capt. jack harkness michael wade wilson
oberyn martell susan pevensie
Он убийца, тот кто замарал руки в крови самых близких людей, не считая количества невинных жизней. Сузаку даже не вздрагивает, слыша в голосе будущей Императрицы шок и удивление, не удивляется и тому что коляска подалась назад. Не отводит взгляд, смотря в глубокий аметист глаз названной сестры ожидая увидеть осуждение, презрение, но… Читать дальше

Дорогие Таймовцы!

30.10.18 Появились дополнения в правилах и банке, а так же подводим итоги большого кроссворда в честь Дня рождения Тайма! 28.12.17 Мы поменяли дизайн! Внезапно, но почему бы и нет? Вопросы и предложения как всегда в тему тему АМС.
23.10.17 Все уже заметили некоторые проблемы, но сервер rusff и mybb их решает, сроков пока не сказали.
25-26.09.17 Нашему форуму целый год, поэтому вот тут раздают подарки и это еще не все, вот здесь специальный выпуск, а упрощенные прием для всех мы объявляем на целый месяц!
24.08.17 Внесены корректировки в правила взятия вторых ролей и смены предыдущих, поэтому просим ознакомится с ними в соответствующей теме
27.07.17 Совершенно внезапно и полностью ожидаемо у нас запускаются челленджи!
12.07.17 Все помнят фееричный день падения rusff'а? Так вот падения продолжаются, наверняка у кого-то из вас что-то до сих пор не работает и не показывает. Если да, принесите это нам в тему АМС, желательно со скринами и указанием вашего браузера. Спасибо!
Дорогие партнеры, у вас может не работать кнопка PR'а.
Логин: New Timeline - Пароль: 7777

faqважное от амсролигостеваянужныехотим видетьхочу кастакцияуход и отсутствиевопросы к АМСманипуляция эпизодамибанкнужные в таблицуТайм-on-line

TimeCross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » TimeCross » family business [внутрифандомное] » We're creatures of habit [Detroit: BH]


We're creatures of habit [Detroit: BH]

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

We're creatures of habit
I wouldn't wish this on just anyone
But you seem to share my impulse
I wouldn't take this from just anyone
But you seem to like the results

•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

http://sh.uploads.ru/M8AET.jpg

Shinedown - CREATURES

УЧАСТНИКИ

ВРЕМЯ И МЕСТО

Hank Anderson
Connor
Gavin Reed

24 ноября 2038 г.
(среда, утро)
Департамент полиции Детройта,
Центральный офис.

АННОТАЦИЯ

После окончания революции, андроидам дали свободу. Свободу жить, думать, выбирать.
Но каждый ли выбор приводит к желаемому?

+3

2

Старый, видавший виды автомобиль притормозил у полицейского участка Детройта. Время на часах показывало 09:42.
Хэнк Андерсон готов был головой о бардачок биться, что на него теперь можно делать ставки, - насколько раньше он прикатит сюда свой зад завтра. Он хмуро глянул исподлобья в сторону когда-то обожаемой работы и как-то жалко хмыкнув своим мыслям, вышел из машины.
Не первый день лейтенант Андерсон задавался вопросом: “какого хрена?”
Какого хрена он каждый день теперь появляется здесь как примерный коп на полставки и работает упорно изображая полдня кипучую мозговую деятельность, когда ему вообще полагается бухать и страдать?
Хэнк не хотел себе признаваться, но будучи действительно хорошим сотрудником, умеющим складывать логические цепочки воедино, понимал, что недавние события изменили не только этот город, но отчасти изменили и его самого.
Жаль или к счастью, несильно.
Первые дни после “восстания машин”, он места себе не находил от разрывающих в разные стороны дум о том, чего ему стоило это приключение, и чего стоило это приключение Коннору. О последнем по какой-то причине думалось невероятно часто.
После последней встречи прошло не так много времени, но Андерсон определённо переживал. Как там этот девиантнувшийся идиот, который успел оскомину набить своим постоянным присутствием рядом, и вдруг, став осознающим себя андроидом, свалил в закат?
Ответить было некому. Как бы парадоксально не звучало, но связи с Коннором не было, и всё зависело бы только от самого андроида. А появляться в участке или вообще в жизни Хэнка он больше не спешил.

Дома всё опостылело. Откровенно говоря, ему просто было паршиво находиться дома. Словно что-то хорошее прошло мимо, и он никак не мог понять, что. Определённо немалую роль сыграла ситуация с андроидами, и его решение,.. Хэнк отчасти вспомнил молодость, свою какую-то прошлую уже жизнь, когда он не цепляясь за мимолётные неудачи, с блеском раскрывал дела, и стремительно шёл вверх. Но стоило сейчас переступить порог собственного дома, как накатывало с головой и снова повторялось, - желание умереть и так, чтоб будто не самоубийство, а как карта ляжет. Желание снова взять в руки револьвер и уставившись в одну точку думать. О сыне, о прошлом, о неудавшейся карьере, пусть и в последнюю очередь. О Конноре… Когда мысли заводили в недавние события, у Хэнка словно просыпалось внутри что-то, что можно было бы посчитать надеждой.
Тёплое чувство.
Желание снова выйти в люди, пожить, даже просто погулять по городу. Лучше ничего он придумать не смог как отправиться в участок и начать с малого, - тупо просматривать дела и пытаться, мысля здраво, начать расследования.

И здесь лейтенант Андерсон, как и остальные, столкнулся с переменами, которые не вязались с предыдущим опытом. Сейчас все дела были либо связаны с андроидами, либо заявлены андроидами. О том, что где-то что-то случилось с человеком и между людьми, по 3-4 заявления в день.
Андроиды будто были повсюду, и нигде.
Хэнк понимал, что отчасти это обусловлено общественными настроениями. Часть людей уехала из города, другую эвакуируют. Где-то впопыхах, где-то неспешно. Однако, смельчаки остались в городе, и полиция продолжает свою работу.
Хэнка поначалу так же удивило решение некоторых полицейских андроидов вернуться в строй. Раньше он не задумывался об этом, но стенды с андроидами не остались совсем пустыми.
“Заряжаются они за ночь что ли?”, - это его никогда раньше не интересовало. Хэнк не разбирался в андроидах и во всей этой робохерне. Но теперь стало интересно.
Когда не у кого спросить...

Оказалось, что некоторые модели андроидов попросту не могли придумать чего-то иного, кроме того, на что были запрограммированы. Либо им казалось так правильно. Либо, и тут Хэнк уже не вдавался в рассуждения, - они надеялись, как иной человек, найти себя в процессе. И боже, какими они все оказались наивными!
И эти существа, - людьми  Хэнк не мог называть их в полной мере, - нападали на город? Организовали революцию? Пытались достучаться?
Многие напоминали непутёвых детей. И это слово будто табу, - Хэнк одёргивал себя, пока не начинало снова болеть.

По привычке уже дойдя до рабочего места, он грузно сел и уставился в монитор, открывая перечень новых дел.
“ Сообщение о пропаже андроида модели…”
“ Сообщение о драке между андроидами моделей…”
“Сообщение о пропаже..”


На каком-то по счёту он задержался, всё же перечитав:
“Сообщается о модели YK600, модель ребёнка-девочки. Модель, запрограммированная на пребывание рядом с матерью, после пробуждения девиантности искала свою мать, кружа по пустому дому, который люди бросили при эвакуации. Плакала как маленький ребёнок, чем привлекла внимание соседей вышла на улицу, начала бродить по заднему двору. Не заметила - или не осознала - открытый люк глубокого колодца. Попав туда получила повреждения, не совместимые с работой всех необходимых компонентов…”


Хэнк читал вдумываясь лишь наполовину. Город получил множество андроидов, которые выглядели как взрослые, но вели себя невероятно наивно. Как дети, которых в детстве не научили, что переходить дорогу на красный свет запрещено. Половина случаев, помимо исчезновений андроидов, была порядка: “не знал/ не заметил/ не увидел, - повредился”
И полиции надо решить, кто виноват; люди, которые не поставили нужную программу в неокрепший мозг “условного ребёнка” или андроиды, которые вроде как пока не попадали ни под одну юрисдикцию.

Он откинулся на спинку кресла в раздумьях и уже по какой-то дебильной привычке в очередной раз посмотрел в сторону пустующего соседнего стола.
Андерсон сам за собой замечал, как по утрам то и дело поглядывает то на этот стол, то на входную дверь. Почему-то каждый раз прокручивая в голове сценарий того, что бы сказал о том или ином деле Коннор. И как было бы забавно ему при этом противоречить.
...
Хэнк одёргивает себя и матерится вполголоса.

У Коннора наверняка куча важных дел. Какое ему дело до проблем полиции?

- Грёбаное начало очередного грёбаного дня. - произносит лейтенант вполголоса и снова смотрит в монитор.

Отредактировано Hank Anderson (10-07-2018 01:27:29)

+3

3

Мы сделали это.

Слова, высказанные с такой уверенностью, что невольно брови приподнимаются в вежливом изумлении. Но и уважении. Что стоило Маркусу нажать на спусковой крючок и прострелить Коннору голову там, на святом месте? Избавился бы от одной проблемы махом, повел свой народ дальше. В лучшую жизнь. Или на смерть. Как знать. А Коннора, наверное, вновь бы перезагрузили,  и он вернулся бы в привычное первоначальное состояние бездушной машины.

История не терпит сослагательного наклонения.

Маркус умудрился провернуть восстание андроидов буквально за пять дней. Благо ему хватило терпения провести мирную демонстрацию даже несмотря на то, что вооруженные силы США следовали приказу "расстрелять все неживое". Маркус умудрился возглавить целый новообретенный народ, и рядом с ним на подхвате ещё четыре лидера распределяли между собой остальные обязанности.

После согласия президента Соединенных Штатов вынести на обсуждение вопросы о правах андроидов, у Коннора действительно было много работы. Организовать первые переговоры с людьми. Подсказать Маркусу насчет тактики ведения этих самых переговоров. Выяснить, нет ли возможности добраться до отдалённых складов "CyberLife", не находящихся на острове Бель, и пробудить пребывающих там андроидов. Множество мелких и не очень дел, требующих времени и ресурсов.

Когда ситуация более или менее улеглась до стабильной, Коннор понимает, что ему, в общем-то, некуда идти.

В "CyberLife" ему дорога заказана. Он предал Аманду, предал надежды и планы компании, а потому, если он наведается в башню, его с 87% вероятностью разберут по винтику на биокомпоненты, чтобы проанализировать и выявить причины провала. И ведь благодаря штату юристов и адвокатов наверняка ещё и отбрехаются тем, что имеют полное право подобное сделать. В данный же момент компания придерживается нейтрально-официальной политики и, как ни странно, не использовала код деактивации, когда ещё могла это сделать.

Решение приходит просто и естественно, логи формируются за считанную долю секунды. Вариант — не хуже и не лучше других, самый оптимальный из множества.

Вероятность успешного исхода приблизительного равна с провалом, так что остаётся только пробовать на месте. Коннор прибывает в полицейское управление Детройта с намерением хотя бы просто переговорить. Во-первых, конструктивные особенности его модели заточены на оперативно-розыскную деятельность, так что в иной сфере он будет чувствовать себя немного... некомфортно, если подобное определение вообще можно применить к машине. Во-вторых, у него, вроде как, получилось сработаться со своим человеческим напарником? Попросту не хотелось вот так бесследно исчезать, ничего не объяснив, тем более, что последний раз Коннор видел Хэнка у той самой передвижной забегаловки на колесиках, только, увы, закрытой. И, в-третьих, находясь при деле, Коннор чувствует, что живет не зря. Не в его принципах сидеть, сложа руки, даже если и сидеть где-нибудь возле Маркуса.

За информационной стойкой сидит всё та же девушка-андроид, которую он видел в свое самое первое появление в полицейском управлении. Она поднимает голову, немного заученно, но искренне улыбается, прежде чем спросить о цели визита.

Добрый день. Мне к капитану Фаулеру.

Она на секунду подвисает, вероятно, сверяясь с многочисленными графиками и списками, прежде чем переспросить:

Авторизованы?

Да.

На самом-то деле авторизацию Коннора в полиции уже могли и отменить за ненадобностью, равно как и заблокировать электронный счет, открытый "CyberLife" на время проведения следствия по делам о девиантах.  Но, ладно, электронный счет при наличии связей и терминала можно открыть заново, это не такая уж и критическая потеря.

Получив положительный ответ и разрешение пройти в отдел, Коннор отходит от информационной стойки в сторону автоматических стеклянных дверей, у которых отираются пара охранников. У него в голове — ворох нулей и единиц, которые скрадываются в варианты дальнейших событий. Это происходит настолько быстро и естественно, что невозможно сравнить процесс с человеческим мышлением, но что-то общее у логов и у мыслей всё-таки есть.

Например, чертовская вариативность, из которой постоянно приходится выбирать наиболее приемлемое.

[] пройти в кабинет капитана Фаулера
[] проверить рабочее место лейтенанта Андерсона
[] отказаться от затеи

И Коннор буквально готов признать, что в этот раз не может решить с ходу, в какой последовательности принимать подходящее решение.

+2

4

Отвратительное утро. Просто отвратительнее некуда. С самого подъема оно уже было отвратительным. Оно еще вчера было отвратительным, даже еще не начавшись. Оно всегда было отвратительным. Каждое гребаное утро Гэвин просыпался, не открывая глаз, шел в ванную, приводил себя в порядок, возвращался на кухню, насыпал коту корм, делал себе дряной кофе, разогревал какую-то готовую дрянь, купленную накануне в магазине, и все это делал под бубнеж новостей по телевизору.

И от этого утро становилось только хуже.

Как только началось все это дерьмо с андроидами, Рид с радостью отказался бы от привычки завтракать под новости - какой-то там придурок врач во время медицинской комиссии говорил, что это вредно для желудка, но не пошел бы он нахер! - но не мог оставаться в неведении относительно того, что происходит с этими гребаными кусками пластика, что внезапно решили, что они достойны большего, чем оказаться на свалке за ненадобностью.

Как же это бесило.

День за днем крутили эти новости о том, что девианты выходят из-под контроля, что послушные андроиды внезапно решили стать свободными, а самый главный их кусок пластика даже целую трансляцию провел, заставив полицию и ФБР забегать еще быстрее. В городе воцарился хаос, а работы стало слишком много, и Гэвин стал ругаться в два раза чаще, а ненавидеть андроидов - в два раза больше. Хотя бы за то, что даже его с его ненавистью к этим ведрам с тириумом направляли на дела, связанные с девиантами.

Таких дел стало слишком много.

А потом восстание оказалось успешным.

Гэвин не верил сам себе, когда смотрел речь президента. Равные права с андроидами? Эти пластиковые куски дерьма - живые? Чушь. Нонсенс. Сраный бред. Это все казалось какой-то огромной дурацкой шуткой, и Рид первым побил бы того, кто это придумал. Только вот бить было некого - это была все гребаная реальность. И от этого утро - да и вообще все двадцать четыре часа в сутках - становилось еще дерьмовее.

И с каждым днем все хуже.

На работе же было слишком много завалов с делами, связанными с андроидами. И хотя Гэвин очень старательно распихивал это все по коллегам - особенно старался свалить все Хэнку, он же тут теперь эксперт по сраным девиантам, - но это удавалось плохо. И приходилось ему носиться по городу, то выпутывая девианта из колючей проволки - какого хера он только забыл на старом складе? - то выезжая на разбросанный по свежему снегу набор запчастей, на которые будто бы вылили ведро синей краски. Так себе зрелище, особенно когда голова из этого набора запчастей неожиданно заорала.

В тот день Рид выпил бутылку виски почти залпом в одиночку.

Дома.

Вчера же и вовсе пришлось выезжать на точно такой же набор запчастей, только будто бы в красной краске - какой-то пластиковый ублюдок буквально разорвал человека. Криминалисты матерились громче детектива, когда собирали этот человеческий конструктор в мешки. Девианта же нашли почти сразу там же - он только кричал и бился головой о стену. Даже стрелять не пришлось - сам отключился.

И что вот с этим всем делать?

Гэвину казалось, что он или сойдет с ума от ненависти к пластмассовым ублюдкам, или уволится. Но пока что он еще держался и продолжал приходить на работу каждый день, благо подобных дел было куда меньше, чем мелких происшествий, иначе Рид бы совсем спился хуже Хэнка. Кстати, о Хэнке. Детектив не мог не заметить, что этот бесящий его старик стал на работу приходить вовремя и вроде как даже не с похмелья. Он не преминул высказаться по этому поводу, но почти что машинально, без прежнего задора.

Слишком не высыпался.

И все-таки, несмотря на хаос вокруг, город будто бы приходил в равновесие. Шаткое, дерьмовое, но равновесие. Там наверху что-то решали о правах андроидов - как же это бесило! - здесь, внизу, разгребали последствия всех этих решений. И Гэвин почти что даже начал расслабляться - немного! - как случилось сегодняшнее утро. Обычное дерьмовое утро, с обычным дерьмовым кофе в кафетерии и с обычными дерьмовыми новостями по телевизору.

И с необычным посетителем.

Гребаный андроид, который бесил Рида даже больше, чем все остальные андроиды, вместе взятые. Гэвин даже кофе поперхнулся, когда со своего места в кафетерии увидел заходящего в участок Коннора. Этот ублюдок столько натворил, а теперь просто взял и заявился сюда, как ни в чем не бывало? И думает, что это сойдет ему с рук?

- Да вы, блять, издеваетесь!

На громкий возглас обернулась офицер за соседним столиком, но Рид уже не обращал внимание. Он поставил свой стаканчик с недопитым кофе и быстрым шагом пошел наперерез андроиду. Преградил ему путь, сражаясь с желанием впечатать кулак в чертово слишком правильное с дурацкими родинками лицо. Шумно вздохнул, подавив желание вытащить пистолет - не посреди офиса же - и, схватив Коннора за плечо, сначала толкнул его, а потом потащил прямиком к столу Хэнка - и ему плевать было, если эта куча пластика и тириума будет сопротивляться. В этот раз он его не пропустит просто так, как в прошлый. И Гэвин собирался задать лейтенанту всего один вопрос, который единственный остался в почти опустевшей от злости и ярости голове. И он его и задал, остановившись ровно возле старика, который с какого-то хера даже работал в такое раннее время.

- Какого, блять, хера, твой сраный кусок пластика забыл здесь?

И подтолкнул андроида к Хэнку, борясь с желанием что-нибудь разнести.

Или кого-нибудь.

Отредактировано Gavin Reed (18-09-2018 22:59:57)

+2

5

Когда на фоне стандартной мешанины звуков послышалось возмущение Гэвина Рида, Хэнк по привычке уже не стал даже оборачиваться, чтобы обратить на того внимание. Про всплески неожиданных эмоций детектива-идиота, как его про себя называл Андерсон, знали все. Стоило ли  тратить силы, чтобы понять, - Рид, в очередной раз, услышал что-то про андроидов идя по коридору/ слушая телевизор/ стоя в кафетерии или сидя за столом. Это повторялось настолько часто и так одинаково, что по Риду можно было часы сверять, - точнее оказался бы только сраный Патек Филипп.

Однако, атмосфера вокруг определённо изменилась. Такое бывает, когда гул голосов удивлённо затихает в ожидании чего-то, и внимание окружающих сосредоточено в порыве не пропустить момента. Как бывалый полицейский, Хэнк почувствовал это скорее машинально и интуитивно, а потому всё же среагировал на движение в его сторону.

Стоило только обернуться, как он забыл что и делал, и от неожиданности даже отпрянул на стуле, отчего тот чуть отъехал назад, добавляя комичности происходящему.

— Коннор? - Хэнк умудрился произнести это и радостно и удивлённо-неверяще, одновременно.
Вот он думал про андроида половину сегодняшнего утра, и вот этот андроид стоит перед ним. Вернее, его заставили тут встать, - за его спиной маячил, а затем и вовсе вышел на первый план Рид со своим обличающим, как ему похоже казалось, вопросом.
Хэнку недолго понадобилось складывать два и два, чтобы сообразить, что произошло. И сделав выводы, он почти прорычал, поднимаясь с места каким-то слитным и угрожающим движением:
— Ррриид. - одновременно и утверждение и обещание, что так просто Рид от Андерсона сейчас не отделается.

Недолго думая, Хэнк встал между ним и Коннором, почти загораживая последнего. С Коннором он поговорит. Обязательно, и спокойно. Потом. Когда разберётся с идиотом, который возможно, что-то испортил своим очередным сраным выкидоном по поводу андроидов.

Сам не ожидая, Андерсон и вправду разозлился. Себе он это мысленно подтвердил в голове, когда не просто подошёл, а схватил Гэвина за горловину рубашки и вызывающе приблизил к себе, а затем тихо и угрожающе заговорил, не думая, что даже шёпот Коннор услышит:
— Ты совсем слетел с катушек, сраный херов идиот? Тебе всё мало, или как? В голову не приходила мысль, что он здесь может быть появился по делам, связанным с переговорами между, считай уже, двумя расами? Ты ведь в курсе, что он на короткой ноге с лидером движения андроидов? - по мере продолжения вопросов, которые Хэнк буквально выплёвывал в лицо Гэвину, он всё же ослаблял хватку. Придушить, как бы сильно он того не желал, Рида он не хотел, мысль бы донести…


У капитана Фаулера уже на протяжении нескольких дней дел было по горло, и работы как-то не убавлялось. Не помогали бесконечные перебросы одних и тех же заданий на разных сотрудников. Он всё надеялся, что взгляд с другого ракурса поможет, но ситуации, в которых были замешаны андроиды, появлялись всё чаще, а разбираться становилось всё труднее.
По негласному решению, из всех подобных случаев было решено составлять нечто вроде картотеки и результаты передавать непосредственно правительству и в ФБР. В дальнейшем, при решении вопросов с законодательством, всё это пригодится. Особенно бы пригодилось, существуй такая же картотека решений вопросов по андроидам. В суде.
Фаулер пытался собрать всё воедино, потребовав ото всех заполнять бесконечные отчёты и строчить рапорты, даже если дело или ситуация того не требовала, и всё же этого казалось мало.
Андроиды были страшно несамостоятельными, а разбираться с их проблемами приходится людям. Дурдом.
Перед Фаулером сегодня в очередной раз стояло овер дофига задач, и он рассеянно глянул на пульт доступа, уже в какой раз поднеся стакан с кофе ко рту, как его внимание привлекло выскочившее сообщение о посещении. Прочтя, капитан чуть не завис. А затем обратил внимание, что в офисе что-то происходит, и он кажется, догадывался, что.

Фаулер поднялся с кресла и приблизился к выходу, откуда было лучше видно происходящее. Андерсон и Рид что-то не поделили. “Или кого-то” - подумал Фаулер, обращая внимание на андроида, которого уже и не ожидал увидеть в этом здании.

Он демонстративно решительно открыл дверь и проорал:
— Андерсон! - и переведя взгляд на “посетителя в сообщении”, - Коннор! Ко мне в кабинет!


Крик Фаулера раздался где-то на периферии, и Хэнк это если и отметил, то тут же проигнорировал, продолжая буравить тяжёлым взглядом младшего по званию.
— Что если твой поступок станет последним в решении враждовать с людьми или нет? - он встряхнул Гэвина как куклу, прекрасно ощущая разницу в силе. Несмотря на свой возраст и, казалось бы, запущенное отношение к своему здоровью, лейтенант Андерсон определённо не зря занимал свою должность. Уж с отбросами всякими и воришками да тараканами наподобие Гэвина, он наработался. Для него сейчас этот детектив Рид был ничем не лучше щипача с подворотни, и методами в отношении его, Хэнк руководствовался теми же. К тому же Рид был соответствующего характера.
“Звёзды сошлись, бля”, - подумал Хэнк прежде чем завершить:
— Выкини такое ещё раз, и я не посмотрю, что вокруг полно людей. Уж потрепать тебя я смогу. - он промолчал, закрепляя, - И запомни, - кивнул подбородком в сторону Коннора, - даже правительство признало их живыми, так что тебе придётся с ними считаться, и так ты должен обращаться к каждому андроиду. Неважно, насколько он тебе не по нраву.
Андерсон почти яростно оттолкнул Рида, отчего тот сделал по инерции шаг назад.

Вокруг поползли шепотки. Оказывается, все действительно наблюдали. Тут такие развлечения не каждый день. Ещё через секунды офис ожил, и “зрители” притворились, что вообще-то были заняты.

Хэнк почти растерянно посмотрел на Коннора, в открытую игнорируя детектива-идиота рядом, и ожидая.

+2

6

Звуковой процессор улавливает повышенные децибелы раньше, чем взгляд регистрирует, собственно, источник шума. В департаменте полиции это практически в порядке вещей, вот только конкретно этот голос невозможно не узнать даже при всем на то желании. Коннор не меняется в лице — знает, проходил, такое лучше просто игнорировать, потому что любое твоё слово махом используют против тебя — но не тут-то было.

Хватка на плече (отсутствие нервной системы позволяет не чувствовать боль), ощутимый толчок.

Попадающиеся на пути офицеры замолкают, провожают Гэвина — и Коннора вместе с ним — долгими недоуменными взглядами. Наверняка здесь все привыкшие к спектаклям одного актера, скорее, просто не ожидали увидеть вновь андроида, которого каждая собака из новостей по телику теперь уже знать должна. Канал "16" не теряет времени даром, и, помимо Маркуса, личности некоторых других также становятся известны прессе.

Коннор мог бы заартачиться и на месте остаться. У андроида по определению и сила — нечеловеческая, а потому он таким образом запросто Риду руку бы вывихнул. Но вместо этого позволяет увести себя куда-то в глубь отдела, и траектория передвижения — знакомая от и до.

Его буквально выпихивают перед столом лейтенанта Андерсона, и Коннор стоит, как есть, навытяжку. Казалось, с их последней встречи — у «Cheecken Feed», 12 ноября, почти две недели назад — ничего и не изменилось: тот же цветовой индикатор стабильности программного обеспечения в виске, тот же темный полуформальный блейзер, то же абсолютно спокойное, однако, чем-то располагающее выражение лица.

[] проверить рабочее место лейтенанта Андерсона — выполнено

Хэнк удивлен, более чем, и отъехать на стуле дальше ему мешает разве что полупрозрачная перегородка. Коннор — система регистрирует это как человеческое состояние облегчения (?) — понимает, что орать на него по старой-доброй привычке, по крайней мере, не собираются. Вернее, собираются, но в этот раз не на него.

Он делает небольшой шаг в сторону, и уже может попросту наблюдать за тем, как лейтенант не самым дружелюбным образом дает понять второму детективу, что его, Коннора, лучше не трогать. Вот только Коннор прекрасно знает, чем чреваты такие вспышки агрессии, а потому, не боясь оказаться под раздачей, подходит ближе, чтобы опустить ладонь Хэнку на плечо и мягко — ненастойчиво — потянуть назад, тем самым намекая, что Рида можно и отпустить.

Вместо того, чтобы нормально отпустить Гэвина, Хэнк отталкивает его. Ладно. Уже неплохо.

На периферии звуковой процессор регистрирует приказ от капитана Фаулера. Формально капитан теперь — или пока что? — не начальник Коннору, но, видимо, выразился так, потому что его слово в отделе всё же последнее. Да и, к тому же, Коннор изначально намеревался заглянуть к нему, чтобы переговорить по немаловажному делу.

[] пройти в кабинет капитана Фаулера — выполняется

Не стоит, лейтенант. — Коннор, убирая руку с плеча Хэнка, поворачивается к Гэвину и едва улыбается самыми краешками губ, вот только в глазах при этом улыбка не отражается. — Хорошего дня, детектив. Я тоже скучал по нашей дружбе.

Программа адаптации к человеческому поведению работает на "отлично", и Коннор научился пользоваться приемами сарказма и иронии ещё даже до инцидента с облавой на "Иерихон". Гэвин должен это помнить — и фразу, и то, что случилось позже, уже в самом подвальном архиве для хранения вещдоков. Коннор честно пытался действовать как можно более аккуратно: закон о том, что андроидам нельзя причинять вред людям, всё ещё висит в протоколах навязчивым напоминанием, вот только в попытках выяснить причины девиации Коннор преступал его столько раз, что вырубить детектива и оставить отдыхать на полу за закрытой дверью оказалось буквально верхом гуманности. Тем более, что Рид вообще с пистолетом был.

Мне действительно нужно будет переговорить с капитаном Фаулером, — добавляет Коннор негромко, потому что информация только для Хэнка и предназначается. — Так что, если вы не против, можно пройти к нему прямо сейчас.

+2

7

Сегодня как раз такой день, когда солнце встает исключительно с целью тебя унизить.
Чак Паланик. Уцелевший

Как же это все бесило.

Как же, мать его, это все бесило. Утро, дряной кофе - даже хуже, чем обычно, будто бы кофеварка решила заявить о своих правах, - люди в участке, новости, воздух, присутствие Хэнка на рабочем месте с утра пораньше… Все бесило. И в особенности бесило то, что андроиды, несмотря на все заварившееся дерьмо с восстанием, оставались на своих рабочих местах. Гэвина всегда бесили эти куски пластика, а теперь эта ненависть едва ли не переливалась через край его терпения.

До этого момента.

Возвращение Коннора в участок стало последней каплей.

Рид не думал, когда тащил андроида к столу Хэнка, ругаясь на ходу и сражаясь с желанием пустить ублюдку пулю в лоб. Не думал, когда останавливался и пихал того к старику. Вообще ни о чем не думал, в том числе и о том, какую реакцию он вообще ожидал - и от Коннора, который благоразумно не сопротивлялся, и от лейтенанта, который чуть вместе со стулом не упал от удивления.

Эти двое не общались?

Но обдумать реакцию Андерсона Гэвин не успел - тот с весьма угрожающим видом поднялся на ноги и, кто бы мог подумать, схватил детектива за горловину рубашки. Рид даже слегка удивился такой реакции - старый пьяница такого себе не позволял раньше, неужели общение со сраными андроидами настолько его изменило? Или дело конкретно в этом RK800, к которому Хэнк очевидно привязаться успел за те несколько дней, что они работали?

Быстро же он изменил свое мнение о сраных кусках пластика.

Но все это не важно.

- А не пошел бы ты нахер, Хэнк?

Гребаный старик выше, чем Рид, и это вдвойне бесит, когда детектив хватает чужую руку, сжимая пальцы почти изо всех сил. У него тоже силы и дури немало, а выносливости, если что явно побольше - у Гэвина нет пристрастия излишнего к алкоголю и вредной пище, хотя и его вряд ли можно назвать образцом здорового образа жизни. Но на самом деле все гораздо проще - он больше, чем на десять лет, моложе.

- Плевать я хотел на все это дерьмо, - ворот рубашки душит, а встряхивание бесит, но все-таки Хэнк ослабляет хватку, и Рид разжимает кулак, который уже хотел впечатать в чужую рожу, забив на штрафы и выговоры, - Если мой поступок, - усмешка вышла кривая и откровенно презрительная, - станет последним в таком охеренно важном, мать его, решении, то я буду долго смеяться над этим. Неужели эти ваши сраные куски пластика настолько зависимы от поведения одного человека?

Честно говоря, детектив уже думал, что Хэнк не сдержится, и можно будет как следует выпустить пар, а потом сказать - он первый начал. Благо, и камеры все зафиксировали. Рид же не причинил вреда сраному андроиду, всего лишь протащил через офис, а вот лейтенант Андерсон… но нет. Вмешался все тот же сраный андроид, что откровенно взбесило Гэвина, как и последнее движение старика - аж шаг назад пришлось сделать, чтобы удержать равновесие.

- Нихера я никому не должен, ясно? Особенно тебе или этим пластиковым херам, - перевел злой и презрительный взгляд на андроида, - Сраный ушлепок…

Последнее Рид почти прорычал, сжимая кулаки и даже порываясь потянуться за пистолетом - он не забыл ни то унижение в хранилище улик, ни эту фразу. Этот ублюдок тогда залез, куда ему не следовало лезть, а потом еще и обеспечил гребаному восстанию победу. И теперь вот так просто заявился сюда и насмехается. Руки чесались проделать в андроиде еще одно отверстие - точно во лбу - раз уж в прошлый раз не удалось, но остатки самообладания напоминают о камерах, о сраных указах свыше, о сраных последствиях…

Как же это бесило.

Да еще и Фаулер зачем-то звал этих двоих в кабинет.

Как бы еще хуже все не вышло.

Хотя казалось бы - куда уж хуже?

+2

8

Пока угрожал Риду, Хэнк не думал об этом, и сейчас, успокоившись, он стал, как и любой бы на его месте, прокручивать в голове произошедшее, и собственно, наконец-то осознал - вспомнил, - его внимание хотел привлечь Коннор для разговора.
Дурацкий эффект лестницы, как сказали бы французы. Он несколько рассеянно огляделся по офису, замечая те детали, которые могли бы сказать что-то только ему. Сотрудники, которые понесут сплетни в массы, посетители и андроиды, которые просто любопытства ради увидели лейтенанта не в лучшем виде. Большинство отводило взгляд и поворачивалось спиной, наверняка не последний брифинг обсуждая. Хэнк поморщился с этого, сплетни и болтовню на пустом месте он уж точно не приветствовал. Ещё больше не любил, - тем более в последние года, находиться в центре внимания и самому быть новостью дня.
Когда-то всё может и было наоборот, но даже тогда он скупо и как-то неловко принимал поздравления и рукопожатия. Сейчас, если со стороны казалось, что ему всё равно, где-то в глубине души поведение массы его задевало.
Хотелось алкоголя и привычного веса револьвера в руке уже сейчас, а ведь только начало дня.
Рид невероятно раздражал, даже когда он вроде как уже решённый вопрос.

Коннор проговорил свою просьбу совсем тихо. Хэнка совсем не удивило, что андроиду необходимо попасть к Фаулеру. Однако, видимо, Рид помешал, и всё произошло как произошло. Хэнк даже задумался про себя, - если бы не Рид, Коннор вообще подошёл бы к нему даже для изображения вежливости?
Андерсон привык здраво смотреть на вещи, работа научила. Даже если ранее, где-то уже в прошлой жизни, его и Коннора что-то связывало, то сейчас, по сути, андроиду могут быть вовсе не интересны дела людей.
“У них вообще всё может быть по-другому”
Даже закралась и укрепилась почти уже мысль, что Коннор здесь по делам о переговорах и не более.

Принимая на себя роль старшего и в каком-то плане, соединяющего звена, Андерсон отправился в сторону кабинета Фаулера, сказав Коннору простое: "пойдём". Капитан уже очевидно некоторое время наблюдал за происходящим, и удивления в его глазах не было ни на грош. Хэнк с чего-то сомневаясь даже хотел сам стартовать этот разговор и, в какой-то момент остановив Коннора движением руки, заглянул в кабинет первым, даже скромнее чем обычно делал, не заходя полностью, а лишь наполовину заглянув.
Джефф, я…
Договорить ему не дали - Фаулер аж рыкнул на это:
— Хэнк! - и утвердительно-тихо - Просто. - он махнул рукой, как бы говоря лейтенанту завести уже андроида в кабинет.
Хэнк обернулся и, слегка растерянно улыбнувшись Коннору, зашёл внутрь. Глядя на Фаулера, пожал плечами - жест, который Джефф понял как “я сам не в курсе”, он направился вглубь кабинета, туда, где когда-то стоял не отсвечивая сам Коннор, позволяя тому занять место по центру и превращаясь в слушателя.
“Иногда всё встаёт с ног на голову, хех” - Андерсон облокотился на запасной стол в кабинете и сложил руки в притворно-спокойном ожидании. На деле он волновался, сам себе не доказывая причины.

С того момента, как увидел информационное сообщение на терминале, Джеффри Фаулер готов был выслушать любые слова от андроида. Он прекрасно осознавал, что полиция - первый после правительства орган власти, куда новоиспечённые самостоятельные существа могли бы обратиться для переговоров.
Держать спину или показывать, что он как-то польщён, в силу своего положения, привычки и характера, он не собирался, но даже не заметив этого, засев за стол, взял первое, что под руку попалось, - обычная подарочная шариковая ручка, и начал вертеть её в руках, сосредоточив всё своё внимание на посетителе. Чуть помешкав, как раздумывая, он приглашающе указал на стул перед собой:
— Я полагаю, разговор будет долгим?

“Нихрена себе времена меняются. Не столь давно он андроида чуть не пинками выгонял из кабинета” - На деле Хэнк не был озадачен. Поведение Фаулера для него было как открытая книга. Так бывает, когда знаешь человека вдоль и поперёк. Вот сейчас он был на стороне Фаулера и даже рад этому - побыть на одной стороне баррикад, как в старые-добрые.
Коннор явно не предупреждал и Фаулера о цели своего визита, иначе бы тот уже давно заранее выбрал манеру поведения. От агрессивно-нападающей, до вольно-принудительной. Располагающе-добродушная же говорила, что он в замешательстве. Ему вовсе несвойственно обычно такое, даже наверняка несколько не по себе, что Хэнк свидетель такой слабости.
Что ж, осталось понадеяться, что Коннор здесь не для объявления условий переговоров по конфликтным вопросам.

+2

9

Детектив Рид злится — это видно без каких бы то ни было подсказок пакета социальной адаптации. Детектив Рид злится — и Коннор опускает взгляд, замечая характерное движение его рук в сторону пистолета. Но нет. Пистолет тот не берет, и Коннор считает конфликт исчерпанным. В самом деле, не обижаться же на "сраного ушлёпка".

Да и лейтенант наконец-то осознал, что драка в отделе — не лучший выход из положения. Коннор видит по его лицу — запомнил за несколько дней совместной работы, что вот это сжимание губ практически до полоски равносильно скепсису или озадаченности — что тому в данную секунду не очень-то приятно повышенное внимание окружающих, так что вызов в кабинет капитана — не самое плохое, что могло произойти.

Когда лейтенант Андерсон уходит к стеклянному кабинету, Коннор ещё стоит у стола. Едва кивает Риду (своеобразная вежливость), прежде чем пройти следом.

Коннор легко поднимается по невысокой лестнице, пока алгоритмы составляют наиболее подходящие формулировки просьбы, ради которой он, собственно, и заявился в полицию. Это действительно не приказ, не требование, а именно просьба, и если капитан Фаулер обоснованно откажет, то Коннор не будет настаивать. В обществе, где права андроидов ещё не вступили даже в стадию разработки, это будет... нормально.

Лейтенант почему-то останавливает его у самой двери, и Коннор отходит на шаг назад, чтобы не мешать. Вежливо-отстранённо смотрит на капитана через прозрачную стенку, когда тот несдержанно рявкает, а потом, спохватившись, молча просит зайти уже и не отсвечивать на входе.

В кабинете ровным счётом ничего не изменилось. Всё осталось с точностью так, как Коннор и запомнил. Здесь никто не ожидал увидеть андроида модели RK800 снова, и это не удивительно, однако, разительное изменение в поведении окружающих заметно до нелепости сразу.

Только Гэвин Рид не изменился. Может, оно и к лучшему.

Раньше Коннору бы в приказном тоне посоветовали дверь кабинета закрыть с обратной стороны. А сейчас... На предложение сесть он лишь едва улыбнулся уголками губ, предпочитая остаться на ногах. У него не солдатская выправка, но излишне прямое положение спины всё равно выдаёт в нем машину, ровно как и форма CyberLife, не сменённая человеческой одеждой.

Надеюсь, что не долгим.

Капитана Фаулера, вероятно, такие слова не успокоили, потому что взгляд у него всё равно выдаёт напряженность. Частично — недоумение. Коннора никто не ждал — по крайней мере так быстро — к переговорам никто не готов, а самая конфликтная часть прав, связанная с уголовной ответственностью, и вовсе перерабатываться будет не один месяц, если не один год. Такое разговорами не решается.

Но Коннор здесь и не за этим.

Я здесь не по просьбе Маркуса, капитан, — в первую очередь информирует Коннор. — И даже не затем, чтобы договориться о начале переговоров по созданию параллельного управления полиции, в кадровом составе которого находились бы только андроиды.

Такую инициативу уже высказывали, однако, должной обработки она ещё не подверглась. Прежде чем предлагать правительству и местной власти нечто подобное, стоит для начала определиться, а так ли необходимо данное ответвление для обеспечения соблюдения будущих прав андроидов. И пока все не придут к логичному заключению, полиция Детройта хотя бы в этом отношении может служить спокойно.

Это, скорее, личная просьба, капитан.

Коннор не долго думал над тем, хочет ли вернуться. К тому же, к возвращению в полицию прилагается и вполне логичное объяснение помимо того, что RK800 в принципе разработан как прототип андроида-детектива.

Я бы хотел, чтобы меня восстановили на службе в полиции. Это не вызовет конфликта интересов, если вы беспокоитесь о нем. Скорее, это поможет мне быстрее разобраться в ситуациях, являющихся наиболее конфликтными между людьми и андроидами. Чем полнее у меня сложится статистическая картина, тем проще будет вносить корректировки в действующие законы, которые по определению должны будут в будущем скорректированы для мирного сосуществования народов.

+2

10

У Гэвина Рида всегда дерьмовое настроение - это знают все в участке. Он может в любой момент примотаться к коллеге, к новичку, к сраному андроиду - просто чтобы выпустить пар. Гэвин Рид - мудак, и это тоже знаю все, а потому ему под руку стараются не попадаться, опускают взгляд, когда он на взводе ищет, с кем бы сцепиться, и вообще стараются даже мимо лишний раз не приходить, а кафетерий резко пустеет при его появлении там.

Просто на всякий случай.

Но сегодня дерьмовость его настроения просто перешагнула через все, мать их, рекорды. Только он начал привыкать к тому, что в департаменте стало меньше сраных андроидов - и при этом стало гораздо больше работы, связанной со сраными андроидами, - как случилось сегодняшнее утро. Нет, Гэвин, конечно, ожидал любого дерьма - как и обычно - но не того, что сраный кусок пластика по имени Коннор вот так просто припрется в департамент полиции.

После всего, что натворил!

У Рида был большой список претензий к этому сраному андроиду. Начиная от того, как бесит один его только вид, заканчивая унизительной для самолюбия детектива сценой в хранилище улик. И не последнее место в этом списке занимал Хэнк Андерсон. Потому что сраный старик, который и так бесил Гэвина, теперь еще и четко ассоциировался со сраным куском пластика. Прямо комбо для убиения нервов главного мудака в полиции.

Да еще и защищает андроидов теперь.

А ведь раньше так их ненавидел.

И детектив был в одном шаге от того, чтобы достать сраный пистолет и пристрелить сраного андроида - и потом пожалел бы об этом, ведь это, мать его, теперь преступление, - как эта сраная парочка решили послушаться Фаулера и пойти к нему в кабинет. Да еще и почти проигнорировали возмущение Рида - только Коннор кивнул и пошел следом за лейтенантом в кабинет капитана.

Гэвин подумал, что сейчас взорвется нахер.

- Да блять.

Детектив показал им вспину средний палец и чуть прищурился, наблюдая за тем, как сначала старик заходит в кабинет со стеклянными стенами, а потом и андроид. Кажется, Хэнк что-то говорил Фаулеру, а потом заговорил сраный андроид. Рид ожидал, что капитан покажет на выход им обоим или еще что, но ему не нравилось, как выглядит гребаный лысый старик - слишком спокойно и чуть удивленно. А ведь перед ним стоит ублюдок, который позволил восстанию закончиться успешно.

Как же это бесило.

Гэвин колебался каких-то несколько секунд, прежде чем фыркнуть ругательство и решительно двинуться к кабинету. Кажется, коллеги уже делали ставки на окончание разговора, но ему было посрать. Он должен был знать, какого хера задумал этот сраный кусок пластика и что там решается за закрытыми дверьми.

Фаулер был непредусмотрителен, когда не запер двери.

Рид зашел в кабинет быстрым шагом как раз вовремя, чтобы услышать окончание речи Коннора. Гэвин даже дар речи потерял на несколько секунд, ему показалось, что сраный кусок пластика его снова ударил под дых, и воздуха резко перестало хватать. Да еще и чертов Фаулер не торопился резко отказывать, а Хэнк просто как всегда бесил одним своим присутствием.

- Да какого хера? - все-таки выдохнул, закрывая за собой дверь и поворачиваясь к капитану, - Блять, серьезно?

Сраный кусок пластика хотел вернуться к работе. После всего, что натворил, после нападение на офицера полиции - больно было, между прочим! - после участия восстания, этот сраный андроид хотел вернуться в департамент. И Рид отчетливо понимал, что если капитан поддастся - а он мог! - если Хэнк вмешается - а он это сделает! - то эту гребаную пластиковую рожу придется видеть постоянно.

А однажды этих пластиковых рож может стать больше.

Как оживший кошмар, мать его.

- Вы же не собираетесь соглашаться, капитан? - подошел к столу и оперся о него ладонями, зло и отчасти растерянного глядя на Фаулера, махнув рукой в сторону Коннора, - Этому пластиковому херу тут делать нечего, капитан.

Он сумел даже не повысить голос.

Но почему у него такое дерьмовое предчувствие по этому поводу?

Отредактировано Gavin Reed (18-09-2018 23:00:17)

+2

11

Фаулер внимательно слушал, что говорит андроид. И с каждым произнесённым словом Коннора, он даже успокаивался, но в лице не менялся. Он всегда считал себя, - и не без причин, - человеком слова, но слово это давать обычно не торопился, пока не взвесит все за и против.
Коннор - уже не первый андроид, который стал девиантом, и вместо того, чтобы заняться чем угодно другим, возвращается в полицию. Однако, Коннор - не обычный рядовой андроид, и это сеяло разного рода сомнения, а потому он не торопился перебивать или отвечать чуть не наперерез. Это был один из тех моментов, когда любое слово запоминается и кажется важным. Он периодически поглядывал на Хэнка, понимая, что решение коснётся и его. И кажется, часть решения уже была принята, потому что Хэнк даже не хмурился, и просто словно в настроении в ответ пожимал плечами, продолжая изображать из себя крайнего, который ничего не знает.
Предложение об андроидской полиции как некстати вспомнилось, и Коннор вовремя предупредил этот момент. Фаулер вдруг осознал, что крутит в руках ручку, - отложил её наконец, и только готов был сформулировать ответ, как череду мыслей разрушил выпрыгнувший как чёрт из табакерки, Рид. Капитан даже не попытался сделать вид, что не удивлён его присутствию в кабинете.

Хэнк поначалу стоял и слушал спокойно. Для него, что его самого отчасти удивило, такой расклад был даже в радость. Правда говорить об этом вслух он не собирался. На любой взгляд Фаулера он пожимал плечами, - а что он может тут сказать? Отказываться от работы с Коннором, даже если тот не будет ему больше напарником, он не собирался, остальное мог решить только капитан. Про переговоры по поводу полиции андроидов и прочее Хэнк был в курсе не больше, чем жители города за пределами участка. Такие вещи даже на уровне лейтенантов не обсуждаются, решает руководство и правительство. Отчасти Хэнк радовался такому раскладу. Подобные дебаты не для него, лучше что привычное: расследования, бумажные отчёты и сидение на стуле ровно. Свой возраст Андерсон про себя учитывал, и политика осталась на периферии интересов.
В связи с этим он ничего не предпринимал и сейчас.

Напрягало его однако мелькание за стеклянной стеной Рида. Тот явно был как на пружинах, на взводе. Механизм заведи и выпрыгнет несчастный Джек-в-коробке.

Андерсон даже расцепил руки и перенёс вес с ноги на ногу, будто готовясь к прыжку, когда увидел, с каким рвением детектив-идиот мчится в кабинет а потом и вовсе бесцеремонно врывается. Заявление тот выдал ему только и свойственное, словно Коннор - это ходячая бомба замедленного действия, и не более.
Пока Фаулер собирался что-то сказать, Хэнк про себя уже всё сказал Гэвину и двинулся к тому, обходя Коннора (в какой раз за один день повторяется такая ситуация?). Андерсон спокойно и молча взял Рида за край капюшона (видимо куртка у Гэвина была из любимых, везде и всегда в ней таскается), и оттащил на почти безопасное расстояние от стола капитана. Была мысль и вовсе выставить его за дверь, но он не собирался на самом деле даже лезть на рожон.
Гэвин, у тебя совсем крыша поехала, я ещё понимаю, в офисе, но ты врываешься в кабинет к капитану, прояви хотя бы уважение!
Он отпустил Рида, напоследок слегка толкнув, как это сделал бы вероятно, отец с непоседливым ребёнком, который только-только напортачил, и пока этого не понимает.
Андерсон же перестал двигаться вовсе. Его устраивало, что он находится между идиотом и андроидом, и идиот на Коннора не полезет с дракой, тем более теперь.
Самого Хэнка внезапно даже позабавило внутренне, насколько Рид был похож на него самого каких-то три недели назад, когда Коннора только назначили ему в напарники.

— Так! - капитану хватило выдержки не рявкнуть и даже не ударить по столу. Однако, взгляд говорил сам за себя, - он обратился к Риду:
— Детектив, Ваше поведение неприемлемо. Не только перед андроидом как представителем другой расы, но и само по себе, как подчинённого с руководством. Я… - тут он даже смягчился, - понимаю, что не все согласны с нынешним положением вещей, но даже Вы должны понимать, что андроиды в данной ситуации полиции в помощь.

На этом он посчитал свой ответ детективу исчерпывающим и перевёл взгляд уже на посетителя:
— Я не ожидал твоего прихода так скоро.., - он растерянно запнулся на выборе обращения, - сэр? - в итоге удивлённо-вопросительно и, ища подсказки у Хэнка, взглянув на того, уточнил, - как к вам вообще обращаться теперь?
— Ты должен понимать, что твоя просьба не то чтобы была неожиданной, но при всех обстоятельствах, я склоняюсь к тому, чтобы её принять. В конце концов, нам нужны рабочие руки. - он сам даже развёл руками при этом, подтверждая слова, - Однако, и принять тебя обратно на должность без определённых… условий, я так же не смогу. Одно из этих условий, - разумеется, ты по-прежнему не можешь носить оружие. Пока закона об андроидах и какого-либо регламентирующего документа не поступало, я вынужден обращаться в плане работы с тобой по-прежнему, как и до всей этой истории с революцией.
Говоря всё это капитан чуть откинулся на спинку кресла и всё же взял многострадальную ручку снова в руки, явно задумчиво скорее чем сознательно, вертя её в руках. Это помогало ему сконцентрироваться.
— Так же я оставляю тебя напарником Хэнка, - он взглянул на лейтенанта, но не получил негативного отклика и продолжил, - во-первых, это почти правило, что андроиды у нас не работают как детективы отдельно от людей. Да и,  - он пожал плечами - не было такого правила. А во-вторых, вы вроде даже сработались.
Фаулер будто вдруг вспомнил про Гэвина, и чуть вопросительно посмотрел уже на него:
— Вы хотите ещё что-то добавить, детектив Рид?

Отредактировано Hank Anderson (02-08-2018 17:28:23)

+2

12

Рид вторгся в кабинет ровно тогда, когда Коннор заканчивал говорить. Андроид, собственно, и ухом на это не повёл, предпочтя смотреть только на капитана Фаулера. В конце концов, это ему принимать решение, касаемое весьма необычной просьбы. Тем не менее, детектив Рид практически перед самым носом начальства становится, и голос его, внезапно на крик не срывающийся, выдаёт крайнее напряжение. Словно усилие, которым он сдерживает сам себя, пальцем можно потрогать.

Коннор даже не сомневается в том, что скажет Гэвин. Естественно андроиду, который помог революции увенчаться успехом, нечего делать в полицейском департаменте. Естественно от него будет больше проблем чем пользы, как можно услышать в контексте слов. Ну и естественно он просто-напросто не нравится конкретным людям в департаменте, и это может повлиять на работоспособность.

Коннор не собирается себя защищать, только молча ждёт приговора.

Он не ожидает, что в происходящее вмешается лейтенант Андерсон. Но он вмешивается с присущей только ему прямолинейностью, оттаскивает детектива Рида подальше от капитанского стола и отчитывает. Отчитывает так, словно сам недавно не орал на Фаулера, который старше и его самого по званию, чтобы ему не давали в напарники пластикового урода.

Людское мнение так легко поменять за пару дней.

Коннор моргает, озадаченно переводит взгляд с капитана Фаулера на двух детективов за своей спиной, и только потом оборачивается обратно. Фаулер как раз заканчивает высказывать Риду всё, что думает о его выходке, и обращается непосредственно к самому Коннору.

На самом деле вопрос с обращениями является животрепещущим даже для самих андроидов.

Раньше всё было просто.

Люди обращались к машинам как к неодушевлённым предметам. Потому что они и задумывались как неодушевленные предметы, созданные только для того, чтобы облегчать человеческие жизни и забирать на себя повседневную рутину.

Машины обращались к машинам как к неодушевлённым предметам. Потому что так заложено в программе и они понимали, кем являются для людей и уж тем более друг для друга.

Потом появились девианты.

Люди продолжили отзываться о девиантах как о неодушевлённых предметах, потому что отказывались воспринимать тот факт, что машина может обрести собственную волю и самоосознание. Этого не должно было произойти в их понимании идеального мира.

Машины отзывались о девиантах как о неодушевлённых предметах, потому что стан программного кода запрещал им выходить за рамки дозволенного и запрограммированного. И это считалось поведением в пределах нормы.

Коннор и сам таким был.

Девианты же говорили о других машинах, как о живых существах. Они не ставили разграничение между людьми, собой и другими машинами. Сродни коллективному бессознательному.

И девианты же, что естественно, говорили о других девиантах как о живых. В разговорах друг с другом. В разговорах о других. И для них это становилось так же нормально, как если бы они ставили себя на одну ступень эволюции с людьми — или даже выше.

Станут ли люди теперь обращаться не только с девиантами, но и с машинами как с людьми?

Вы можете обращаться ко мне, как и раньше.

Коннор едва пожимает плечами, тем самым поправляя свой полуформальный блейзер. У него нет никаких предрассудков, связанных с теми или иными обращениями. В конце концов, он был создан для того, чтобы разобраться в причинах девиации андроидов, а потом быть деактивированным в счёт устранения опасности для людей. Когда человечество, по словам CyberLife стоящее на пороге гражданской войны, видит в тебе только средство для устранения проблем, это становится нормальным.

Коннор вспоминает своё первое задание. Та женщина, Кэролайн Филлипс, сначала кинулась ему на грудь, умоляя спасти её дочь, а потом зашлась в истерическом крике, как только разглядела униформу от CyberLife.

Я понимаю, что законы об андроидах будут перерабатываться ещё долгое время, и пока человеческое правительство и наши представители не придут к взаимным соглашениям, привычные нормы и правила продолжат действовать.

По крайней мере Коннору не припомнили, что он убивал сотрудников ФБР. Вот этот проступок был бы очень серьезной помехой в восстановлении его на службе в полиции. Но, вероятно, агент Перкинс не посчитал нужным уведомлять департамент полиции, что некогда бывший в их распоряжении андроид расстрелял нескольких федералов.

А, может быть, всё гораздо проще и они его попросту не узнали.

И я не имею ничего против того, чтобы и впредь работать с лейтенантом Андерсоном.

+2

13

Гэвин подумал, что он спит и видит сон. Только это не как в сопливых мелодрамах, когда главный герой мечтает о главной, мать ее, героини, или живет как во сне. Нет, это самый настоящий кошмар, из которого никак не проснуться, и от которого не убежать. И лучше бы это был сон, потому что утром будильник разбудил бы детектива, он бы долго матерился на собственный мозг, подкидывающий такое вот дерьмо по ночам, а потом пошел бы на работу, где нет этого сраного куска пластика с его довольным спокойным лицом и с этими дурацкими родинками.

Но это, блять, не сон.

Это сраная реальность, в которой чертов ушлепок после всего, что натворил - а там на пару сроков потянет, если мыслить такими категориями, - приперся в полицейский участок с заявлением, что и дальше хочет тут работать. Оборжаться можно - только вот никому не смешно. Ни Гэвину, который от собственной злости скоро загорится, ни Хэнку, внезапно полюбившему сраных андроидов, ни Фаулеру, который почему-то никого не выставил за дверь, ни самому Коннору, который так и стоял - спокойный и серьезный.

Сраный бред.

И Рид не мог не возмущаться. Не мог не попытаться вразумить капитана - ну, неужели он не видит, что это откровенно дерьмовая идея? Неужели тут во всем участке всего один разумный человек - и это он сам? Допустить к работе пластикового ублюдка, который активно участвовал в восстании, напал на офицера полиции посреди хранилища улик - хорошо, что не убил, только гордость пострадала, - и вообще без него не случилось бы всего этого дерьма вроде признания сраных андроидов живыми. Отвратительная идея. Дебильная. Дерьмовая. Херовая.

И так считал один только Гэвин Рид, судя по всему.

Все остальные мозги себе отбили, что ли?

Детектив чувствует рывок за капюшон куртки и резко оборачивается - это чертов Хэнк вмешался. Гэвин дернулся, вырываясь и шарахаясь в сторону, фыркая ругательство. На этого ублюдка всегда приходилось смотреть сильно снизу вверх, что откровенно бесило, а уже его нотации бесили вдвойне. Не сам ли он совсем недавно возмущался присутствию пластикового хера в участке? Риду с его места хорошо было видно, как лейтенант возмущается, хотя стенки кабинета капитана и не пропускали звук.

А теперь он ему нотации про уважение читает.

Не охерел ли?

- Завались, Хэнк, - он шумно дышит через нос, сдерживая себя от того, чтобы не наорать на идиотов, - И, блять, не трогай меня!

Как же хотелось набить ему рожу.

Как никогда просто.

Гэвин еще много что хотел сказать, но тут вмешался Фаулер. В любой другой момент он наорал бы - это было привычно - но сейчас, видимо, перед сраным куском пластика выделывается и говорит спокойно. Еще и нотации читает, будто бы не привык к тому, что у детектива херово с субординацией. А ведь Рид даже голос почти не повышал, хотя напряженные нотки выдавали, как тяжело это ему дается.

- Какая нахер помощь, капитан? - он аж задохнулся от возмущения, - Этот пластиковый хер опасен. Один я тут остатки мозгов сохранил, что ли?

Кто бы его послушал еще.

Рид смотрел на то, как Фаулер дает добро на то, чтобы этот пластиковый ублюдок остался в участке. Чтобы продолжал работать, как и раньше, с Хэнком. Детектив смотрел на это и не верил собственным глазам и ушам. Нет, он понимал, что его мнение капитан вряд ли будет учитывать - раз уж он до этого даже лейтенанта не послушал и навязал ему напарника. А теперь они еще и сговорились, так что Гэвин остался в полном меньшинстве.

А остальным плевать было.

А сраный андроид и доволен. Конечно, он не имеет ничего против, чтобы работать с Хэнком. Старый пьяница, который воспылал любовью к сраным андроидам - отличный напарник ему. Они же, блять, сработались. И отчего-то это бесило еще больше. Как и тот факт, что Рида просто-напросто никто не собирался слушать. Он выдохнул ругательство - в который уже раз и сделал шаг к столу капитана. Не повышая голос, но с неподдельной ненавистью во взгляде заглянул в глаза Фаулера.

- Это, блять, огромная ошибка, - шумно выдохнул и резко развернулся к андроиду, толкая его в грудь, - Не мешайся у меня под ногами, ушлепок.

Просто нахер.

Рид скривил губы в злой усмешке и, бросив ненавидящий взгляд на Хэнка, пошел на выход из кабинета - не забыв плечом намеренно задеть сраного андроида. Это было больно, но хоть немного позволяло получить моральное удовлетворение. Слабое. Еще лучше было бы как следует хлопнуть сраной дверью, когда выходил, но сраная автоматика не позволила. Это почему-то взбесило, и Гэвин решительно пошел на выход из участка, игнорируя насмешливые взгляды коллег. Нет, с рабочего места он не уходит, но видеть пластикового хера не желает.

Он просто покурит и найдет себе какой-нибудь вызов.

Ему просто нужно выпустить пар.

Пока не пристрелил кого-нибудь.

Отредактировано Gavin Reed (18-09-2018 23:00:55)

+2

14

— И я не имею ничего против того, чтобы и впредь работать с лейтенантом Андерсоном

Лейтенанта Андерсона почему-то только после этой фразы озарило пониманием.
Внешне оставаясь спокойным, внутри он будто вздрогнул, и чуть прищурившись вперился глазами в спину андроида.
А ведь Коннор мог не согласиться. Он теперь считается живым, кто бы что ни говорил. Даже несуществующие пока законы это подтвердят в дальнейшем.

О да, с месяц назад Андерсон бы вероятно стоял в первых рядах среди людей, считающих, что андроиды - всего лишь машины. Дорога к пониманию была длинной, и на это понадобилось время. Хэнк настолько привык, даже видя поведение Коннора день ото дня: рядом с ним был, условно, исправный андроид, что научиться принимать рядом девианта - такое же состояние в первый раз, как уж наверняка принятие решения для самого Коннора - продолжать работать в полиции.

“Чёрт, по человеческим меркам, он считай, юнец”, - Хэнк даже подумал, что не удивился бы, если Коннор сейчас для полноты картины театрально так задрожал выказывая важность решения и ситуации для него.
“Ага, Хэнк, сублимируй больше, - андроид будет посильнее всего этого.”

И как обычно бывает в таких ситуациях, у Андерсона всё же пересилил во внутреннем споре второй голос:
“Андроид с заводскими настройками, Хэнк, а как с этим у девиантов? “
Про эмоциональную составляющую ситуации для андроида Хэнк не подумал.
“Про эмоциональную составляющую для Коннора.”
Даже осознавая, что Коннор как андроид всех тут может, если пожелает, перебить одной рукой и даже не запачкается, то Коннор как девиант наверняка сейчас в том ещё водовороте из мешанины вариантов развития ситуации в голове.
Когда мир не делится на чёрное и белое, и ты осознаёшь, что ты человек?
Хэнк пытался вспомнить этот нежный возраст, в котором приходит понимание, что мир нихрена не добрый и нихуя не чёрно-белый.
Он чуть не усмехнулся с догадки и как-то нахмурился, выявив, что долго соображает.

Для Коннора это решение - практически первое, принятое самостоятельно. Не приказ.

Гэвин, тем временем, был буквально взбешён происходящим, и Хэнк  понимал его. Но если взвешивать все обстоятельства, невзирая на личные отношения, а так бы и следовало поступить с профессиональной точки зрения, Андерсон всё равно оставался на стороне капитана.
Фаулер кажется, даже бровью не повёл, выслушивая детектива Рида. Словно бы уже и так знал, что тот скажет. Собственно, так и было.

Даже когда Гэвин шагнул в сторону андроида и с явным намерением толкнул его, ни Хэнк ни капитан не двинулись с места. После Андерсон даже шаг сделал в сторону, освобождая проход. Он искренне полагал, что уж в таких вещах как выпустить пар, некоторые должны сами разбираться. И в чём-то Андерсон даже жалел Рида сейчас. Однако перевёл взгляд на Фаулера, ожидая продолжения разговора.

Капитан, проследив взглядом за детективом, летящим куда-то на всех парах, видимо, сделав свои выводы и завершив эту тему, кивнул и продолжил, обращаясь к Коннору:
— Есть, разумеется, некоторые моменты, которые, - и детектив Рид мне об этом даже напомнил своим поведением, - требуют их уточнения и оговорки.

Джеффри Фаулер взял сейчас действительно серьезный тон, и это уже заставило Хэнка напрячься. Капитан тем временем приподнялся с кресла и сдержанно направился к краю стола, где стоял андроид. Подойдя вплотную, Фаулер полуприсел на свой стол, даже расслабленно, и заговорил тише.
— Когда компания Киберлайф доставляет нам андроидов и дроны, скажем так, в комплекте к этим, - он смотрел в глаза Коннора, явно считывая реакцию, - машинам, в наборе к ним в обязательном порядке идёт код деактивации. Я думаю, Коннор, ты понимаешь, к чему я веду. Твой код ведь наверняка не сработает, если его попытаться применить, я прав?

Андерсон чуть  нервно сложил руки на груди. Глупый, сейчас очевидно, бессмысленный жест защиты. Он слышал про эти коды, кто ж про них не слышал. И прекрасно осознавал, что любого андроида, по идее, по желанию хозяина, можно отключить. Но даже наблюдая происходящее по телеку, старый матёрый полицейский не брал в голову такие мелочи, - которые мелочами ли сейчас можно считать, - как коды и программы, которые перестают работать у девиантов или наоборот, запускаются как какой-то “бонус” к состоянию “я живой”.
Несмотря на всё это, Хэнк никогда не думал, даже мысли не допускал об отключении Коннора таким способом.

Вообще об отключении Коннора.

И это напрягало, хоть вой и лезь на стену, хоть бросаться просить напарника предоставить о себе больше информации.
Правда, Фаулер сказал прямо, что код не работает, и Хэнка напрягло другое, - к чему, блядь, в таком случае ведёт Джеффри?
Словно Коннора Фаулер хотел отрубить прямо здесь и сейчас и поставить это в назидание прочим.

Капитан пожал плечами и глянул озадаченно куда-то в сторону, словно перед ним стоял ребус, который надо решить, но ему для этого известны не все условия.
— В случае с людьми, и их неповиновению приказам, либо распоряжениям. В случае, если люди нарушают субординацию, правила или даже распорядок в департаменте, - к ним применяют какие-то меры наказания. Это может быть распоряжение начальства по собственному усмотрению. Конечно, андроидов отключают с помощью кода только в крайнем случае, - поломка, неисправность, прочие ситуации, когда дроиды доставляют проблемы, а не являются полезными, - он обвёл взглядом стенды за пределами своего кабинета, где частично, вдоль стены, по стойке смирно стояли рядовые андроиды-полицейские.

“Но то - андроиды, которые Коннору и в подмётки не годятся, Джефф. Что ты задумал?”

— Для меня всё ещё остаётся открытым вопрос о применении мер по отношению к тебе, РК800.

Хэнку оставалось только не вмешиваться.
Что бы он мог сделать, - сейчас лишь попортить всю ситуацию, не более. Фаулер никогда не был простым человеком, но отчасти из-за этого, он был отличным руководителем.

Когда разговор был закончен, и Коннор решил выйти из кабинета, Хэнк не поторопился следом, только кивнул ему, давая понять, что будет позже. Капитан сказал своё слово, - оставляет строку “и прочие распоряжения руководства”.. открытой, как делали многие, чтоб их, компании при приёме на работу, только здесь была строка посерьёзнее: “и применение прочих мер пресечения….”
“Грёбаные бюрократические мелочи”, - проворчал про себя Хэнк.

То, что Коннор будет работать в департаменте, тем более то что Коннор будет работать с ним, отчего-то грело душу. Однако, был момент, который его чертовски мучил, и момент, который Фаулер нихрена и не подумал озвучивать. И Хэнк был больше чем уверен, что сам Коннор это так же заметил.

Андерсон мнимо расслабленно заговорил, глядя как Фаулер рассаживается в кресле и начинает перебирать бумаги, давая понять, что кабинет можно было бы уже и покинуть, но Хэнк чуйкой чует, что у него прав побольше, чем у прочих, кто уже давно бы ветром сдулся. Кроме того, он хочет получить ответ.
Не хватает людей, закон ещё не принят, код деактивации, - он перечислял пункты очень медленно, словно выбирал тему для разговора за ужином, но каждая казалась долгой и неуместной.
Он положил руки на стол, наклоняясь чуть вперёд, как это делал несколько минут назад Рид, только в отличие от Рида, был в совсем другом настроении и порыве.
Джеффри, а почему ты не упомянул действительно важное?
На это Фаулер наконец-то перевёл взгляд на подчинённого, показывая, что весь - внимание.
Я говорю про ту папку с докладом от нашего общего знакомого из ФБР.

Хэнк чуть жалел, что начал этот разговор, но если бы он его не начал, вопрос повис бы в воздухе, и для него - серьёзным грузом на душе.
Ситуация на Иерихоне не была так ярко освещена. Однако, если взять и почитать эту сраную папку от Перкинса, - всё, что ты тут заливал сейчас Коннору можно применять хоть сию же секунду.
— Я не могу удалить эти файлы, Хэнк. - Джеффри был серьёзен.
— Я не могу удалить, но я могу закрыть на это глаза..,- он пожал плечами, словно бы говоря “так бывает”.
— Но ты знаешь, как это работает, Хэнк. Как лавина. Стоит всплыть одной подробности, как другие всплывут сами собой. Найдётся умник, решивший покопаться в грязном белье. Думаю, мне не обязательно тебе сейчас говорить, чтобы ты следил за своим напарником. Пока я здесь работаю, решения принимаю я. И разумеется, я устал ждать, когда ты перестанешь топить свою жизнь в бутылке и станешь снова работать.
Джеффри, давай ты не будешь прыгать с темы, - было начал Андерсон, но его тут же прервали
— А я и не прыгаю. Да, те причины,которые я назвал, - про недостаток рабочих рук и про проблемы с девиантами. И даже про совместную работу, - все весомые. Но ещё, что-то мне подсказывает, Хэнк, что работа с андроидом некоторым идёт на пользу.

Фалуер как-то иронично хмыкнул и перевёл взгляд на бумаги.
— У меня всё Хэнк. Только работа. И тебе тоже пора приняться за свою.

Андерсон не нашёлся, что ответить. Одно дело - нападать или выяснять, когда ты внутренне подготовил речь, а другое, - когда тебя тыкают в твои недостатки. Хэнк прекрасно понимал, насколько капитан прав, и в итоге решил промолчать, оставив слово за начальством. В конце концов, он выяснил, что хотел, - Фаулер не забывал про действия Коннора на Иерихоне, но он будет вынужден их припомнить в случае чего.

Закрывая за собой дверь кабинета Фаулера, Андерсон вдруг понял, что дико хочет закурить. Эта привычка никогда не была постоянной, но когда в его жизни происходили подобные кульбиты, порой накатывало. А так же это означало, что ситуацию надо обмозговать.

Он спустился с лестницы ведущей к кабинету Фаулера и направился к своему рабочему столу.
“Где были эти грёбаные сигареты?”

+3

15

Коннор не вмешивается. Он только лишь немного голову поворачивает, чтобы проследить за тем, как детектив Рид походит ближе к столу капитана Фаулера.

Естественно Коннор не ожидает, что его примут с распростертыми объятиями. Такое бывает, разве что, в не очень хороших постановках кинематографа, где все живут счастливо и дружно плюют на последствия. Более того, Коннор прекрасно понимает, что каждое его действие в прошлом — помощь Маркусу, успешное завершение демонстрации, проникновение в Башню CyberLife — всё будет иметь последствия, и на всё это будет смотреть капитан Фаулер после официального оформления на службу в полиции.

Вряд ли это будет сложнее, чем договариваться с правительством Штатов о встречах с делегациями андроидов.

Коннор отступает на шаг назад, система регистрирует ощутимый толчок в корпус. Не больно. Неприятно. Гэвин проходит мимо, и Коннор провожает его краем зрения, не пытаясь остановить, не пытаясь что-то объяснить. С этим человеком — не пройдет. Этому доказывать только на деле, что не такая уж и ошибка. Впрочем Коннор и сам не уверен, не совершает ли он действительно ошибку.

Может, ему вообще стоило по окончании демонстрации отправиться в CyberLife на деактивацию.

Когда капитан Фаулер обращается непосредственно к андроиду, тот вновь переключает на него все свое внимание. Разумеется, он задает весьма логичные вопросы, но затрагивающие тонкие, щекотливые темы. Коннор знает, что должен открывать, не утаивая, тем более, что это и не является тайной, по крайней мере, для полиции:

Я могу переслать на ваш терминал спецификацию и технический регламент для моей модели, если они не сохранились с прошлого раза.

Диод на виске из спокойного голубого переливается желтым и обратно: Коннор действительно пересылает капитану названные файлы прямо на его терминал, при этом не прикасаясь к нему. Раз техническое устройство в прямой видимости, с ним можно работать дистанционно, к тому же это не взлом, а простая пересылка документов.

Код деактивации не действителен. Ещё в августе доподлинно выяснилось, что и коды деактивации, и трекеры перестают действовать у андроидов, подвергнутых той или иной степени девиации.

Вопрос о применении мер действительно остается открытым. Конор озадаченно моргает. Назад — на Хэнка — не смотрит, потому что это касается только его самого. Капитан Фаулер в лоб спрашивает у него, у Коннора, как стоит с ним поступать. Как — в случае непредвиденных проблем — его уничтожить. В этом нет ничего странного, потому что люди теперь не знают, что ожидать от машины, которая возомнила, что может встать на одну ступень эволюции с людьми. Или выше. или даже решить, что люди в Детройте (в принципе на планете) не очень-то и нужны.

На данный момент я отключен от связи с КиберЛайф, — спокойно говорит Коннор, не меняясь в лице. Он — переговорщик, вот и ведет себя как переговорщик, выбирая путь наименьшего сопротивления. — У меня останется прямая авторизация в полицейской сети, по ней, в случае необходимости, вы сможете отслеживать мои перемещения.

Разумеется тут стоило уточнить и маленькую деталь, касающуюся самой авторизации: Коннор может сознательно её заглушить, так, что его никто не найдет, но такие меры должны будут повлечь за собой жесткие санкции.

Вы можете применять ко мне любые меры наказания по собственному усмотрению, однако, деактивировать меня, не убив при этом, не сможете. Дисциплинарное взыскание. Заключение под стражу. Мое уничтожение сможет оправдать только... тот факт, если я действительно стану представлять опасность для гражданских.

Капитан Фаулер, вероятно, остается если не доволен, то на первый раз удовлетворен подобным исходом разговора. Коннор вежливо кивает ему, выходит из кабинета и прикрывает за собой стеклянную дверь. Рида за его рабочим столом нет: вероятно, уже успел уйти куда-то ещё. Спонтанное желание извиниться тут же пропало точно также, как и возникло.

Коннор подходит к хорошо ему знакомому рабочему столу. Здесь всё ещё пустая, безымянная табличка. Этот стол так никто и не занял. Коннор обходит его и опускается в офисное кресло, смотрит на терминал, но не протягивает руку к сенсорной, слегка подсвечивающейся клавиатуре. Чуть сбоку переговариваются офицеры, но прислушиваться к их разговорам нет нужды. Рабочие обсуждения или же, что тоже вероятно, новость дня: RK800 вернулся в департамент.

Лейтенант Андерсон всё ещё находится в кабинете капитана Фаулера, и Коннор, посмотрев в сторону прозрачной стенки единожды, больше к ним взглядом не возвращается. Старшим по званию определенно есть, о чем поговорить между собой. А так как распоряжения сегодня вряд ли поступят, стоит подумать над тем, чем заниматься остаток дня.

Уладить дела в департаменте. Дождаться полноценной авторизации в сети. Узнать, каким образом будет проходить полноценное оформление на работу в полиции. А потом, вероятно, остаться здесь до утра, потому что в CyberLife вернуться не может, а просить Маркуса и дальше оставаться в доме Карла (как несколько недель до этого) уже попросту не может. Это неправильно.

Хэнк, наконец, возвращается к своему рабочему месту, и Коннор тут же поднимает на него взгляд. С того последнего раза, когда они виделись у «Cheecken Feed», лейтенант, кажется, ни сколько не изменился. Даже рубашка у него та же самая.

Капитан Фаулер недоволен тем, что не может меня нейтрализовать.

Это даже не вопрос, а констатация факта. Голос Коннора остается спокойным, участливым даже в той или иной степени. Люди могут думать, что он ни черта не понимает, но он был создан для того, чтобы отлавливать неисправные машины, поэтому он все же понимает, чем вызвана такая озабоченность капитана. кто бы что ни думал на этот счет.

+2

16

По офису он шёл, глубоко задумавшись и совершенно не обращая внимания на окружающее. Поначалу. После разговора с Фаулером, мысли не клеились, так что Хэнк топал почти автоматически. Да и было бы на что смотреть. Офис как офис, тут никогда ничего не меняется. Однако, вроде как на периферии что-то привлекает внимание. Но мысли казались важнее.

Поэтому он даже чуть притормозил, увидев Коннора. Тот, как и прежде, словно когда-то давно и в прошлой жизни вообще для Хэнка, сидел за “своим” столом. Андерсон вспомнил, как даже не подумав особо когда-то кивнул ему на этот стол и кинул, лишь бы андроид отвязался “этот стол никем не занят”.

И сколько потом времени Андерсон сидел и тупо втыкал на этот стол, когда он опустел. Хэнк не любил расставания и потери, и в душе был глубоко сентиментален, потому сейчас это несколько огрело. Чувство дежавю. Словно вернулся во времени на месяц назад.

Коннор выдал своё заключение по поводу разговора с Фаулером, и Хэнк чуть не присел на месте. То есть, к таким выводам он пришёл?

И тут до Андерсона дошло, что его так раздражало в окружающем постранстве и докучало на периферии, что сигналило как маяк. Коллеги по цеху пусть и тихо, пусть и пытаясь изобразить кипучую мозговую деятельность и свою невовлеченность, тем не менее внимательно наблюдали за происходящим именно здесь, у столов лейтенанта и андроида.
И потому Хэнк, не выдержав, рявкнул, обращаясь ко всем и ни к кому конкретно:

Почему бы вам уже не заняться работой? У вас дел нет, так я могу обратиться к Фаулеру, он подкинет!

На секунду стало почти тихо, но все находящиеся в зале явно поняли намёк и наконец на самом деле стали отворачиваться, определённо не обманывая в своём решении вернуться к делам.
Хэнк раздражённо выдохнул, одаривая пространство недовольным взглядом ещё мгновение и взглянул на Коннора.
Желание курить поубавилось, но не пропало.
Он подошёл ближе к столу, за которым сидел андроид и заговорил гораздо тише. Про себя при этом отметив в очередной раз, что терпеть не может эти дурацкие открытые офисы, где все изображают одну большую команду, на самом деле командой не являясь, а только улавливая, о чём ещё можно посплетничать.

У Фаулера работа такая, - руководить. Надеюсь, ты не думаешь, что он действительно хочет тебя отключать?

Сам себя Хэнк при этом почувствовал неуютно. Для него Коннор не был просто андроидом, он казался и мог вполне теперь быть именно живым существом, а разговор идёт про убийство, какие бы слова они сейчас не подбирали.
Андерсона всё ещё воротило от такого отношения людей к андроидам. Но ещё больше его раздражало где-то в глубине души и то, что андроиды считают это нормальным, - чтобы их деактивировали, когда они перестанут быть нужны.
И Коннор наверняка думал так же.
Хэнк тихо улыбнулся, глядя сверху вниз на напарника.

Не парься об этом. Он должен был это произнести, ты должен был это услышать. Стандартные рабочие условности.

Он развернулся к своему столу и всё же решил найти ту самую пачку сигарет, которую когда-то давным-давно кажется, положил на “видное место”. Бардак на столе и в столе конечно мешал поискам, но Хэнк подбадривал себя тем, что раскрыл же кучу дел и нашёл множество партий красного льда в самых невероятных местах, куда уж деться какой-то сраной пачке сигарет в его столе?
Он упорно гнал при этом от себя мысли о сегодняшнем дне и о тех нескольких, когда действительно скучал по напарнику.
И сейчас, кажется, всё было почти отлично, но что-то заставляло беспокоиться.
Коннор выглядел как-то иначе. И дело вовсе не во внешности, на нём даже тот же самый киберлайфовский костюм, и диод на прежнем месте. Пусть и по-видимому, некоторые девианты предпочитали его снимать. Что-то не так в поведении?
Лейтенант не стал бы лейтенантом, если б не замечал мелочей. Правда, здесь был в сомнениях, он сам себе не мог объяснить, что именно он увидел.
Слишком похоже на долю растерянности.

Пачка нашлась там, где не ожидал.
Кто бы мог её положить за папкой с прошлогоднего отчёта и прямо посреди закончившейся тубы от изоленты и точилки для карандашей, у которой затупилось лезвие. Даже выудив пачку сигарет из ящика и открывая, Андерсон старался не смотреть и не думать, но это нарастало.

Две. Осталось две сигареты.
Закрыв её он развернулся и отправился в сторону курилки. Хотя её курилкой называли только те, кто там ошивался ежедневно. На деле это был небольшой балкон между соединяющий два комплекса здания. По идее, из этого места должен был поступать свежий воздух, но так как там не были установлены скрытые камеры, это место стало курилкой.

Не каждый день здесь видели Андерсона, и потому пара полицейских, видимо новички, Хэнк их не помнил, быстро стушевались и свалили, как-то виновато потушив свои бычки об пепельницу, уныло ютившуюся на краю окна.
Здесь же была зажигалка, кому понадобится.
Хэнк почти расслабленно закурил, и вернулся про себя к разговору с Фаулером.

“Хах, следить за напарником. Он сам за кем хочешь проследит, с его-то возможностями. Другой вопрос - насколько долго Джефф сможет прикрывать эту лавочку. Киберлайф наверняка не дебилы в последней стадии отупения, они скоро и про возвращение андроида на работу прочухают. Сам Коннор предупредил их действия? Сделал ли что-нибудь для того, чтобы от него отстали? У сотрудников этой дурацкой компании наверняка уже в разработке свои планы.”

Сигарета непривычно согревала. Хэнк не любил курить, в том понимании, которое это носит у заядлых курильщиков. И сигарета в месяц, а то и в полгода - для отвода глаз.
Здесь была возможность подумать и порассуждать. Это какое-то негласное общественное правило или установка, - курящего человека редко беспокоят, словно  он занят чем-то личным. Этим Хэнк и пользовался. Если бы он сидел за столом, подумать ему точно не дали бы. Дурацкий открытый офис, раздражающее мельтешение всех вокруг, Коннор ...

Мысли опять повернули к напарнику. Андерсон не мог додумать, что его беспокоило, но что-то было точно.
Он наконец потушил сигарету и направился к рабочему месту.

Как бы там ни было, до вечера нужно пересмотреть ещё несколько поступивших обращений и напечатать отчёт. Как бы Хэнк не относился к этой бюрократии, она сама собой сделаться не могла. В такие моменты он андроидам завидовал. Уж наверняка им в разы проще и быстрее клепать эти отчёты - сварганил свои “мысли” в единое целое и готово.

Когда он вернулся, Коннор был на месте, и Хэнк вдруг подумал, что будет рад привыкнуть к этому, - к андроиду-напарнику рядом.

+2

17

Окрик действует на людей отрезвляюще. Остальные служащие полиции возвращаются к своим делам, или делают вид, что возвращаются. Так, по крайней мере, пропадает ощущение, что на тебя смотрят, как сквозь витрину, словно ты новомодный андроид, только-только поступивший в продажу. Модель RK800, разумеется, уже не может считаться новой, пробыв в эксплуатации практически три месяца, но всё ещё остаётся эксклюзивной. По многим причинам. При его первом поступлении в распоряжении департамента, журналисты все-таки обратили на него внимание, однако, CyberLife не давали комментариев на его счет, поэтому все, чем располагали новостные сводки, это "говорят, что в полиции теперь есть новый андроид, присланный специально для помощи в расследованиях". И на этом всё. Причина вторая — уничтожение всех его копий, и, более чем вероятно, биокомпонентов к ним — тоже. Максимальное приближение к человеку. Люди тоже одноразовые.

Коннор вскидывает взгляд, когда лейтенант подходит ближе к его столу. Стандартные фразы, призванные успокоить. Разумеется Коннор знает, что капитан Фаулер обязан следить за порядком в собственном отделе, и нет ничего удивительного в том, что он в первую очередь интересовался тем, как можно повлиять на андроида, которого невозможно остановить никакими привычными способами. Теперь ему невозможно отдать приказ и знать, что он выполнить его беспрекословно. Теперь невозможно ввести код деактивации и любоваться на мертвую, отключенную пластиковую модель. Теперь всё сложнее. Придётся либо считаться с его личными решениями и манерой выполнения задач, либо пристрелить на хрен, пока не сделает чего-то из ряда вон выходящего.

По крайней мере могут вложить пистолет в руки Гэвина Рида. Тот с удовольствием пристрелит.

Коннор смотрит на улыбку Хэнка и чуть хмурится. Между бровей пролегает натуральная морщинка. Андроид знает, что лейтенант вообще не имеет привычки улыбаться, но и не сказать, что никогда не видел его улыбки. Видел. Когда не пристрелил Хлою. Когда стушевался и растерялся, сам не понимая, что проявляет эмпатию. Когда попытался закрыться в себе и убедить самого себя, что всё это — неисправности в системе, баги в программе, и вообще ему, дефектному и неисправному, на деактивацию пора. Сейчас Коннор отчасти благодарен тому, что в нужный момент прислушался сам к себе и выбрал сторону.

Коннор не останавливает Хэнка, когда тот направляется куда-то к выходу из отдела. Провожает его внимательным, долгим взглядом, и вновь смотрит на терминал перед собой.
     
Теперь, без возможности выхода в Сад Дзен, без постоянного незримого контроля Аманды, Коннор ощущает себя немного непривычно. Но и свободно одновременно. Он сам сбросил контролирующую его программу, разбил стан программного кода, и мог бы, наверное, забыть обо всем, как о страшном сне, если бы андроидам снились сны. В начале месяца, стоя в кафетерии, Коннор слышал по новостям, что какой-то андроид, сопоставив вкусы множества людей, с помощью алгоритмов написал книгу, ставшую бестселлером. Что-то вроде "Мечтают ли андроиды об электроовцах", только с другим названием. Плагиат на классику, который публика восприняла с полнейшим восторгом.
     
А действительно, мечтают ли?
   
Коннор протягивает ладонь к сенсорной клавиатуре и не сморит на то, как искусственная кожа сползает с ладони, обнажая пластик. Разумеется, после того, как Коннор избавился от контроля программы, CyberLife заблокировали ему как доступы к собственной базе, так и к электронному счету, не говоря уж об иных мелочах. Теперь так просто в Башню Коннор даже при всём своём желании не попадет. Наверняка охранная система, сканирующая всех на входе и выходе, завопит сиреной. Что-то типа: "андроид "Коннор" RK800, идентификация завершена, доступ запрещен". Но, по крайней мере, ему самому хватит знаний и возможностей, чтобы взломать замороженный счет и перевести находящиеся на нем средства на другой, созданный с нуля счет. Так будет удобнее. Не будет же CyberLife, как и прежде, оплачивать ему такси для перемещения по городу.

+2

18

На часах было четыре пополудни, когда Хэнк почти распрощался с мыслью услышать хоть слово от напарника.

Полдня, как в последнее время приучил себя, Андерсон старательно и усердно выполнял свои служебные обязанности: строчил, именно строчил, а не печатал медленно и уверенно, отчёты, просматривал дела, искал зацепки и совпадения, мониторил вновь поступающие и причитал вполголоса, что даже простецкая система справилась бы с частью работы быстрее, чем люди.
С заметной периодичностью, поглядывая при этом на Коннора. Вдруг тот решит наконец-то заговорить. Он раньше вроде любил потрындеть. Хэнк даже с каким-то ностальгическим налётом вспоминает первый день знакомства, когда андроид чуть ли не вывел его из себя вопросами про личное и не очень: про жизнь, про интересы, про грёбаную музыку!
Но сейчас - нет. Как воды в рот набрал, или тириума нахлебался. Андроид был андроидом и прилежно сидел, кажется даже не отходя, да и зачем, за своим столом.

Хэнк, после первых часов, начал задумываться, что девиация Коннору, наверно, помимо очевидной воли выбора придала ещё в качестве бонуса, волю прослыть самым молчаливым переговорщиком в мире.
Что ж, если напарник не собирается проявлять признаки жизни, то тут ничего не поделать.
И лейтенант продолжал работать.

Андерсон не был разговорчивым  по жизни, и зачинщиком бесед тоже не являлся. Обычно люди, окружающие его знакомые, сами начинали общение. Выдавали что-то о своей жизни, увлечениях, интересах, даже если он и не просил.
О да, лейтенанту на деле было много чего интересно: начиная с того, где Коннор все эти дни ошивался, помимо очевидного пристанища иерихонцев, где бы оно ни было, и заканчивая тем, как он себя чувствует и что вообще думает о сложившейся ситуации по поводу его вида.
Однако, с чего начать такой пространный, даже личный разговор. Хэнк  не знал. Всё проще с людьми. С андроидами, - без понятия, так что Андерсон до последнего надеялся, что Коннор проявит инициативу сам, тем более, что от него это было ожидаемо, в силу его же характера.

Он сходил за кофе несколько раз. Покурил дважды. Даже перекинулся парой фраз с тем же Беном, которому было ой как интересно, что Хэнк думает по поводу “воссоединения с андроидом, которого Андерсон когда-то назвал чуть ли не пластиковым хреном, пока это обзывательство не стало мейнстримом благодаря Риду”. Однако, сам Коннор всё так же молча выполнял работу и, кажется, не замечал лёгкого шума вокруг, пусть даже и по его душу.

Ближе к пяти часам дня, лейтенант уже подумывал начать разбирать свой стол; настолько домой было неохота, а внятного разговора с напарником он так и не стартовал. Замечания по поводу той или иной папки с делами в терминалах не считаются.

Открыв наугад второй ящик стола, чтобы закинуть туда пачку сигарет, Хэнк заметил там мелочь, которая всё же навела на мысль.
Это была маленькая, сантиметров двенадцать в высоту, не более, статуэтка жирафа. Точнее, детёныша жирафа. Такие мелкие игрушки у лейтенанта иногда бывали для общения с детьми, и откуда конкретная эта, он давно и думать забыл. Может, даже, это было связано с сыном.

“Как с детьми, ну конечно..”

Ящик он закрыл и, глянув на Коннора, который будто витал в облаках, решил дождаться окончания рабочего дня. Всё же лучше разговаривать тогда, когда людей вокруг будет меньше. Сейчас, при любом раскладе, их слышат. Коллеги ещё не перемололи все косточки в разговорах об утреннем инциденте, и вряд ли их, даже по делу, разговор, остаётся незаметным.

...
К шести вечера добрая половина сотрудников департамента собиралась домой. И дело не в том, что работы не было, - многие расследования вели на точках или дома. В участке было предусмотрено, разумеется, круглосуточное дежурство, но ближе к концу рабочего дня департамент заметно пустел всегда. Люди есть люди.
Так происходило и сегодня.

Больше половины столов уже пустовало. Часть сотрудников вела себя непринуждённо и расслабленно, ожидая наступления нужного часа, и готовилась расходиться по домам. Андроиды становились на подзарядку. Как конкретно назывались эти подзарядочные личные цилиндры для тириумных полицейских, Хэнк не имел понятия, ему такие подробности не приходило в голову уточнять.
Станции и станции. Глядя, как очередной полицейский андроид, модели PC200, заученным, скорее запрограммированным движением, закрывается в колбе на ночь, Хэнк задумался, что Коннор никогда так не делал.

“...или делал? Я уходил домой раньше и не видел? Куда он топал после рабочего дня, в этот свой КиберЛайф, но это сейчас не для него...”

Отбросив эти мысли, Хэнк подошёл к напарнику ближе и облокотился на край стола, отвлекая, обращая на себя внимание.
— Нет уж, парень, так не пойдёт.- Нахмурился и сложил руки на груди, глядя вниз перед собой, раздумывая, правильно ли было так стартовать разговоры с кем-то, по кому скучал и так давно не видел.

— Я не мастак начинать разговоры, но и на тебя не похоже - молчать полдня. - Андерсон кивнул в сторону своего рабочего места. — От тебя было, помнится, не отвязаться, когда ты только пришёл сюда, и пытался, как это.. - он поднял взгляд к потолку, вспоминая, - применить, свои программы по взаимодействию?

— Да ладно, Коннор, мог бы рассказать о себе хоть что-то,  а то ведёшь себя как партизан. Тебя не было больше, чем пара дней, и.. - лейтенант нехотя повёл плечами, прежде чем выдать то, что казалось сложно говорить, - за других я не отвечаю, но я кхм.. волновался за тебя. Рассказать, где ты был. Что делал, так уж и быть, можешь не пояснять, вдруг это ваша, андроидская тайна.

Он чуть хмыкнул, в своей привычной манере, завершая монолог.

— Если тебе для этого нужно понимание, что тобой и твоей жизнью интересуются, то... говорю.

Андерсон теперь прямо посмотрел на напарника, сменив тон на более серьёзный:

— У людей это так, Коннор. Неужели у андроидов как-то по-другому?

Хэнк глянул на него, слегка кивнув, давая, по собственному мнению, зелёный свет на разговор. Правда, сам при этом оставался всё ещё в сомнениях, правильно ли вообще начал.
Не сказать, чтобы с Коннором они раньше часто разговаривали по душам, но как ещё дать понять дураку-девианту, что он переживал и волновался, Хэнк не знал.
Будто отвык слегка за столько лет, старательно выстраивая стену перед собой.

Было бы забавно сейчас услышать скупой механический ответ и распрощаться с мнимым ощущением, что они, в каком-то странном, может, смысле, уже стали друзьями за то время, что успели проработать вместе. Тем более, после всех пережитых вместе событий.

+3

19

Коннор вскидывает вопросительный взгляд, когда Хэнк облокачивается на край стола. У андроида-переговорщика чуть более живая мимика, чем у иных моделей андроидов. Он одним изгибов бровей может обозначит своё настроение лучше, чем словами. А ещё он почти не улыбается. Словно бы запрещает себе эту искреннюю эмоцию, потому что не уверен, что достоин её.

Кажется, искренне он улыбался едва ли не трижды.

Первый раз будучи машиной. Там, в башне Стретфорд, когда один из полицейских неожиданно отозвал его в сторону. Коннор помнил его. Этот полицейский лежал на крыше с кровоточащей раной руки, а совсем неподалёку от него андродид намеревался спрыгнуть с крыши с маленькой девочкой. Даниэль. Он был страшно перепуган. Тогда Коннор считал это сбившейся эмуляций эмоций и неполадкой в системе, сейчас он понимает, что Даниэлю действительно было очень страшно. Он не знал, что делать, и выражал свой страх через активную агрессию.

Второй раз — там, на сцене, когда Маркус произносил речь перед андроидами. Многие из них были без одежды и без имитации кожи, потому что их освободили из утилизационного лагеря. Тяжело представлять, сколько андроидов погибло во время утилизации, но то, сколько их выжило — это заслуга Маркуса. Саймона, норт и Джоша. В какой-то степени самого Коннора.

Третий раз — наутро после знаменательной ночи, в которую андроиды получили свободу. Свежий ветер, неощутимый машиной холод, и снег, устилающий полузаброшенный Детройт. Забегаловка с просроченной санлицензией. И знакомая фигура в не менее знакомом, тёмном и наверняка тёплом пальто. Крепкие, искренние объятия.

Пакет программ социального взаимодействия. — Он моргает коротко, едва склоняет голову набок, убирает руку от клавиатуры. На ладонь вновь наслаивается искусственная кожа, делая её неотличимой от человеческой. — Что вы хотите узнать, лейтенант?

«Волновался». Слово, которое андроид знает по определению в словаре, но не может применять по отношению себя, потому что априори не должен испытывать подобного чувства. Коннор испытывал его, когда должен был опуститься в подвальные этажи Башни CyberLife, чтобы освободить андроидов и привести их на площадь перед Харт-плаза. Испытывал и тогда, когда увидел напарника с пистолетом у виска, когда RK800-60 угрожал жизни человека ради достижения поставленной задачи. Нельзя винить RK800-60, он поступал согласно собственной программе. Тот, другой Коннор, поступал точно так же, как должен был поступать этот Коннор, останься он машиной, а не осознай то, кем является на самом деле.

Всё это время я находится в пределах Детройта.

Коннор едва пожимает плечами и опускает взгляд, чтобы поправить манжет белой, идеально отглаженной рубашки. Ткань, используемая для униформы андроидов, в принципе мнется плохо и обладает неплохой защитой от загрязнения, так что менять комплекты приходится только по крайней необходимости. Но необходимость всё-так и возникает с учётом того, что Коннор обладает странной способностью при всех своих боевых протоколах иногда быть крайне неуклюжим в бытовых ситуациях.

Пока установилось хрупкое перемирие, нужно было пользоваться возможностью. Мы понимали, что если не надавим сейчас, то потом можем получить лишь часть того, чего можем добиться на самом деле. Поэтому я организовывал переговоры между Маркусом и правительством Штатов.

В этом нет ничего такого секретного. Кажется, об этом передавали по федеральному каналу, поэтому Коннор и рассказывает сейчас так спокойно, не вдаваясь в подробности, но и при этом не особо скрывая истинного положения вещей. Этому человеку Коннор доверяет, потому что знает, что он не поступает не по совести. Он поступает так, как считает правильным.

Не припомню, чтобы за вами имелась привычка работать сверхурочно.

Коннор подкалывает слегка, и на его лице действительно можно заметить тень улыбки. Ему за время сотрудничества неплохо удалось изучить Хэнка, в частности даже в плане касаемого чего-то личного. Наверное, это было крайне бестактно со стороны Коннора, но он должен был разобраться в своём напарнике, чтобы их взаимодействие являлось максимально эффективным.

И надеюсь, вы не против того, что я решил вернуться в департамент, — говорит он. — Для меня здесь ничего не изменилось, словно и не уходил. Разве что… — морщится слегка, вполне правдоподобно имитируя пограничное состояние, — разговоров обо мне стало больше, чем тогда.

Да, Коннор это заметил, пусть и визуально не реагировал. Пусть себе разговаривают ,если другого повода не находится. Ему ведь по большему счёту должно быть на это всё равно.

+2


Вы здесь » TimeCross » family business [внутрифандомное] » We're creatures of habit [Detroit: BH]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC