capt. jack harkness michael wade wilson
oberyn martell susan pevensie
Он убийца, тот кто замарал руки в крови самых близких людей, не считая количества невинных жизней. Сузаку даже не вздрагивает, слыша в голосе будущей Императрицы шок и удивление, не удивляется и тому что коляска подалась назад. Не отводит взгляд, смотря в глубокий аметист глаз названной сестры ожидая увидеть осуждение, презрение, но… Читать дальше

Дорогие Таймовцы!

30.10.18 Появились дополнения в правилах и банке, а так же подводим итоги большого кроссворда в честь Дня рождения Тайма! 28.12.17 Мы поменяли дизайн! Внезапно, но почему бы и нет? Вопросы и предложения как всегда в тему тему АМС.
23.10.17 Все уже заметили некоторые проблемы, но сервер rusff и mybb их решает, сроков пока не сказали.
25-26.09.17 Нашему форуму целый год, поэтому вот тут раздают подарки и это еще не все, вот здесь специальный выпуск, а упрощенные прием для всех мы объявляем на целый месяц!
24.08.17 Внесены корректировки в правила взятия вторых ролей и смены предыдущих, поэтому просим ознакомится с ними в соответствующей теме
27.07.17 Совершенно внезапно и полностью ожидаемо у нас запускаются челленджи!
12.07.17 Все помнят фееричный день падения rusff'а? Так вот падения продолжаются, наверняка у кого-то из вас что-то до сих пор не работает и не показывает. Если да, принесите это нам в тему АМС, желательно со скринами и указанием вашего браузера. Спасибо!
Дорогие партнеры, у вас может не работать кнопка PR'а.
Логин: New Timeline - Пароль: 7777

faqважное от амсролигостеваянужныехотим видетьхочу кастакцияуход и отсутствиевопросы к АМСманипуляция эпизодамибанкнужные в таблицуТайм-on-line

TimeCross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » TimeCross » cloud atlas [межфандомное] » Попутным ветром


Попутным ветром

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

ПОПУТНЫМ ВЕТРОМ
И МЫ (НЕ) ЗАБУДЕМ ОБ ЭТОМ
•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

https://pp.userapi.com/c849028/v849028733/2cebf/fpswqd87OXA.jpg

УЧАСТНИКИ

ВРЕМЯ И МЕСТО

Хло и Рэйч, а может быть еще и Лючи. А так же n-ое количество npc

Чикаго. Наши дни.

АННОТАЦИЯ

Конец света оказался началом чего-то более существенного. Открываются горизонты и карты. То, что всегда было невероятно важным, остается неотъемлемой частью тебя. Ее. И тем более меня.

•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

+1

2

Вы когда-нибудь чувствовали боль? Наверняка да. Но не на столько "да", на сколько это пришлось испытать мне. И я не хочу вдаваться в подробности. Это чертовски трагично. На столько, что пришлось свалить в Чикаго - город, который весь был пропитан возможностями и моими юношескими страхами. Изменилось многое на столько, что я перестала себя узнавать. С годами люди меняются и это - факт. Разве что только я оставила цвет волос, парочку воспоминаний и большую вечную любовь к Макс. Макс... Она вернулась тогда, чтобы остаться навсегда рядом. И теперь, когда я держу ее руку на столько крепко, на сколько никогда не, мне невероятно спокойно. Одиночество? Оно кануло вместе с родным городом, по которому, к слову, я не скучаю. Практически да. Все сложилось так, как должно было. Максин предпочла меня всему, что было для нее важно. Она променяла сотни жизней на одну, и это было достойно не уважения, а дикой, невероятной преданности, которую я ей не перестаю дарить по сегодняшний день. И все это было бы гораздо красивее, если бы не парочка тех самых воспоминаний, которые мне так и не удалось искоренить. Я никогда не забуду ее. Просто не возможно. Это не укладывается в голове, не получится. Макс... очень напоминает мне периодически о том, что я могу любить искренне. Любить, не оборачиваясь назад. Ровным счетом до того, пока не разлучит нас простая, обыденная ситуация. Ей больно, а я не знаю, что могу с этим сделать. Скорее всего ничего, не в моих силах вычеркнуть первую настоящую искреннюю любовь, которая попросту сломала меня. В один прекрасный день. И Макс счастлива такому повороту, ведь иначе мы не смогли бы быть вместе. Не так близко, как получилось. Оставались бы сестрами, друзьями, пиратками - да кем угодно, но только не любовниками. Колфилд - единственная, с кем мне спокойно. Она воистину поддерживает меня и не дает пасть духом окончательно. Не представляю, на сколько больно ей... Не считаюсь с этим, и в этом мой порок - навсегда быть частью того прошлого, в котором была Рэйчел Эмбер.
- Хлоя...
Сегодняшним утром Макс была особенно не в настроении. Девушка постоянно о чем-то думала, игнорируя большинство моих вопросов. Честно говоря, это все могло привести к скандалу. С годами Макс стала больше уверенной в себе - научилась наконец, и теперь ее не так-то уж и просто подогнуть под себя. Не то, чтобы я особо старалась это делать, но... как-то всегда само получалось. Максин была явно чем-то удручена, что-то ее волновало, тревожило. Я не особо докапывалась до нее с расспросами, ведь была уверена, что она сама заговорит тогда, когда посчитает это нужным. Хотя да, не скрою, меня волновало ее этакое состояние. По другому и быть не могло, ведь Макс - единственное родное и близкое, что у меня осталось.
- Я должна тебе кое что сказать...
После таких фраз обычно начинается что-то из ряда вон. И я уже начала предполагать последующие развития событий. Что могло пойти не так? На столько, что она загнала себя в такую депрессию. Хоть на стенку лезь, но мне не нравилось, когда Максин грустила. Мы уже больше года живем в Чикаго, жизнь по определению налаживается и мы чертовски счастливы, как могло показаться. Но нет, периодически возникает то, что делит это единое целое на две половины. Мы часто ругались, но всегда возвращались друг к другу. Потому что Макс не может без меня, а я нуждаюсь в ней. И даже сейчас, когда я в очередной раз беру ее руку и крепко сжимаю в своей, смотрю в ее большие, искренне глаза, я понимаю, что у меня нет ничего родней. Мне спокойно, что бы она не сказала дальше. Я улыбаюсь и глажу ее руку пальцами, немного щекоча. Я улыбаюсь, а она нет.
- Я видела ее, - Макс медлит, глаз не поднимает, - здесь. В Чикаго.
Я продолжаю улыбаться, явно не понимая, о ком идет речь. Кого могла увидеть Максин здесь, на таком удалении от Аркадии. Родители Макс точно проживали ни в Чикаго, да и не собирались они к нам в гости. Мои тоже перебрались - благо, успели - и тоже не планировали никаких визитов. Да и вряд ли подобные новости сопровождались бы именно такими эмоциями. На моем лице отчетливо читается неясность, я киваю, прося пояснить.
- Эй, Макс. Я не умею читать мысли. Кого ты видела? - смеюсь, целуя ее руку, ухватив ее обеими. Наклоняю голову на бок - мне уже действительно интересно. На столько, что я готова сплясать для того, чтобы моя девочка не тянула эту дурацкую резину. И кто же на столько мог повлиять на нее? Такой грустной и озадаченной Колфилд я не видела с лохматых времен. Она все тянет, тянет, тянет, а затем все таки решается:
- Рэйчел...

               Херовая погода в Чикаго. Особенно ночью. Особенно, когда это так необходимо. Она будто подстроилась под меня в эту ночь. Эту ночь я решила провести вне дома. Не сложно было на автомате закончить рабочий день, распрощаться с бытие и придти сюда - на эту уже приевшуюся остановку троллейбусов, которые уже не ходят. Дождь нынче косой, поэтому я уже до нитки. Но мне ничуть не холодно, напротив, даже очень жарко. Спасибо бутылочке красного крепленого вина, которую я захватила по пути с офиса.
Она жива...
Бывало у тебя так? Вряд ли. Уйти, ничего не сказав. Аркадия похоронила Рэйчел Эмбер. Я похоронила любовь к Рэйчел Эмбер вместе с воспоминаниями, возможностями, надеждами, верой в светлое, теплотой, которую с большой охотой дарила ей. Все, что связывало нас - блядь! У меня не находилось слов. Будто опустошение всего внутри, при этом тугим жгутом сердце стягивало так, что хотелось орать. Только смысл? Даже я сама себя сейчас вряд ли услышу. Дождь на столько усилился, что может произойти даже серия выстрелов, и ни в одном ближайшем окне не загорится свет. А он, в прочем, и так не загорится. На этой троллейбусной остановке можно покончить с собой, и тебя найдут только тогда, когда закончится проливной настырный. Не верю. Безнадежно. Не в том возрасте, чтобы верить в сказки и счастливые совпадения. Я не была ей нужна, поэтому она решила покинуть меня именно так. Но зачем было тогда разыгрывать этот спектакль со смертью? Рэйчел любила спектакли... Это в ее стиле. И я не могу понять, почему на столько больно. Эгоистично с моей стороны оставлять Макс сейчас одну со своими мыслями. Наверняка она беспокоится. Но возвращаться домой именно сейчас явно не стоит... Будет только хуже. Она явно поняла, почему меня до сих пор нет дома. Почему я не беру трубку - тоже. Она всегда понимала меня на пол слове, но ей вряд ли дано понять, на сколько сильно я ее любила и как много для меня значила Она. Рэйчел Эмбер. Девушка, которая растоптала мои детские чувства и породила внутри что-то доселе незнакомое, дикое, незабываемое.

+2

3

Где-то внутри есть черта. Ты проводишь её, чтобы забыть о прошлом. И вроде бы забываешь, окунаясь в новую шумную, наполненную событиями и весельем жизнь. Но только лишь...
Ты веришь в это — в то, что черта работает. Что она сумеет заставить тебя не думать «а что, если..», заставит не нарушать границы новой вселенной. Словно того, что за её пределами, больше нет. И никогда не было. Словно всё, что было раньше — показалось...

вот так просто.

Я верила в волшебную силу черты, и это давало мне силы жить дальше, веселиться и даже, наверное, быть счастливой тем, что осталось от той меня.
Конечно, я ловила себя на мыслях, как там она. Конечно, я хотела приехать. Но не делала этого. Причины? Возможно, эгоизм. Или привычка быть одиночкой, не сближаясь ни с кем по-настоящему до того, как она не вошла в мою жизнь. Но имела ли я право делиться собственными проблемами и впутывать? Мне всегда было проще и понятней уходить. Не думать о последствиях, а уходить. Я не оставалась одинокой. Всегда я находила тот «фон», которым была для меня семья, школа, хобби… За этим фоном было не так одиноко, не оставалось мыслей и желания себя пожалеть. А если плохо — всегда можно всё изменить в момент. Зачеркнуть прошлое и уехать навстречу закату, включив музыку на полную громкость так, что барабанные перепонки начинали болеть. За этим шумом всё отрывалось и становилось чужим. Не таким важным. Но не она. Она оставалась где-то в мыслях, оставалась, наверное, самым большим сожалением и самым ярким воспоминанием.

Конечно, меня всё ещё преследовал страх за тех, кто касался моей личности. Той, которая висела улыбчивым портретом по всей Аркадии и вселяла этой улыбкой тоску, безнадежность. Я потеряла своё имя, похоронила его на свалке Аркадии. Хотела ли я этого или нет, это случилось, и обратную дорогу.. её не существовало. Нет такого средства, которое может отмотать время и изменить парочку ужасных решений. А жаль, ведь это бы могло починить всё то, что разрушено. Слишком многое.

В конце концов это я провела черту и установила правила.

Лючия дала мне всё. Всё, чтобы дать старт новой жизни — деньги, еду, жильё и «крышу». Так что я не видела смысла переезжать куда-то ещё. В Чикаго для меня было самое надёжное место. И пускай история поутихла и забылась, моё лицо всё ещё могло вызвать бурю, появись я где-то, где меня могут узнать.  Тут я стала спокойнее, повзрослела эмоционально и просто проживала полученную от Лючии жизнь. Она была не совсем моя, но очень похожа на ту, к которой я стремилась. Временами было тяжело, но разве могло быть просто одной и с чистого листа? Если бы на моём месте была другая девчонка, возможно она бы и не справилась. Но я ведь привыкла уходить — одной не так фигово, тем более когда есть бутылочка красного.

Если бы я знала, что черты уже нет, что она разорвана. И разорвана не мной.

Дождь не давал нормально прикурить сигарету, ветер бил прямо в лицо, жестко, больно, словно вымещал на мне какие-то обиды. Бутылка была наполовину пустой. Или полной, мы же оптимисты, правда? Впрочем, та часть её, которая согревала органы и плескалась в желудке, делала незначительным все погодные неурядицы. Несмотря на то, что ливень шёл уже стеной, я не особо-то замечала, хотя вся одежда и волосы были уже насквозь. Вообще-то я люблю такую погоду. Вместе с ней чувствуешь полное обнуление. Не переживаешь ни о чём, просто отдаёшься стихии и сливаешься с её настроением. Настроение сегодняшнего дня было серым и звалось пофигизм. Пофиг, что вся промокла, что добираться до дома ещё неизвестно сколько времени и что уже, в общем-то, второй час ночи. После работы знатно погуляла, совершенно не смотрела на часы. Пора становиться более ответственной, но забота Лючии очень разбаловала.

Нужно было двигаться в сторону дома, и ведь телефон как назло разрядился — такси не вызвать, а на собственные четыре колеса я пока ещё не заработала. Лишь на два, и—  те велосипедные. Знаю, что Лючия могла бы дать мне и пару тачек, и личного водителя, но во-первых, я не хотела настолько наглеть, а во-вторых, после жизни с родителями я ненавидела роскошь. В Аркадии у меня было всё. И всё это было таким пустым, таким угнетающим, что сейчас я была готова к жизни в каморке, но счастливой и независимой.

Наверное, это глупо и рискованно, но в этом городе мне не было страшно. Я шла с бутылкой вдоль трассы и ловила тачку. Негусто их было в такое-то время, да ещё и на окраине города. В Аркадии это никогда это не беспокоило — там было шумно по ночам только по большим праздникам. В ночной пустой тишине была своя особенная атмосфера — и она была до сих пор где-то внутри меня, в воспоминаниях, осколком в сердце.

Спустя минут двадцать, когда я окончательно почувствовала, как пробирает дрожь, в лицо ударил свет фар. Через минуту я оказалась в машине, не думая ни о чём, кроме того, какой прекрасный человек придумал обогреватели. За рулём сидел мужик не самой приятной наружности, явно испорченный достатком и вниманием. Включив голову и воспоминания, я бы никогда не села к подобному типу, но выбора в сложившейся ситуации не было, а организм больше не желал промокать — было ведь уже некуда. Да и на моём пути мудаки не всегда оказывались настоящими мудаками — тот же Фрэнк. Он оказался добрым парнем, которому просто не о ком было позаботиться. Мудаками становятся от одиночества и плохих решений. И да, кажется и то, и другое в моём наборе присутствовало… Может я тоже из их лиги плохих парней? Но уже не первый месяц одиночества — и я ещё не связалась с наркоманией, проституцией и чем там ещё балуются..? Может быть стоило бы гордиться собой, но я не гордилась тем, что сбежала, так что… опустим это. 

Он не церемонился, даже не спросил, куда мне нужно, но и вино внутри меня решило, что это абсолютно неважно, ведь главное — согреть задницу и высушить футболку. Высушить, чёрт возьми! Не знаю, на сколько я отключилась, но когда открыла глаза, его руки были не на руле. — Эй, какого хрена? — сильный шлепок и желание отмыться, хотя бы под тем самым дождём, который так и не стих. — Что такого? — мужик искренне не понимал, что не так. — Я думал ты из этих, заслуженных работниц трассы. На какой чёрт ты мне ещё в машине?Алё, дядя, ты дружишь с мозгами? Куда подевался твой внутренний альтруист, который спасает от стихии продрогших девушек?Если ты останешься в машине ещё минуту, я не буду искать разницу между униженными и оскорблёнными и уличной шалавой. Выметайся из тачки! — я услышала взвод курка, и мысленно выдохнула. — Ну началось. Давно не виделись, проблемы! Скучали?Окей, окей, не ори, мудила! Тормози на остановке — я выскочу. Пушку убери! — Вот как можно в городе, где тебя оберегают, вляпаться и не иметь возможности даже сообщить об этом?

Выскакивая под дождь, я успела хорошенько хлопнуть дверью и пнуть колесо тачки. Круто, что хотя бы удалось вылезти. И не одной — а с бутылкой, в которой наверняка уже дождь напополам с напитком богов. Ответа на вопрос «что дальше» у меня не было. Я просто сделала пару шагов под козырёк и собиралась затянуться промокшей сигаретой. На остановке кто-то уже занимался этим. Что же, уже не так фигово, не одной ночевать тут. — Эй, меняю разбавленное винишко на сухую сигарету! Я села рядом, и посмотрела в лицо. Лицо той, кого не смыло из памяти дождём и не выжгло миллионом выкуренных сигарет.

+1

4

Телефон отчаянно завибрировал и мне показалось, что это были его последние издыхания. Дудки. Он хотел жить гораздо больше, чем я и хватался за последние свои никчемные десять процентов. Ему было, за что хвататься в отличие от меня. У него была опора, свой собственный воздух, а у меня только хмель и убойная доза никотина. Хорошо, что я сообразилась захватить с собой несколько пачек. Они сейчас пришлись как нельзя кстати, и одна уже явно подходила к концу. Об этом свидетельствовали пальцы, невольно изучившие содержимое в кармане ветровки. Мокрой, отвратительной на ощупь ветровки. Но я понимала, что, если сниму ее, то на работу выйду не скоро. Хворь — штука такая. А иммунитет у меня весьма и весьма паршивый. Я смотрю на одно из темных окон  шестого этажа и вижу в нем Максин — мы тоже живем на шестом и у меня отличное воображение. Она наливает себе очередную чашку кофе. Быть может добавляет в него что-то более крепкого. У нее чуть заметно трясутся руки и она не находит себе место. Глаза мечутся из стороны в сторону, охватывая всю улицу целиком. Она ждет меня, аки Хатико. Хатико, который рано или поздно дождется. И у этой истории должен быть счастливый финал. Но в нашем ли случае? Я начинаю пьянеть и понимать. Понимать то, что отсутствие Той в моей жизни не просто так. Она ушла потому, что ей это было нужно. И какой смысл просто так изводить себя еще больше? Изводить тогда, когда уже попросту некуда изводиться. Она захотела так, и ты ей не была нужна не тогда, не сейчас. Тогда какой смысл в том, чтобы делать еще больнее? Такая тонкая грань... И все таки Макс сказала мне об этом. Она не стала скрывать зная, на сколько для меня была важна Рейчел. Но мы редко говорили о ней... Максин знала только верхушку айсберга с моих слов и наверняка давно уже раскусила все то, что находится глубоко под водяной гладью. Она слишком умна. Даже больше, чем это было бы нужно.

"Днем я прячу за шторой сплошные бельмы
И пою своим демонам колыбельные."

- Будь тенью. Потому что ты - тень. Ничего не остается, как только воспринимать тебя отголоском прошлого. Перебирая твои локоны пальцами в обрывках воспоминаний... Меня начинает трясти, но я опять успокаиваюсь. Успокаиваюсь потому, что иначе мне просто не хватит воздуха в этот ублюдский вечер. Я не понимаю, как ты могла, Рэйч. Ты ведь знала все без слов. Всегда. Потому что это ты. И других таких.... неповторима.

Тьфу ты. Я делаю очередной глоток, запивая разрывающую боль. Топя ее безвозвратно, но она - сука - умудряется всплыть на поверхность. Кашляет, взахлеб так, как-будто это ее последнее издыхание. Но мы же оба знаем, что это ничерта не кончится просто так. Это знает и Максин. Именно поэтому она сейчас сходит с ума у окна, заглатывая очередной бокал. Почему я схожу с ума именно сейчас? Почему мне плевать на то, что она бьет кулаками об стену и наверняка проклинает тот день, когда спасла мой зад из неминуемой катастрофы. Она... Она... Максин, ты наверняка меня понимаешь. Ты любишь меня так же безумно, как я воспоминания о Ней. Безудержные, разрывающие на части с каждым произнесенным именем в очередной раз. Я не нахожу воздуха. Даже в такую влажную, убогую погоду, которая будто копирует мое ублюдское настроение. Спасибо тебе, погода. Нам с тобой и горы по плечо. Давай же выпьем за то, что сегодня мы с тобой спелись в унисон.
- Что ты будешь делать, Прайс? Что ты будешь делать дальше? Какая к черту..?
Сотни однотипных вопросов, несговорчивое внутреннее "я", с которым мы никак не можем найти общий язык. Меня чертовски разрывает изнутри, я не могу найти себе места даже на этой остановке. С виду абсолютно спокойная, я внутри с главной установкой "похуй". Это даже  больше внушение, дабы не сойти с ума прямо здесь и сейчас. Иначе некому будет позвать на помощь. Некому будет протянуть руку. Больше некому и никогда не было, кому. Нам не по пути, Хлоя. Нам больше не по пути. Вычеркни себя из себя. Сотри то, что казалось для тебя всей тобой.

Это, наверное, было громко. Резкий хлопок дверью автомобиля и стук каблуков разрезает тишину. Я слышу только его, но не обращаю внимания, ибо попросту не ловлю эту волну сегодня ночью. Я делаю очередной глоток. Очередной после десятка аналогичных, привычных, родных, излюбленных, моих глотков. Нам вместе в эту ночь гораздо теплее, чем могло бы быть при ином раскладе. Бутылка могла дальше стоять на витрине в гордом одиночестве, а я... Я. Хлоя Прайс. Конченная по жизни и в жизни Рэйчел Эмбер.
Из-ба-ви-лась. По слогам. В сотый раз. Повторять. Без продыху. Мне становится тошно, но каблуки гремят гораздо громче, уведомляя меня о приближении их обладательницы. Хоп - и рядом присаживается незнакомая девушка. Она явно осталась здесь по не менее позитивной причине. Нас теперь твое.

"Не выходи из комнаты
Пускай только комната догадывается,
Как ты выглядишь."

- Эй, - я слышу хлопок. Такой громкий, будто меня им пытались оглушить сию же минуту. Хлопок из прошлого. Хлопок в мою новую жизнь, который мне к черту не уперся именно сейчас, именно сегодня. Тогда, когда я даже не хочу думать о возможности его услышать.
"....ухожу в себя по английски!
                                       ...меняю разбавленное винишко на сухую сигарету! - она продолжает незамедлительно, но лучше бы ей молчать. Я чувствую, как земля уходит из-под ног. В очередной чертов раз, когда я хватаюсь за последние глотки, чтобы удержаться на ногах, ухватиться за этот мир. По слогам. Ее голос разрезает пустоту и резкие удары капель дождя по шарниру словно по вискам. Нам не суждено было... или же это каверзное стечение обстоятельств?
Она смотрит на меня. Не вижу ее лица, но взгляд... он сверлит так, что и видеть всего этого... а зачем?
Я достаю сигарету, откинув крышку пачки, протягиваю ей открытую - на, бери. На, бери. Ты не взяла тогда, когда я предлагала тебе всю себя, а сейчас... Черт возьми, что сейчас ты тут делаешь, твою мать? Она продолжает смотреть...

"Я сижу в темноте, и она не хуже в комнате, чем
Темнота снаружи."

Я слышу голос Макс. Щелчок и я ничерта не слышу. Рэйчел Эмбер, ты мираж ли? Мне не привыкать общаться с собственным воображением. Тебе ли не знать. Я - та, что перевернула твое сознание абсолютно нехотя. Ты, возможно, сама не поняла этого, но я явно оставила отпечаток в твоей памяти. Может именно сейчас стоит высказаться тебе, пока ты не превратилась в пыль?

- Как ты?

Все, что удается мне вытянуть из себя. Не смотрю на нее. Я чертовски боюсь повернуть голову и встретиться с ней взглядом. Понимаю, что дальше будет только хуже. Только не нужное, только лишнее. А надо ли? Нам больше ничего в этой жизни не надо. И, может, эта встреча, пусть и возможно в фантазиях - последний буёк в этом ублюдском океане. Мы ли не плавали. Прикусываю губу, чувствую сладковатый привкус крови, омываю его остатками вина. Сухих сигарет у меня еще много и я хочу продолжать говорить с тобой, Рэйчел. Хотя бы здесь и сейчас. Подари мне это мгновенье.

- Твоя новая жизнь гораздо интереснее Блэквела и меня, так?.. - чертов хмель... нам сегодня по пути, - пожалуйста, Рэйч, - и я хочу этот ответ. Продолжаю игнорировать ее взгляд. Продолжаю игнорировать желание пасть к ее ногам. Я не опущусь еще ниже, чем нахожусь сейчас. Я всегда любила ее, но стоит ли эта любовь того, чтобы сойти с ума на этой пьяной останове под проливным мерзким дождем в компании бутылки и, благо, полной пачки папирос?..

- Предала меня. Предала... ТЫ предала...

+1

5

“Мне от тебя ничего не осталось.
Только стать тенью среди теней,
Стать в стократ больше тенью, чем тень,
Стать тенью, мелькающей вновь, и мелькать
в твой солнечный день.”

Намокшие синие пряди в темноте — самые обычные и никакие не особенные. Словно я не имела никакого отношения к ним и никогда их не касалась. Чужие. Сигарета имеет больше значения, чем чужие накомшие пряди. Я отвыкла рассматривать людей в деталях, это стало не интересно. Этот город слишком серый, чтобы искать в нём глазами яркие пятна. Но я не настолько пьяна и глупа, чтобы не узнать это лицо и глаза, которые так часто на меня смотрели, обижаясь, но не говоря об этом. Я видела и понимала всё без слов. Её глаза смотрели на меня, но словно сквозь меня. Им не было всё равно, но они были где-то далеко, не со мной сейчас, в своём мире, словно опасаясь меня. Это была она, но… Совсем не та, которую я представляла в своих воспоминаниях. Глаза не горели тем огоньком, который я там зажгла.

Знаете то чувство, когда тело пробивает током — и ты не можешь пошевелиться? Сейчас это ощущалось не только на физическом уровне, но и в мыслях. Когда ты — не ты. Когда ты словно смотришь на ситуацию со стороны, убегаешь, не желая ничего предпринимать, не зная, как поступить. Да и как тут, чёрт возьми, поступить? Верить ли собственным глазам или это очередное наваждение? Когда пару месяцев ты уже научилась жить своей жизнью и не возвращаться в воспоминания, а они тебя догоняют, разве можно поверить в то, что это по-настоящему? И стоит ли в это верить, ведь потом будет опять реабилитация от собственного прошлого…

Я молчала. Не отводя взгляд. Вспоминая её лицо в деталях, заполняя пробелы. Как наркоман, которому протягивают дозу, но он уже вроде бы слез. Что бы я сейчас не сказала, в мире не найдётся достаточно оправданий, которые бы смогли убедить её в таком стечении обстоятельств, при которых моё исчезновение оказалось неизбежно не только из Аркадии, но и из нашего мира. Того, который уже, наверное, остался в прошлом, который она прокляла, будучи там одна с кучей объявлений о моей пропаже. Объявления разлетались с ветром по всей Аркадии — лежали по тротуарам, застревали в кронах деревьев, ошмётками оставались на столбах, стирая последнее моё присутствие, в итоге всеми своими кусочками оказываясь в конечном пункте назначения — на нашей свалке, где мы провели столько чудесных дней. Для кого-то это был просто конец меня, моей жизни, а для неё — конец, наверное, всего хорошего. Разве можно просто сказать «забудь, всё это — неправда». Это была её правда, она похоронила меня, нас и немного себя, прощаясь со мной и принимая это как новую истину, с которой придётся дальше жить. Разве можно было вообще что-то сказать ей после этого? Я знаю, что могла бы рассказать всё, что происходило, что я прошла за это время, но это не смоет из памяти тот момент, когда она осталась совсем одна вместе с нашими планами. Когда я пыталась их воплотить одна, да и не в том месте, что мы хотели.

“Тень – это чернила, которыми пишет солнце.”

Я много времени винила себя во всём, а потом стала учиться жить дальше, перелистнув страницу и заставив не сожалеть о прошлом. На это ушло много времени, да и, наверное, до конца я не вытеснила все мысли. Они просто стали похожи на обрывки снов. Но я научилась жить в своей новой реальности, где от Рэйчел Эмбер было только синее перышко, ведь никто не знал меня под этим именем, кроме Лючии, да и не особенно я старалась заводить друзей и тусоваться в шумных компаниях, я ведь уже обожглась и знала, что быть заметной иногда опасно. Лючия рассказывала мне о реальной статистике по убийствам — не о той, которая в сводках новостей, и я знала, что нигде не безопасно. Даже в тихом, казалось бы, Чикаго, где я решила спрятаться и жить с чистого листа. Теперь моей мечтой был остров какой-нибудь, где бриз, пальмовые ветви, солёные волны и много солнца, песок в волосах и бесконечная тишина, отдавшись которой можно быть открытой перед собой и этим местом, не опасаясь ничего и никого, позволять себе всё, что взбредёт в голову. Когда-нибудь я найду это место.

— Как ты?
Она очнулась от ступора первой. Так не было никогда раньше. Обычно это я говорила миллион слов в минуту, а она смотрела на меня, пытаясь понять, что вообще тут делает со мной и почему. Глупая, никаких причин не было нужно. Просто я так хотела и ты тоже. Иногда не стоит слишком заморачиваться и копать до истины, нужно просто жить сегодняшним днём, забив на завтра и не боясь.
Как ответить на этот вопрос, чтобы прозвучала правда? Как ответить на него чётко и коротко, чтобы она сумела меня понять? Я не знаю. Не знаю, как я. Просто живу, переворачиваю страницы и живу. Мокну под дождём, пью вино, злоупотребляю никотином и иногда срываюсь на незнакомых.
— Всё сильно поменялось. Дома вокруг не такие яркие и мысли не такие сумасшедшие. Впрочем, не имею никакого права жаловаться тебе. Ведь… Ведь тебе было не лучше, а я сумела пережить всё, что со мной приключилось.

— Я не думала, что увижу тебя снова. — Я не имела права думать о том, что нуждаюсь в тебе, втягивать в проблемы и делить их с тобой. Лучше быть эгоисткой, которой всё не так важно и нужно, которая может оставить за собой прошлое и умчаться навстречу новой жизни без сожаления и мыслей о том, что всё можно было бы сделать иначе.

Сигареты уже не помогут, разбавленное вино не смоет пелену с глаз, не расставит всё по своим местам и не поможет нам понять друг друга. Я перестала чувствовать холод, потому что колотило уже не от него, от глаз, которые смотрели мимо меня, не желая раствориться в моих как раньше. Да и я до их пор не могла поверить, что смотрю в её глаза, что всё это — не последствия травки, а настоящая Прайс, которая осталась в Аркадии, откуда я сбежала.

— Чёрт, Хлоя. — Беру её руку, чтобы осознать, что это всё же не сон. — Не надо. Лучше Блэквелла — любая точка мира, ты же знаешь. Или знаешь теперь. А лучше тебя нет ничего.

Мне трудно было это говорить. Трудно было настолько, словно я извинялась, но я этого не делала. Я не знала, как и за что именно из всего, что ей пришлось испытать, нужно извиняться в первую очередь. Я оставила её одну. Она испытала не только это чувство одиночества, но и момент, когда сдаёшься и перестаёшь верить в то, что объявления смогут что-то изменить. Когда полиция озвучивает, что по результатам экспертизы, в той яме лежит моё тело. Всё это было сделано для других людей, не для тебя. Мне помогла Лючия, и это было ради твоей безопасности. И родителей, к которым уже точно не придут за правдой. Но как всё это оправдать?

— Я могла бы всё рассказать, но захочешь ли ты меня слушать теперь? — Ищу ответ в глазах, которые настойчиво пытаются бороться с правдой. — Я скучала по тебе, Прайс. — Шепчу еле слышно. — Наверное глупо сидеть так на этой остановке всю ночь. У меня сухо, только такси вызвать не выйдет — батарейка села, — показываю ей мокрый телефон — но простуды уже не избежать.

Отредактировано Rachel Amber (11-11-2018 17:52:47)

0


Вы здесь » TimeCross » cloud atlas [межфандомное] » Попутным ветром


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC