пост недели C. C. Теплый вечер спустился на новую столицу Британнии. Теплый, немного душный, совершенно неподвижный воздух. И практически полная, сонная тишина, изредка нарушаемая голосами, какими-то вялыми и уставшими. Странный, удушливый вечер. Словно большая часть ее неимоверно долгой жизни.
23.05 Свершилось! Вы этого ждали, мы тоже! Смена дизайна!
29.03. Итоги голосования! спасибо всем кто голосовал!
07.02 Если ваш провайдер блокирует rusff.ru, то вы можете слать его нахрен и заходить через: http://timecross.space
01.01 Дорогой мой, друг! Я очень благодарен тебе за преданность и любовь. Поздравляю тебя с Новым годом! Пусть каждый день, каждую секунду наступающего года тебе сопутствует удача, в жизни не прекращается череда радостных событий, в сердце живет любовь, в душе умиротворение, а сам ты был открыт всему неизведанному и интересному! Желаю, чтобы даже в самые холодные и ненастные дни тебя согревало тепло близких, а рядом всегда был любимый человек, искренние друзья и соратники. Вдохновения тебе, креатива и море позитивных эмоций в Новом году!
выпуск новостей #142vk-time-onlineрпг топ

TimeCross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » TimeCross » alternative dream [альтернатива] » Say my name [Wuthering heights]


Say my name [Wuthering heights]

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

SAY MY NAME
Say my name
These colors come alive
In your heart and in your mind
I cross the borders of time
Leaving today behind to be with you again

•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••



Within Temptation - Say My Name

УЧАСТНИКИ

ВРЕМЯ И МЕСТО

Wolfgang as Heathcliff
Constance as Cathy

Северный Йоркшир, время теперь не имеет значения

АННОТАЦИЯ

— Помнишь, как мы представляли себе рай?
— Помню, как ты его представляла.
— А ты как его представлял?
— С тобой. В любом месте, в любое время лишь бы с тобой.

•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

[nick]Catherine [/nick][icon]http://funkyimg.com/i/2Ss8V.png[/icon][sign]http://funkyimg.com/i/2Ss8Z.gif[/sign][lz]Кэтрин
Wuthering Heights

Пленница своей любви и предрассудков. Шла на поводу гордости и честолюбия, не слушая сердце, которое всегда принадлежало только одному человеку.[/lz][status]буду с тобой пока я есть[/status]

+2

2

- А ты помнишь, как я впервые оказался в вашем доме? - Он чуть прищуривает глаза, чтобы лучше разглядеть Кэтрин и глубоко вздыхает, погрузившись на мгновение в то далекое прошлое, в то время, когда ему было семь. - Мне казалось, что улица в Ливерпуле, по сравнению с Грозовым Перевалом, гораздо уютнее и чище, а люди, с тем же презрением глядевшие на меня, хотя бы не делали вид, что я их сын.
Те времена стали для мальчика действительно переломными. Он заново учился говорить и понимать то, что говорят ему - цыгану это не нужно, у цыгана своя судьба - как у ветра в поле, свободная и бескомпромиссная. Но из него упорно пытались сделать настоящего джентльмена - слепить из обрывков суховея и грозовых туч, из грубых слов и завистливых деяний. Ему было неуютно здесь с первого дня и даже отец - мистер Эрншо, столь любезно предоставивший Хитклифу свой дом, свою любовь и свой образ жизни, не смог прочувствовать мальчика до конца. Его никогда не звали Хитклиф. У него никогда не было имени, он никогда не был привязан ни к чему и ни к кому. Он ненавидел весь дом - Хиндли с его уродливой челочкой набок и стремлением стать хозяином Перевала; Кэтрин, которая пугалась его, но тут же забывала о своём испуге; Нелли - прислужницу и дармоедку, что изображая собой ангела, целующего пухлые щеки детей, исподтишка причиняла ему боль и оставляла на его теле кровавые подтеки от ногтей. Он ненавидел Джозефа с его молитвами и уличением в службе дъяволу - о, как он был близок к истине. Даже отца он ненавидел за то, что не дал того, что обещал - ни любви, ни спокойствия, ни ласки. Да лучше бы он в тот вечер прошел мимо дока Томаса Стира, не потратившись на портовую шлюху и не увидел в грязном, воняющем рыбой переулке его - сына блудливой англичанки и черкеса, сумевшего убежать от рабства. Ни матери, ни отца - настоящих - он не знал, он помнил только вечный холод и стремление что-нибудь украсть, чтобы выжить, но на Перевале ему приходилось строить мир внутри вселенной, как маленькому Богу сажать семена и получать какие-либо всходы.Лошадка Хиндли ему была не нужна, он просто знал, что заявив о своём желании получить лучшее, вынудит Хиндли испытать собственную неполноценность. А перекошенное от ярости лицо названого братца - это лучшее, что он мог бы увидеть среди этих северных пустошей и одиночества.
- Но ты была настойчивой, Кэтрин. - Он улыбнулся задумчиво, облизывая пересохшие губы. - Ты сумела достучаться до меня. Скажи, зачем тебе это было нужно? Тебе не хватало Хиндли или ты это сделала наперекор отцу? Мне всё равно это нравилось, не переживай. - Губы Хитклифа коснулись её руки; он будто проверял не исчезла ли она снова из его жизни и здесь ли он сам. - Мне тогда казалось, что я стал для тебя игрушкой, но потом почувствовал родную душу, будто не только я был приемным, но и ты тоже.
И, действительно, из пугливой шестилетней девочки словно выпустили беса - Кэтрин стала абсолютно неуправляемой, но лишь рядом с Хитклифом она занимала позицию принцессы и позволяла быть собой.
- Помнишь, как мы украли лошадь Хиндли и заставили Джозефа гоняться за ней по болоту? - Голос его треснул и Хитклиф закашлялся, будто заболевший внезапной простудой. В голове отнюдь было ясно и образы прошлого ложились ровной картинкой перед ними: и он, и Кэтрин тоже могла вспоминать о них в детстве. Но внезапно он умолк, как и угасла улыбка, а лицо застыло восковой маской, стало жестким и непроницаемым. - Ведь это ты сдала меня отцу да, Кэтрин? Не Нелли как ты сказала, чтобы я злился на неё. - Хитклиф знал, что именно она рассказала мистеру Эрншо о проступке, но свалила всю вину на него, как будто её и рядом не было, а потом жалела его весь вечер, строя грандиозные планы мести. Его секли розгами, исполосовав всю спину до крови, но он даже не подумал крикнуть - как в тот раз, когда Хиндли кинул в него камень или когда Нелли поставила подножку на лестнице, отчего Хитклиф упал и сломал запястье. Ни звука. Ни слова. Но он никогда об этом не забывал, в отличие от Кэтрин, которая сейчас смотрела на него так странно, будто ничего из этого никогда не было.
- А помнишь, как Джозеф устроил нам вечер чтения "Обновления разума" и пытался доказать, что лучшего пути нам не избрать? - Вообще религиозность старика очень сильно напрягала Хитклифа, который ни на йоту не верил в Бога, оставившего его одного, перемолотого колёсами судьбы и выброшенного на черную улицу зловонного Ливерпуля. Коль он так любит свою паству, своих детей, так почему одним даёт все - и дом, и семью, и деньги, а других лишает даже малого - способа выживания? Поэтому от этих книг Хитклифа трясло, как от лихорадки и относился он к ним лишь как к отличной возможности провести время с Кэтрин. - Славная бы из тебя вышла монашка. Спорим, ты бы сбежала оттуда ровно через пять минут! - Хитклиф снова повеселел. Спиной  он, правда ощущал как будто бы сырость и холод, но рядом с Кэтрин любой шторм превращался в бриз, тем более он не собирался с ней так быстро расставаться сегодня. Его щеку щекотали колосья свежекошенной травы и он погрузился в неё с огромным удовольствием - единственный запах, что ассоциировался у него со свободой.
- Мне интересно, когда ты повзрослела? - Спросил Хитклиф, не ожидая ответа на этот вопрос. Кэтрин всегда слишком бурно реагировала на это: она считала, что всегда была взрослой, ну, или, по крайней мере знала, что в одиннадцать будет гораздо умнее своего старшего брата. - Когда умер отец или еще до, когда Хиндли уехал учиться? - О, это было время, когда их свободой управлял только северный ветер. Они сбегали через кухню или прачечную в вересковую пустошь, карабкались на отвесные скалы  и сидели на самой верхушке, опустив ноги в молочно-белый и мокрый туман. Реже, они выбирали себе какое-нибудь раскидистое дерево, скрывавшее их двоих своей корявой, но вполне раскидистой кроной. Им не хватало места на самой толстой ветке, поэтому приходилось прижаться друг к другу так близко, что казалось они - единый организм. Хитклифу тогда было тринадцать лет и он уже отличался от прежнего Хитклифа, которого кутёнком за пазухой притащили на Перевал. Он уже смотрел на мир по-другому, чувствоал каждого жильца совершенно иначе, а значит и Кэтрин для него становилась не просто лучшим другом...
- Почему ты смотришь на меня так странно, Кэти? Мы давно не говорили. - Он пожал плечами лишь крепче стиснув ее руку в своей. Она должна помнить -это их ритуал, это то, что делало их счастливее, что давало какую-то надежду на будущее, что делало их еще ближе друг к другу. Эти объятия, эти прикосновения - даже Фрэнсис и Хиндли казались новичками на их фоне.
- Ты помнишь свой самый счастливый день? - Для Хитклифа, пожалуй, их первый поцелуй, но он почему-то плохо его помнил, несмотря на то, что воспоминания о нём будоражит до сих пор, поднимая в животе целый ворох бабочек. Но он был уверен, что для Кэтрин самым счастливым стал день, когда она встретилась с Эдгаром и когда познала это дикое сравнение прилизанной чопорности и чумазой необузданности. - Могу поспорить, что я прав.
[nick]Heathcliff[/nick][status]black heart[/status][icon]http://d.zaix.ru/bgCk.jpg[/icon][sign]https://69.media.tumblr.com/e6aaddcbcb012646d7db2e8ba6c676df/tumblr_ox5pdfTpAr1w0sg4ko3_400.gif[/sign][lz]ХИТКЛИФФ
Разбитое сердце
Черная душа
в которой нет места для любви и сострадания
Я тебя знаю? Когда-то мы были совсем другими и наша жизнь могла быть иной.
Грозовой Перевал стал нашей могилой и нашим проклятьем
Ты меня знаешь. Я твой ночной кошмар.[/lz]

Отредактировано Wolfgang A. Mozart (17-03-2019 20:34:56)

+2

3

Она смотрит на него. И не уверена, что когда-нибудь видела его таким. Они в своё время не прощались. Он просто исчез из её жизни, после того, как Кэтрин сделала выбор стать миссис Линтон. Но он никогда не умирал для неё, не уходил из памяти. Но она искала с ним встречи также, как может искать молодая супруга красивого, знатного, богатого мужа чьего-то внимания.
А потом она его не узнала. От её Хитклиффа осталось всё и ничего. Он ничего не забыл, да и не простил. Но глядя на него, Кэтрин думала о том, что всё её к ней возвращается, потому что она этого достойна. О том, что принесёт его возвращение миссис Линтон тогда не подозревал никто.
Порывистая натура требовала от Кэти действий, столь же решительных, как в дни её юности, не считаясь с правилами её закрепившегося за три года положения жены уважаемого человека. Свободолюбие, эгоизм и требовательность натуры диктовали ей свои действия. Чертовщинка, сидящая в ней с самого детства вспыхнула снова. Безумные проекты завладели её мыслями. Что она могла сделать для Хитклиффа, которого с детства считала своей второй половиной - тела, души и разума? Сделать его жизнь лучше, дать ему громкое имя и преуспевающую карьеру. Они снова была бы вместе. Нет, она не собиралась предавать или изменять Эдгару, но Хитклифф нужен был ей как воздух, ворвавшийся в запертые комнаты её размеренной жизни. Ей казалось, что даже ребёнок, который вот-вот должен родится ничему не помешает, а сделает всё только лучше, сблизит их.
Они проводили вместе не так много времени - увы, между ними вставали то Эдгар, то его сестра. И кто только ожидал от этой меланхоличной особы такой живости? Она жаждала захватить всё внимание гостя. Кэтрин не ревновала, она злилась на невозможность уединиться с человеком, который составлял всё её прошлое.
- Снова хочешь услышать, что я тогда испугалась тебя? - спрашивает она, смеясь. - Не услышишь. Я много об этом думала и решила, что это был не страх. Мы просто не хотели видеть чужака в доме, нам это не нравилось. Помнится Хиндли твердил, что отцу мало его родных детей. Конечно поначалу и мне было совсем не до тебя - ты же был не отрезом лучших тканей на платье или новыми лентами и парой чудесных туфель. Но не сердись, я очень быстро поняла, что ты кое-что интереснее этого. - прикосновения у Кэти такие же лёгкие, заигрывающие. - Именно поэтому я не дала Хиндли воплотить в жизнь его бредовые мечты избавиться от тебя. Хотя бы потому что с тобой было интереснее, а от его негодования я быстро уставала. И ему никогда не было нужно столько моего общества, моих затей. А ты только притворялся, что тебе неинтересно всё то, о чём я говорю. Но я бы всё равно не сдалась, уже тогда зная, что у меня есть человек лучше, чем родной брат. - её слова полны откровения, но лицо остаётся почти бесстрастным, настоящие леди даже улыбаются с достоинством. - Когда мы стали видится так часто, что будь у Хиндли больше ревности не только к отцу, но и ко мне, то он от неё заживо бы сгорел, я подумала, что если бы нас подобрали на улице вместе, мы были бы похожи меньше, чем сейчас. - мужчина задел её за живое. Конечно, Кэтрин не представляла себе даже возможность этого - быть не родной своей семье, но Хитклифф занимал так много места в её жизни, что ей даже в голову не пришло оскорбиться столь прозорливым замечанием.
Её большие, тёмные глаза блеснули в сумраке просыпающегося дня на вересковых пустошах.
- А ты представлял на своём месте меня? Ты хотел чтобы наказали меня? - её натура не позволяла ей представить, что её бедный рыцарь мог допустить подобное. И что для него вообще это было важно. - Ты мог бы ослушаться моей безумной идеи и с уважением отнестись к «возлюбленному брату». Нас вели не только мои желания, но и черти, которые управляют тобой, как убеждает нас Джозеф. Уж сколько он проклятий послал на твою голову. Наверняка пара-тройка из них шевельнулись в твоей душе, Хитклифф? - взгляд её перебирает черты его лица, фигуры, склонённой над ней. И ей до сих пор нравится то, что она видит. Каковой же она представляется ему теперь, когда срок её близок? Но захлёстывающее разум счастье не позволяет ей думать об этом всерьёз. Он её любит и она любит его. С первого до последнего дня их встреч и разлук она любит его. Другой любовью, Эдгару не занять место, что Хитклифф занимает в её душе, не стать сжигающей её страстью.
Страстью, усмирить которую не мог никто и никогда. Устав от её проделок, Хиндли угрожал сестре тем самым монастырём в редкие часы, когда не был занят своим внутренним миром или хворающей Фрэнсис, или бутылкой. Ему наконец-то стало невыносимо счастье сестры, в то время как он сам становился всё более несчастным. Кэти даже порой было не жаль меланхоличного брата, который ничего не искал в этой жизни. Для сестры его жизнь казалась бессмысленной, пустой. Любовь уступила место некогда высказываемым мыслям о наследнике доме Эрншо. Теперь Кэти думала, что словами этими руководила не только слепая ненависть двух мужчин друг к другу.
- О, нет, я сидела бы и чинно ждала, пока ты меня освободишь! - расхохоталась, совсем как в детстве, Кэтрин. - И если бы ты хотел для меня безвестной кончины, то не пришёл бы никогда. Хотя может быть моё желание убить тебя за это обострило бы мою хитрость. Но думаю, ты не позволил бы нашему экипажу доехать до Гиммертона, затосковав по мне. - И она, решив для себя давным-давно что станет для безродного приёмыша самым важным человеком на свете, его Мадонной, ничуть не сомневалась в том, что именно так и будет. - А ещё я им бы поведала в красках о наших свиданиях, мой демон. Они бы сами прогнали меня. И я пришла бы отомстить тебе за то, что не помог мне их припугнуть.
Этот глупый - он точно знает, как её разозлить - вопрос, снова, вопреки обыкновению, вызывает у неё лишь лихорадочный, холодный, как утренний туман, блеск в глазах. И это не нравится Хитклиффу. Но Кэти не реагирует на это, как человек, который ничего не может поделать с какой-то чертой своей внешности или особенностью характера.
- Как часто ты об этом спрашиваешь. А я всегда говорю, что я давно уже не ребёнок, Хитклифф. Для тебя я могу им быть, потому что ты упрям, как стадо ишаков, но в глазах людей я уже не ребёнок. Мне может быть в глубине души и безразлично, что думает высший свет. Но теперь моя забота - доброе имя Эдгара. Я могу беседовать с тобой в уединении нашего дома, если рядом не крутится эта дурнушка Изабелла, но ты должен смотреть правде в глаза - мне уже достаточно лет, чтобы бросить то, о чём мы оба сейчас вспоминаем. Я уже не могу любить тебя также, как тогда. Моя любовь выросла вместе со мной. И она больше, чем та, которой я могу любить кого-то ещё на этом свете. И ты не можешь требовать от меня большего. - И не смотря на её горячие слова, Кэти не может с той же силой ответить ему. Ах, знал бы он, сколько у неё на самом деле осталось сил! Но его прикосновения возвращают её в счастливую юность на Перевале.
Если бы она могла, то непременно рассказала бы ему, каким счастливым был день его возвращения. Но Хитклифф глух, он наверняка уверен, что её счастье - Эдгар. И всё же держать мысль в себе было не в натуре этой женщины.
- День твоего возвращения. Я была так счастлива, как никогда прежде. День, когда я увидела тебя и поняла, что никогда не расставалась с тобой. Даже когда ты просто решил стереть о себе память в жизни Перевала. И это было твоим самым жестоким поступком. Но даже тогда я не могла думать, что буду ненавидеть тебя до конца своей или твоей жизни. Признайся, ты жалел? Думал обо мне все эти три года? - его признание было бы для неё, как для истинного ценителя музыки знакомая, но любимая мелодия. Или не только признание. Пусть докажет, что скучал, раскается, что совершил глупость, недостойную даже его безрассудной натуры. И она всё ему простила бы. Каждый день и час в увядающем без него Перевале, те многие ночи на Мызе, когда она оставалась одна и мысли её крутились не вокруг Линтона.
[nick]Catherine [/nick][icon]http://funkyimg.com/i/2Ss8V.png[/icon][sign]http://funkyimg.com/i/2Ss8Z.gif[/sign][lz]Кэтрин
Wuthering Heights

Пленница своей любви и предрассудков. Шла на поводу гордости и честолюбия, не слушая сердце, которое всегда принадлежало только одному человеку.[/lz][status]буду с тобой пока я есть[/status]

+2


Вы здесь » TimeCross » alternative dream [альтернатива] » Say my name [Wuthering heights]