capt. jack harkness michael wade wilson
oberyn martell susan pevensie
Он убийца, тот кто замарал руки в крови самых близких людей, не считая количества невинных жизней. Сузаку даже не вздрагивает, слыша в голосе будущей Императрицы шок и удивление, не удивляется и тому что коляска подалась назад. Не отводит взгляд, смотря в глубокий аметист глаз названной сестры ожидая увидеть осуждение, презрение, но… Читать дальше

Дорогие Таймовцы!

30.10.18 Появились дополнения в правилах и банке, а так же подводим итоги большого кроссворда в честь Дня рождения Тайма! 28.12.17 Мы поменяли дизайн! Внезапно, но почему бы и нет? Вопросы и предложения как всегда в тему тему АМС.
23.10.17 Все уже заметили некоторые проблемы, но сервер rusff и mybb их решает, сроков пока не сказали.
25-26.09.17 Нашему форуму целый год, поэтому вот тут раздают подарки и это еще не все, вот здесь специальный выпуск, а упрощенные прием для всех мы объявляем на целый месяц!
24.08.17 Внесены корректировки в правила взятия вторых ролей и смены предыдущих, поэтому просим ознакомится с ними в соответствующей теме
27.07.17 Совершенно внезапно и полностью ожидаемо у нас запускаются челленджи!
12.07.17 Все помнят фееричный день падения rusff'а? Так вот падения продолжаются, наверняка у кого-то из вас что-то до сих пор не работает и не показывает. Если да, принесите это нам в тему АМС, желательно со скринами и указанием вашего браузера. Спасибо!
Дорогие партнеры, у вас может не работать кнопка PR'а.
Логин: New Timeline - Пароль: 7777

faqважное от амсролигостеваянужныехотим видетьхочу кастакцияуход и отсутствиевопросы к АМСманипуляция эпизодамибанкнужные в таблицуТайм-on-line

TimeCross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » TimeCross » cloud atlas [межфандомное] » black noose [FB \\ DC]


black noose [FB \\ DC]

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

black noose
from a shadowed perch, behind granite and lime...
•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

http://sd.uploads.ru/t/N4tUJ.png

hans zimmer \\ dream is collapsing

УЧАСТНИКИ

ВРЕМЯ И МЕСТО

Queenie Goldstein, Jason Todd

начало 20-х, Нью-Йорк

АННОТАЦИЯ

с прощальным вздохом уходит ночь, впуская ясный свет нового дня. но даже под яркими лучами солнца, безмолвие отбрасывает тень. нельзя полагаться на обманчивость глаз, нельзя быть уверенным, что шагом вперёд у холодной глади гранита не таится бездна, выжидая своего часа. и снова наступает полночь, снова в ветвях трепещут крылья голодных птиц.

•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

+1

2

[indent]Когда Тина рассеяно оставляет на столе газету, пальцы Куинни начинают дрожать, губы, обыкновенно яркие и без использования косметики, бледнеют. Она не может оторвать глаз от статьи. Она так коротка, но ей этого достаточно. Его убили, убили жестоко, кроваво, беспощадно и - что будет иметь последствия - на глазах у не-магов. Он, разумеется, защищался. И теперь это будет иметь последствия. «Я не могу сказать Тине, что предчувствовала это. Она сойдёт с ума, зная, что мы могли вмешаться и не сделали этого», - решила для себя девушка.
- Погребение будет закрытым, но не все смогут присутствовать. Теперь нужно так много уладить, госпожа Президент приказала..., - они обе не могут нормально позавтракать.
- Да-да, конечно. Это разумно. Нужно выразить соболезнования и, Тинни, если я смогу помочь то готова пойти с тобой.
- Ты знаешь, что тебе нечего делать на расследовании аврората. Это опасно. Тем более ты не выглядишь здоровой, Куинни. Ты плохо спала ночью?
Младшая в замешательстве опустила глаза. Неужели сестра всё слышала? А ведь она просто сидела последние предрассветные часы, свив себе гнездо из одеяла, обхватив колени руками и боясь, что унять дрожь не удастся.
Это был кошмар. Они давно ей не снились. Кровавый, сумасшедший кошмар. Где убивали его, о чём сестра не имела ни малейшего представления. Для всех будет подставная картина? Девушка не знала что и думать. Нет, если она увидит сегодня лицо этого аврора, то лишится чувств. Ведь своими глазами видела, как его убили. Но кто ей поверит, если она захочет рассказать? Захочет ли? Дурные предчувствия не давали покоя. Об этом никто не должен был знать. Всё это неправильно. Или должен? Но волшебница не знала как подобрать слова. Поэтому сестра ушла на работу ни с чем.
[indent]После бессонной ночи, пережитого кошмара Голдштейн делала работу не спеша, за что получала всеобщее неудовольствие, но ей было всё равно. Ей было плохо, а индекс доверия к окружающим к тому же резко стремился к нулю. Ей хотелось знать ответ на свой вопрос. Что за чертовщина с ней творится? Откровенно говоря, волшебница побаивалась засыпать этой ночью. Предчувствия говорили, что это кошмар не одной ночи.
[indent]Так и случилось. В конец измучившись, Куинни отправилась в библиотеку МАКУСА, надеясь там найти ответы. А ещё с подозрением приглядывалась к окружающим. Школа Геллерта Гриндевальда научила её быть бдительной. Даже в знакомом до боли лице мог скрываться враг.
[indent]Но когда она встретилась с опасностью нос к носу, то никак не могла предположить этот момент и защитить себя. Но, что странно, этот тип лишь скользнул по ней взглядом. Не догадался? И тем не менее уверенность в том, что она повстречала странного типа останется без внимания МАКУСА, девушка чувствовала сердцем. Нужен был кто-то, кто был похож на этого...мага? Казалось, что ему очень много лет, его магический потенциал будто устарел. Они разминулись, следить за ним не было никакого желания и попадаться на глаза тоже. Может быть стоило рассказать всё госпоже президенту? Куинни устало потёрла виски. Она уединилась в Центральном парке, продолжая гипнотизировать взглядом газету. Никаких ответов, чёрт возьми, что делать? Куда направиться? Мысль добровольно сдаться целителям, чтобы изъяли кошмар из памяти, всё чаще посещала её голову.

Отредактировано Queenie Goldstein (15-10-2018 11:22:06)

+1

3

Перестал считать, сколько затёртых образов пришлось вычеркнуть ржавым лезвием из рассудка. Ненужных фрагментов, извилистой лентой, очертания картин на которой, попросту изжили себя, стали гулким балластом. Голова, как чёртовая кладовая, где толком уже нет места для всего этого сумбура отдающего гнилью. Слишком много секретов и тайн, слишком много воспоминаний, слишком много имён, лиц, их всех, слишком много. Каждый раз, хватаясь за рукоять пистолета, безвольно приставляешь к виску ствол, чтобы в раз и навсегда стереть пыль ушедшего вслед за временем, и каждый чёртов раз, захлёбываясь хриплым отвращением к самому себе, опускать холод роковой стали. Лишь вопрос остаётся осадком, играя на линии огня между осознанием и вязкой пустотой заполнившей грудь. Что изменится? И ответ всегда один и тот же, выбивая из обоймы хрупких слов порох аргумента, ставит точку. Ничего. Что после? Всё сначала, пробирая до основания, дабы выстроить по порядку числа новоявленного алгоритма длиной в жизнь. Смерть смертным – слишком просто, слишком не тот конец, которого хотела бы мразь судьба, вырезая на стенках подсознания свои желания. И ты живёшь, Тодд, как доказательство, что у суки свыше, фантазия более чем истреблена в минус. 
  Этих фрагментов слишком много, но именно они заставляют бросаться в бездну полуночи, взмывая над крышами подобно проклятой птице, рыскать среди безмолвных улиц бросаясь на прохожих цепным псом. Крупицы прошлого как фундамент тёмных чертогов, за стенами которых закапывают заживо, и эти стены настолько же тверды, как и прозрачны. Войти внутрь, чтобы остаться за ними навсегда, чтобы сдохнуть, без упоминания в книге жизни. Но, в этот раз, я снова пройду по тёмной тропе, чтобы найти еще не жертву безумия, пока само безумие не пришло за жертвой.
  На протяжении долгих лет, мой проклятый богом город породил немало тварей, написав яркую историю, которая ворохом событий заткнёт рот любой библии. Одно из таких, чертоги каменного леса вбили в голову тупым гвоздём исковерканного ужаса, чтобы оставить не просто зудящее воспоминание, а опухоль на теле существования. У чудовищ были души, но не было лиц, скрыв взгляды под фарфором, они несли своё слово как закон, постепенно отравляя суть бетонных стен. Даже пресловутый ночной страж не был способен искоренить эту заразу. Подобно яду, чума просочилась настолько глубоко, что единственным выходом было выжечь землю на протяжении миль. Суд Сов. Так они называли себя. Забавно, совершенно обычные, смертные ублюдки, устроив маскарад, затянувшийся не на один десяток лет, смогли взять тотальный контроль над шаткой психологией больного города, используя мосты и бреши, как пути становления железного кулака тайного вассала. Мафии, банды, свора психопатов, населявших стены лечебницы Амадея Аркхэма, всё это было пустым звуком в сравнении с Судом Сов. И я, как мразь, рождённая в судорожных конвульсиях извращённым пониманием морали, уже знал о существовании белых птиц, услышав отголоски крыльев которых, можно было нашептывать последнюю волю. Я знал о них больше, чем должен был знать ребёнок, слышал жуткие истории о Когтях, коими так часто пугала сирот сестра настоятельница. Знал, что Суд Сов везде и нигде, что он существует, и что его нет. А если ты вкривь и вкось несёшь злобу в словах, плевав на волю Суда, за тобой придёт один из смертоносных Когтей. Смешно. Сказки трактуются голодными умами из года в год, каждый раз добавляя лютой драматичности. В действительности, легенды прошлого были истинной правдой. Только саму суть я проглотил уже спустя долгое время, в который раз вернувшись с того света. И бросил вызов Суду…
  Я видел множество смертей, и с каждой мог смириться, принять, переварить в едкую желчь, насыщая мозг очередной порцией ненависти, как триггер к возмездию. Только не смерть тех, кто дорог. Эти чёртовы моралисты, ублюдки, в масках, играя в героев по ночам, чтобы нести напускную тень справедливости и порядка, они… мертвы... Ненавижу их за слабость, за то, что они не смогли уберечь собственные жизни от бездны. Это должно было произойти, слишком предсказуемо, но рассудок игнорировал посылы, выворачивая наизнанку попытки стать более человечнее. Теперь, Суд пришёл за ними, и кровь этих людей на моей совести. Должен был встать против, должен был найти всех и каждого, должен был вырвать последний вздох у каждой безликой птицы, чтобы ныне не заливать горе терпким алкоголем, но я не стал этого делать. Доверился лжи душ, чьи имена отпечатались на сознании ноющими стигматами. И как итог чудной картины – самобичевание? Чёрта с два…
  Встретиться с демонологом снова, не приносит мне удовольствия, но, это необходимо. В голове кружит безумная идея, и скорее всего, это всё воздействие дешевого пойла, а я, лишь тень в чужом мире, бросающаяся на амбразуру совершенного непонимания, и разрываясь неистовым хохотом выблёвывая безразличие.
- существует возможность всё вернуть, ты же можешь это сделать, можешь… – отчаяние, ненависть, и никакого страха, страха нет, выжигающая смесь молотова, как коктейль, который я намереваюсь упаковать посланием для убийц. И Джон Константин станет курьером. Ни одна сила не способна вырезать червоточину в связующей вселенных, ни одна, кроме той, что насмехается над законами мироздания.
- ты ведь знаешь, что город падёт без них. Если плата – моя жизнь, просто, покажи где расписаться…
  Я долго знаком с Константином, и он, лишь насмехаясь, предлагает закурить, прежде чем начинает говорить. Всегда есть шанс обмануть дьявола, а экзорцист в этой науке, мог фору дать любому могущественному наблюдателю магического совета. Джон говорил неспешно, аккуратно преподнося факты, пока в один момент, его теории не начали обрастать каким-то странным ощущением дежавю. Проведя странный обряд, колдун рассказал, что у древнего зла, есть нити истоков не только в нашей вселенной, и если умело оборвать эту нить в другой точке, настоящее нашего мира вздохнёт новыми событиями. 
Суд Сов существовал в другом мире, иной переменной уравнения времени. Это было более чем странно… Если попытаться перенестись в прошлое, я попросту мог впитать сущность, которая сотрёт мою личность, моё естество, обратив в пыль, но если найти врата в чужое измерение, где моё присутствие не предвидится, всё выглядело по другому. Остановить Суд на истоках рождения в другой вселенной, чтобы эффект бабочки преломил мой мир, вычёркивая произошедшее…
- звучит бредово… но я согласен…
  И в тот самый момент, когда я дал согласие на инъекцию безумием, Константин рассмеялся. Улыбка Джона не сулила ничего доброго, но, мне не оставалось ничего иного, кроме как слушать и потирая виски, плеваться ругательствами под нос. Мне предстояло путешествие сквозь пелену, в измерение, где я однажды оставил свой след… Не хочу об этом вспоминать, хотя забыть трудно. Благо, необходимая цель находилась в другом городе.
- и так… я должен буду найти девушку, которая может ощущать присутствие Когтей? Нью-Йорк? Я ничего не имею против, но это, равносильно как искать иголку в стоге сена…
«адский экспресс доставит тебя в нужное место, только не профукай возможность. И знай, в этот раз, пути обратно не будет.»
Перспектива смотрится гораздо лучше, нежели пуля в виске. Жизнь за жизнь. Птица умирает, мыши возвращаются.
  Я помню это мерзкое ощущение, когда тонкая плёнка оказывается настолько тугой, и, пропуская через себя, рвёт кожу пламенем, вонзая в тело сотни игл, заставляя каждое болезненное воспоминание звенеть неистовой болью. Лишь спустя мгновение, ступив на ощутимую твердь, я жадно глотаю воздух ртом… Конечная… экзорцист сказал, что девушка связана с магией… знакомо… Оглянувшись по сторонам, не замечаю ничего, кроме густых кустарников сирени, и шагнув сквозь, оказываюсь на выложенном камнем сквере. И в тот самый момент, когда рассудок жадно сучит ласкательными в адрес демонолога, мой взгляд ловит чужой образ, молчаливо уединившийся в тиши нефритовых ветвей. Нутро толкает идти вперёд, чтобы собрать клок мыслей воедино, и проставив точности действий, машинально, подхватить с лавки сумочку девушки, выуживая тонкий стебель магического предмета. Пройденный вариант, и прежде чем болтать по душам, я должен был убедиться, что златовласая не решит выбросить какой-нибудь фокус. Кроме нас в тиши сквера нет никого, и даже если кто-то появится на горизонте, вряд ли будет достаточно решителен, чтобы подойти к незнакомцу со стволом пятидесятого калибра. Я стою напротив ошарашенной девицы глядя сверху вниз, оружие не делает мне чести, но в купе с внешним видом, это тандем необходимых аргументов, чтобы тихим баритоном, искажённым модулятором голоса, заговорить с незнакомкой. Внезапность всегда необходимый союзник.
- я знаю, что тебя мучают кошмары. Это не просто сны. Ты видишь часть произошедшего, в другом мире, и убийца, здесь. В городе. От его рук могут погибнуть сотни, не исключено, что он попытается искать тебя. Но, если ты мне поможешь найти его раньше, обещаю защиту. – осторожно убирая пистолет в портупею, я не спешу отдавать волшебную палочку. Нужно убедиться, что моя цель не случайна, и что она готова к возможному сотрудничеству… 

[icon]http://sd.uploads.ru/t/Mf5U4.jpg[/icon]

+1

4

Uwe Kröger / Mark Seibert - Wenn ich tanzen will
[indent]Куинни вздрогнула, вырванная из кокона собственных мыслей. Как хорошо было бы не возвращаться вовсе, потому что голос был его. Аккуратная, свежеотпечатанная газетная страница жалостливо скрипнула в руках. Волшебница бездушно смяла её, чтобы подавить охвативший её ужас. Или благоговейный трепет перед спасением? Ведь это тот голос. Он ответит на все её вопросы?
Эта мысль помогла прийти в себя и смотреть на внезапного собеседника без страха, но и без любопытства. Ей нужно было просто избавиться от кошмара, сам он ей сейчас был неинтересен. Куинни просто чувствовала, видела скользящие перед внутренним взором образы, знала, что он ищет её. Значит она потребует от него ответов на свои вопросы. Кем бы он ни был, она сильнее, он не сможет причинить ей настоящий вред.
Поэтому волшебница даже не дёрнулась, когда незнакомец схватил её аккуратную сумочку. Он пришёл за помощью и не создаст ей проблем, рискуя потерять единственную ниточку с чудовищами из её снов. Девушка достаточно холодно улыбнулась. У Куинни Голдштейн образ холодной кокетки был не самым любимым, но сейчас так держаться было выгоднее всего. Даже не кокетничая.
[indent]Чего он ждал, что она поверит первым же его словам? Да, измученная кошмарами, волшебница готова была кинуться к спасительному источнику, но здравый смысл подсказывал держаться подальше. «Он такой же чужак, кто знает, не он ли создал этот кошмар? Нет, Джейсон Тодд, не выйдет, - подумала молодая особа, - я доверчива, но не дура». Блондинка поднялась со своего места, заставляя визитёра отступить от неё.
- Вам не стоит привлекать к себе излишнего внимания, мистер Тодд. Вы итак не вписываетесь в нынешнюю моду. - если холодный страх оружия и беспокоил её, девушка не выдавала этого. Ему ведь нужна её уверенность, а не паника. Мужчины не любят истеричных и взбалмошных девиц. - Верните мою волшебную палочку, пока я не заставила вас сделать это. Ни в моих, ни тем более в ваших интересах устраивать здесь дуэли. Вы ведь пришли поговорить? Потому что мои кошмары не дают спокойной жизни и вам. - её голос всё ещё не готов был смягчиться - обстоятельства вынуждали держать оборону. Аккуратное, обыкновенно ласковое выражение лица сейчас отсутствует, волшебница смотрит на грани холодного обольщения и недоверия. Если он не будет таким, как ей нужно, девушка готова использовать нелюбимое оружие. - Это...существо убило одного из лучших волшебников Америки, для чего? Бессмысленная жестокость. У нас в конце-концов достаточно своих проблем, - хмыкнула она, скрывая искреннюю тревогу. - Было бы лучше, если бы мы приступили к делу прямо сейчас. Нам нельзя ждать, пока на улицах будут жертвы из наших или, что хуже, не-магов.- она немного подумала. - Хорошо было бы поговорить с Госпожой Президентом, но впутывать такое важное лицо раньше времени...да и я была бы глупа, полагая, что вы пойдёте с ней откровенничать. - девушка требовательно протянула руку. - Верните мою палочку, кажется мы уже пришли к выводу, что будем весьма полезны друг другу. - наконец напряжение ослабило хватку и она перестала язвить. Волшебница сжала пальцы на запястье собеседника. - Мою палочку, будьте любезны. Только я могу обеспечить нашему разговору безопасность. Нашему откровенному разговору. - собеседница вскинула на мужчину потемневшие глаза. То, что она сейчас хорошо выглядела было результатом многих усилий. - Поверьте, я не заинтересована страдать от кошмаров из вашего мира. С минуты на минуту у меня может разболеться голова, - с очаровательнейшей беспомощностью произнесла светловолосая особа, снова отступая к скамье позади, опускаясь на неё и взглядом приглашая собеседника сесть. - Прежде мне не приходилось участвовать в переговорах, поэтому протокол мне неведом, - девушка изыскано отделывалась от возникшего с её стороны недоразумения. - Изабель, - имя такое привычное и родное для слуха, столь давно не произносимое вслух. Куинни решила, что так безопаснее. Если она не сможет ему доверять, то незнакомец вряд ли сможет её отыскать по этому имени. И девушку не остановило, что он нашёл её в огромном городе, не зная ничего.

Отредактировано Queenie Goldstein (27-10-2018 01:11:39)

+1

5

гулкими повторениями каждый последующий раз, реальность сладостно смакует любую мою попытку прописать новое правило существования. Не впервой умолкать, вслушиваясь в чужую речь, пышущую колким смыслом, где даже между тесноты строк контрастно читается желание стоять на ступень выше. Проблема в том, что любое живое существо, единожды осмелившееся заговорить со мной, неосознанно падает в перманентный ад, вопрос только в том, насколько мне хватит терпения, чтобы раскланиваясь любезностями, обратиться сгустком покорности стороннего влияния. Уголки губ невольно ползут вверх, отправляя холодное выражение лица под занавес. Соответствие, птица, о чём ты думал, придя в чужой мир, приставляя пятидесятый к миловидному личику, за хрупкой ширмой которого так настырно скребут демоны. Одна лишь мысль о том, что девушка станет настаивать на становлении прав маленькой королевы, напрягает, едва заметными искрами раздражения разгуливая на кончиках пальцев.
- ну давай поболтаем. – стелящейся хрипотцой голос выдыхает слова, осторожно разжимая пальцы, чтобы отдать вещь девушке. Хватает нескольких секунд, чтобы рассудок отчётливо прописал дюжую кипу информации, буквально вырванной из-под звенящего пренебрежением внимания. Начало не самое радужное, да и перспектива общения выглядела крайне смутно, отдавая отголосками серости, плавно переплетающимися с… пустотой. Девчонка подошла слишком близко, выдворив из рассудка имя. Нужно остановить, пока не поздно… присесть рядом, чтобы сбросив с головы капюшон укрыть оружие за пазухой.
- я знаю, как подобные тебе, относятся к подобным мне. Только позволь тебе кое-что объяснить, прежде чем мы перейдём к основам абракадабры. Существуют вещи, которые идут вразрез понимания. Чьего-либо понимания. – за годы кровавых крестовых походов, сознание выучило множество затёртых истин, некоторые из которых, были переписаны дюжину раз, вырваны из контекста, заменены, уничтожены, только вот всегда, постоянно, чёрное остаётся чёрным, а первородная суть попросту скрывается в тени, оставляя лёгкий след для самых потерянных или безумных. И то и другое было выпито сполна, до рвотных позывов, пока яд не распространился, выжигая останки человеческой природы. Стереотипы, общепринятое, система, вселенная с чёткими границами, где у правил не существует оборотной стороны, только вперёд, даже если перед лицом стена. Разбей головой препятствие, раскрои череп, но иди дальше. Иди. Или пади пред осознанием слабости. Сложная и такая простая задача, эфесом которой прорисован выжженный на бледной шкуре слоган – жизнь. Философия жизни трактовала в своих талмудах достаточно сумасшествия, превращая вакханалию в норму восприятия, или же, создавала новые образы жизни, прогрессируя в неистовстве. Моя новая знакомая, как яркий пример эволюции вне обыденности. Не помню, как они называют себя, но, как уже было ранее сказано, ставят себя на ступень выше, забывая об одном нюансе. Смерти.
- ты не можешь найти убийцу, но можешь его почувствовать. Ты можешь пройти непрошенно, но смажешь ли вернуться? – риторический вопрос прозвучал едва слышно, заставляя девушку мысленно отступить назад. Всё это время, я ощущал присутствие её ментального прикосновения, и как подобает гостеприимному хозяину, встретил у входа, дабы указать пигалице на выход. Имя, единственное, чем я могу искренне поделиться с златовласой особой, имя, которое имеет вес не более чем приторно сладкий воздух.
- это не переговоры, не прелюдия к чаепитию. Твоя помощь нужна мне, чтобы найти тварь, но если ты не станешь сотрудничать со мной… баш на баш, златовласка, чтобы не болтать лишнего, я покажу… только учти, не оборачивайся, и не отпускай. – пристально всматриваясь в кристально чистые глаза девушки, рассудок нехотя отталкивает мглу, позволяя чужому присутствию незаметно скользнуть в пустоту…
стоя до колен в тумане, она крепко держится за руку местного проводника. Тень в рваном отрепье, чёрными лоскутами скрывшая лицо, серые окостеневшие пальцы сжимают хрупкие пальцы, неспешно ступая в черту беспросветной пелены. Среди ветвей слышны голоса, такие знакомые, такие далёкие, бьющие по вискам остротой боли, затухающие в пучине подсознания. За спиной безликого существа чёрной дымкой вьются рваные клочья некогда крыльев, уродливые, мерзкие, обжигающие чужую кожу могильным холодом. Ступая вперёд, тень ведёт девушку сквозь вопиющую безумием чащу. Неясность голосов тухнет в нарастающем вдали многоголосье, вой стаи разносится эфемерным эхом, пока снова не слышится шелест крыльев. Дюжины чёрных воронов плещут обугленными перьями над головами путников мёртвого леса, а потом, голоса возрождают вопль, кутая сознание девушки в вязкую паутину ненависти. Образы становятся явными, и лесная глушь сменяется очертаниями полуночных улиц такого знакомого города. Вновь птицы. Люди с обликами птиц, хладнокровно обращающие силуэты в кровавое крошево. Трепеща крыльями, пернатые убийцы не чувствую боли, не ведают страха перед смертью, ведь они уже мертвы. Златовласая, видит воспоминания прошлого, будущего, настоящего. Видит, как сумасшествие топит остроги жизни, обращая прахом. И десятки пустых глаз, смотрят на неё, в самую душу, въедаясь голодными взглядами… мгновение, перед тем, как птицы набросятся на девушку, кутая чёрным саваном обломленных крыльев, проводник взмывает над крышами города, держа спутницу на руках. Девушка невольно отводит взгляд, чтобы посмотреть на тень, цепляясь тонкими пальцами за край ткани скрывавшей лицо, потянуть вниз. Чтобы посмотреть мне в глаза…
разжимая веки, снова ощутить мягкое прикосновение лёгкого ветра, снова вернуться в пределы существования, сидя напротив златовласой волшебницы.
- теперь знаешь, почему не стоит лезть в голову без приглашения… - я показал лишь малую часть того, что может произойти, но, больше чем уверен, что прогулка в пределах моего рассудка, станет более чем веским аргументом к сотрудничеству без лишнего внимания, и ненужных вопросов.
- врачи называют это безумием. Мистики проклятьем. Для тебя же это просто дверь, и открывается она в одну сторону. Надеюсь, вопрос с манипуляциями рассудка снят. Теперь о деле… Существо, которое я ищу, некогда был человеком. Его цель – убивать для тайного общества маньяков и манипуляторов. Его единственное желание – убивать. Даже в куче мяса и крови, никто и никогда не найдёт его следов… Не остановим тварь, таких как он будут сотни. – голос монотонно отбивал информацию вложенную заранее, и чтобы не вилять лабиринтами вшивых вопросов, я пытался донести до моей собеседницы максимум ада, по которому в очень скором времени придётся пройтись.

+1

6

[indent]Он пришёл сюда не любезничать с ней. Куинни чувствовала это, но всё же такая резкость была ей неприятна. Мужчины так себя не ведут, но не потому что она особенная, а потому что так должно быть, так правильно. В её жизни достаточно неучтивых министерских хлыщей, вроде бы должно быть не до ещё одного, пусть и из внешнего мира. Ему не нравится? Ей тоже. Им придётся потерпеть друг друга. Куинни сжала пальцы, не позволяя гневу сорваться. Она устала болеть этими видениями, но что-то её отталкивало от единственного спасителя. Он не казался ей безопасной гаванью. Руке не хватает спокойствия, когда та забирает палочку, но направить её на собеседника намерения нет. Пусть поймёт, что она не палит из оружия без разбору.
- Я бы предпочла формулировку «поговорим о деле», - наконец совладав с собой говорит волшебница. Его слова вызвали ироничную улыбку на лице волшебницы. Что она может не понять, живя в мире, где не понимают таких, как она? Этот феникс слишком высоко летает, спустить бы на землю. Но и Голдштейн не узнавала себя. Что так переворачивает её сознание? Эти дурные сны сделали её такой замкнутой.
- Я не просила переступать границы нашего мира и вываливаться из своего...портала именно в Америке, - едко заметила девушка. - Тебе нужна моя помощь, а мне твоя. Перестань ставить себя выше меня только потому что знаешь больше. - не выдержала собеседница. - Прошу прощения, я не расположена вести светскую беседу, как ты верно заметил, поэтому мне бы хотелось говорить по существу. Со своей стороны я сделаю всё возможное. - и чуть тише, отведя глаза и слух не-магам. - Кажется, мы столкнулись с твоей тварью по пути сюда. Я боюсь, он уже привлёк внимание «Вторых Салемцев» - дело дрянь. Поэтому нам нужно действовать как можно быстрее. И сообща. - следующая её фраза так и осталась невысказанной.
[indent]Неужели ему было недостаточно её согласия? Пока длилось это безумие, Куинни не понимала жива ли она вообще. Это было похоже на какой-то адский котёл, хуже всех мыслей, которые слышать приходилось до этого. Придя в себя, волшебница едва могла вспомнить пережитое, не то что воспроизвести его. Обнаружила она себя лежащей на скамье, благо, он вежливо держался подальше. В глазах вспыхнула обозлённая боль. Глаза слезились и голова, что ожидаемо, болела.
- Никогда больше не смей так делать. Никогда. Я не посмотрю, что Авада запрещена. - глухо бросила девушка. - Ты не мог бы быть чуть вежливее? Или я кажусь тебе непроходимой идиоткой, что слов не понимает? - блондинка сделала усилие и поднялась. Казалось, что измученный мозг кровоточит, а перед глазами всё ещё ходят цветные круги.
- Что это за существа? Я видела их во снах, точнее в своих кошмарах. - Куинни борется с приступами дурноты, не хватало ещё этого при нём. Ей уже даже всё равно, что незнакомец не счёт нужным представиться. «Да, твой мир не славится хорошими манерами и привлекательными лицами...».
Куинни сглотнула. Убийства. Страшнее, чем убийства, провацируемые Геллертом Гриндевальдом? Девушка сжала пальцы в замок.
- Ты можешь перестать ходить вокруг да около? В конце-концов мы говорим об опасности! И тянешь мантикору за хвост. Я думала из нас двоих ты решительнее.  - девушка нетерпеливо-требовательно посмотрела на собеседника.

+1


Вы здесь » TimeCross » cloud atlas [межфандомное] » black noose [FB \\ DC]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC