стоит ли верить нежданным "союзникам" - сейчас, в разгар большой войны?..

...вернуться в места, где ты жил когда-то - вернуться подозрительным чужаком, тем, в ком все видят врага - вернуться ненавидимой всеми нежитью - каково это?..

•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

Отредактировано Anduin Llane Wrynn (16-04-2019 00:19:45)

+5

2

- Чудовище!
Закованный в щедро украшенные черепами темные доспехи, воин довольно бодро, но, не теряя достоинства, слегка отклонился назад. Перед лицом просвистел не слишком метко, но с душой брошенный помидор.

Шавки всегда громче лают через забор, не так ли?

Воин чуть повернул голову, чтобы взглянуть на своего потенциального обидчика.
Прибивать людей к полу взглядом Тираннис умел ещё при жизни, после смерти же взгляд его холодных как льды Нордскола сияющих противоестественным светом глаз, казалось, пронзал насквозь. Одетый в простую одежду крестьянина мужчина слегка побледнел, вздрогнул словно от удара, потерянно оглянулся по сторонам в поисках поддержки, и, наконец, найдя её, продолжил:
- Плеть вырезала всю мою семью!
Трагедия одного человека, подобные которой с ужасающей частотой случались на севере Восточных Королевств, местах, охваченных чумой Плети. Мертвых там порой встретить было куда проще, чем живых. 
«Поверь, не только твою».
Дернув уголком рта, воин отвернулся, наградив напоследок несчастного ещё одним уничтожающим взглядом, словно говоря «я тебя запомнил». Об голову его коня стукнулось подгнившее яблоко, отскочило и упало на каменную мостовую, тут же хрустнув и превратившись в лепешку под копытами. В отличие от хозяина, мертвому скакуну под седлом происходящее вокруг было совершенно безразлично.

Когда-то давно Герион уже бывал в этом величественном городе. Штормград всегда вызывал у него восторг. Он любил этот белокаменный город, любил его улицы и каналы, магазинчики и, конечно же, таверны. И, в общем и целом, тогда город отвечал ему взаимностью. Но это в другой жизни. И сейчас эти слова не были метафорой.
- Убийца!
О наплечник шлепнулась банановая кожура, застряла среди массивных шипов. Воин легким движением руки снял ей, но не бросил обратно излишне дерзкой женщине, а просто уронил рядом с конем. Кто-то завизжал. Молодая девушка в легком летнем платье побледнела похлеще мела и упала в обморок, её успел подхватить под руки какой-то стражник. Из темноты переулка выглядывали круглые глаза детворы, в которых ужас никак не мог одолеть любопытство.

Все прекрасно знали, кто пожаловал в город в этот погожий день. Но даже стражники не решались подойти слишком близко или, тоже хуже, напасть на незваного гостя. Благо монстр вел себя относительно спокойно и по каким-то неизвестным причинам не пытался разорвать в клочья всех встречных живых. Наверное, стража боялась, что чудовищный рыцарь смерти может слегка передумать и в случае агрессии  - оправдать ожидания. Поэтому пока всё обходилось дистанционными бросками относительно легких предметов и ещё более дистанционными оскорблениями.

В целом, Герион Тираннис знал, на что шёл. В грядущей войне Рыцари Тёмного Клинка, как и Серебряный Авангард, отчаянно нуждались в союзниках. Дарион Могрейн тоже знал, на что посылает одного из своих бойцов, и что тот может не вернуться живым. Но риск того стоил. Им нужен Альянс. Без него они не смогут одержать верх над Королем Личом. А ради этой победы любой из них отдаст всё. Включая свою не-жизнь.

Воин спешился с коня и на секунду остановился, что взглянуть вверх, на роскошный королевский дворец, а затем проложил свой путь вперед. От дворцовой стражи в  спину полетело совсем уже преисполненное детской обиды:
- Я тебя ненавижу!
«А я вас - нет».
Он действительно не испытывал никакой ненависти ко всем этим дрожащим, от злобы или страха, людям на улицах. Ну кроме разве что искреннего желания сломать пару рук, державших те самые помидоры и бананы. Так, в целях профилактики. Эта пустота была даже какой-то обидной. Ему тоже хотелось ненавидеть в ответ. Кинуть что-нибудь. Осколок льда в рост человека, например.
Да что-то не получалось с этой ненавистью.

- Письмо от Тириона Фордринга.
Наверное, вот на этом моменте стоило упасть хотя бы на одно колено, склонить голову, да хоть как-нибудь подчеркнуть осознание того, что он, Тираннис, понимает, где он, а где человек, которому он посмел обратиться. Но он никогда не перед кем добровольно не преклонял колени. Не видел причин менять что-то и сейчас. Хотя, в обличие от толпы снаружи, через которую он, вместе со всей стражей и особо буйными крестьянами, прошёл бы как раскаленный нож через масло, шанс в бою против короля Вариана Ринна у рыцаря смерти просто не было.
И всё же он стоял ровно и с чувством собственного достоинства, хотя в шипах доспехов и застрял какой-то мелкий мусор, протягивал вперед свернутый лист пергамента, скрепленный восковой печатью.

+5

3

Во истину, королем быть трудно. Со стороны может показаться, что жизнь твоя полна роскоши и беспечных дней. Что нет нужны думать о пропитании своей семьи, рубить чудовищ ради золотых или смотреть, как твою деревню разоряют орки или разбойники. Сиди себе целыми днями в тронном зале, да знай слушай советников да аристократов, что приходят с поклоном и почтением. Но это лишь на первый взгляд кажется простым, попробуй как просидеть хотя бы пару часов на троне, чтобы зад не начал неметь, а само сознание отказывалось воспринимать монотонные голоса, сообщающие о проблемах королевства. То, что сейчас происходило в его жизни, Ринн страшился побольше многих вещей. Нет, все эти доклады, вопросы и ответы, сплавления о делах в королевстве, все это безусловно важно, но зачем ему тогда советники, если они все равно приходят к нему? И так изо дня в день. Дела в Западном крае... Патрули в Красногорье наткнулись на... Мурлоки досаждают в Златоземье... неужели это все должен выслушивать «он»? Зачем стоят сторожевые башни с командирами? Зачем начальники стражи? Чем заняты его люди, если король Штормграда должен решать, что делать с обнаглевшими мурлоками?
Разогнав Совет Дворян, он фактически взвалил все эти мелочи на свои плечи и ноша, надо сказать, была неприятной. Рутина убивала его и Вариан, хоть и знал, что поступил как был должен, нет-нет, да и начинал задумываться, а правильно ли сделал? Да, идти на поводу и группы людей было не разумно, это и породило недовольство, это и привело к трагедии. Но тогда он был молод и только начинал править, а подсказать или направить его было не кому. Он доверился тем, кто как ему казалось, лучше знает, как править и ошибся. Поэтому и сидит теперь, погрязая в рутине, словно в болоте.
Сейчас все изменилось. Его окружают только его люди и только те, кому он всецело доверяет. Так почему он все ещё должен думать над треклятыми мурлоками?! Других забот нет что ли!

«Увлекательный» рассказ о посеве зерновых прервал запыхавшийся стражник, бросившийся к королю с важным сообщением. Учтиво и неуклюже отвесив поклон, он обратился к нему, уже оживившемуся и обращенному в слух, торопливо передавая весть о том, что в городе появился и двигается в сторону крепости мертвый человек.
Вариан подобрался, жестом указывая докладчику замолчать. К счастью, ему хватило ума сразу отклонятся и удалиться. За ним следом был отправлен и стражник. Раз отрекшийся, а кто это может быть кроме него, рискнул явиться сюда, значит привело дело. Оставалось понять какое. Его ожидает «тёплый приём» и не понимать этого он не мог. Жив вторгшийся на территорию Штормграда враг лишь только потому, что королю стало интересно, что привело его сюда и откуда столько дерзости в ожившем трупе. Да, любопытство было одной из его черт, а снести голову он всегда успеет.

Гость не заставил себя ждать. К определенному удивлению Ринна это оказался один из приспешников Короля Лича... он слышал о них, в докладах военных советников и паладинов Часовни последней надежды, но лично не встречал ни разу. И вот теперь, этот не-человек, с горящими ледяным огнём глазами и хриплым глухим голосом стоял перед ним, протряхивая пергамент.
Вариан внимательно смотрел на посланника или кем он там был. Отсутствие учтивости его не покоробило, Ринн был не сильным сторонником соблюдения этикета и регалий, полагая, что это сильно мешает в определенной ситуации.
Письмо говоришь...
Король перевёл взгляд на одного из стражников, что застыли словно изваяния, возле ступени, ведущей к трону. Если оценивать их выдержку, то десять из десяти, если уровень подготовки... за время, пока рыцарь Короля-лича, подумать только, шёл к его трону, Вариан просчитал десяток вариантов развития событий и все они так или иначе были связаны с задержанием постороннего. Но ни один. НИ ОДИН из стражников не шелохнулся, чтобы преградить путь.
Для красоты вас здесь поставили что ли?
А ведь такие гости были большой редкостью в стеках крепости. Вариан был разочарован своей стражей. Мысленно пообещав самому себе разобраться со всем этим, он вернулся к нерадивому стражнику.
- Открой и прочти.
Хотя бы в этот раз не облажались. Текст письма заставил короля насторожиться он немного подался вперёд, услышав имя паладина. Очень сильно насторожиться. Мужчина мельком взглянул на сыне, по обыкновению стоящего неподалеку. Принцу нравилось, возможно даже больше его отца, находиться в этом Зале и наблюдать за всем, что здесь происходит, а Вариан не протестовал. Наоборот, был рад, что Андуин перенимает опыт, ведь однажды этот трон станет его по праву. Он не стал отправлять сына прочь, тем более видя, какое впечатление произвел на него этот рыцарь. Но горе ему, если тот хоть двинется в сторону его мальчика. В себе король был уверен, как и в своих мечах.
Он протянул руку, принимая грамоту и складываясь ее вновь. Печать вновь сомкнулась и хоть была надломана, оставалась пригодной для прочтения. Она действительно принадлежала Тириону. Как и почерк.
- Выходит Король-Лич не ценит даже своих подданных? Что ж... За тебя поручился величайший из паладинов, которых я встречал, - а повидал я их не мало, - Иначе ты бы умер второй раз и окончательно.
Вариан откинулся на троне, продолжая пристально наблюдать за стоящим перед ним не-человеком.
- Представься. И расскажи, что случилось у Часовни. Что сделал, Король-Лич.
Вариан намеренно не называл его Артасом. Нет... Артас мертв. Давно. Этот монстр, этот король не его друг. Не тот, кого Вариан помнил молодым и любящим авантюры парнем с золотыми волосами и голубыми глазами. Паладином, верящим в справедливость и Свет. Человеком чести, что был ему братом. Нет, Артас умер, войдя в Стратхольм. Но как бы он это не отрицал, понимал, что тот, кто сейчас занимает Ледяной трон, не кто иной, как принц Менетил. Каждый из них занял свое место, каждый стал королем, вот только почему Вариан должен верить бывшим приспешникам Лича и принимать их клятву на верность ему и Альянсу?

+5

4

[icon]http://static.diary.ru/userdir/1/0/1/4/1014798/86057847.jpg[/icon][lz]Юный принц Штормграда, уже успевший побывать врио короля. Живет верой в разумность разумных и мечтой о мире для Азерота.[/lz]
Андуин тихо, как мышь, незаметно, как тень, стоял рядом с троном, глядя во все глаза и слушая во все уши - и больше всего надеясь, что отец, в угоду своей - порой чрезмерной и преувеличенной - заботе не отошлет его прямо сейчас. Ну что может с ним случиться? В конце концов, он пережил черную драконицу, плен в ее гнезде, атаку Сумеречного молота, налет летающей крепости Короля-Лича на Штормград, несколько покушений на отца и даже одно на него самого... уф, можно просто с ума сойти, если пытаться вспомнить все-все-все. Ну, какая беда может случиться оттого, что он постоит и послушает внезапного просителя? А если что - он совсем уж не беспомощный и бесполезный, а совсем даже наоборот, он вполне может даже отцу помочь!..

...Но, если честно, ему просто было до ужаса интересно. Рыцарь смерти, самый настоящий! Из тех самых, о которых солдаты, якобы сталкивавшиеся с ними в бою, рассказывали страшные байки у костра - и которые куда как чаще (и куда как реалистичнее) фигурировали в отчетах и траурных сводках. Андуину думалось, что, когда победят Короля-Лича, пройдут какие-нибудь всего лишь лет сто - и ими будут пугать детей. Взрослые будут, округляя глаза, рассказывать страшные сказки, где рыцари смерти будут главными злодеями - и дети будут бояться и слушаться - но только самые маленькие; а уже те, которые постарше, будут считать живых мертвецов, ходящих по земле, простой выдумкой.

Но для этого надо было победить - и уж слишком часто в этом месте, оговариваясь, в последнее время роняли жуткое "если". Порой казалось, что Король-Лич нашел способ создать из бывших смертных идеальное оружие - бессмертное, совершенное, смертельно опасное - и абсолютно преданное ему лично. Стереть прежние личности, оставить навыки, заменить, как в сказке, живое бьющееся сердце стылым камнем... превратить человека (ай, да не важно, кого угодно) в неубиваемого голема, равнодушного, сильного, не имеющего ни чести, ни совести, ни памяти, ни следа от прошлой личности... ни даже намека на собственную волю.

Но... выходит, все-таки не совсем так? Вряд ли бы лорд Тирион поручился за бессмысленного мертвого голема? И уж совсем вряд ли исполнитель воли Короля-Лича пришел бы в Штормград... предлагать союз против своего владыки. "Если только это не ловушка. Если лорд Тирион не был обманут сам". Андуин чуть-чуть нахмурился, думая об этом. Сложно. Сложно, тонко и опасно. Нельзя оттолкнуть того, кто протягивает руку дружбы, не сейчас, не во время большой войны. Неразумно и глупо. Нельзя оттолкнуть того, кто захотел отвернуться от тьмы и вернуться к свету - это жестоко и подло... но только если это и правда так. А что если принять эту протянутую руку - означает пойти прямиком в ловушку?.. Наверняка, отец и сам сейчас думает именно об этом.

Андуин пытливо смотрел на человека, стоящего перед троном, как раньше стояли десятки и сотни до него. Такой спокойный, даже равнодушный - будто вовсе и не его судьба решается здесь и сейчас. Прямая спина, расслабленные руки - мог бы он выхватить меч в одну секунду? да, конечно, не стоит и сомневаться... но он не проявляет агрессии, и стражники, тяжело дышащие и нервно сжимающие рукояти своих мечей, не знают, как им быть. Король не приказывает атаковать - чужак не нападает - а Штормград открыт для всех, кроме прямых врагов Альянса. Нет такого правила, чтоб человек - даже мертвый человек - идущий к королю Штормграда с письмом от лорда Тириона - не мог пройти. Ну вот и... прошел. Потрепанный толпой, неоднократно - наверняка - спровоцированный - он дошел и стоит себе спокойно, будто и нет вокруг тех, кто считает его врагом. Будто есть тут только он - и король, к которому его отправили.

Вопрос, конечно, кто его отправил на самом деле.
Но вот это мы скоро узнаем.
Наверное.

+5

5

Если сначала то, что его встретили только крестьяне с лишними яблоками и помидорами да стража, провожавшая гостя взглядом, казалось чем-то вроде удачи, то теперь стало ясно, что имел место расчет. Возможно, к расчету подключался ещё некоторый недостаток информации, и королю Штормграда просто не передали, что пожаловавший в город не-живой воин был, к примеру, не послом Отрекшихся или кем-то ещё из освободившейся от власти Короля Лича Плети. То, есть это была частично правда. Гость действительно был освободившимся от влияния Артаса живым мертвецом, да только совсем не тем, к кому уже относительно привыкли местные. Нежить бывает разной, и рыцари смерти занимали в её классификации отдельное и весьма особенное место.
Впрочем, стража была только рада. Никто не горел желанием окончить свою в целом неплохую жизнь, скрестив клинки с рыцарем смерти. Смотреть на ненавистного воина грозным взглядом с безопасного расстояния, точнее с того расстояния, которое казалось безопасным, и дать ему бой - две очень разные вещи. 

И теперь, стоя напротив королевского трона с листом пергамента в вытянутой руке, Тираннис ощущал себя странно. Наверное, хотелось бы сказать, что глупо, но нет, именно странно. Он вообще не совсем разобрался с тем, что творится в его голове после того, как из неё ушла леденящая воля Короля Лича. К его чести нужно заметить, что за время своей невольной службы, он не успел помешаться и растерять последние остатки банальной  человечности, как это происходило с некоторыми рыцарями смерти. Слишком глубоко их поглощала безумная власть Ледяной Короны, слишком далеко заходила жажда чужих страданий.

А Герион, Герион смотрел на пергамент и чувствовал себя вполне себе человеком. Закрыв глаза, он всё ещё мог вообразить своё тёплое дыхание, вкус крепкого эля и свой прежний голос. Наверное, всё это было первыми чувствами, вернувшимися в искалеченный Королем Мертвых разум. Прямо тогда, на поле боя.

Один из стражников, на лице которого начало проступать понимание происходящего, чуть дрогнувшей рукой выдернул пергамент из ладони рыцаря смерти. Письмо Тириона было коротким, но ёмким. Герион отвел взгляд, заметив юного мальчишку неподалеку. Принц? Любопытные детские глаза, в которых интереса куда больше, чем страха. Понимал ли он, что происходит сейчас или всё ещё был слишком мал для таких вещей? Тираннис никогда не разбирался в детях.

Внимание рыцаря смерти быстро вернулось к Вариану Ринну. Угроза короля Штормграда заставила бывшего воина Плети чуть сощуриться и каким-то образом помрачнеть ещё больше, хотя казалось бы куда ещё. Умирать второй раз Тираннис не планировал, хотя не планировал он умирать и в первый раз, а вон как вышло.       

- Герион Тираннис, - глухим, металлическим голосом представился рыцарь смерти. Мгновение тишины, словно неожиданный не-живой гость собирался с мыслями. Затем лицо Тиранниса тронула совсем человеческая гримаса какой-то болезненной досады, воспоминания были ему крайне неприятны, а эмоции скрывать Герион мастером не был.
О, Тирион Фордринг действительно был величайшим паладином. Кому бы ещё удалось раскидать целый отряд лучших рыцарей смерти вместе со всей сопровождавшей их нежитью, словно те были не машинами для убийтсва, а стайкой новорожденных щенков. Несмотря на то, что всё закончилось, скажем так, хорошо, было немного обидно.
Хотя и даже в половину не так обидно, как признание самого Короля Лича о том, что его лучшие войны на практике оказались лишь приманкой и пушечным мясом.
- Катастрофа.
Воин качнул тяжелыми шипованным наплечниками.
- Волей Тириона Фордринга ставшая надеждой для обеих сторон.

Начав говорить, Тираннис ощутил, что продолжать уже проще.
- Король Лич, - губы рыцаря смерти дрогнули от вспышки ярости, - отправил собранные в крепости Акерус войска под командованием Дариона Могрейна на штурм Часовни Последней Надежды. У нас многократное численное превосходство. Только появление Тириона Фордринга перевернуло ход битвы.
Всего одного человека, побери Тьма. Это внушало ужас и восхищение.
- Но следом за Фордрингом на поле боя ступил и Король Лич. Он не постеснялся спокойно подтвердить слова паладина. О том, что наши жизни ничего не стоят. Значение имеет только жизнь Тириона Фордринга. Полномасштабное наступление оказалось банальной ловушкой.
Тираннис не выдержал и отвел полный ненависти и досады взгляд. Осознавать, что тебя предали, подставили и отправили на смерть, да ещё и признаваться в этом было весьма неприятно. Даже несмотря на вроде бы оптимистичный финал.

+5

6

Катастрофа.
Вариан повёл бровью. Нет, вряд ли эта нежить смеётся.  Жить (или что он там делает? существует?) ему ещё явно не надоело. А значит в это слово был вложен иной смысл и личные переживания. Хотя, если так подумать, то для сторонников Короля-Лича все и правда закончилось катастрофой и только заступничество Тириона спасло бывшую элиту армии Плети от полного истребления. Мотивы паладина Вариану еще только предстояло понять, как и то, действительно ли он, находясь в ясном уме писал это письмо. Он не сомневался, что силой Фордринга было не заставить, паладин скорее умер бы, чем прогнулся под пытками врага, но ведь есть методы куда более изощренные. Не сам ли он испытал на себе чары драконицы, что б она в огне горела! Воспоминания пробудившиеся внутри мужчины были не из приятных, но они показывали, как слабы бывают люди перед искусными чародеями. Так мог ли Тирион попасть под чьи бы то ни было чары и поставить под удар Штормгард? И, да и нет. Ринну верилось, что старый друг не так прост и нет еще такого мага, что одурманит голову паладина, вытеснив оттуда Свет. А значит ли это, что он может принять все, о чем написал ему Фордринг за правду и заключить союз с бывшими приспешниками Лича. С его творениями. С бывшими подданными Альянса. Демоны бы его побрали! Ведь это и его бывшие подданные!
Злость грязной пеной поднималась в душе короля. Мало было страданий людей, погибших в Лордероне. Мало было мирных крестьян и торговцев, что превратили в безмозглую нежить. Теперь перед ним еще и воин, способный убивать и разрушать. Мертвый воин, что некогда был… кем он был при жизни? Помнит ли? Или все, что им движет теперь это жажда мести?
- Когда, - нет, не «если», а именно «когда», - Король-Лич будет повержен, чем ты твои братья займутся?
Гарантии нет, что эти убийцы не обратят свое оружие против жителей или постоянной армии, когда все будет окончено. Вся ответственность останется только на нем, тяжелым грузом ложась на плечи.
Слушая нехитрый рассказ Гериона, король думал о своём. О том, что жизнь так мало стоит. Нет, не для него, ценившего своих людей превыше всего. Каждого из них, от лавочника, до великого воина, все они были важны королевству. Не ради ли их жизней и счастья, не ради ли процветания Штормграда, вся его семья из поколения в поколение проливает кровь врагов и уничтожает зло, что угрожает всему роду человеческому? Все что они делают, только во благо мира и сохранения жизни. Вот она, истинная ценность. Но то люди и другие члены Альянса. Хотя даже нежить что именует себя «Отрекшимися» совершенно отвратительные и противоестественные создания были дороги своей предводительнице. Но для Артаса не осталось ничего, что означало бы слово «честь». В своей жажде убить Тириона он не преминул воспользоваться доверием тех, кто верно служил ему. Он врал своим же войскам, посылая их на смерть, только ради одного единственного человека. И того не смог достать, сбежав с поля боя. Что ж, обманутых можно было понять, но вот почему-то не хотелось. Пусть и творили они бесчинства в Новом Авалоне не по своей воле, что-то подсказывало Вариану, что мысли этих созданий уже никогда не будут наполнены состраданием и милосердием, а значит нет раскаяния в прошлом, а будущие свои поступки они станут свершать без малейшего зазрения совести. У него в руках будет армия мертвых воинов, что готовы встать под знамена Альянса и крушить любых врагов. Заманчиво и опасно.
Вариан задумчиво потёр переносицу. Старый затянувшийся шрам уродливой бороздой пересекающий его лицо, уже не беспокоил, лишь напоминал о тяжёлых временах, когда он без памяти, оторванный от сына и родного дома выживал на арене раз за разом побеждая соперников. Стоила ли его жизнь тогда хоть что-то? Пока бился - да, после, за неё и ломанного гроша бы не дали. Каждый хочет жить, каждый хочет получить второй шанс и искупление, вот только цена ошибки от доверия слишком высока.

Отредактировано Varian Wrynn (23-05-2019 09:06:23)

+5

7

[icon]http://static.diary.ru/userdir/1/0/1/4/1014798/86057847.jpg[/icon][lz]WORLD OF WARCRAFT
Андуин Ринн, 11
Юный принц Штормграда, уже успевший побывать врио короля. Живет верой в разумность разумных и мечтой о мире для Азерота.[/lz]

Дело становилось все интереснее и интереснее. Думать так - отстраненно, будто об абстрактной задаче, а не о живых... гм, мда, не очень-то живых - было дурно, и все же... Андуину показалось, что, когда немертвый воин осматривался, взгляд ледяных глаз задержался на нем... с ответным любопытством? или он просто приписывает привычные эмоции тому, кто давно умер?.. От этой мысли мальчику стало ощутимо зябко - но он, конечно, не позволил себе ни поежиться, ни даже чуть заметно вздрогнуть. Он был принцем Штормграда - он недолгое время был его королем - и пусть все и понимали, насколько мнимой была его власть, он всегда старался быть достойным своего имени.

И сейчас он не мог себе позволить слабости. Не сейчас, когда к ним с отцом... пришел тот, кому, по сути, не к кому больше идти. Не к кому и некуда. Тот, кого подняли из могилы как марионетку - и легко и безжалостно, как ничего не стоящую пешку, разыграли на поле боя. Во имя высшей цели. О да, вот этот концепт уже был известен Андуину, и известен очень хорошо.

...Как далеко можно зайти во имя того, что ты считаешь важным? Одна, маленькая, ложь. Одна, маленькая, смерть. Несколько смертей - совсем не важных, совсем не значимых... во имя высших задач и общего блага, конечно же. Каждому правителю - неизбежно - рано или поздно - приходится отправлять своих солдат на смерть... так где же проходит граница, когда "необходимые жертвы" оборачиваются предательством - предательством своих людей, а в конечном итоге - и своих целей, и самого себя?.. Ведь когда-то про принца Артаса говорили с теплом, с любовью и уважением - Андуин помнил это, смутно, на самом краю детской памяти, и вместе с этим - навеки нераздельно - помнил страшные новости, которые приходили из Лордерона... сколько ему было тогда - два, три года?... может быть, четыре или пять?..

Андуин слушал историю, которую рассказывал ему - и всем окружающим - мертвый человек. Вначале он говорил тяжело, с трудом - как давно он в последний раз говорил с кем-то? Потом - все эмоциональнее, все живее. Так, как рассказывал бы - человек, просто человек. И, кажется, на тронный зал опустилась тишина - даже у дальних дверей стражи, боясь переступить лишний раз с ноги на ногу, прислушивались к резкому, неестественному голосу, который говорил и прерывался так... человечно. Каждый, затаив дыхание, слушал о поражении врага - может быть, первом, которое что-то значило. О поражении, которое... дарило надежду.

"Ему - больно?.." - вдруг осознал мальчик. - "Ему ведь сейчас больно и горько, как было бы любому воину, который... верил бы своему полководцу и королю? верил, что он чего-то стоит? Что говорит сейчас голосом его боли? Преданное доверие или уязвленная гордость?.. А впрочем..."

"...Это совершенно не важно, если ты хочешь просто использовать горе этого мертвого человека", - этому голосу холодного рассудка, по сути, можно было и не добавлять больше ничего, но мысль была привычно доведена до конца. - "Если ты хочешь по-настоящему принять - ну, или не принять - его в число своих людей, тебе нужно понимать, почему и как он действует. Мотивация - важна. Если, конечно... ты ему веришь".

В этот момент Андуин услышал, какой вопрос задал отец - и невольно, едва заметно, кивнул. Да, этот вопрос... ответ на него может сказать о многом, может быть даже обо всем, что необходимо знать.

"А вот - верю ли я... Да. Пожалуй, да. Я - верю".

+5

8

Сомнение. Понятное и полностью оправданное чувство. То время, когда этот город встречал его с раскрытыми объятиями, ушло вместе с его смертью. Теперь он был здесь чужим. Среди живых, пострадавших от воли мертвых. Там, у Часовни Последней Надежды, Дарион Могрейн сказал слова, раскаленным железом отпечатавшиеся в памяти только что обретшего свободу воли рыцаря смерти:
«Для нас нет места в вашем мире».
Не живые и не мертвые. Ещё недавно злейшие враги и чудовища из ночных кошмаров, теперь шедшие к той же самой цели. Как он мог требовать и просить принять его?

Тираннис чуть повернул голову в сторону и снова встретился взглядом с юным принцем. Престолонаследник был ещё совсем ребенком, вот только в живых голубых глазах ребенка читалось… сочувствие? Это было настолько неожиданно, что Герион даже слегка вздрогнул и неловко переступил с ноги на ногу. Мальчик смотрел на него без ненависти, страха или отвращения – логичных и ожидаемых чувств живого к мертвому. Нет, он словно понимал и разделял боль немертвого гостя. Рыцарь смерти с трудом отвел взгляд, чтобы вернуться к разговору с отцом парня и королем Штормграда.

И следующий вопрос Вариана Ринна буквально поставил рыцаря смерти в тупик. Тираннис замер, в его ледяных глазах отразилась совершенно человеческая растерянность. 
Что он собирался делать после победы над Королем Личом?
Надо признать, он просто не заглядывал так далеко в будущее. Победа над Артасом казалась чем-то недосягаемым, целью, к которой, он, вероятно, будет идти всю свою жизнь. Нет даже никакой гарантии, что это произойдет на его веку. Да, Герион собирался посвятить всего себя этой победе. Но не думал, что сможет увидеть её. Что будет стоять там, где бы не развернулась та самая последняя битва, когда падёт Король Лич. Что он будет рядом. Что ощутит последний вздох своего злейшего врага.
Но если всё-таки это произойдёт, то что будет дальше?
- Я знаю, что для нас нет искупления. – Повторил Тираннис слова Могрейна, сказанные перед тем как отправить рыцаря смерти в путь, сюда.
- Мы навеки обречены существовать в облике чудовищ. Но…
Что он мог сказать такого, что не покажется глупым? Наивным? Что в глубине души он всё тот же человек, который когда-то в приподнятом настроении покинул стены этого белокаменного города, отправляясь далеко на север, ещё не зная, что никогда не вернется из того рокового путешествия? Не совсем тот же самый, конечно, за те несколько недель бытности рыцарем смерти он пролил больше крови, чем за всю свою жизнь. И в тех смертях не было чести. Это всё он тоже прекрасно помнил. Ему с этим жить. Ощущал ли он какое-то особое чувство вины за случившееся? Скорее нет, чем да. Совесть Гериону забыли выдать ещё при жизни. И всё же было неприятно осознавать это.
- Но я помню, кем я был при жизни. Я помню всё.
Лишь произнесенные вслух эти слова показались действительно страшными.
- И я отлично помню, что пока в этом мире гремит война, в нем найдётся место для чудовищ.
Действительно ли он верил в свои слова так, как хотел? Как хотел бы вернуть себе ту самую прошлую жизнь, воспоминаниями о которой он так дорожил?

+5

9

Какие правильные и честные слова. Ключевое слово – честные. Он не знает. Никто не знает. Эта неизвестность порождала больше всего сомнений.
Вариан молча слушал Гериона, постукивая пальцами по голове льва украшавшего подлокотник трона. Ни одна магия, не заставит их сердца биться вновь. Ни один ритуал очищения не вернет их к жизни, вновь делая людьми. Они навеки останутся чудовищами. Чудовищами, которые лучше других могут убивать таких же чудовищ. И в этом рыцарь смерти был прав. Таким как он всегда будет место в этом мире. Сегодня Король-Лич, завтра иная напасть. Так уж повелось, что с начала времен война где ни будь, да распускает свои кровавые цветы пожиная гроздья смерти. Но бывают и минуты затишья. Мирное время, когда воины оставляют оружие и берут в руки плуг. Что тогда делать таким, как Герион? Король плохо понимал природу этих рыцарей и вряд ли кто-то понимал. Слишком свежи были события, чтобы проводить анализ и принимать поспешные решения. Более не подвластные воле Лича могли они сами знать, что будет дальше? Отвечать за свои действия. Не случится ли так, что, окрепнув, Лич вновь подчинит их своей воле, заставив поднять оружие против нынешних союзников? Никто, даже старый друг не сможет гарантировать этого. Вариан доверял паладину и бесконечно уважал его. Он ни раз прислушивался к его советам в трудную минуту, но сейчас это было иное. Король не мог знать наверняка, что произошло возле Часовни и каковы истинные намерения этого человека. Вариан знал другое – они должны жить сегодняшним днём, смотря в будущее, стараясь предугадать его, но жить в настоящем. И сейчас эти рыцари смерти, этот Черный клинок, бывшие слуги Плети нужны Альянсу. Как и Альянс нужен им. Возможно сейчас такой же посол стоит перед Траллом и приводит свои доводы. В таком случае, отвернувшись от них, Вариан рискует получить еще одних врагов, которые с большой вероятностью примкнут к Орде. Такого он допустить не мог. Не смотря на временное перемирие фракции неизбежно будут конфликтовать. Тем более, что человек стоящий перед ним был когда-то и его подданным. Не его ли рукой был подписан указ, отправляющий войска в Лордерон? Его. И теперь он нес ответственность за них не меньше, чем Артас, которого рыцарь искренне ненавидел. И в этом Вариан ему верил. Никто не любит быть обманутым, брошенным на смерть.
Человек окончил свой рассказ и в зале повисла тишина.
- Искупление можно заслужить, делая благие дела.
Павших не вернешь. Крови на руках меньше не станет. Но очищая мир от зла, можно дать возможность жить живым. Это и есть искупление.
Вариан перевёл взгляд на сына. О чем думал мальчик в данный момент интересовало его больше, чем все остальное. Андуин рос смышлёном ребёнком, чем несказанно радовал отца. Хотя его умение обращаться с мечом сильно огорчало, король не терял надежды увидеть в сыне задатки воина. Ведь в нем течёт кровь его предков и однажды она даст о себе знать. В мире, где враги яснее понимаю силу, нежели слово, умение обращаться с оружием очень помогает. Уж ему ли не знать.
Ринн посмотрел на свиток, а затем на просителя.
- Завтра я дам ответ Триону Фордрингу. От тебя зависит, доставишь ты ему это послание лично или нет.
Прямой намёк: веди себя хорошо и уйдёшь живым. Насколько это возможно.

Хотел бы он того или, но решение уже было принято. Решение не простое.
Оставалось лишь соблюсти формальности и обозначить условия, на которых Рыцари Черного клинка вступят в ряды Альянса. Для этого нужно время и ему придется подождать.
Он едва заметно кивнул стражникам, стоящим возле трона и те, обступили Гериона с двух сторон.
- Сдать оружие и выполнять приказы моих людей. Любое неповиновение будет расценено как угроза.
Чуть помедлив Вариан добавил:
- Сопроводите мистера Тиранниса в темницу. Ничего не предпринимать и ждать моих распоряжений. Оповестить мастера Шоу.
Не очень гостеприимно, но этот неживой человек представлял нешуточную угрозу и оставлять его в крепости было бы неразумно. В первую очередь из-за мальчика, стоящего рядом с троном. Вариан повернулся к нему в пол оборота и наклонился. Мужчина улыбнулся сыну.
- Что скажешь? Уверен, мыслей у тебя полно, а я не откажусь от совета.

+4

10

[icon]http://static.diary.ru/userdir/1/0/1/4/1014798/86057847.jpg[/icon][lz]Юный принц Штормграда, уже успевший побывать врио короля. Живет верой в разумность разумных и мечтой о мире для Азерота.[/lz]
Искупление. Мертвый человек говорил – и Андуин чувствовал, как каждое его слово болью отзывается в душе. Вольно или невольно, но Герион затронул именно ту тему, которая была мучительно близка юному штормградскому принцу. Какие преступления может разумное существо совершить своей волей. Что может оно натворить, будучи обмануто. В какое  безумие может его ввергнуть проклятье. И что может быть прощено, что может быть искуплено и отпущено, а чему прощения быть не может?.. Андуин знал, что Свету, которому служил каждый человек – и которому в особенности служили паладины и жрецы – ненавистна не-жизнь, проклятое порождение самой черной, самой отвратительной некромантии.

Знал он и то, что часть орденов, посвятивших свои жизни уничтожению нежити, не делали различия в ее видах.  Вурдалак, рыцарь смерти или один из Отрекшихся – тех странных созданий, которые заявляли, что вышли из-под власти Короля-Лича – итог был один, окончательная смерть, упокоение и сожжение. И Андуин в целом понимал, почему – немертвые причинили живым столько боли и страха, сколько ни один из народов живых не причинял другому. Ну, наверное. Хотя, говорят, война с Ордой была ужасна – но Андуин ее не видел.

Но, в конце концов, один живой другого живого мог только убить. Забавное «только», но с некоторых пор это стало правдой. А превращение мертвеца в ходячий труп, покорный чужой воле – или же покорный одному инстинкту – убивать и жрать живое – пугало самой своей противоестественностью.

…Но вот перед ним стоял человек… – к демонам уточнения, человек, - который говорил об искуплении. Который помнил свое прошлое – помнил и те преступления, которые он совершил – который был поднят к не-жизни чужой жестокой волей – который до последнего времени этой волей направлялся – и который мучительно укорял себя за это. Человек, который говорил о прощении, которого ему никогда не будет. И это было так… душераздирающе-жестоко. Жестоко по  отношению к самому себе. Если человек, даже своей волей сотворивший самые чудовищные преступления, - искренне раскаивается и жаждет искупить их – неужели достойно не дать ему прощения, не дать возможности исправить все?.. И справедливо ли – требовать того же самого от человека, который творил зло, будучи под заклятьем?.. вопреки своей воле?

Но, - думал Андуин, и ему было знобко от этой мысли, - но ведь заклятье действует по-прежнему. Что держит Гериона и ему подобных в… состоянии ходить, говорить и думать? Что дает им силу? Если воли Лича больше нет над ними, то что удерживает их в этом мире?.. Он думал – и думал еще, что ответ на это ему вряд ли даст что собеседник его отца, что кто бы то ни было на этом свете.

...Андуин задумался так глубоко, что не сразу сообразил, что за приказ отдает отец. Впрочем, даже если бы он сообразил вовремя – вряд ли разумной идеей было бы ему возражать при всех. Авторитет короля должен быть непоколебим… наверное. По крайней мере, пока король не спросит напрямую – или пока рядом не останется поменьше народа.

Поэтому он только закусил губу, неодобрительно хмурясь, пока очевидно нервничающие стражники уводили рыцаря смерти, - но вот на вопрос отца ответил мгновенно.

- Я думаю, что если мы хотим, чтоб они были нам союзниками, не стоило их посланца отправлять в тюрьму, - выпалил он, больше не думая ни об авторитете, ни о почтительности. – А еще я думаю, что я ему верю, - подумав секунду, добавил он.

Отредактировано Anduin Llane Wrynn (04-06-2019 21:02:46)

+5


Вы здесь » TimeCross » the 10kingdom [архив эпизодов] » А кругом все одно и то же: не понять, кто свой, кто чужой... [WoW]