пост недели C. C. Теплый вечер спустился на новую столицу Британнии. Теплый, немного душный, совершенно неподвижный воздух. И практически полная, сонная тишина, изредка нарушаемая голосами, какими-то вялыми и уставшими. Странный, удушливый вечер. Словно большая часть ее неимоверно долгой жизни.
23.05 Свершилось! Вы этого ждали, мы тоже! Смена дизайна!
29.03. Итоги голосования! спасибо всем кто голосовал!
07.02 Если ваш провайдер блокирует rusff.ru, то вы можете слать его нахрен и заходить через: http://timecross.space
01.01 Дорогой мой, друг! Я очень благодарен тебе за преданность и любовь. Поздравляю тебя с Новым годом! Пусть каждый день, каждую секунду наступающего года тебе сопутствует удача, в жизни не прекращается череда радостных событий, в сердце живет любовь, в душе умиротворение, а сам ты был открыт всему неизведанному и интересному! Желаю, чтобы даже в самые холодные и ненастные дни тебя согревало тепло близких, а рядом всегда был любимый человек, искренние друзья и соратники. Вдохновения тебе, креатива и море позитивных эмоций в Новом году!
выпуск новостей #142vk-time-onlineрпг топ

TimeCross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » TimeCross » family business [внутрифандомное] » В его темноте пропадают бесследно [Tolkien's legendarium]


В его темноте пропадают бесследно [Tolkien's legendarium]

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

В ЕГО ТЕМНОТЕ ПРОПАДАЮТ БЕССЛЕДНО [TOLKIEN'S LEGENDARIUM]
Пепел легок и светел, я не заметил, как время прошло.
Чары силу теряют и превращают жемчуг в стекло.

•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

http://bestanimations.com/Nature/Fire/fire-animated-gif-1.gif
Ramin Djawadi - The Night Is Dark

УЧАСТНИКИ

ВРЕМЯ И МЕСТО

Mairon, Melkor

Утумно

АННОТАЦИЯ

Майрон сбежал, стоило Арде погрузиться во тьму, а Альмарену - уйти под воду. Думая о том, что наконец обрел истинную свободу от бестолковой опеки и контроля мудрых валар, майа даже не подозревал, что его новый хозяин гораздо более своеобразен и жесток в общении со слугами.

•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

Отредактировано Mairon (03-04-2019 12:58:40)

0

2

В его чертогах всегда ночь и жар. Крепость его сложена из цельной скалы, спрятана за высокими горами, через которые никто не сможет пробраться незамеченным. Воздух здесь тяжелый и темный, в нем витает пепел, пепел же устилает эту долину - долину Смерти, в которой плодятся его существа - орки, рожденные без любви и надежды, тупые, уродливые, трусливые и оттого - послушные, как дети. Тут же и его существа, которых он создавал из огня и камней, укутанные в чистое пламя. Все его войско здесь, и каждый день прибывают новые и новые существа. В кузнях, расположенных глубоко в толще земли, всегда жарко - постоянно слышны удары молота, день и ночь. Слышны тут и песни - но ни одни из них не похожи на те, что пели в садах Йаванны или в залах Манвэ и Варды. Песни эти - грубые и похабные, в них сплетается насилие и процветает убийство. Сам язык искорежен и звучит грубо - для того, кто знает истинное наречие, он кажется насмешкой.
Но Морготу нравится все искажать. Всю суть этого мира он готов в своей ярости и зависти извратить, обернуть против друг друга: брата против брата, сына против отца, дочь против матери, эльфов против своих сородичей. Не прочь он столкнуть лбами и самих валар - но те слишком знают его, слишком разумеют его замысел и оттого все больше опасаются. Они тоже не дремлют - шпионы с юга доносят Мелькору, что там тоже закаляется сталь, что Тулкаса едва удерживают от нового похода, что Манвэ проводит много времени, взывая к Всеотцу.
Но Темный Владыка, как никогда спокоен - он взирает на свои владения, на порождения хаоса и кошмаров, со смотровой площадки высокой башни. На первый взгляд в неё нет ни входа, ни выхода - но вала они и не нужно, он может пересекать свои владения, ныряя в тень, сливаясь с каменной кладкой. Он велик и могуч - уже не та блеклая тень, что бесцельно (как казалось многим) бродила по комнатам огромного Альмарена.
Он уже давно здесь - и в этот раз не один. Позади него есть еще один, почти незаметный в его тени, майа - волосы его кажутся ярче от света факелов, что освещают площадку. Для Мелькора в этом нет нужды, но все это затеяно для того, чтобы...впечатлить. Удивить. Ужаснуть.
Он принес сюда майа, завернув в длинные полы одеяния, спрятав его глаза и тело в широких складках, а после раскрыв - и все для него резко изменилось. Вместо света - тьма, вместо щебета птах - лишь крики умирающих пленников, с которых живьем сдирают крючьями кожу.
- Идем, Майрон. Тебе нужно ближе познакомиться с этим местом. - Мелькор, как и всегда, не договаривает. Он знает, что, однажды отвернувшись от света, вернуться к нему майа уже не сможет. А значит, его удел - привыкнуть к тому, что он видеть, каким бы мерзким это ему не казалось.
Вала идет широкими шагами, и стена перед ним прогибается, сворачивается гибкой лентой, послушно выстаивая ступени - и кузнецу ничего не остается кроме как следовать за ним, спускаясь все ниже и ниже, в кузницы и камеры пыток. Чем ближе они, тем явственнее и жалостливее крики - но Владыка глух к ним, он лишь проводит рукой, проскребая длинными ногтями полосу по стене, оставляя рытвины. Этого достаточно для того, чтобы стоны стихли, превратившись в поскуливание, жалобное и жалкое.
Внизу, у подножия башни, дежурит отряд орков - при виде Повелителя они все падают ниц. Страх ли это или благоговение - Морготу все равно. Все, что от них требуется - слепое повиновение, без намека на измену. У них ни шанса на побег - и он и знают это, его создания.
- Скажи, что думаешь о них - им в лицо. - темный нехорошо щурится, жестом пальцев заставляя подойти одного, после чего за первым орком подтягиваются и остальные. Смотрят изучающе, усмехаются кривыми ртами, мол, да, скажи нам, кто ты такой.
- Покажи им, что можешь властвовать над ними, Майрон. Или твоя рука слишком слаба? - легкое дуновение ветра - и в руках мастера-кузнеца остается тонкая полоска металла, тяжелого и смертоносного. Это - одна из последних работ кузнеца оттуда, еще из прошлой жизни, но уже после того, как тот окончательно решил, кому хочет служить.
- Нападайте, мои создания. Пусть победит сильнейший. - вала исчезает, оставляя растерянного кузнеца, ни разу до этого не сражавшегося всерьез, наедине с его обученными орками, устраиваясь на ближайшей скале, распластавшись на ней, как на ложе, незримый, наблюдая за тем, как пройдет эта схватка.
Чем воспользуется Майрон для того, чтобы победить? Ведь если он умрет, это будет...весьма досадно. Но нужны ли Темному Владыке слабаки?

Отредактировано Melkor (03-05-2019 18:53:20)

+1

3

[indent]Крепость Мелькора на севере континента действительно была обителью боли, ужаса и страданий. Здесь царил мрак и зыбкое запустение до тех пор, пока гулкие коридоры с высокими, исчезающими в черноте потолками не наполнялись переругиванием орков и веселым, грубым гоготом балрогов, к последним из которых Майрона странно тянуло, не иначе как из-за того, что те тоже были огненными духами, как и он сам, правда лик их был чудовищен. А может и потому, что в Утумно было жутко холодно, и юный майа старался как можно больше времени проводить в натопленных, душных кузнях или у себя в небольшом чертоге, у очага.
[indent]Своему новому господину попадаться на глаза он тоже пока не спешил, являясь лишь по зову, хотя вала Мелькор частенько любил заявиться к нему, пока Майрон был занят работой, обживаясь в новой мастерской, где все было подготовлено только для него одного. Вала кузнец не видел, но чувствовал, прячущегося по теням в черных углах, куда свет очагов и разогретых докрасна тиглей не дотягивался.
[indent]Но сегодня Мелькор сам пришел за ним, и у майа не было выбора, кроме как подчиниться. Тот ведет его за собой по мрачным коридорам, которые кажутся лабиринтом до сих пор, ведь рыжий кузнец пока только запомнил дорогу до кузниц, а этот путь тоже уводит вниз, но в другую сторону, и с каждым шагом, гулко отдающимся в пространстве, все более тяжелым становится ощущение, все труднее становится дышать… от отчаяния. От тяжкой тоски и странного отголоска чужих мук.
[indent]Майрон понимает, что вала привел его к темницам гораздо раньше, чем тишину пронзает первый, просто душераздирающий вопль, вынуждающий беспомощно зажмурится и вздрогнуть, поспешно одергивая себя, страшась, что вала увидит такую реакцию у своего нового слуги.
[indent]Нет пути обратно. Он сам выбрал себе господина, он понимал, к чему это приведет, пусть не слишком ясно, но осознавал и последствия. И не мог не знать, что все это - холодные пики гор, взбалмошные балроги, грязные вонючие орки и крики из пыточной - станет частью его жизни.
[indent]-Хорошо, господин, - как-то невпопад склоняет рыжую голову кузнец.
[indent]Они спускаются куда-то в самый низ, где жгучий холод сковывает легкие, а несколько орков, только заметив могучую фигуру повелителя, сразу же припадают к земле, не поднимаясь даже тогда, когда они с Мелькором уже подошли вплотную.
[indent]Боялись. Они все в большей или меньшей степени боялись темного вала. Орки, как темные создания своего господина, наверное и не могли чувствовать что-то иное, кроме трепета и ужаса перед Мелькором, балроги, тоже когда-то свободные огненные духи, относились несколько иначе, больше уважая своего господина, но наверняка опасались разочаровать хозяина. И Майрон. Майрон боялся больше всех остальных.
Приказ звучит странно, и Майрон несколько растерянно скользит взглядом по трем оркам, оставшимся на своем посту.
[indent]Что еще можно сказать об этих тварях? Они ведь просто… отвратительны. Даже удивительно, что искажение Мелькора так повлияло на прекрасных, похожих на айнур эльфов. Но эти орки… они были нелепыми, с черной кожей, изломанными пропорциями и уродливыми лицами, искаженными злобой и вечной насмешкой, страхом, жаждой. И как успел узнать Майрон, жили эти особи совсем недолго - Мелькор совсем недавно начал работу над своими созданиями.
[indent]-Они омерзительны, мой господин, - тихо отвечает Майрон, краем глаза косясь на Мелькора, ища то ли поддержки, то ли одобрения своим словам, да чего угодно, но вала словно и не слышит его, начинает насмехаться, и его глубокий голос вновь приобретает эти странные, словно глухие интонации.
[indent]В руке сам собой появляется кинжал, и на короткое мгновение майа радуется. Его первая самостоятельная, такая знаковая работа, с которой теперь связаны воспоминания. Но наваждение проходит быстро, стоит грязному наконечнику пики просвистеть в дюйме от острого кончика носа, усыпанного веснушками - орки тоже получили свой приказ, ослушаться которого не могли и не хотели, иначе их убьет уже Мелькор, и смерть будет не быстрой.
[indent]Майрон не могу отступиться по этой же причине. Орки не смогут его убить, а вот у Мелькора не дрогнет рука развоплотить слугу, на завоевание которого было положено так много сил и терпения, и который так сильно его разочаровал.
[indent]Перехватив удобнее клинок, который в широкой ладони вала выглядел просто крохотным, но в руке кузнеца лежал идеально, Майрон сделал шаг назад, уходя от еще одного удара - подлого, сбоку, но орки, в отличие от него, не были такими ловкими и быстрыми. Однако, их все же было трое, и от постоянных атак, не всегда удачных, но сильных, уворачиваться было сложно, словно те специально подначивали его наконец попытаться ударить.
[indent]Клинок находит плоть лишь через дюжину ударов, неумелых и рассчитанных больше на удачу, но остро заточенный металл легко вспарывает кожу на шее. Грязно-зеленая, почти черная кровь тут же брызнула из раны, заливая ржавый доспех на груди, ринувшихся к своему собрату двух других орков, даже мелкими каплями расчертила побледневшее от страха и гнева лицо майа.
[indent]Гораздо позднее, уже у себя в чертогах Майрон поймет, что убивать - просто. Что он не чувствовал ни вины, ни жалости, ни стыда, лишь презрение к противнику и омерзение от чужой смерти. И совсем немного надеялся, что Мелькор это видел, что он доволен им, что он не будет разочарован.
[indent]Второй удар дается еще проще, и он такой же подлый и грязный, как у орков - Майрон вонзает свой клинок в спину, не без тени удовольствия прокручивая его в чужом теле с влажным звуком, одергивая руку только тогда, когда кровь начинает заливать расшитый темным узором рукав.
[indent]Громкий грудный вопль на мгновение оглушает, но в то же время приводит в чувство, давая возможность за мгновение до того, как топор обрушится на голову, вцепиться последнему оставшемуся противнику в горло рукой, испещренной огненными всполохами. 
[indent]-Никогда не смей поднимать на меня оружие, грязное отродье, - собственный голос кажется совсем чужим, смрадный запах горелой плоти забивает ноздри, майа кривит губы от отвращения, даже не зная, что даже глаза его в гневе исказились, утонули в пламени и зрачок принял острые черты.

Отредактировано Mairon (04-05-2019 21:32:55)

+1

4

Омерзительны. Безусловно, это так. Они выпотрошены, испорчены, вывернуты наизнанку, их мировоззрение исковеркано болью и пытками. Орки не знают ничего, кроме злобы, войны и пыток. Для них жизнь - короткий цикл, в котором они обязаны принести как можно больше страданий всем, кто их окружает. Но они глупы, и им нужен мудрый предводитель - сильнее их, умнее, тот, кто направит их ярость и будет диктовать его, Бауглира, волю. Но теперь - он у них есть.
Мелькор возникает рядом со своим майа - ведь теперь он весь его, от кончиков острых ушей до изящных маленьких ступней. Вырастает из скалы, такой же темный и неотвратимый, приобнимает за плечи, насмешливо смотрит через его голову на убитых орков - они уже не встанут никогда, и, казалось бы, ему надо расстроиться, ударить Майрона, отчитать...но он лишь смеется - глубоким и свирепым смехом, руки его соскальзывают с плеч юноши, он вьется, как дикий плющ, вставая перед ним, осматривая проявляющиеся все ярче перемены, подхватывая за подбородок, заглядывая в глаза.
Моргот доволен - шипы, запущенные в сердце кузнеца, прорастают и дают плоды. В нем больше нет той хрупкости, что присуща валар, майар и эльфам - он становится все более крепким, приземленным, связанным с этим миром. Перенимает его привычки, устои.
- Я не сомневался в тебе, мой ученик - лезвие клинка легко скользит по его руке, стирая темные пятна крови, вала мягко тянет на себя - и тот оказывается в широкой ладони. Легкий поворот - и по руке стекает его собственная кровь, окрашивая клинок в черный цвет, из-за чего его гравировки изысканно переливается. Но жадному Владыке мало и этого - он вновь касается своего слуги, едва заметным жестом стирая с его красивого, правильного лица, в котором гаснет ярость и раздражение, капли орочьей крови, не отрывая взгляда. Лишь после этого он вкладывает клинок вновь в его руку.
- Что же, пойдем же дальше - жестом он предлагает рыжеволосому майа следовать за собой, увлекая дальше и ниже, спускаясь в подземелья, где пленники уже не стонут - они застыли на границе между жизнью и небытием, тщетно силясь отдать свою оболочку и отправиться в чертоги Мандоса. Но он никогда их не отпустит, никогда! Улыбка щерится, она больше похожа на звериный оскал, да и сам Моргот не похож на того, кем виделся своему новому последователю.
Нет больше мягкости в движениях - лишь резкие, размашистые движения, пропали изящные одеяния, струящиеся жидким блестящим шёлком, исчезли вышивки - на темном вала сейчас кожаный доспех, плотно сидящий на его крепкой фигуре, он, как змеиная шкура, обхватывает его тело, закутывая в непроницаемый кокон. Волосы его больше не распущены, а собраны, смотаны на затылке кожаным шнурком, лишь несколько прядей выбиваются, обрамляя лицо. Молота при нем сегодня нет - он оставлен в его парадной зале, прислонен к трону. Но он знает - никому из ныне живущих эльфов, орков, может быть, даже майа, не хватит сил нести эту ношу.
Но больше всего перемен несет его лицо - в нем больше нет ангельской чистоты и невинности, что роднило его с его братом Манвэ - в нем есть злоба, ярость, что ложится складками вокруг рта, есть и власть в чуть нахмуренных бровях.
Сейчас он - настоящий, устрашающий, тот самый Моргот Бауглир, имя которого страшатся произносить.
***
Темниц в его владениях хватает - и он, ведомый своими желаниями, ибо только им он доверяет стопроцентно, увлекает Майрона за собой, без труда прокладывая себе дорогу среди узких каменных переходов, переполненных любопытными орками - они припадают к земле каждый раз, когда видят его - но теперь к шепоткам орков добавляются неодобрительные, вместе со взглядами, что они кидают на молодого кузнеца. Слава и слухи, как всегда, бегут впереди победителей, и в глазах воинства у Майрон уже появляются почитатели и враги. Это даже...полезно.
Ему стоит знать, как здесь строится иерархия, ведь в противном случае - однажды он будет мертв. Конечно сейчас цикл несовершенен, но еще немного...и его сила растянется по этому миру, прорастет в каждом живом существе, обрекая его на погибель. Мелькор жмурится от удовольствия, останавливаясь перед пыточной и открывая её лишь взглядом, проскальзывая внутрь, как уж, и обвиваясь вокруг пленника, что сидит на стуле, прекрасно ощущая реакцию Майрона - для этого ему даже не нужно смотреть на него.
Эльфы. Такие нежные, хрупкие, маленькие, похожие на ломкую ветку - а лицом и телом на ненавистных ему вала. Этот же - упрямец, каких поискать. Он не стремится отдаться в добровольное рабство и служение - но и не хочет расставаться с душой, будто там, за гранью, ничего хорошего его не ждет.
Темный Владыка поднимает с колен орка - надсмотрщика, негромко - но все, кто внутри помещения, слышат - спрашивая:
- Все еще нет?  - получив отрицательный ответ - нет, скорее судорожное скуление, кивок и просьба помиловать - он напоказ вздыхает, небрежно взмахнув рукой, отчего его создание оказывается вжатым в стену одним лишь дуновением его силы.
- Знаешь, если он не станет таким же отвратительным и жалким, как ты... - Моргот вновь вздыхает. - умрешь ты. Майрон! - он резко разворачивается, облаком пепла оказываясь рядом со своим слугой, шепча на ухо - и вот он уже за спиной, подталкивает к пленнику, на которого буквально минуту назад выплеснули ведро грязной воды. Зловоние его гниющих ран смешивается с затхлым запахом воды, создавая неповторимый аромат.
- Что ты скажешь? Что сломает этого пленника? Расскажи мне, пока этот - кивок в сторону орка. - еще жив.

+1


Вы здесь » TimeCross » family business [внутрифандомное] » В его темноте пропадают бесследно [Tolkien's legendarium]