пост недели Theseus Scamander — Рад видеть вас в добром здравии, мистер Лоу, — не меняя ровного тона голоса сказал Тесей, холодно глядя на человека, только притворяющегося грубым и неотесанным хозяином пивнушки для невзыскательных господ. — Я уже собирался отдавать приказ о штурме второго этажа. Тесей усмехнулся. В голове уже вовсю разыгрывался слегка ироничный диалог, потому что он, конечно, подозревал, что Гриндевальд так просто не позволит аврорам заполучить перебежчика, но не ожидал, что тот явится самолично.
23.05 Свершилось! Вы этого ждали, мы тоже! Смена дизайна!
29.03. Итоги голосования! спасибо всем кто голосовал!
07.02 Если ваш провайдер блокирует rusff.ru, то вы можете слать его нахрен и заходить через: http://timecross.space
01.01 Дорогой мой, друг! Я очень благодарен тебе за преданность и любовь. Поздравляю тебя с Новым годом! Пусть каждый день, каждую секунду наступающего года тебе сопутствует удача, в жизни не прекращается череда радостных событий, в сердце живет любовь, в душе умиротворение, а сам ты был открыт всему неизведанному и интересному! Желаю, чтобы даже в самые холодные и ненастные дни тебя согревало тепло близких, а рядом всегда был любимый человек, искренние друзья и соратники. Вдохновения тебе, креатива и море позитивных эмоций в Новом году!
выпуск новостей #151vk-timeрпг топ

TimeCross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » TimeCross » family business [внутрифандомное] » Tell me, birdy...


Tell me, birdy...

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

Tell me, birdy...
Вот краткий список страшных вещей:
Зубы акулы, скопище вшей,
Жадный укус бешеных псов,
Голос того, кто давно уже мертв,
Но страшнее их всех — зеркала взгляд,
И дни, что уже не вернутся назад(с)

•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

http://s9.uploads.ru/7TECe.jpg


AWOLNATION – Sail

УЧАСТНИКИ

ВРЕМЯ И МЕСТО

Castiel & Deanmon Winchester

Спустя три недели после Die Die My Darling

АННОТАЦИЯ

Игры бывают разные и ставки в них порой слишком высоки. А затевая партию с демоном на честную игру рассчитывать не приходится.

•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

0

2

Он устал. Он был измотан практически под ноль. Несмотря на время аж в целых три недели, он лишь на минимальную долю смог восстановить свои силы дабы иметь возможность сесть за руль и двинуться дальше, очень длинным путём, но в сторону бункера. Ему приходилось путать следы с того самого момента, как шагнул из дверей того никчёмного раскуроченного бара, в котором он ещё теплил надежду вернуть Дина простым способом. Но всё же часть его, маленькая, затравленная в угол сознания, оказалась права – у него ничего не получилось, даже близко не подобрался, а лишь раздраконил демона и Тьму в бывшем охотнике. И теперь ему приходилось отступать, бежать с позором, хоть он и сообщил Сэму, что его собственный план провалился. Кастиэль ненавидел себя сейчас за это, за свою наивность и веру в лучшее, за свою надежду. Ему приходилось кочевать из мотеля в мотель, проводя всё время в дороге и иногда питаясь в местных не самых лучших забегаловках – настолько он растратил «свою» благодать в схватке. Он был снова практически человеком, он сжёг почти до тла всё, что было, а столкнуться сейчас с братьями он и вовсе не желал, потому что знал – проиграет, и ему не повезёт подпитаться чужой святостью вновь.
Ангел стоял в номере, глядя на себя в зеркале, и замечал мелкие изменения в весселе: почти зажившие синяки, похудевшее тело и уже заметные рёбра, мешки и синяки под глазами. Он не справлялся с поддержкой самого себя, на что же он тогда рассчитывал? Глупец. Кас накинул обратно халат, который смог прихватить с собой в одном из предыдущих мест остановки, повесив свою обычную одежду аккуратно в шкаф. Сейчас ему было необходимо заботиться обо всех этих человеческих мелочах вновь, оставалось только надеяться, что ненадолго. Голубоглазый глубоко вздохнул и выдохнул, прислоняясь лбом к дверце шкафа. Ему требовалось больше энергии, чтобы восстановить энергетический баланс для продолжения пути. Ему нужно было придумать способ вернуть себе благодать. Ему важно было вернуть Дина Винчестера.
Вспышка. Серебристый клинок пролетает рядом с его лицом, направляясь прямиком в его крыло. Цель – уколоть, сделать больно, навредить, уничтожить. Яростное лицо с яркими зелёными глазами, которые так часто и так отвратительно поглощает чернота, бешеный оскал. Кастиэль отскакивает от дверцы, резко вбирая в себя воздух. Опять этот кошмар-воспоминание, который не давал ему покоя с тех самых пор. Искаженное гневом лицо, этот отвратительный запах серы, этот издевательский смех и язвительная ухмылка. Всё то, что доставляло сердцу ещё больше боли, не давая этой ментальной ране затянуться хотя бы до состояния рубца. Слишком живо, слишком эмоционально, слишком. Кас устало растирает переносицу пальцами, пытаясь привести в норму дыхание и сердцебиение. Ему нужен сон. Немного, хотя бы часов шесть. Шесть часов… непозволительная роскошь для охотника. Но ему именно столько требовалось, чтобы уехать завтра отсюда.
Уже была глубокая ночь, луна светила ярко и чуть желтовато. Касу с одной стороны хотелось задёрнуть шторы дабы свет не мешал ему, но было слишком красиво. Луна могла помочь ему забыться хоть на мгновение, позволяя провалиться в дрёму. А ведь быть может, что это всё было сном? Дурным веянием предсмертной агонии, его комой, которая вела к кончине. Слишком человечно мыслишь. Ангел фыркает в ответ себе, отворачиваясь от окна и подходя к кровати, возле которой горела прикроватная лампа, стоящая на небольшом столике. Временный хозяин номера протянул к лампе руку, выключая свет и готовясь ложиться, как вдруг что-то его заметно напрягло. Он чувствовал явную угрозу в свой адрес, все его органы чувств в мгновение будто закричали «спасайся, берегись, беги». Но… ангел лишь обернулся, в ужасе смотря на источник своей бешеной паники.

+1

3

Когда-то, когда он был еще Дином Винчестером, просто человеком, просто долбаным идеалистом, верящим во всю эту пафосную чухню, вроде семейного дела, братской силы, верил, что, если держаться вместе, держаться за «семью», можно свернуть горы, эта вера привела его прямиком в Ад. О, знакомство с адскими псами он точно никогда не забудет, не забудет зловонный и смрадный запах из их пастей, рычание над ухом и острые зубы, пропарывающие кожу и мягкие ткани, вгрызающиеся в плечо. И теперь он снова имеет прописку в Аду, и некоторое время назад, скука завела бывшего охотника в какую-то истинно адскую задницу (кажется, тут он раньше не бывал, да и в целом не очень похоже, чтобы здесь сновали толпы праздно шатающихся демонов), а ему даже пришлось потрудиться, чтобы потом найти оттуда выход, но результат того стоил. Тварина, которую он встретил во время обшаривания закоулков, оказалась довольно сообразительной, а еще игривой. Динмону это напоминало попытки собак погоняться за своим хвостом или покусать кого-то за пятки. Остальным – скорее попытки эти пятки отгрызть, желательно по самое колено, предварительно обслюнявив и обмазав черной дрянью. Так что какое-то время он развлекался, когда утробно урчащая зверюга лезла точить когти о королевский трон или гоняла прочих собачек и всякую демонскую шушеру. Вскоре Динмон снова заскучал. А когда он скучал, по словам Кроули, он начинал творить какую-то херню. По его же мнению, этой самой херней были всякие грандиозные планы адских преобразований и околополитическая подковерная возня.
А потом он вспомнил про Кастиэля… В конце концов, он обещал пернатому, что скоро его навестит, а Дин Винчестер не привык бросать слов на ветер, даже если от прежнего него остались только внешность, да имя. Да и сам побитый жизнью ангелочек так упорно добивался того, чтобы привлечь его внимание, просто из кожи вон лез, пытаясь убедить его, Дина, что жаждет ему помочь. А он ведь не совсем бездушная скотина (вообще-то да, еще какая, с учетом того, что от его души остались только рожки да ножки), чтобы лишать кого-то возможности набить героических шишек. Он вот уже набил, и куда это его привело? А Кас… что же, по старой памяти он готов оказать ему последнюю, маленькую услугу – так сказать, закрепить эффект и научить, что игры в спасателей и спасителей смотрятся эффектно лишь в фильмах про чуваков в разноцветных трико, с труселями поверх.
Судя по наблюдениям последней недели, Кастиэль выглядел крайне измотанным. Динмон не особо напрягался, выслеживая ангела, все же большей части охотничьих уловок и запутыванию следов, мухлежу с кредитками и документами, его учил он сам. Впрочем, тот неплохо поднаторел в этом, чтобы выйти на след и убедиться, что это именно то, что он ищет, Винчестер потратил почти неделю, прежде чем плотно сесть на хвост «птичке». Но хотя это было забавно, играть в догонялки рано или поздно ему бы наскучило.
Запрокинув голову назад, он с минуту щурится, вглядываясь в тяжелое серое небо и морщится из-за дождя, прежде чем наконец оценить обстановку и осмотреть место очередной дислокации Кастиэля. В этот раз тот выбрал какой-то особо задрипаный мотель, даже вывеска над входом была убита в хлам. Это третий раз, когда он приходит тогда, когда Кас не спит. Это пятый раз за прошедшее время, когда он приближается достаточно близко к петляющему, словно переполошившийся заяц, пернатому. Четвертый раз, когда решает прогуляться под окнами и заодно проверить, не притащил ли пернатый у себя на хвосте кого-то из своей ангельской братии. Двух раз хватило, чтобы молодые и слишком ретивые демоны усвоили – это его игра. В этот раз Дин решил, что стоит ему дать , наконец, знать, что он про него не забыл.
В свете слабенькой прикроватной лампы фигура ангела и его движения, выдававшие крайнюю степень усталости, вызывали яркие ассоциации с нахохлившейся и больной птицей. Тьма внутри разве что не облизывается, а Винчестер чуть склоняет голову на бок, разглядывая неторопливо перемещающегося ангела, и смотрит, наблюдая за маячащей напротив окна первого этажа фигурой. 
Он не удосуживается тем, чтобы постучаться, и просто переносится в номер дешевенького мотеля. И зачем человеку такие глаза? Впрочем, Кас и не был человеком, но этот взгляд… О, когда бывший небожитель резко обернулся… О, этот взгляд и тщательно сдерживаемая паника на дне голубых глаз – Динмон не может отказать себе в удовольствии и не расплыться в довольной ухмылке, даже если Кастиэль ее и не видит. Он выдерживает паузу, впитывая исходящие от пернатого эмоции.
«Правильно, Кас, смотри. Видишь? Видишь меня? Мои мысли? Ну давай я буду улыбаться, и что ты увидишь?»
- Приятель, а я уж начинал думать, что ты даже спишь в своем плаще! - словно продолжая пару секунд назад прерванный разговор, нарушает, наконец, тишину Динмон. 
[icon]https://a.radikal.ru/a26/1803/87/8fdcb50407a1.gif[/icon][nick]Deanmon Winchester[/nick]

+1

4

Не то, чтобы самые худшие кошмары сейчас воплотились наяву. Не то, чтобы явление Динмона вызвало у Кастиэля практически приступ панической атаки, а он на грани неё, поверьте. Не то, чтобы ангел не начал просчитывать ходы отступления… хотя кому мы врём, он просчитывал в процентном соотношении свои шансы выжить сегодня при том или ином манёвре. Не то, чтобы сейчас голубоглазый не начал молиться Отцу и всем ангелам о прощении и помощи. И не то, чтобы он не стал внутренне обращаться к мизерным остаткам человечности внутри существа, стоявшего напротив. Всё сразу и ничего одновременно. Кастиэль уставился на мужчину, боясь шелохнуться, хоть и отошёл обратно к окну и ухватился за его раму, будто это могло помочь ему испариться сейчас из этой западни. Хотя Винчестер, вероятно, мог бы помочь ему это сделать, попутно порезав лицо с руками и выпустив кишки. И ведь Кас сейчас не мог сделать абсолютно ничего – ни испариться, ни заточить Дина в демонскую ловушку, которую по своей дурости Кас не сделал (“хреновый ученик!” выругался сам на себя голосом Дина Кас), ни банально сбежать в машину. Зеленоглазый итак дал ему фору в три недели, за которые пернатый то уж точно мог добраться до безопасного места, однако ангелочек решил позаметать следы, как его когда-то учил Дин… Идиот. Ребёнок в плаще, не иначе. Прав был тогда охотник… Теперь же даже автомобиль его не спасёт – демон ведь может телепортироваться, в отличие от него, бывшего ангела с тысячами врагов среди своих собратьев, желавшими повесить его голову на вратах Рая в знак победы и мести над самым падшим из них всех, ведь даже Светоносного они так не ненавидели теперь, как Кастиэля.
- Что тебе нужно?- хрипло выдохнул Кас, глядя на русоволосого в упор, не считая нужным хоть как-то реагировать на замечание демона о своём внешнем виде. Лучше сразу к делу, лучше сразу в заведомо проигранную битву. Брюнет был настолько в панике, что просто пока не знал, как реагировать и какую стратегию предпринять, ведь перед ним был не какой-то там рядовой сошка Кроули. Перед ним стоял новоиспечённый Рыцарь Ада, который был сильнее практически всех представителей своего вида, который к тому же при жизни был одним из самых лучших и самых кровожадных охотников на нечисть во всех Соединённых Штатах. И он был в сотни раз опаснее, чем практически все, с кем ранее сталкивался Кастиэль, Михаил с Люцифером не в счёт. Крылатый знал, что уже проиграл, но вот только вопрос – насколько живым ему удастся выйти из сегодняшней беседы? Что намерен сейчас делать Динмон? Насколько он далеко может уйти в свои больные фантазии по преподаванию уроков для всех из своей прошлой жизни? Как долго он намерен преследовать Каса до того момента, пока ему не надоест играть в эти кошки-мышки и он просто не воспользуется шансом добить ненавистного теперь ему хранителя?
Слишком много вопросов. Слишком большая паника. Слишком ехидная ухмылка на устах некогда самого близкого существа на свете. Слишком темно. Слишком тихо. Слишком медленно стало идти время…

+1

5

В Аду было скучно. Динмон терпеть не мог скуку. Если он ничего не делал, в голову начинали пробираться различные мысли. И не все из них он жаловал. Например, когда внутри, ядовитой черной мутью мерно кипела концентрированная тоска, горечью отдававшаяся во рту, обжигающая крепким алкоголем пищевод. Чувство, от которого не уйти было ни в бытность человеком, ни в новой жизни. Если таким было это сраное обновление, если так, то нахер оно ему надо. Хотелось что-нибудь раздавить, разломать. И он отвлекался, всячески вытравливал эти ощущения и мысли. Впрочем, если они были связаны с тем, чтобы найти новый способ потрепать нервы жополизам Короля Ада, он, в принципе, не возражал.
"Ты же видишь, правда? Иначе зачем такие глаза?"
Нееет, не нужны человеку такие глаза, не человек. Вырвать бы их, глаза эти проклятущие. Вырвать, выцарапать… Что тогда? Тогда уж не отвлечешь, не проникнешь под кожу, не проникнешь в кровь взглядом своим. Хватит. Шея, вот, что не врет. Сжать ее руками, позвонок каждый под пальцами, пульс. Тогда не скроешь, тогда все можно знать. Тонкая, беззащитная. И кожа теплая, нежная. Сжать, чтобы глаза эти помутились, закатились. Сжать, а тело к стене, и за шею рукой, впиться пальцами в кадык, и он дернется. Честный.
И все же, было любопытство.  Пожалуй, капля его присутствовала. Любопытство, помноженное на охотничий азарт, постепенно накрывающий. В целом, ему даже не было необходимости следить за выражением лица и действиями пернатого - охватившие Каса эмоции ощущались столь четко и явно, что сдерживать довольный оскал не было никакого желания. Слишком соблазнительно - ощутить чужой страх, дать Тьме насытиться. Впрочем, даже видя, в каком раздрае пребывает пернатый, расслабляться себе Динмон не позволял. Отсутствие демонической ловушки - глупая оплошность со стороны бывшего небожителя, глупая, опасная, но еще не критичная. А недооценивать загнанного в угол противника, равно как и зверя, еще глупее. Бывшему охотнику на нечисть это было известно более чем хорошо. А вся эта ангельская братия та еще заноза в заднице - неудобно, болезненно, раздражающе, хоть и не смертельно.
Но ощущения ему определенно нравились. И даже первоначальное желание слегка подпалить перышки временно отошло на второй план. Он чувствовал, что наконец нашел достойную забаву, способную занять его на некоторое время. И собирарался в полной мере этим воспользоваться.
Прощай скука, здравствуй Кас.
- Не очень-то вежливо отвечать вопросом на вопрос, Кас, - Динмон улыбается почти добродушно и даже как-то расслабленно, неторопливо сокращая расстояние до насторожившегося ангела. - Я, между прочим, оказал тебе небольшую услугу. Даже безвозмездно. А ты и не заметил. А ведь тебя никто не беспокоил все это время, я прав?  Неужели не могу рассчитывать хотя бы на небольшое гостеприимство? По старой дружбе, а, Кас? - и всем своим видом выражает такое расстройство, будто пернатый без зазрения совести пришиб беззащитного щеночка.
Он останавливается в двух шагах от Кастиэля и смотрит изучающе, чуть склонив голову на бок, и вдыхая сладковатый запах страха. И ему нравится то, что он видит.Так что он все же соизволил ответить на вопрос:
- Может, поговорить? Кааас, ты не представляешь, какие они все скучные и занудные. Даже ты так не нудел со своим "я ангел Господень!" - Динмон смеется негромко, припоминая первое время их знакомства, но смех резко обрывается, а он смотрит серьезно на Каса и добавляет. - Может, ты даже был прав. Может, Она до сих пор пытается контролировать... - и это почти правда. Метка делает его, порой, слишком непредсказуемым, они одно целое, почти симбиоз. И это правда. Но чистая правда, еще не вся, а демоны любят играть словами. И на самом деле тот факт, что Кас был прав, мало что значит.
Он преодолевает последние два шага, подходя вплотную, все так же не сводя взгляда с пернатого, и кладет руку ему на плечо.
- Думаешь, я пришел, чтобы все-таки убить? - он говорит чуть насмешливо и даже удивленно приподнимает брови. - Серьезно, Кас? Три недели. Если бы это было целью, все закончилось бы еще три недели назад. Подумай еще раз, хорошенько, - пальцы барабанят по плечу и Динмон улыбается как раньше, в той жизни, и смотрит прямо в глаза. - Я хочу поговорить, Кас. Это займет не слишком много времени... - по меркам Ада, естественно. Но эту часть он намеренно опускает. Несколько секунд он еще продолжает так же смотреть, пока рука на плече смещается так, чтобы большой палец мог свободно проводить по горлу.
Надавить чуть сильнее, наклониться ближе и негромко протянуть на ухо:
- Мы ведь так и не закончили наш разговор.

[icon]https://a.radikal.ru/a26/1803/87/8fdcb50407a1.gif[/icon][nick]Deanmon Winchester[/nick]

+1

6

Ох, Дин, Дин, Дин… Ты и вправду думаешь, что Кастиэль был в состоянии следить за тем, что его никто не тронул в течение этих трёх недель, что за ним не было ни единого хвоста, что по его голову не пришли ассасины обоих миров? Ты и впрямь решил растоптать этого голубоглазого ангелочка основательно, до самой сути его бытия, добив окончательно и бесповоротно дабы и упоминания о нём не осталось? Тебе лишь бы стереть все воспоминания о прошлом, ведь в какой-то мере именно Кас отсрочил твоё становление тем, кем ты стал сейчас, за исключением Метки, хотя и это бы не стало для тебя проблемой – нашёл бы Каина, отобрал сей груз, возвысился бы надо всеми. Лишь бы поёрничать да поплясать на костях былого, не так ли?
Кастиэль чуть было не хмыкнул на слова демона о «старой дружбе» - явное издевательство над их отношениями при человеческом бытии Винчестера. Но нет, он не поддался провокации. Ему нужно было придумать план побега, быстрого, эффективного, и тогда уж действительно нестись в бункер дабы стать Сэму хоть каким-то подобием поддержки и помощи, ведь в противном случае у того не останется никого и ничего чтобы удержаться на плаву. Ох, если б брюнет мог сейчас мыслить трезво и разработать стратегию, а не стараться удержать своё дыхание и пульс в пределах нормы и не питать уж слишком яро Тьму в Динмоне… А тот как будто специально издевается.
- Ох, правда?- не удерживает колкости ангел, смотря противнику в глаза.- Неужто демоны так низко пали, что не могут развлечь тебя?- да, двусмысленно, да, он пожалеет об этом, но не сказать он почему-то… не мог. А уж поверить словам русоволосого про Метку, а Кас знал, что он сказал именно о ней, не мог серафим. Просто не мог. Слишком легко и очевидно, а Дин уж не белыми нитками был шит.
А дальше происходит то, что доставляет бывшему хранителю максимальный дискомфорт. И о да, Дин знает это, именно по этой причине он подходит вплотную к голубоглазому, настолько близко, но не остается почти пространства дышать, кладёт руку на плечо и говорит… вполне разумные вещи, однако у ангела уже рефлекс выработался излучать страх, поэтому его сердце переходит на бешеный ритм, лёгкие требуют больше воздуха, сам он косится на руку на своём плече и не знает как и куда сбежать. Поговорить… как же. Так он ему и поверил. Когда же ладонь бывшего охотника смещается к горлу крылатого, то Кас сначала старается дышать ровнее, но затем…
Мы ведь так и не закончили наш разговор.- ангел машинально хватается за руку Винчестера, в панике распахивая глаза и смотря на зеленоглазого. Он знал, к чему вёл Дин, он чувствовал это своим нутром. Он дёрнулся сначала, желая вырваться из хватки, но пальцы ещё сильней сжались на его горле, и Кас постарался пнуть Дина как можно сильнее, особенно по паху дабы тот отодвинулся, но не смог. И сейчас он осознал, что своими действиями, человеческими действиями лишь кормит демона внутри соперника. И потому он застыл, глядя в глаза Динмону, стараясь всё же разжать этот стальной хват на своей шее. Кастиэль спрашивал себя, почему он не убил его раньше? Там, в пабе, когда был такой шанс? Почему он ушёл, ведь он мог избежать всего этого сейчас?
Потому что глубоко там, внутри, за всей этой дерьмовщиной, всё ещё есть небезразличный ему человек.

+1

7

Все имеет причину и следствие, любая мелочь способна повлечь за собой череду событий, последствия которых, иной раз, не предсказать. Что было причиной, побудившей Динмона найти Кастиэля в этом задрипанном мотеле? Самая явная и очевидная причина – банальнейшая скука, вынуждающая, порой, даже демонов искать способы развеяться. А что может быть увлекательнее, чем потрепать нервы кому-то из пернатых?
Кастиэль пытался острить и язвить. Ну, как пытался? Так, на троечку. Однако, вопреки собственным ожиданиям, эти нелепые трепыхания вызывали не раздражение, а, скорее, забавляли и увернуться от попытки нанести удар, параллельно ответно прописав кулаком под ребра, было не сложно. Он бьет почти лениво, скорее для того, чтобы напомнить, кто контролирует ситуацию и лучше не зарываться.
- Предсказуемо, Кассандра, - первые слова Динмон почти пропел, чуть сильнее сжимая пальцы на шее, заставляя приподнять голову, и насмешливо глядя в глаза пернатому. – Попробуем еще раз?
Люди слишком скучны. Человеческая грязь и жалкая возня и раньше нет-нет, да и давали о себе знать. Но в бытность человеком Винчестер еще пытался трепыхаться, пытался не самоуверенным ангелочкам, возомнившим себя орудием воли Господней и бла-бла-бла, так себе доказать, что человечество чего-то да стоит. Куда это привело? Правильно, в Ад. А люди скучные. Демоны? В какой-то степени, дохленькая попытка Каса съязвить оказалась верной. Один только вид черноглазых уродцев вызывал в бывшем охотнике одно простое желание – прикончить любым, желательно наиболее мучительным, способом. Но Кроули бдел и чуть заприметив неладное подсовывал ему под нос кого-то из себе неугодных и самым зануднейшим образом заливал о том, что потрошить всех направо и налево только от нечего делать, это не серьезно. И вообще, в бизнесе так дела не делаются. Динмону, конечно, не впадлу. Но и быть цепной собакой королька и только по команде «фас» кидаться ему ни разу не вперилось. Что он Кроули и сообщил в привычной уже манере.
- У тебя была масса возможностей, Кас. Просто чертова, мать их, уйма возможностей свалить подальше, куда-нибудь. Не знаю, в бункер, к Сэмми. И почистить там перышки, разработать очередной идиотский план… - он говорит так, будто ангел ужасно его разочаровал, расстроил и подвел, будто ему жаль. Очень. Ужасно жаль, и он бы с удовольствием всего этого избежал. – А вместо этого? Вместо этого ты решил осесть здесь, и даже не сделал попытки хоть как-то замести следы. Серьезно? И вот этому мы тебя учили? – на этот раз он хватает обеими руками его за ворот, встряхивает и, отступив в сторону от окна, дернув следом за собой пернатого, от души прикладывает его об стену, при этом почти поднимая над полом. Раз, другой – чтобы уже сделал хоть что-то, но не напоминал бледную и осунувшуюся тень себя прежнего. Эмоции были, но они лишь раззадоривали оголодавшую Тьму – в них было все, кроме самого главного. Больше остро пахнущей паники, больше кисло-сладкого страха или горчащего разочарования, больше холодной и пресной тоски ему нужна была злость. Та самая злость, придававшая особый привкус всему этому коктейлю во время их последней встречи.
- Зачем ты остался, зачем задержался, Кас? – Винчестер выпускает из пальцев ткань нелепого и такого же помятого, как и сам ангел, халата и поправляет ворот собственной рубашки, мысленно отсчитывая время. И с какой-то странной радостью встречает созревшую попытку дать отпор и даже отступает на пару шагов, уклоняясь, но все же пропуская один из ударов. И все же, возвращаясь к причинам, побудившим бывшего охотника разыскать Каса… В одной ли скуке было дело? Иначе ведь сошел бы любой другой. Но Динмон искал именно его. Он бьет в солнечное сплетение, заставляя пошатнуться, и не давая отойти дальше от стены.
- Так вот, как я и сказал, - снова рука на шее и биение пульса под кожей и, на этот раз, он не пытается сдерживать инстинкты, а глаза наливаются чернотой. И позволяет тому черному голоду, что постоянно был с ним благодаря Метке, взять верх. Почти. Человеческая память сохранила некоторые ощущения – эти эмоции текут по венам, закипая, застилая взгляд багряным туманом. – Мы не закончили наш разговор, - Динмон довольно и весело ухмыляется, и щелкает пальцами свободной руки, перенося их, наконец, из опостылевшего номера мотеля.
- Добро пожаловать в Ад, Кас.

[icon]https://a.radikal.ru/a26/1803/87/8fdcb50407a1.gif[/icon][nick]Deanmon Winchester[/nick]

Отредактировано Dean Winchester (02-10-2018 01:00:01)

+1

8

Динмон задавал вполне логичные вопросы. Ведь действительно, почему Кастиэль настолько медлил, почему Кастиэль так хреново заметал следы, почему сразу же не сбежал к Сэмюэлю? Это не требовало задержки в три недели, определённо. И Кас, хоть и не хотел, но осознавал, что он обманывал сам себя мнимой безопасностью и попыткой сбить со следа, врал сам себе относительно истинных мотивов. Он, видимо, мазохист, который только и ждал возможности вновь выйти на старшего Винчестера, снова с ним вести диалог. Он, похоже, зависим от необходимости быть где-то неподалёку и следить либо выходить на связь с этим существом, даже если тот человек, которого он знал и которого вытащил из гиены огненной, пал и стал тем, чего никогда не хотел, но что было его с одной стороны логичным завершением. Кастиэль сам привёл всё к тому, чтобы Динмон нашёл его в этом задрипаном номере паршивого мотеля, сжал его шею в стальном хвате до такой степени, что чуть не сломал ангелу шейные позвонки. И на что рассчитывал пернатый, давая те хлипкие пинки? Всё вело к случившемуся, пусть Кастиэль и искренне испугался в начале.
- Ты сам знаешь ответ,- хрипло кое-как произнёс крылатый, посмотрев в черноту перед собой, что застилала некогда невероятно прекрасные зелёные глаза охотника за нечистью и борца с Апокалипсисами всех мастей. Смысла сопротивляться уже не было, не было нужды кричать и молить о пощаде и спасении. Ему оставалось лишь принимать те последствия, с которыми он столкнулся от своих глупых, ребячьих и необдуманных действий. Когда-то давно он был одним из лучших солдат Небесного гарнизона с потрясающими тактиками и стратегиями, его любили и уважали его братья. Но стоило ему дотронуться до человеческой души – и он пал, в ту же минуту, только никто тогда до конца этого не знал и не осознавал. Теперь же, похоже, пришёл его финальный час принять своё поражение.
В то мгновение, когда Динмон утащил его в само пекло, Кастиэль даже не шелохнулся. Он просто застыл в ужасе от накативших ощущений, пусть и отчасти знакомых: боль, страх, запах горящей плоти, отчаяние, оглушающие нечеловеческие крики, мольба о прощении, ненависть, горе, гнев. Всё это в момент начало разрывать всё его существо на части, а ощущение этого бешеного жара гигантской огненной печи зажаривало заживо то, что пыталось воссоединиться обратно. Очутиться в Аду серафимом – одна из худших пыток, пусть он и был павшим и отрезанным от Небес. Он всё ещё имел эту маленькую божественную искру, которая сейчас тлела, не в силах спасти своего носителя от обрушившегося на него осознания той точки, в которую попал. И когда голубые глаза весселя расширились в полнейшем ужасе и панике, на губах его противника расцвел тот самый жуткий демонический оскал наслаждения от победы.
О нет, Кастиэль не мог злиться. Больше это чувство не могло его полностью подпитать дабы дать возможность драться, уйти, победить. Он не мог больше это испытать, он лишь падал глубже и глубже в уныние и печаль, которым не находилось правдоподобного описания в виду их невероятных размеров. Если бы ангел мог, он бы кричал на всех мощностях, он бы плакал и бился в тотальной агонии и пытался разорвать свою плоть и вынуть сердце, лишь бы не ощущать этого необъятного чувства, которое теперь сжирало его изнутри. Он не мог больше продолжать бороться, лишь ухватился обеими руками за хватку Винчестера на своём горле как за единственную константу, удерживающую его от окончательного краха, хоть он и знал, знал, что именно этот Рыцарь Ада его сейчас и уничтожит. Положит конец прошлому, пусть позднее он и пожалеет об этом. И именно по этой причине всё, что мог Кастиэль – это смотреть в затянутые чёрной пеленой глаза напротив.

+1

9

Человеческая память сохранила ощущения и знания. И потому он ждал от Кастиэля чего угодно: очередной попытки пернатого достучаться до того, что еще могло остаться от старого Винчестера, которым он был в прошлой жизни; праведного гнева и злости по отношению к той адской твари, которой он стал; нового удара, попыток отцепить руки от шеи, увещеваний, гребаных проповедей (в духе старого-доброго Каса). Даже то, как сейчас тот реагировал, было ожидаемо. Ожидаемо, но… Но это было несколько не то, не достаточно. Нет, это было совершенно не то, чего Динмон хотел. Дьявол! Он, вообще-то, вполне искренне полагал, что пернатый сильнее, крепче. Да, он пал. Да, будучи падшим серафимом он, в конечном итоге, оказался слабее, чем был до того, как получил свое ангельское повышение, но разве прежде это его останавливало? А сейчас он вдруг решил лишить Динмона возможности развлечься – опять скука, предсказуемость, все то, что и побудило бывшего охотника навестить-таки Кастиэля в том мотеле… Черное, голодное, недовольное – глухо заворчало и заворочалось где-то внутри. Мало.
Тьме мало, не хватает, чтобы насытиться, а запах – запах разочарования, тоски, боли и сожаления дразнит, затягивает, но остается лишь запахом. Навязчивым, дразнящим, но это как гамбургер без мяса. Херня, а не гамбургер, говоря проще. И его такой расклад не устраивал.
Динмон с усмешкой покосился на пальцы, вцепившиеся в его руку на шее, и снова посмотрел на Кастиэля, негромко хмыкнув. Наконец, выждав некоторое время, он все же откликнулся на слова пернатого о причинах, приведших к сложившейся ситуации:
- Знаю, - смысла молчать он тоже не видел, не теперь и не сейчас. На пару мгновений Динмон немного сильнее сжал руку на шее Кастиэля, ощущая биение пульса под кожей, и резко ослабил хватку. – Я много чего знаю, Кас. Знаю, о чем ты думаешь и о чем стараешься не думать, о чем ты сожалеешь и чего желаешь.
Кастиэль испортил ему все веселье. Проще всего было бы взять и прикончить ангелочка, смотрящего на него этими своими неземными глазищами, этим всепонимающим и вечно всепрощающим взглядом, который наждачкой скреб по чему-то внутри, по чему-то, что еще не до конца прогнило, осталось хлипким, бледным отголоском того, кем он когда-то был; что-то, что хотело, чтобы Сэм и Кас оставили все как есть, не лезли, не искали встречи, не строили из себя гребаных Чипа и Дейла... Потому что спасать уже нечего и некого, потому что он этого не заслужил, потому что быть человеком у него не слишком хорошо получалось, а теперь все стало в разы проще. И отправиться в какой-нибудь бар, хорошенько там надравшись. Проще, но проблему скуки это никак не решило бы.
- Знаю все-е-е, что творится в твоей ангельской голове, и знаю этот взгляд, - Тьма голодно клокотала и облизывалась, раззадоренная, но не способная удовлетворить свою потребность поглощать все до последней крохи. Она рвалась, скреблась и грызла изнутри, желая вырваться на свободу и всласть порезвиться, разрушая и пожирая; или заляпать, испачкать, затушить до сих пор раздражающе-яркое и абсолютно чуждое для этого места, то, что составляло саму ангельскую суть.
- Я знаю, чего ты ждешь, приятель. Но знаешь, что? – он придвинулся максимально близко, пристально глядя в глаза напротив. Пальцы мягко, почти невесомо погладили шею, чтобы через пару мгновений скользнуть на затылок и зарыться в волосы.
- Это. Будет. Слишком. Просто, - низко, тихо, смакуя каждое слово, и в паузы между ними проводя носом вдоль шеи, вдыхая дразнящий запах. – Мне нравится, как ты пахнешь – когда нервничаешь или злишься, как ты начинаешь быстрее дышать и как расширяются твои зрачки, когда ты паникуешь. Это охренительно, знаешь. Но чего-то не хватает.
Пожалуй, то, что отражалось в этих глазах – слишком синих, слишком ярких для человека – могло бы немного исправить ситуацию со скукой. В конце концов, то, что он задумывал еще во время их последней встречи в баре, можно и немного подкорректировать. А играть можно по-разному.

[icon]https://a.radikal.ru/a26/1803/87/8fdcb50407a1.gif[/icon][nick]Deanmon Winchester[/nick]

+1

10

Пространство вокруг давило, пожирало суть серафима, поглощая полностью и без остатка. Ему, павшему, не хватало сил сопротивляться, у него не было необходимой защиты, как тогда, когда он прорывался в глубь Ада за спасением одной человеческой души ради остановки Апокалипсиса. И пусть он тогда не успел, но он смог пережить эту атаку не так болезненно, как сейчас. Ад утягивал за собой в кромешную тьму и смерть со своим запахом гнили, вони серы, ощущением безвыходности и безвольности. Кастиэль и не знал, насколько он на самом деле был слаб и насколько стал человеком, пока его не утащили в эту бездну. Он тонул в том, что его окружило, он начал терять связь с реальностью и своим положением, боль начала полностью поглощать его саму суть, он тлел и понимал, что выбраться возможности нет. Он здесь, в железных тисках Смерти, сжавших ему горло, еле удерживающих его в хоть каком-то состоянии на плаву. И этот голос. Голос существа, некогда бывшего для ангела самым дорогим созданием всего Юнивёрсума, за жизнь и спасение которого он был готов отдать всего себя. Голос, который теперь добивал, уничтожал, хоронил заживо, в то же время удивительным образом заставляя струны его нутра вибрировать в ответ, а остатки его самосознания и самоощущения перенастраиваться на этот тембр чтобы внимать. Голос, обратившим на себя всё внимание одного из детей Божьих, ведь в этом и была его константа. Вот только что этот голос говорил?
- Знаю, о чем ты думаешь и о чем стараешься не думать, о чем ты сожалеешь и чего желаешь.- сердце пропускает удар. – Знаю все-е-е, что творится в твоей ангельской голове, и знаю этот взгляд. – Кас знает это, неважно откуда, просто… знает. – Я знаю, чего ты ждешь, приятель. Но знаешь, что? Это. Будет. Слишком. Просто, - Кастиэль ощущает, с каким забвением Динмон вдыхает ароматы с кожи шеи бывшего хранителя. Он чувствует, как рука в его тёмной шевелюре сжимается от удовольствия, стоит ещё раз провести носом в той области. Он чувствует клокочущую Тьму внутри Винчестера, которая ненасытна и никогда не насытится. Сдержать её невозможно, обуздать – тем более, остановить – лишь убив вместе с носителем. Но Кастиэль не сможет этого сделать. Никогда.
- Чего ты хочешь? - хрипит брюнет, смотря на Дина. – Мольбы о пощаде? Мольбы о смерти? Ненависти в ответ иль злости праведной? – Кас заглянул в зелень перед собой. – Чего желаешь ты мне, скажи? Я дам всё, на что способен буду. Я отдам, знаешь ведь ты истину сию. Спасти раз не в силах я, так умру, остановить тебя если это окажется по силам. Скажи лишь, чего желаешь ты. – он не заметил сам, как заговорил по памяти былой, не понял сам с чего вдруг произнёс то, что вышло. Он знал лишь, что он был в отчаянии, что к чему-то это приведёт, что сможет вдруг разгадать замысел Рыцаря Ада и может даже сможет уйти живым. Если ему повезёт.

+1

11

Динмон смеётся. Громко, радостно-зло, самозабвенно. Сказать? Ох, право слово, этот конкретный пернатый не устает его развлекать, радовать и раздражать, и невероятным образом делать это одномоментно.  Потрясающий в своей несовместимости коктейль, столь очаровательный на вкус.  Но этого все ещё мало. Настроение у бывшего охотника менялось стремительно. Кажется, на этот счёт Кроули тоже что-то говорил. И даже давал ехидную характеристику его нынешнему состоянию. Ни дать, ни взять - адский диванный психолог.
- Сказать, Кас? - он щурится, глядя на пернатого, и, перехватив руками поудобнее за отвороты плаща, приподнимает его над полом, прикладывая спиной об стену.
Не то. Раздражает. Бесит. Не достаточно. Пресно. Слишком предсказуемая реакция. Динмон знает это, потому что Дин знал, что ангел умеет иначе, умеет удивлять, умеет быть другим даже почти лишившись этой своей благодати. А ещё он знает, что тот может бороться. Биться до конца за то, что считает верным и правильным, потому что это Кас. Потому что он уже давно полноценный Винчестер, а в их сумасшедшей семейке это умение и стремление развито на максимум. Даже в самой безвыходной ситуации они пытаются найти где-нибудь грёбаный выход и, наплевав на последствия, скакать по любимым граблям.  Поэтому он и хотел, чтобы Кастиэль и Сэм держались от него подальше.
- Сказать? - он фыркает и вкрадчиво интересуется:
- А что, если я скажу, что хочу вырвать тебе глаза? Знаешь, Кас, это нереально бесит, этот вот щенячий взгляд. Нихера это не работает, ясно?! - он улыбается и, глядя в эти слишком синие для человека глаза, якобы задумчиво тянет. - Впрочем, тебя ведь это не пугает, да, Кас? Я смотрю, ты о сохранности своей ангельской задницы совсем не беспокоишься - притащился один, без плана, без оружия, собрался вести переговоры с демоном, - намекая на их последнюю встречу в баре, перечисляет Динмон, почти бережно ставя пернатого на пол, и одной рукой притягивает его к себе, склоняясь к лицу. Динмону хочется услышать звук ломающихся костей; не это бессмысленное лепетание и даже не крик, а обессиленный стон; увидеть, как расширяются зрачки - не от страха, но от боли, как мутнеет чертова синева и закатываются глаза. Чтобы не смотрел. Не смел смотреть с этим гребаным всепрощение и блядской лживой покорностью. Он уже по горло сыт всей этой брехней. Но Тьме нужно не только это, нужно нечто иное. И он, едва не скрипя зубами, пока отступает. С ней нельзя спорить, это ясно даже такому неуравновешенному типу, как он.  - Нет, не с демоном, со мной. Скажи, это Сэмми тебя надоумил или ты сам решил таким нелепым образом самоубиться? Ты ведь понимаешь, должен был понимать, что если это план Сэма, то ему, в принципе, насрать, что было бы с тобой. Получилось - хорошо, не вышло - ну что поделать, не очень он на тебя и расчитывал, - голос обманчиво-ласковый. Он говорит терпеливо, словно объясняя прописные истины неразумному дитю - не пихай пальцы в розетку, не играй со спичками,  не подбирай и не ешь то, что упало. - Он никогда, никогда, Кас, не считал тебя частью нашей семьи. Посмотри на себя, Кас - потрёпанный, растерявший добрую часть своих способностей, наживший себе уйму врагов, предавший своих ангельских братьев, водивший дружбу с демонами, - Винчестер пристально смотрит пернатому в глаза и, словно сочувствующе, интересуется:
- Кому ты нужен, а, Кас? Какой от тебя прок? Ты просто младенец в плаще, который не в состоянии о себе позаботиться, - и насмешливо добавляет, смакуя каждое слово, проговаривая на выдохе в губы, будто намереваясь поцеловать. - Спрашиваешь, чего я хочу? А что, если я скажу, что хочу чтобы мы сейчас отправились в какой-нибудь миленький и тихий городок и хорошенько там повеселились? Точнее, веселиться буду я, а ты не будешь мне мешать. А потом мы навестим Сэмми и популярно ему объясним, что пора завязывать. Ну а если он не согласится, а он не согласится... - он выдерживает театральную паузу и добавляет, довольно скалясь, словно молодая акула. - ты, Кас, сам его прикончишь. Что, если я хочу этого?
Динмон отступает на шаг, разрывая эту пародию на объятия, и с лёгким интересом поглядывает на пернатого, ожидая реакции.

[icon]https://a.radikal.ru/a26/1803/87/8fdcb50407a1.gif[/icon][nick]Deanmon Winchester[/nick]

+1

12

Он начинал понимать, что пребывает в нескончаемой агонии, что его нутро было готово подвести своего хозяина и разлететься на миллионы частиц в любое мгновение, лишь бы избежать всего этого ощущения неправильности и боли, в которых он пребывал. Он желал сбежать отсюда на подкашивающихся не держащих его совершенно ногах, перенестись наверх, на Землю, к людям, лишь бы подальше от этого ужаса и давления. Брюнет понимал, что если их разговор продолжится здесь, то ангел точно бесповоротно рухнет и, скорее всего, умрёт в лучшем случае, в худшем – сойдёт с ума, и далеко не так, как когда в его голове «был Люцифер». Как он желал унестись, спрятаться, прорыть себе зубами выход из этого ужасного места, но кто бы его отпустил. Благодать его лишь где-то у Метатрона, союзников для помощи у него нет, Кроули также не позовёшь, да и как он вообще смог о нём подумать вновь. Кастиил застрял тут, в тисках Динмона, в которые попал по своей же наивности и глупости. Или не застрял он вовсе?
А что, если я скажу, что хочу вырвать тебе глаза? Знаешь, Кас, это нереально бесит, этот вот щенячий взгляд. Нихера это не работает, ясно?! — слышит он, видя лишь глаза напротив. — Впрочем, тебя ведь это не пугает, да, Кас? Я смотрю, ты о сохранности своей ангельской задницы совсем не беспокоишься — притащился один, без плана, без оружия, собрался вести переговоры с демоном, —его переместили, более его весселем не подпирая стены, но теперь он был прижат к телу бывшего охотника, и ему не давали опустить голову, заставляли смотреть в себя, смотреть и понимать, что от души с каждым мгновением там оставалось всё меньше и меньше, что дрянь полностью поглощала всё человеческое внутри своего носителя, что время уходит безвозвратно, но тем не менее за всем этим осталось ещё что-то, что их связывало, тончайшая нить, которая их сцепила до самой кончины любого из них, а может даже и после этого. И это всё мешало Кастиэлю даже попытаться трезво обдумать его положение, в то же время позволяя ему сфокусироваться на этом мужском баритоне. — Скажи, это Сэмми тебя надоумил или ты сам решил таким нелепым образом самоубиться? — слышит серафим и не понимает, какое дело Рыцарю Ада до этого вопроса, если только он не желает сломить бывшего хранителя ещё больше, что тот и доказывает. — Посмотри на себя, Кас — потрёпанный, растерявший добрую часть своих способностей, наживший себе уйму врагов, предавший своих ангельских братьев, водивший дружбу с демонами. — Винчестер говорил, желая надавить на больное, спровоцировать, а Кас только и понимал, как хочет прикоснуться к нему и просто попросить замолчать. «Это же не по-настоящему, это всё кошмар, это просто жуткая игра и не более».  — Кому ты нужен, а, Кас? Какой от тебя прок? Ты просто младенец в плаще, который не в состоянии о себе позаботиться, — а Кас был готов тянуться за ним, прижаться сильнее в желании укрыться и плакать, просить о пощаде, просить спасти его и спастись самому. «Тебе. Я был нужен тебе. Ты молился мне, звал, просил о помощи. Даже сверженный, я был тебе нужен.» И пусть самым краем сознания брюнет понимал, что сейчас он ведёт себя как человек, он не мог остановиться. Что это, стокгольмский синдром? Зависимость? Нежелание терять? Что его охватывало в эти минуты отчаяния, горя, боли, в эти считанные моменты ощущения хоррора внутри и снаружи? Защитный механизм? А Динмон всё говорил и говорил, о маленьком городке, где тот будет делать всё что захочет, а Кас будет наблюдать, о том что затем будет Сэмюэль, и что Кастиэлю нужно будет убить его самому, ведь этого желает сам бывший охотник.
А затем его отпустили, оставив один на один с этими чувствами, и наблюдали с ехидством со стороны. Кас еле успел ухватиться за подобие стены позади себя дабы не упасть. У него был малюсенький шанс обдумать всё, что только что произошло, стоило лишь попытаться абстрагироваться от Ада вокруг, на что ему пришлось приложить уйму сил, ведь голос больше не звучал, у него не было фокуса и справляться необходимо было самому. И в эти краткие мгновения он понял, что по факту находится в ловушке, что выбраться, даже попытаться высвободиться иным путём у него не выйдет. Но что более важно – у него нет иного выхода попытаться спасти Дина. Что настал момент, когда он действительно пойдёт на всё ради этого человека, который не хотел возвращаться к боли и вине и отчаянию человеческой жизни. Он отдаст всего себя, даже если придётся пожертвовать своим существованием, он сгорит до тла, но вернёт Дину его человечность, ведь это было самое прекрасное, что у того когда-либо присутствовало. Он абсолютно эгоистично, до самой последней клетки внутри своей оболочки и до малейшей частицы своей сути любит Дина, и ради этой светлой души сделает всё, даже причинив при этом неимоверное количество боли тому. Лишь бы тот мог любить в ответ, лишь бы тот мог показать это своему брату, лишь бы он смог попасть в Рай, которого заслуживает. И именно это осознание, осознание своей всепоглощающей любви к человеку, позволило Касу без сомнений распрямиться, посмотреть в этот зелёный омут, сделать шаг вперёд, обхватить лицо Динмона своими ладонями и сказать. — Тогда я согласен. Только…- запнулся пернатый, понимая, что носитель Метки может неверно истолковать его слова. Хотя… к чёрту. Терять уже нечего.- при условии, что ты вначале поможешь вернуть мою благодать.

0


Вы здесь » TimeCross » family business [внутрифандомное] » Tell me, birdy...