capt. jack harkness michael amelia pond
wade wilson kate bishop oberyn martell
Страх спасал, заставляя идти даже когда ноги подгибались и казались ватными.
— Послушайте! Я не враг!
После удара электро-дубинкой под колени, Бодхи неуклюже накренился и, без возможности выставить перед собой скованные за спиной руки, упал лицом прямиком в вездесущий песок Джедды. В носу что-то неприятно хрустнуло. Рот сам собой открылся, вместо воздуха ловя губами мелкую крошку.
— Со, мы нашли его в пустыне.
Читать дальше

Дорогие Таймовцы!

28.12.17 Мы поменяли дизайн! Внезапно, но почему бы и нет? Вопросы и предложения как всегда в тему тему АМС.
23.10.17 Все уже заметили некоторые проблемы, но сервер rusff и mybb их решает, сроков пока не сказали.
25-26.09.17 Нашему форуму целый год, поэтому вот тут раздают подарки и это еще не все, вот здесь специальный выпуск, а упрощенные прием для всех мы объявляем на целый месяц!
24.08.17 Внесены корректировки в правила взятия вторых ролей и смены предыдущих, поэтому просим ознакомится с ними в соответствующей теме
27.07.17 Совершенно внезапно и полностью ожидаемо у нас запускаются челленджи!
12.07.17 Все помнят фееричный день падения rusff'а? Так вот падения продолжаются, наверняка у кого-то из вас что-то до сих пор не работает и не показывает. Если да, принесите это нам в тему АМС, желательно со скринами и указанием вашего браузера. Спасибо!
Дорогие партнеры, у вас может не работать кнопка PR'а.
Логин: New Timeline - Пароль: 7777

faqважное от амсролигостеваянужныехотим видетьхочу каступрощенный приемуход и отсутствиевопросы к АМСманипуляция эпизодамибанкнужные в таблицуТайм-on-line

TimeCross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » TimeCross » family business [внутрифандомное] » не надо меня узнавать


не надо меня узнавать

Сообщений 1 страница 30 из 37

1

НЕ НАДО МЕНЯ УЗНАВАТЬ
Я хотел домой, но я хочу подальше
Люди думают, что все, что есть - подаришь им
Все от чуть ли незнакомых тебе родственников
До еле известных тебе барышень

•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

http://funkyimg.com/i/2ATFG.png

OZZIE - XO

УЧАСТНИКИ

ВРЕМЯ И МЕСТО

Scorpius Malfoy, Cain Burke

лето 2026, магический Лондон

АННОТАЦИЯ

У птиц слишком плотный график,
Принц не впишется в их трафик,
Да ну его на фиг.

•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

Отредактировано Cain Burke (15-01-2018 21:53:26)

+1

2

Магический Лондон. Такой томный, голодный и на все готовый. Люди в переполохе, и мир волшебников так походит на магловскую природу. Пара ботинок по лужам задергивает капли на брюки. Пасмурность темнеет, переходя в ночное время суток, настроение не становится лучше. Глаза закатываются в синяки, сейчас бы вспомнить - какого иметь здоровый сон. Кто-то скажет, мол, меньше кури. Сигарета летит вниз. Но блондин с улыбкой рассказчика просто приоткроет двери своего дома и покажет, какое кабаре там нынче творится. Как тут меньше не курить. Лужа тушит фильтр. Парень с космическим наименованием знает, где достать лучшие травы. Накарябал себе новых рецептов - чего только не найдешь в интернетах. Собирается опробовать все постепенно, от планерки до импровизаций. Не любит это место, волшебники здесь оглядывались на отблеск его наполовину сбритой головы. Носил очки, но те не скрывали полные черты лица. Сколько не будет жить - все равно не поймет до конца, какого хрена ему надо отдуваться за грехи отца в лице общественного мнения. Еще бы кто объяснил до конца, чем тот не угодил. Вокруг слишком много разных версий от «он был мерзким папенькиным сынком» до «он убил директора Хогвартса». А его сын, Скорпиус, аккурат шагающий в Лютном переулке, знает лишь мужчину, что трепетно любит свою жену и желает сыну расти в лучшем мире. Несмотря на провокации более старых предков. И где правда?
Простуженный вечер как-то не очень. Малфой заворачивает, услышав неподалеку громкие разговоры. Не любил в одиночку гулять по таким местам. Сейчас он - редкая порода. И, увы, это уже не добавляет ему элитарности. Никто не верит чистокровкам, даже если те воспитывались максимально толерантно. Махнулись местами с маглорожденными, что было б смешно, если б бывшая элитка не грустила. Сколько было судебных и самосудных в их мире - не счесть. Сколько прилетало самому Скорпиусу в подворотнях - всегда отделывался малой кровью, но сам факт позитива не добавлял. Приходится ходить на цыпочках, оборачиваясь по сторонам. Не стучать перед входом в лавку, а просто заходить в наглую, оповещая всех громогласным звоном дверного колокольчика.
Натягивает очки выше на голову. Протирает глаза. Шмыгает носом. Лавка артефактов кажется пустой, и Скорпиус ныряет вглубь ее ассортимента. Чего тут только не было, и все настолько непонятное, что напоминает барахолку. Лютный переулок так и остался таким, как его создали еще до рождения Скорпиуса и даже его отца. Никому нет дела до темной части магического мира, налоги не идут на благоустройство местных двориков. Да местным бедолагам все равно. Тонкие пальцы осматривают какие-то висящие финтифлюшки. Отпускают, те шуршат на импульсе. Выглядывает продавца, чтоб тот проконсультировал, но тщетно. Поэтому сам ищет необходимое, заодно читает об иных здешних диковинах. Авось пригодятся. А ведь не хотел идти сюда изначально, да нигде не продавались особые препараты. Помнит настояние родителей не общаться с семейством лавочников. Помнит разговор с одним из Берков незадолго до смерти матери. Вертит в руках монетку, готовую к оплате, хотя еще и товар не выбран. Голову наклоняет к некой руке в заспиртованной банке. Жесть. Тянет пальцы, чтоб прикоснуться к стеклу, как голос сзади заставляет вздрогнуть. Очки едва не упали на нос. Оборачивается, а за спиной узкоглазый лавочник шутки свои штампует со скуки видимо. Скорпиус тоже шутки любит, особенно когда жизнь вокруг максимально скучная.
- Я за африканскими травками, - переходит к делу, протягивает листок со списком, все еще вертит монетку манерными пальцами. Отворачивает взгляд на руку. Показалось? Или она все же дернулась? Может, показывала фак лавочнику? - Что это за хрень? - спрашивает на всякий. Рука даже не подписана, бесценная вещь. Зачем держать такую в магазине? Хотя в Лютном многое использовалось чисто для устрашения.
Проходит к импровизированной кассе. В магазине все такое старое и обветшалое. Хочется чихать от слоя грязи. Здесь бы ремонт зафигачить - и сразу у местных будет больше поводов для радости. А так пол под ногами скрипит, все кажется ржавым и неустойчивым. Однако руки в гравировках упаковывают отменный товар. Скорпиус за метр чувствует пряные запахи. Вдыхает осторожно-медленно. Натыкается на логичный вопрос, глаза исподлобья ставит внимательно на оппонента.
- Наркотики не мучу, - врет он. - Лишь легкие успокоительные. Я - врач, - улыбнулся мимолетно, оценивая, на сколько его вранье было принято за чистую монету. Всматривается в контуры лица и понимает, что перед ним не просто продавец. - Ты же Берк? - уточняет исход сегодняшнего дня. Не нравится ответ. Морщит нос недолго, переводит взгляд на ассортимент продуктов. Не своровать ли чего по пути, да все здесь кажется максимально бесполезным. Тыкает в телефон, пока ждет завершения неспешных движений. Ничего интересного. И мысли возвращают в воспоминания того, что это за человек. Черт. Именно этого хотелось избежать. Тяжело выдыхает. Так и хочется спросить - скоро? На самом деле так и хочется спросить - какого хуя? Комок пересушил горло, поэтому Малфой ведет себя как исключительный джентльмен. Несмотря на семейные обиды. Может, он не знает эту историю полностью. Как не знает полностью миллионы историй своей семьи. Однако врачеватель понимает, что если жизнь чьей-то чужой матери зависела б от его действий - он хотя бы попытался что-то предпринять. Поэтому ему не нравится это нахальная якутская морда. Ему не нравятся эти вытатуированные руки, что не смогли спасти его самого дорогого человека. Ему не нравится самодовольная улыбка похуизма. Ему просто не нравится Берк. И он спешит забрать травы.

0

3

Лондон казался ему душным и тесным городом. Пристанище эмигрантов, беженцев любой чистоты крови, кафе-мороженое на пересечении Косого и Лютного переулка. Романтика дворов и кварталов, Берк так часто терял себя в текстурах этих мощёных грязным кирпичом улиц. Возможно, грязными они стали от времени и никому ненужной уборки, с таким-то климатом себе дороже горбатиться ради благоустройства города. Он был пьян, накурен, под веществами всяко разными, бродил один или с кем-то, дрался и капал кровью на редкие сугробы - и это не все воспоминания, связанные с магическими улицами родного Лондона.
Насколько родного? Каин с трудом считал себя англичанином, и полжизни себя относил, скорее, к азиатской элитке, к которой принадлежала его мать, чем к хмурым и холодным британцам, занимающихся не совсем легальной торговлей. Сложно метаться меж двух огней, а иметь проблемы с национальным самоопределением - вдвойне хуже. Уезжал подальше от дома, слонялся по Африке, где все такие же непонятные и странненькие. В надежде, что на новом месте лучше удастся понять, к чему лежит душа и куда тянет сердце. Всё это, возможно, только проблемы воспитания, да и только. Винить родителей? Не, не тот повод. Поствоенное время - для воспитания детей не иначе как потерянного поколения. Да и похер. Человек приспосабливается ко всему. Истина, которая на поверхности.
Семейное дело неожиданно стало иметь значение. Реализация талантов и знаний, собираемых годами. Возможность применения на практике. Заработок. Какая-то цель, которой раньше не было в принципе. Вывел бизнес на новый уровень, задал относительно новый формат бизнеса под стать двадцать первому веку. Консервативный старик Борджин просрал бы всё не сегодня, так завтра, а из дочки его вышел неплохой бухгалтер, нежели предприниматель и торгаш. Странно они чередовались поколениями.
Заказ на африканские травки, конечно же, лечебные, поступил ещё недели полторы назад. Берк принял список от своего менеджера лавки артефактов, пускай формально тот не числился никем, но по сути - делал всё, что требовалось и даже не требовалось для рядового консультанта. Весьма удивился, перечитав список ещё раз. И ещё раз, чтобы прогнать в памяти ареал распространения ингредиентов. Некоторые достать было легко, но ради парочки придётся рисковать, ведь так просто их через границы не переправить. Вроде как запрещены в некоторых странах. В магической Англии точно, в обычной - не очень. Через маггловскую Англию и переправит, значит.
И когда колокольчик оповещает о госте, Берк не спешит выходить по первому зову. Услужливость оставьте кафетериям, а здесь - совсем другие игры. Он осторожно поглядывает из-за шторки, незаметно наблюдая за происходящим. Изучает клиента со сторон. Видит здесь первый раз. Почти уверен, что видел его раньше - такое лицо и волосы не забываются просто так. Хотя не сразу сопоставляет детали. Тихой поступью выходит за прилавок, сливаясь контрастами с интерьером. Любил всё тёмное. А малыш наворачивает круги с интересом первокурсника, смотрит на товары, пока не останавливается на руке в банке. Каин до последнего держит смех от этой мимики даже сквозь очки. Ссыкливо, но с интересом тянет пальцы к банке.
- Гав! - рявкает Берк, пугая блондина. Заходится тихим смехом от того, как смешно тот дёргается и едва не задевает прилавок. - Ну давай, разнеси тут всё... - с неприкрытой иронией продолжает Берк, но без желания обидеть. Угарает по-доброму. Очень смешно же, ну. - Это рука. - Резонно отвечает Берк, избегая полного ответа на вопрос. Стебётся? Ну немножко. Бывает хамоват по-интеллигентному, вот прямо как сейчас. - Родители не учили не совать пальцы куда не надо? Один такой дотыкался. - И кивнул в сторону руки.
А этот, оказывается, за травками. Ну да, точно. Берк что-то помнит об описании клиента. Всматривается в знакомые черты лица. Он в очках, хотя в помещении достаточно темно и мрачно. Каин достаёт мешочек из-под прилавка, разворачивает его на глазах покупателя.
- Принимаешь? - с прищуром спрашивает Каин, недоверчиво глядя на гостя. Слишком маленьким выглядит. Хотя явно совершеннолетний. Но за такими травами просто так не суются. Особенно врачи. Серьёзно? Каин вскидывает брови слегка удивлённо. Ладно, пусть врач. Каину до этого нет никакого дела. Зато светленькому, видимо, интересно.
Так осторожно спросил, будто от этого чья-то жизнь зависит. Впрочем... резонное основание, хотя тема немного устарела. Каина начинает раздражать эта манерность с презрением в голосе мальчишки. Превосходство и высокомерие, что передаётся генетически в его случае, выдаёт в этом выбритом бритте Малфоя. Повезло ли ему самому родиться Берком, Каин наверняка не знает. Всегда благодарил судьбу (нет), что не родился Малфоем. Такая себе идея - быть Малфоем.
- С утра вроде как был. - Отвечает Берк с безразличием к персоне перед собой. Делает вид, что не заметил этого сморщенного носа. Вот же говнюк. Весь в своих родственничков. В телефон ещё тыкает, неуважение на высшем уровне. Берк характерно кашляет, переводя на себя королевское внимание. Волшебной палочкой указывает на заказ: - Ибога идёт как стимулятор, поэтому в пропорциях внимательнее. Дикие кабаны деревья сносят, пережрав её. Сам видел. Дальше: sceletium tortuosum, или канна. Сильный интоксикант, здесь её пыльца и сушёный стебель. Мешать не стоит, оба обладают психоактивными свойствами. - Взмахнул палочкой, завернув товар, и накрыл своей рукой. Вторую протянул за оплатой. Мерзко так улыбнулся, демонстрируя недоверие. Сияет тут своей безупречной рожей, играет в понт. Клиент не всегда прав, не обессудьте, сэр. Бросает деньгу в кассу, передаёт мешочек и вежливо указывает направление к выходу. Из парня так и прёт желание сбежать. Берк тоже не хотел бы его видеть. Или может быть. Как-нибудь. Просто побесить его ещё немного, чтобы не мнил себя принцем.
- Малфой! - Окликает его Каин в самый последний момент, пока дверь не задела колокольчик. Берк ненавидел этот звук, но всё время забывал снять. Прекрасный мазохизм. Ловит этот высокомерный взгляд снова, ухмыляется: - Вдруг встретишь меня на улице или где-то ещё. Если не хочешь проблем или домашнего ареста.. - Пожимает плечами Берк, словно и не хотел подкалывать возрастом и семейными проблемами. Нечего тут в понты играть. Не дорос для взрослых игр, тем более - для игр с представителем сомнительного чистокровного семейства. - Не надо меня узнавать.
Он понял прекрасно этот взгляд мальчишки. Неприятный эпизод из прошлого, глубокая подростковая травма. Малая часть того, что мог бы испытать, попытайся Каин тогда что-то предпринять. Возможно, ему было жаль. Он не помнит своего состояния после визита к Малфоям четыре года назад, но сейчас, как бы закрепляя своё предупреждение, раз и навсегда Каин делает попытку для общего комфорта прекратить их контакты:
- Надеюсь, мистер врач, ты спасёшь чью-то жизнь. Хорошего дня.

Отредактировано Cain Burke (06-01-2018 19:23:42)

0

4

Сейчас бы шипеть, коли эмоции имели бы право выходить за грани организма. Это самое малое, что хотелось сейчас сделать. Самое большое - поквитаться за неприятные флешбеки. Он же узнал его. С четырнадцати не особо поменялся, все так же юн, словно девственницами обкладывается. Он узнал его еще быстрее, чем сам Скорпиус сопоставил два азиатских глаза. Издевается. Выкручивает. Малфой кипит. Не понимает, как это выскочка смеет сыпать своей пассивной агрессивностью? После всего сделанного его трусостью. Костяшки напрягаются. Скулы сильнее рельефят. Смотрит внимательно, словно взглядом следит за произнесенными словами. Дает инструкцию, как знатный барыга или юзер. Скорпиус усмехается краешком губ, дает деньги, забирает свои продукты. Ни спасибо, ни до свидания. Грациозно направляется к долгожданному выходу, больше ничего и не нужно от этого кошмара. Окликает. Не хотя поворачивает голову в сторону, чтобы бокового хватило едва ли заметить шевеление губ на этой самодовольной роже. Он сам виноват в произошедшем так давно, а ведет себя, словно сам Малфой был агрессором. Или виновником. Или убийцей. Хах. В голове что-то щелкает медленно, и Скорпа постепенно отпускает. Если Берк так ненавидит их семейство - значит, есть за что. Осталось только понять - было ли произошедшее вендеттой его фамилии, случайность или еще нечто такое, что ему, как всегда, не договорили. Всюду вранье. Лапша под стать цвету волос окучивает уши. Шум, гам, трепет. Никакой конкретики, никакого понимания того, кем он является - плохим или хорошим. А самое печальное, что сам себя сделать не может. Потому что пташки вокруг все щебечут, хотят, чтобы Скорпиус шел на их голос общественного мнения. А он и ведется. Как ребенок. Но сейчас поворачивается сильнее, смотрит в эти одинокие глаза. Жалкие. Такой молодой, а уже напоминает старика, что привязан судьбою к родительской лавке. Жалкий, как и он сам. Также привязан к семейному поместью, чтобы не происходило. И его дети будут привязаны также. И их - тоже. Следующее поколение Малфоев будет забегать в эту лавку за очередными творениями темных искусств. И следующее поколение Берков будет весело слать их нахер. Как Ромео и Джульетта, только без попытки дружбы или любви между родами. Что-то здесь было определенно не так. Внутри кипело. Разум подсказывает, что Скорпиус просто чего-то не понимает. И Берк шипит своими словами так, словно сам его боится. Или тех, кто стоял за его плечами.
- Я вряд ли смогу тебя забыть, - бросил свою агрессивную финалочку и ушел, проигнорировав попытку попрощаться. Он узнает его всюду, даже если тот сменит внешность. Он будет агрессивить. Чувствовать боль. Вспоминать уходящую душу из тела любимого человека. Шепот за дверями. О том, кто что может и не может. О полезном и бессильном. Это уже часть его составляющего - ассоциации вспыхнут, а за ними, вероятно, придется решать, какие последствия выбрать. И уж тогда это будет исходить точно не от пожеланий Берка. Малфою была присуща редкостная эгоистичность, эдакая фамильная черта. Вот только на ее проявление он был куда смелее своего отца.
Травки были отменные. Скорпиус разложил их на своем столе. Настольная лампа ближе - внимательно изучает контуры. Стоит погуглить, есть ли еще такие же лавки, чтобы не маячить на территории Берка. Сталкиваться каждый раз с чужим женским голосом в своей голове при таких встречах не хотелось. Он еще ребенок, Драко. Он же твой сын. Дай ему еще один шанс. Не злись, прошу... Подошел к окну с плотно сжатыми губами. Ночная депрессия - не то, чего хотелось. Где теперь та самая ласковая? Защищающая. Любящая просто по определению его существования. Та, что меньше всех утаивала какую-либо правду. Ее нет. А он сегодня купил травки у того, кто не захотел ее спасать. Как беспринципная гнида. Почувствовал гонки в своей голове. Решает переключится на работу. Не просто травки положить приехал же в больницу. Подходит к своей любимой белой, притаившейся. Наваливает ей несколько мышек. Та не реагирует - любит питаться в одиночестве. Скорпиус думает о той руке и вспоминает, где и что мог слышать про нечто подобное. Его голубая мечта - создать антидот к любому наркотику - почти осуществилась. Но змеи и скорпионы устали от постоянных экспериментов. Таили в себе тихую злобу на хозяина. На их яде далеко не уедешь, а мысли - они как паразиты. Хочет все. Здесь и сейчас. Чтобы уже свершились планы. Нога тряслась, оттачивала ритм по полу. Это накладывалось на мысль о таинственной банке. Быстро подорвался и ушел с рабочего. Чего приходил - спрашивалось по коридору. Все равно выходной сегодня.
Звук колокольчика. Дверь резко захлопывается. Малфой влетает к Берку. Рад, что застал его в поздний час. Пусть только попиздит, что они уже почти закрыты. Скорпиус заставляет заведения работать до последнего клиента.
- Я хочу купить твою руку, - вываливает на стол золотые с вызовом. - Ту, что в банке, - пояснил так, а то продавец не совсем адекватный. Ошарашен что ли немного? Спрашивает, мол, зачем. Что за приколы? - Дрочить буду, - шутит (или нет, что только по кайфу не придет на ум). - Какая разница? Я плачу, ты продаешь, - в смысле нет? Убирает очки со своего лица, чтобы тот посмотрел в серьезно настроенные синие. - Блять, это не твое дело, - а ему словно похуй. Может, сам привык шалить этой рукой? Не хочет расставаться с секс-игрушкой раньше внутреннего срока. Выдыхает нервозно. Выпрямляется. Недовольно корчит губы оттого, что говорить все-таки придется. - Мне нужен мощный яд, чтобы протестировать антитоксинный препарат. Животные яды слишком слабы, нужно что-то более... смертельное. Поэтому трупный яд. Вместо того, чтобы прикончить тебя, я выбрал приобрести у тебя гнилую заспиртованную руку. Мне кажется, отличная сделка, м? - вскинул бровями. - Я уже пояснил, что мучу всякие лекарства. Я почти создал лекарство от наркотических последствий. Экстренно выводит все токсины, что можно не париться за отходняки или костное разложение через многолетнее употребление. В качестве комплимента занесу тебе на пробу пару доз с первой партии, - смотрит своими безумными и расширенными. Ну же, Берк, Малфой пришел к тебе дважды за день. Это слишком плохая примета, так что не усугубляй свое положение еще больше.

0

5

Этот финальный взгляд решает исход этого вечера. Всей рабочей смены. Может, и дальше, хрен теперь пойми. Не злой, не дикий, не разъярённый, хотя по всем пунктам должен был отреагировать как-либо негативно. Каин же этого добивался. Чтобы раз и навсегда обрубить этому клиенту ниточки, ведущие к его лавке. А то идёт по стопам отца, как тот - по стопам своего деда. Преемственность поколений, не иначе, да только сейчас времена не те, чтобы продолжать все эти махинации тёмные, что разрушают душу и психику. Каин не заботлив и ни в коем случае не волнуется за младшего Малфоя. Ни за кого из своих клиентов. Просто он единственный из всей семейки и слизеринской змеиной коммуны, кто попал на факультет мудрости, а не тщеславия, и ему плевать на прибыль, если у клиентов нет острой надобности в товаре, потому что кое-что знает о принципах. А блондин провожает его взглядом таким, словно жалеет. Кролика со сломанной лапкой будто увидел. Это бесит ещё сильнее, и Берк не понимает, почему. Хочет, чтобы он поскорее шустрил отсюда, и это уже что-то ментальное.
И тот исполняет эту негласную просьбу, но уходит совсем не по-английски. Уходит красиво, как настоящий Малфой, выбивая нахрен всё дыхание из Каина Берка, что провожает его немигающим взглядом. Не забудет. Ну, как же. Если не будет маячить, забудет, как и все остальные. Если уж родители за пару лет забыли, может и меньше, то для него тоже труда не составит. Не составит же? Да к дракклу это дерьмо. Не будет загоняться из-за каких-то малолеток. Пусть делает, что хочет, раз мнит себя самым крутым. Главное, чтобы потом не пришлось говорить: «Я же говорил».
Колькольчик снова заставляет дёрнуться. Увлечённо читал что-то про редкие магические травы из старой книги, где всё научным языком да латыни. Поднимает удивлённый взгляд, вздыхает страдальчески при виде блондинистой головы. Хотел было сказать, что уже закрыты, но Малфой влетает восточным ветром, сносящим с лица земли всех ничтожных и жалких. Уверенный в каждом своём отточенном движении идеального мальчика. Привык получать, что хочет? Капризами и этими бровками? Балованный ребёнок с самоуверенностью выше Биг Бена. Плачу - значит, покупаю. Ага, ну. Эта схема проканывает где угодно, но не здесь. Не в этой лавке. Это не магазин с детскими игрушками, и уж тем более не сексуальными, раз так шутить хочется. Берк юмор оценил, да только блондин явно не понимает некоторых вещей, почему эта лавка находится в Лютном переулке, а не в том же Косом. Каин упирает ладони в прилавок, подаваясь грудью вперёд, и серьёзно заявляет:
- Нет. Нет, это не так работает. - Глаза в глаза, контакт на пике какой-то катастрофы, чем негласном предложении о конструктивной беседе. Матерные словечки почти предсказуемы, но Берк и бровью не поводит в ответ на нервозность клиента. Смотрит холодно, неприступно; настаивает на своём, тайно наслаждается этим непониманием и эмоциями подавляемого возмущения в синих глазах. Чуть поддаётся, поясняя своё решение, и как бы знакомит с правилами посещения этой лавки:
- Здесь каждый третий артефакт готов взорваться от неправильного прикосновения или убить тебя. Поэтому люди приходят сюда с конкретными целями, а не расплывчатым желанием купить какую-нибудь безделушку. Не трать моё и своё время на тупые пререкания. Или приходи со взрослыми, кто объяснит тебе, почему здесь лучше не светиться дважды за сутки, или назови причину, по которой я продам тебе эту руку.
Почему бы не пойти в лавку волшебного бальзамирования и ритуалов в том же переулке? Там, кажется, проще искать подобного рода образцы, им явно без разницы, кремировать трупы с рукой или без, с членом или одними яйцами, откуда там понравится этому Малфою доставать трупный яд. Берк слабо ухмыляется своим мыслям, глядя на бормочущие объяснения контурные губы. Неплохо поясняет, убеждает уверенно и дерзко, в стиле Малфоев, что уж спорить. Каин понимает причину: он не может светиться где-то ещё
на этой аллее ни сегодня, ни в ближайшее время, а здесь уже есть один знакомый, не настроенный на работу с авроратом и прочими органами контроля трупов, что готовы сдать родителям за нелегальные манипуляции с органами. Дома не поймут. В аврорате, в принципе, тоже. Вообще-то, некрофилия не поощряется ни в одном из миров, как и расчленёнка. А это было бы забавно, на самом  деле, попроси он отрезать в морге какое-нибудь ухо - нахуя оно мёртвому? Малфой этот вроде сообразительный пацан, что очень радует владельца лавки.
- Так бы сразу и сказал, - смягчается Каин, трансформируя ухмылку в милую улыбку. Насколько это возможно с его-то суровыми щщами, но тем не менее. - Гонор, пожалуйста, оставляй за дверью, тут не магазин членов. - Окей, примем правила игры в пошлость и бесстыжие. Такие темы мутят, что уж явно не забыть друг друга, как ни пытайся. - Хотя... есть зачарованный бондаж. Где-то точно был... - бормочет себе под нос больше, чем ведёт диалог, но не придаёт этому значения. Всегда так делает. Лиса не всегда отвечает, когда он вслух переучёт ведёт, так что уже привычно самому себе помурылкать. Но сталкивается с заинтересованным взглядом клиента, и встряхивает головой, мол, немного отступили от темы, да.
- Эксгумация, не отходя от кассы, значит. Ладно, твоя взяла. - Окончательно сдаётся Берк, окидывая парня оценивающим взглядом. Ещё не знает, чего оценил больше. Много причин, начиная от мозгов и верно расставленных приоритетов, до презентабельности во внешнем виде. Весь как бы заявляет, что настроен решительно и настойчиво. Каин уважал логически обоснованную настойчивость. И ему даже не нужно обходить витрину, чтобы достать с полки заспиртованную руку: лёгкий взмах рукой, сконцентрированный на объекте взгляд, и манящее движение притягивает к себе экспонат. Устраивает на прилавке перед Малфоем, вздыхает, как бы отговаривая в последний раз. Круговым движением кисти над банкой отворачивает крышку, и склоняет голову над монетами, начиная отсчитывать нужную сумму из предложенного - небрежно брошенного - в то время, как поясняет про руку:
- Она зачарована румынским некромантом, поэтому вне этой банки оживает и агрессивит, так что её сначала надо ус.. - поднимает голову чисто рефлекторно на резкие движения перед собой, и роняет золото из рук от неожиданности: - Твою ж... Малфой! - Бегом в обход витрины, не знает где сейчас искать свою палочку, а на невербалку не успевает переключиться, так что несётся к едва не валяющемуся на полу блондину с рукой, вцепившейся ему в шею. Не успевает совсем чуть-чуть, чтобы всё-таки перехватить парня в падении, но грациозное приземление на задницу, а затем и спину ещё больше сбивают с толку.
- Отцепись нахер! Я кому сказал, Вещь. - Ну да, да, они назвали руку «Вещью» по ассоциациям, потому что не придумали ничего оригинальнее. Чего вообще можно требовать с мужиков, когда они заколдовывают отрубленные руки. Каин заваливается следом за ними, хватаясь одной рукой за конечность, другой упираясь в подбородок Малфою. Пытается оторвать Вещь от жертвы сначала так, наживую, пока вспоминает в голове то, чему учили в школке. Коленями крепче сжимает бёдра под собой.Отпускает на секунду конечность, чтобы беспалочковой магией ударить по ней: -Petrificus Totalus! - парализует заклинанием, как и пытался объяснить горе-клиенту с самого начала, и отцепляет кисть от чужого горла, всё ещё придерживая Малфоя одной рукой за скулы для удобства.
Снова ловит этот шальной и охуевший взгляд. Что? Ничего. Но только сейчас Берк понял, что сидит на нём.

0

6

Смотрит на него с приподнятой бровью. Обдолбанный 24\7. Видит его, как очередную галлюцинацию, потому что несет какую-то херню. Поставляет свои магазинные правила. Без гонора, ага, ну. Повесь табличку о том, что здесь можно или нельзя делать. Малфой будет обращаться так, как хочет. Бондаж. Рили? Скорпиус сегодня даже не успел ничего запредельного юзать. Авось послевкусие от магловских утех со вчера еще шляется по организму. Не спал ночь, вот и шарахается от всего в этом реальном мире. А этот ахуевший мир вон каких персонажей подкидывает. И тот бормочет, как шизофреник. Точно старик. Малфой даже хотел бы что-то ответить, но смеряет продавца прищуром - слишком не смешную херню тот предоставил. А если это не шутка - то тем более, мерзота. Соглашается с ним на таких понтах, словно Скорпиус пришел к Министру, а не к барыге старым проклятым хламом. Откуда у нищих представителей лютного мира такая гордыня? Или это лишь маскировка всех комплексов и недостатков? Делает пафосный вид, словно имеет какое-то значение в этой жизни. А сам ходит уже заплесневелый. Лишь кошачий разрез глаз добавляет загадочности. Им наверняка отлично клеит телочек. Или мальчиков. Неспроста ведь сказал про члены - Скорпиус завис на этом слове. Значит, старик-отшельник не только собирает пыль на полках, но еще и оценивает мужские жопы. Или не жопы. В целом, неважно. Но неожиданно. Хотя это лишь догадка. Но прищур на лице все держится, мысль на клубок наматывается - вдруг попал в яблочко? Хотя да и что с того.
Завис настолько, что не заметил вспышку. В этой лавке постоянно что-то нападает - то персонал с наездами, то отрубленные руки. Малфой вцепился руками в трупную руку. Она словно камень. Как машина. Хочет убить его. Может, это был вообще тайный план Берка? Спишет потом на издержки производства. Кадык давит внутрь с такой силой, что глаза становятся более круглыми. Очки падают на пол. Тело шатается от неимоверной силы. Он задыхается, совершенно бессилен. Падает на пол - во взгляде инстинктивные мольбы о помощи беззвучные. Кожа синеет в районе шеи. Каламбур из двух тел и руки по полу. Попытки схватить воздух по любому из возможных каналов. Взгляд туманится, глаза заходят за лобовое. Слышит магию. Делает резкий и жадный глоток воздуха. Самое вкусное из всего, что пробовал в жизни. Держится за шею, как с голодовки старается насытится. Кашляет. Глаза в безумном шоке. Постепенно перестают быть такими широкими. Оглядывает Берка. Туманно взглядом скользит от шеи до его бедер. Уселся на его гениталиях в спасительной ноте. А Скорпиусу так хреново, что он не спешит прогонять это тело. Но сталкивается с таким же удивленным выражением. Слышит, как трезвонит телефон в заднем кармане.
- Ты из тех, кто любит быть сверху? - подкалывает без улыбки. Встает, когда туша покидает его зону комфорта. Два шатающихся шага. Поправляет одежду, словно отлично потрахался на сеновале. Опирается руками на прилавок - едва ли не за барную стойку. Поэтому больше любил мир маглов - там руки мертвецов не пытаются задушить кого-либо. Там другие приколы. И если тебе известна магия, то они тоже становятся пустяковыми.
- Нахуя ты вообще ее открыл? - это вместо «спасибо». Достает телефон. Очень не нравится написанное на экране. Убавляет звук трезвона. Поджимает губы и отходит в сторону, бросая неоднозначный взгляд на своего спасителя. - Алло?.. А что? - разговаривает с кем-то нехотя, вечно трогая свою шею тонкими пальцами. Болит. Жмурит глаза. Спешит завершить этот информационный поток. Тем более, что он был не из приятных. Альбус. Ты мог позвонить в любой момент, но не сейчас, друг. И тем не менее, это все важно. Предвкушал разбор полетов дома, куда не заходил уже пару дней. Будет неприятно. Этот день - бесконечно долгий. Каждую минуту удивляет на сюрпризы.
Плотно закрывает банку с рукой. Несколько раз перепроверяет. Закрутил так, что открутить можно будет только магией. Оно и к лучшему, играться с этим не очень планировал. В целом, годная вещь. Немного магии его напитку вечного счастья не помешает. Главное, чтобы не аукнулась эта темная материя внутривенным осадком. Скользит пальцами по стеклу. Мое. Поднимает взгляд на Берка. Тот доразобрался с золотом, сделка состоялась. Хотя другой волшебник отказался бы от такого смертельного подарка. Но не долбанутые выходцы Слизерина. У них совершенно иное проявление извилин.
- Где ты так научился? - спрашивает Скорпиус, не стесняясь передать восхищение в интонации своего голоса. - Я ни разу не видел магии без палочки, хотя мне многие рассказывали, что это возможно. По крайней мере, в Хогвартсе не преподают подобное самовыражение... Научи меня, - а Берк вообще учился? может, его поперли? А то смысл ему просто так сидеть жрать эту пыль? Но после произошедшего его личность стала куда интереснее. Возможно, гордыня бедных не была такой уж необоснованной. - Сколько ты хочешь за это? - и пусть не думает, что Скорпиус так просто отпрянет от этой идеи. Слишком уж прельщали его таланты, которые позволяют быть не такими, как все. Шляпа ведь неспроста определила его к змеям. Он был одной из умнейших. Залезет в любую щель. Залезет в мотивацию Берка, добавит туда пару золотых или больше - как скажет. Найдет пути, по которым родители не узнают, что он ходит к запрещенным волшебникам. Чай не маленький уже, чтобы слепо вестись на родительские доктрины. Еще бы отец это понимал - было бы отлично.
- Подумай хорошо, у меня есть ресурсы, у тебя - талант. Можем обменяться. После того, как мы весело покувыркались от твоей оплошности, ты как минимум должен мне прогулку под Луной, - улыбнулся широко, шутник этакий. Сейчас узнаем, кто он там, гей, не гей, мультигей или что как. - Но ты меня взаимно бесишь, - продолжая ухмыляться. - Поэтому я вытерплю только час в неделю сухого общения исключительно по образовательному вопросу, - и протягивает руку, мол, мы же договорились?
В смысле блять нет? Серьезно, стоит повесить сюда табличку со сводкой всех отказов Берка. Чтоб посетители сразу видели хуевый рейтинг этого заведения.

0

7

Каин не то, чтобы задумывался над тем, что делает, когда бросался на помощь, останавливая кровожадную руку мертвеца от убийства. Он не гриффиндорец какой-нибудь, чтобы соображать в такие моменты - они там все паталогически настроены на спасение, защитку и неприятности. Слабоумие и отвага. Пусть спасибо скажет, что Берк вообще на это среагировал хотя бы так, а не лежал и выпендривался, как сучка, которая ещё «ммм, боюсь, я не готова». А Берк из тех, кто любит быть сверху, ага. Доминировать над выёбистыми мальчиками с пидорской причёской 2к26го. Приехали.
- У тебя там что-то вибрирует. - Парирует Каин, указывая прищуренным взглядом на его бедро. Пусть сам домысливает, что хотел этим сказать, тут на шутки пока только одного распирает. Второй всегда более осторожен в выражениях. Самовыражениях? Ха. Ну точно нафантазирует себе сейчас всякого, если Берк ещё пару секунд так посидит на чужих гениталиях. С рукой в руке. Максимально неловкая и пошлая хуйня, окей, барыга признаёт.
Слезает неспешно, не выдавая никак растерянность от такого недвусмысленного прямого подкола, а то бы подорвался, вскочил бы на ноги - и всё, конец репутации. Слух бы пустил, что Берк домогался к красавчику-Малфою. То есть, конечно же, просто Малфою. Не такой уж он и красивый, как люди говорят. Старшее поколение хлебом не корми, дай пообсуждать чужих детей. Тем более, такого знаменитого ребёнка. Он-то один такой, Поттеров почти не обсуждают, наплодились как Уизли. А этот вечно на слуху. Только Берк имени не вспомнит. У этой семейки ёбнутый фетиш на имена, а остальное Каин как-то не запомнил. Теперь же неловко спрашивать. Особенно после того, как оседлал.
- Не за что, - отвечает Берк на благодарность, завёрнутую в «Пошёл нахуй». Возвращается за прилавок, засовывая отрубленную конечность назад в банку. Вообще-то, он собирался научить клиента обращению с этой вещью, чтобы тот сам постарался отрубить её, ну или вроде того. Кто же знал, что покупатель и покупка окажутся такими нетерпеливыми в тандеме. Может, он всё-таки откажется, пока не поздно? Переговорит сейчас по телефону с каким-нибудь «коллегой», с кем решили поугорать над артефактом и провернули эту аферу. Мало ли. Но нет. Надежды летят крахом с новым витком интереса со стороны Малфоя. Что за неугомонный пацан-то, а. В этой лавке, да и жизни Каина, ничего столь безумного не происходило уже очень и очень давно. Да и им самим не интересовались так сильно, как заинтересовался Малфой. Глаза загорелись азартом, слова вперёд мыслей.
- Как? Без волшебной палочки? - только и успевай переспрашивать. Малфой спрашивает без умолку, сыплет вопросами, что-то поясняет, даже не давая ответить. Каин вовсе не тормознутый, но не успевает за ходом этих бешеных мыслей. Как он колдомедиком стал вообще, если в медицине в почёте спокойствие и хладнокровие, а не темперамент и ? Совсем уже на медикаментозах своих поехал. Научить просит. Чего, простите? Нисколько блять он за это не хочет.
- Ты мне сейчас типа подработку предложил? - Переспросил Берк с этими пассивно-агрессивными нотками в голосе. В ахуе от происходящего и от борзости блондина. - Я тебе шлюха или гувернантка по вызову, что ли? - уже не скрывая опасности, исходящей из ноток в голосе. Как скорпион медленно жало готовит, чтобы атаковать на пике гнева. Закипает медленно, не понимая вообще, что сейчас происходит и какого хера. Не реагирует даже на гейские намёки, списывает на издержки характера и происхожения.  Малфои - это ж те ещё пидорасы. Вечно всех бесят, суют носы, куда ни надо, считают, что весь мир обязан им за то, что такие необыкновенные и особенные, зарабатывали бы на рекламе шампуня, будь обыкновенными магглами. Больше и похвастаться нечем. Деньги и выразительная внешность, а за душой по сути и ни копейки. Каину начинает казаться, что он пацана переоценил, когда повёлся на умные речи и честолюбивые планы об антидоте. Взрослые мысли в ветреной башке. Такое себе сочетание, если честно.
Поэтому и фильтрует в голове поступающую информацию и предложения, не совместимые с их делом конкретно за сегодняшний день, и теперь все последующие, потому что, серьёзно, парень, просто свали уже, чего пристал? В его интонациях вроде и восхищение, и юношеское возбуждение при попытках узнать что-то новое, по возможности опробовав на себе. Надо же, всё так легко и просто в этой голове. Вот, что значит, воспитываться в мирное время. Святая наивность вперемешку с дерзостью и навязчивостью. Типичные Малфои, блять. Как их вообще земля держит? Везучие, как хамелеоны, что подстраиваются под любую обстановку. Беспринципные выскочки, забывшие, что такое работа. До Драко, конечно, ведь в поствоенное время ему пришлось неплохо так пошевелить туловищем, чтобы заработать авторитет для семьи. Люциус своё получил: отсидел в Азкабане годик, но и тут ведь повезло. Из Азкабана практически не возвращаются.
Малой же смотрит на него так, как на какого-то грязнокровку, что всю жизнь горбатится в одном из отделов Министерства Магии. Как на бездомного смотрит. Куча эпитетов, сравнений, которые Каин даже ленится озвучивать в своих мыслях, потому что бесит. Закипает от каждого нового слова. Лучше молчи, Малфой, лучше молчи. За умного сойдёшь. Каин уже поглядывает на закрученную в банке руку, жалея, что заточили её обратно. Снова ведь выпустит - и на этот раз специально, с вполне конкретной целью удушить мерзкого блондина. Каин, вообще-то, пацифист, но этот Малфой будит спящих где-то внутри демонов.
- Нет. - Если кто-то не понимает отказов, если даже кто-то не принимает отказов, с этим придётся смириться. Потому что никто не смеет, вашу ж мать, приходить на его территорию, снимать его, как шлюху дешёвую, которая зарабатывает себе на жизнь, подрабатывая в захудалом магазинчике, который по обороту приносит в целом больше, чем стоят одни эти модные очочки на белобрысой макушке. - И пошёл нахуй отсюда.
Улыбается мерзко. Да, взаимная бесит. Отлично, что на этом решили. Так что не надо смотреть вот так удивлённо, словно не ожидал такого поворота. Жертва корпоративного мышления и стереотипов. Если работает - значит, нуждается в деньгах. Что за тупость? Берки несколько веков уже в списке истинно чистокровных. Вскидывает брови агрессивно: чё-то не понятно? Окей, не понимает слов, будет наглядный пример.
Взмахнул рукой показушно так, согнув Малфоя над витриной, обошёл со стороны и взял за шкирман, как котёнка. Не привыкать, Баста и не так летала. Банку под мышку запихал, а этого за воротник потащил к выходу. Благо, недалеко. Дверь невербалочкой распахнул - и нежно вышвырнул в этих модных шмотках прямо на грязный асфальт. Подождал пока развернётся в шоке, и протянул:
- Не поймаешь - твоя беда.
И кинул эту самую банку. Сука, потому что бесит. Усмехнулся и хлопнул дверью с обратной стороны. Вывеска поменялась на «закрыто».

Отредактировано Cain Burke (08-01-2018 13:02:08)

0

8

Ненавидел незапланированные отказы. Которые просто на уровне нелепицы - Берку было не сложно дать пару уроков же. Малфой был в этом уверен. Даже если тот отвратительный педагог и так себе человек. Улыбается широко с усмешкой на предложение выйти из этого места. Сворачивает губки в трубочку - мол, ну зачем так резко? Рано или поздно он ведь все равно уйдет. Не ночевать же в этой халупе. Вдруг кто увидит. Да и домой нужно было спешить, и если б Берк не брыкался - было бы все куда удобнее и быстрее. Скорпиус ведь все равно возьмет свое рано или поздно. Зайдет в другой день. Если понадобится - в ряд других дней. Что бы это ни сулило в сухом остатке. Открывает рот, чтобы сказать свое «фи», в итоге согнут пополам не в той позе, в какой хотелось бы. Аж дыхание задержал, пока Берк вышвыривал его на улицу. Ноги подвели - завалился на асфальт, ушиб плечо знатно. Пидор. Подскочил на свои две, наставил на него указательный палец, словно то была волшебная палочка.
- Ты пожалеешь об этом! - громкая угроза на фоне вспыхнувшей обиды. Нельзя так с самолюбием Малфоев играть, они не забывают. А Берк весело кидает банку куда-то в его сторону. Испуганный, Скорпиус кидается ее словить. Не нужно ему повторение удушья. Пальцы крепко держат стекло. Цело. Поднял взгляд на дверь - закрыто. Щеки вспыхнули красным, гнев от обиды уже штампует картинки горящего здания. Махнув головой, выпрямив шею и плечи - с банкой в широком кармане идет навстречу своей семье. Как ни в чем не бывало. Его гордыня хотя бы имеет обоснование фамилией.
Открывает тяжелые двери в ночной тишине. Никто из родителей не спит - чувствует мурашками по спине. Нарцисса и Люциус вообще, кажется, никогда не спят. Давно стали вампирами, их больше прельщала темень, чем свет дня. Проходит по залу - каждый шаг отзвук по камню. Здесь не пробраться на цыпочках. Но в этот раз более старое поколение пребывало где-то в другой части его золотой клетки. Вдалеке тлеет камин. Стоящий Драко переворачивает погибающие угли и не спешит повернуться в сторону сына. Скорпиус першит горлом и подходит ближе. После смерти матери каждый разговор с отцом - настоящая пытка.
- Ты наврал мне про вчерашнее дежурство, - угли шипят. Лицо Скорпиуса остается неизменным после многолетнего опыта лжи.
- В смысле? - включает дурачка, держит ладони за спиной в паре метров от отца.
- Тебя не было в больнице. Чем ты занимался? - Драко медленно поворачивается на своего сына, и тот начинает смеяться.
- Пап, мне не семнадцать и я не студент Хогвартса, который прогулял уроки - ну, перепутал даты смен, с кем не...
- Это что? - и кидает пакетик. Сегодня все так и хотят что-то кинуть в Скорпиуса. Тот с ужасом разглядывает оставшиеся пару грам мета в порошке. Блять. - Я не знаю, что добивает меня больше. То, что наследник нашего рода - наркоман. Или то, что употребляет яды для маглов.
- Какая разница, для маглов или...
- А ты не оборзел? - поднял голову и развернулся резко. Подошел на пару шагов ближе. Смотрит в глаза юношеские и тупые. Видно, как злится, как дышит. Оба понимают, что никто ничего не решит сейчас. Но запущенная ссора уже неизбежна. - Если бы это нашел кто-то другой, ты был бы мертв. Я бы сам тебя убил... Я просил тебя месяц научиться уважению к тому, что происходит в этих стенах. Я просил тебя не высовываться в конфликт, и вместо этого ты начал где-то шляться с отпрыском Поттеров и употреблять вещества маглов. У нас не самый лучший период в семье, а ты все усугубляешь своей подростковой безответственностью.
- У нас всегда не самый лучший период в семье, - огрызается. Хочет высказать за накипевшее, но губы поджимает. Умеет лишь периодически тяфкать и дерзить, а на большее - не решается. Драко выставляет указательный палец в его грудь. Экая семейная черта. Едва ли не проглотит сейчас, как змея. И тут слышен стук в окно. Обо оборачиваются на какую-то странную сову. Почему она вообще прилетела именно сюда? Для сов есть специальная локация. Драко открывает ставни - сова проникает внутрь с каким-то презентом. Скорпиус хочет подойти и посмотреть, что за посылка. Но заведенный отец делает все сам. Сын лишь наблюдает через его плечо.
«Магия без палочки. Этап I: Основы свободной магии» - Скорпиус сразу понимает, что это за потрепанная книга. И чья это сова, что спешит покинуть поместье, словно ее сейчас зажарят и съедят. Правильно, малыш, лети отсюда. Драко смотрит на книгу со скепсисом, роняет из нее записку, поднимает с пола: «Не заходи больше в мою лавку». Теперь, кажется, и отец начинает что-то соображать. Скорпиус резко бледнеет и пятится назад. Блять. Он спустит на него всех адских псов. Парень уже спешит удалится к выходу. Без отмазки, что это, без попытки выкрутится. Просто сбегает, пока Драко находит маленькую подпись в книге от руки и читает вслух:
- Собственность Каина Берка?! - швыряет книгу в сторону сына. - Иди сюда, - но Скорпиус уже захлопывает двери с другой стороны и пытается спланировать идеальный побег. Какие шмотки взять, нужны ли они вообще, как бы не наткнуться по пути на остаток своего семейства. - Скорпиус! - орет как не в себя. Сердце колотит, голова крутится влево-вправо в поисках наиболее эффективного выхода из дома. Как от призрака бежит. Поворот. Вниз по лестнице. Еще один. И нос сталкивается с широкой грудью. Поднимает глаза на лицо, изуродованное морщинами времени. Видит непонимание холодных глаз. Люциус слышит возгласы сына и спрашивает стальным голосом:
- Что происходит? - и к бледному лицу младшего Малфоя добавляется волна мурашек по спине. Драко подбегает с книгой и жалеет, что взял ее с собой. Смотрит на отца - тот сердит. Смотрит на испуганного сына. Тот не хотел такого исхода - но кому теперь объяснить? Остается лишь слушать оры. Остается жмурить глаза на возгласы «Да ты хоть знаешь, кто это такой?!» - слова такие громкие, что хлещут пуще ударов. Да знает он, виделись уж. «Ты - неблагодарный мальчишка. Наши наставления для тебя совсем пустое место?!» - так и хотелось сказать, что да. Потому что ему надоело жить в этом доме нескончаемых истерик. В доме противоречия из злости и лицемерия. «Он - убийца твоей матери», - и парень усмехается. Ага, да. Как Скорпиус - сын Волан-де-Морта. Или как Драко убил Альбуса Дамблдора. Или как Люциус отсидел в Азкабане год совершенно честно. Ссора неизбежна. Хлопки дверями - минимальный выхлоп происходящего. Скорпиус хочет сбежать. И сбегает. Берет с собой пару необходимых. Чтобы красиво провести этот вечер. Не отделывается на попытке уйти без летальных слов и жестов. Выбирается путем трансгрессирования в Косой переулок. Поправляется. Выдыхает медленно. Эй, бармен, мне нужен самый жестокий коктейль.

0

9

Закрытые двери, сквозь которые всё ещё пробиваются остатки малфоевского безумия. Они там все как на подбор сумасшедшие. Хотя это не они вышвыривают людей и котиков за двери, но это другая история. Нечего нарываться, если не готов к последствиям. Будет неплохим уроком на будущее, как видеть ситуацию наперёд и перестраиваться, чтобы получить желаемое, ну или хотя бы не огрести по шее. Каин не хотел, чтобы дошло до абсурда и до применения силы, даже в такой лёгкой форме. Но для Малфоев даже такая форма - не иначе, как психологическая травма. И потому Бёрк улыбается во все тридцать два, прислонившись затылком к дубовой двери.
Это было забавно. Пожалеет он, ага. Папе расскажет, он придёт и будет угрожать, что расскажет папе. На этом круг и замкнётся. Слова, слова, слова... Если за ними не следить и не сдерживать их, можно резко проиграть на своих же ставках, упасть с пьедестала только по неосторожности слова. Берк не любил разбрасываться ими в принципе, как и слушать долгие речи. Но по части своего дела мог заговаривать людей часами. Главное - видеть в этом результат. В общении с младшим Малфоем он его пока ещё не видел, но начинал признавать, что это было занимательно. Нестандартно и интересно. Столкнулись две глыбы гордыни, сыграли пару раундов, да победителями не вышли. Сейчас бы, конечно, свою неправоту признать. Ага, ну. Не будет он извиняться перед Малфоем. Не дождётся.
Оттолкнулся от двери, оправил рубашку поверх майки, и джинсы подтянул после нелепых кувырканий. Усмехнулся снова, прокрутив в голове произошедшее. Дурдом какой-то. Тебе двадцать восемь, Берк, что это было ровно пять минут назад? Нет, ну а кто не любит быть сверху, в общем-то... Каин встряхнул головой, чтобы прогнать навязчивые мысли. Не может сосредоточиться ни на чём, кроме произошедшего. Поглядывал на дверь пару раз, пока прибирался за прилавком. Что за глупости? Малфой больше не придёт. После такого тёплого приёмчика точно. Смертную обиду затаит, надует губы дома, за кружкой какао с маршмеллоу из магазина «Сладкое королевство» согласится с родственничками, что Берк этот - мудак последний, вы правы были. Сука. Ну всё не так же. Каина распирает будто биполярочкой. С одной стороны его впечатление - личное, взвешенное, проанализированное за день; а с другой - негативное, суммарно выведенное из всех флешбеков, родовых обид и хамства. Хотя нельзя сказать, что Малфой вёл себя как-либо хамовато по отношению к нему. Нагло, бойко, дерзко, но не по-хамски.
Кулаком по стене нервозно. Горит теперь сам с себя больше, чем с Малфоя. Как его зовут-то вообще? Не важно. Насрать. Не за что ему извиняться, даже если не совсем прав. Предупреждал же. Впрочем, это не оправдание. Очень плохо живётся, когда ты немножко справедливый. Просто ближайший час рассуждал, кто больший идиот в этой ситуации. Чаша весов предательски склонялась к букве Б, а не М, и это самопожирание достигло критической точки в импровизированной комнате-архиве для книг. Среди рядов из полочек и шкафчиков под слоем пыли всё же отыскал то, чего искал. С поджатыми от недовольства губами отряхнул и протёр пыльный фолиант небольшого размера. Со школы осталось, не знал, понадобится ли когда-то. И вроде как поощрил себя стаканчиком огденского огневиски за то, что такой скопидом. Не поднимались руки выкидывать книги. Для чего достал-то?
Ах да, точно. Упал на кресло, перекинув ноги через подлокотник, и чернильной ручкой нашкрябал что-то, совсем не похожее на извинения, ну совсем ни капли, даже ни намёка на сожаления: «Не заходи больше в мою лавку». Просто подумал, обдумал и решил показать, что беспалочковая магия - это не так-то просто. Не в таком возрасте. Слишком тонкая магия, которой нужно учиться как можно раньше, пока энергия не слилась с древком волшебной палочки. Даже Каин Берк с этими крутыми трюками и бесконтактными атаками учился колдовать без палочки несколько лет с пятнадцати-шестнадцати. И до сих пор не всегда идеально выходит.
А тут, видите ли, заплатят за уроки, а Берк преподаст парочку, ведь это так легко и просто, бери да руками махай. Наивный... Нет, после третьего стакана назвать его ребёнком язык не поворачивается. Этот пацан далеко не маленький, мозги во взрослом направлении соображают, хотя и проскальзывает инфантильность как пережиток воспитания. Малфой, что, серьёзно подкатывал к нему? Смело. Каин фыркает со скепсисом. Не такая уж это и важная информация. Главное, что сам не подкатывал, а то было бы неловко. Главное, чтобы парень не подумал, что это Берк так флиртует, выбрасывая фрилансеров-работодателей на улицу. Каин думает, что с каждой невысказанной шуткой в нём умирает комедиант, и что нахрен, может, эту лавку - пора в маггловский стэнд-ап? Можно в магический. К слову-то о волшебных палочках)) Думает об этом, пока привязывает к лапке Чаруши книгу с говорящим за себя названием. Ладно, может быть, и извинение.
Триста вискаря только вызвали изжогу. Дерьмово. Дерьмовый какой-то вечер, слишком идиотское завершение рабочего дня. Ловит себя на мысли, что уже ожидает ответ, хотя догадывается, что не получит его. Сова только улетела, а Малфой-Мэнор неблизко. Да и зачем ждать? Дело сделано. Теперь можно пойти и расслабиться. С кем-то, кто будет не против побыть сверху.
Не в этом гадюшнике. Надоели привычные текстуры. Переоделся по-быстрому, пригладил непослушные волосы. Несолидные патлы для чистокровного, верное наблюдение. Ещё один минус к репутации по критерию внешности. Если бы его ещё это волновало хоть как-то... Нет времени даже зайти в барбершоп - весь в делах, работе, а девкам и так нравится. Ассоциируют с плохим парнем, видимо. Берк совсем не против. Хорошим быть сложно, нормальным скучно, вот и остается быть плохим. Сворачивает с Лютного переулка на Косую аллею как приличный англичанин, толкает двери «Дырявого котла».  В этом обшарпанном баре собираются самые разнообразные посетители, и Каин надеется расслабиться здесь ближайшие пару часиков, оправляясь от стресса после двух встреч с Малфоем. Третьего-то за сутки точно не будет. Не в этом баре точно. Царским особам ведь Сохо подавай. Ну и отлично, думает Берк, подсаживаясь к знакомой из книжного. С ней подружка и ещё какой-то поц. Каин жмёт ему руку, оценивающим взглядом скользит по свободной подружке. Та улыбается, сверкая чёрными глазками на бледном лице.
Ночь обещает быть интересной. Через час уже вовсю оживлённая беседа, парочка отвлекается на обнимашки, а девчонка пьёт свою «Мэри» и сидит очень близко. Каин водит рукой по её холодной ноге.
- Вроде пожираю тебя взглядом я, а ощущение, что ты меня сейчас растерзаешь, - пьяный Берк не умеет в красивые метафоры, но ей заходит. Стыдно, но забыл её имя - виду не подаёт. Важно ли это обоим? Вряд ли. Потому что она насмешливо заявляет у самого его уха:
- Может, ты и прав. Я ведь наполовину вампир.
- Я никогда не трахал вампира. - Парирует моментально, отбрасывая барьеры приличий. Вызов принят.
- Для оргазма у нас проблемы с кровообращением.
Каин ухмыляется в ответ. Бойкая сучка. Любит таких. А вообще, сегодня не сутки, а день пизданутых знакомств. Может, хоть одну интересную личность сегодня в постель завалит. Друзья под шумок слились в комнату на втором этаже, а Берк не заметил. Глаза загорелись нездоровым блеском, когда девица обнажила клычки. Он тихо засмеялся, поднёс палец у её зубам. Надавил, чуть сморщив нос. Она слизала каплю с его указательного. Каин задержал дыхание, сдерживая прокатившуюся внизу живота волну. Потянулся к ножу с прикушенной губой, придвинулся ближе, коленом раздвинув её ноги. Ладно, поиграем. Этого смертного ты не забудешь. Смертного, что прокалывает ладонь и сквозь тихое шипение надрезает вдоль. Отбрасывает обратно за ненадобностью, и запускает свободную руку под её юбку. Прикладывает раненую ладонь к её губам. Во тьме-то оно и не видно, да и никому нет дела. Каина не отвлечёт ничего. От этих медленных движений, туманного взгляда. Какое потрясное чувство контроля. Берк так заинтригован продолжением, что тесноту в штанах ничего не ослабит. Если не случайный взгляд в сторону.
Не может быть. Блять. Должно быть, это шутка. Оглядывается ещё раз, чертыхается себе под нос. Опять. Да что же это такое, ну. Он уже не может сосредотачиваться на девушке. Столкнулся с этими синими - понял, что пропал. Теперь неловко всё вот это. Больше ведь не было знакомых. Или не в знакомых дело. Ок. Отрывает руку от лица своей полу-кровососки, извиняется. Ей хорошо, вроде как. Ну и отлично. Каину надо перекурить. Сбегает с поля боя, как незнамо кто. Весь настрой пропал. Но это было ахуенно.
Это было вау. Даже несмотря на испорченный финал. Получил эстетическое удовольствие, хоть и не физическое. Передёрнет дома, ладно. Не смотрит по сторонам, когда выходит из бара. Вдыхает полной грудью, сжимает ладонь и разжимает.
- Да где эта ху.. - агрится на забытые салфетки, хлопая по карманам. Кровь медленно капает на асфальт. Сейчас бы доктора, он слишком пьян для залечивающих такие раны заклятий. Поворачивает голову на знакомый голос. Не день, а поебень.  Вздыхает страдальчески: -Да ты прикалываешься, наверное...

Отредактировано Cain Burke (08-01-2018 17:03:25)

0

10

Книжка осталась в поместье. Надо было сунуть подмышку. Швырнуть в лицо этому Берку триклятому. Открывай. Стучит много раз. Табличка закрыто - да ладно, Скорпиус уверен, что внутри кто-то есть. Слышит шарканье. Пидор. Уходит злой, допивает содержимое бутылки с грамом вещества. Накатывает постепенно, теперь надо думать о хорошем, чтобы не бэдтрипить. Счастье есть. Оно постепенно заполняет уши изнутри, добавляет красного. Идет по барам, везде скучно и тухло. Какие-то ребята и девчули, в одном ему сразу были не рады какие-то бородачи из опасных структур. Словно Скорпиус ходит с татуировкой на лбу, что он Малфой. Может, кто-то подшутил над ним заклинанием в детстве? И он ходит с какой-то провокацией на морде, которую видят все, кроме него. Да что за бред. Что за люди кругом. Что за мир вообще. Не хочет он так. Телефон разрывается от звонков - выключает. В затылок толкнуло письмо-кричалка. Скорпиус Гиперион Малфой. Вернись домой. Живо. Голос Нарциссы так сладок, когда она включает главную стерву их семейства. Орет на половину улицы, что теперь не понятно, в какое заведение скрыться от любопытных глаз. Заходит в то, куда бы точно не пошел изначально трезвым. Прошмыгнул за барную, заказал горячительного. Даже не присел, стоит, облокотившись, сосет нечто, напоминающее пиноколаду. На сладенькое тянет под этим делом. Алкоголь сразу давит в виски. В глазах все такое сияющее и неестественное. Не с кем не говорит, эдакий лонли парень. Да и не сможет вести конструктив - щелкает челюстями в формате симптоматики. Оглядывает лениво помещение. Думает о своем. О плохом не получается не мыслить. Письмо-кричалка. Ну ахуеть. Любят же они олдскул. Могли просто в телегу написать или еще куда. Выставили идиотом на половину улицы в духе семейки Уизли. Так Малфои заботятся о своих, ага. Так они беспокоились за свою династию. Стоила бы она хоть чего-то.
Слышит знакомый голос. Не спешит оборачиваться. Вдруг правда знакомый? Не хотел знакомых. Вообще никого. Все так плохо, что хотелось стать оборотнем и мочить людей, периодически подвывая на белый диск в небе. Жаль, что сегодня не полнолуние. Да и пофиг, в целом. Пьет дальше. Думает, как возвращаться домой и куда вообще идти. Не хочет видеть Альбуса, да и у того какие-то свои форс-мажоры. Пойдет спать на работу, завтра как раз смена. Будет трясущимися руками спасать жизни и кормить своих ласковых змей. Единственные твари, кому доверял. Потому что всегда знал, в какой момент они могут укусит и что надо принять, чтобы нейтрализовать побочку. Думает о Берке зачем-то. Тоже олдскульщик. Прислал книгу с совой. У Скорпиуса даже не было этой зверушки. Была в детстве, да улетела - настолько не ручной была, настолько не любил ею пользоваться. Фамильные совы редко узнавали его в лицо. Любил интернет-сферу. Там все как-то лаконичнее было. Забыв о мыслях, поворачивается. И видит этого узкоглазого. Какого хуя? Сейчас бы драку в баре. Смотрит внимательно на его руку, что ныряет под женскую юбку. Та губы облизывает. Как на несанкионированную секс-вечеринку попал. А Берк даже не особо стесняется публики. Малышка выгибается в пояснице - не важно, взаправду или просто чтобы быть красивой в его руках. Это манило. Наркотический эффект добавлял этому чего-то сказочного. Столкнулся взглядом с этой девочкой, но не отвернулся. Возможно, она не на него смотрит. На его надпись малфоевскую на лбу, пытается разобрать слова в своем микро-экстазе. Вторая пара глаз находит наблюдателя. Блять. Спешит избежать локации, но не тут то было. Скорпиус идет следом, оставляя недопитый коктейль. Шатается. Опирается рукой о стены рядом, на улицу выпадает и сразу вспоминает, как говорить по-человечески. Сложно блять.
- У меня только один вопрос... - начал он, понимая, что усложняет короткую фразу. Тот что-то отвечает, сбивая. - Ты какой частью тела соображал, когда решил отправить мне берковский подарочек в мое, блять, поместье?! - делает выпад в его сторону, но останавливается рядом. Не махаться же кулаками. Смотрит на кровоточащую херню, усмехается. Какой щедрый якут, предоставил себя обедом для девушки, так еще и пощекотал ее пальчиками. Прелесть. Широкая пьяная улыбка на лице совсем не веселая. Хочется покричать на него, что он мудак, раз второй раз за день не включил свой мозг. Первый - с банкой. Второй - с совой. Лучше б прислал ссылку в директ инстача, уж там то легко найти. Тупые волшебники, что не хотели познавать мир маглов. А было бы так проще.
- Блять я бы швырнул этой хуйней в твою рожу, но она скорее всего сейчас горит огнем в нашей гостиной, - смеется, представляя, как отец рвет книжку по странице. Трет ладонью лицо, опирается на спиной и сползает вниз, усаживая задницу на асфальт. - Я тебе что блять сделал вообще? - а сам смеется, как будто анекдоты рассказывает. На грани наркотического веселья и психологического отчаяния. Начинает душу изливать, так похуй все. - Заказал травок на ахуеть ценник, купил руку, которая у тебя еще вечность простояла бы в пыли... даже предложил прекрасный совместный досуг! - палец к верху. - Мне кажется, ты немного не шаришь, что такое хороший маркетинг... Я тебе подарю магловскую книжку. Пришлю в твой родовой дом с припиской «Собственность Скорпиуса Малфоя». Сука. Побратаемся, хули.
И ржет дальше. Смотрит на Берка. Ему так похуй. Стоит с окровавленной. Так привлекает Малфоя этой картинкой. Залипает на холоде. Медленно встает с земли, все под ногами такое облачное, что добавляет сложности. В два шага подходит ближе серьезный. Достает палочку с видом, что сейчас будет стрелять, как из автомата. А сам:
- Акцио сижки, - и выуживает пачку из его кармана. Берет одну и подкуривает волшебной палочкой. - Самое лучшее ее применение, - поясняет. Дымит сигаретой в зубах, так идет по кайфу, берет его руку размашисто-нагло, наставляет этот волшебный кусок древесины. Лечит. Пачку сигарет возвращает в карман. Чувствует себя ахуенным - в любом состе может спасти жизнь какому-нибудь долбаебу. Ноги подкашивает, резко опирается на плечо Берка. Блять. Понимает, что еще немного - пойдет в отключку, даже не успеет трансгрессировать в больничку. Да и по пути точно вырвет. Смотрит на него злобно. - Ты виноват. Поэтому я сплю у тебя. Приму как комплимент за оказание врачебных услуг.
Всего одна фраза на книжке создала фатал в его жизни. Теперь долго ведь не сможет вернуться в родовое. Там же пиздец анархия творится. Уже видит, как метаются вазы в противоположные стены. Как все горит и вновь возвращается на свои места. Как же туда не хочется. Никогда. Лучше уж с этим, чем с дворцовым адом. Собственность Каина Берка. Мог ведь сказать, что это не от него подарок. Сглупил. Да и отец не привык доверять сыну на отмазы. Потому что тупит меньше своего наследника.
Каин. Так вот, как его звали.

0

11

- Бля, ты следишь за мной, что ли? - Продолжает гнуть свою линию несмотря на наезды и встречные выпады. Будто в стену ругаются, каждый о своём. Берк почти ничего не разбирает из пьяной речи, а если и пытается сводить в хмельной голове все доводы и факты истца, то всё равно немного не вдупляет. - Чё ты орёшь на меня. - Обиженно произносит Берк, хмуря брови. Какое поместье, какой подарочек. Это о книге, что ли? Ну да, конечно, такой переполох из-за стопятидесятистраничной книжки. Нашёл повод снова доебаться, вот и всё. Каин даже не уворачивается от этого броска кобры, всё равно ведь не попадёт.
Смотрит скептически, как на долбаёба, пытается фокусироваться на лице, а Малфой словно гипнотизирует своими перемещениями. Начинает хохотать, как ненормальный. Берка немного ведёт, и он зажмуривается на мгновение, но тут же возвращается в реальность, вырываясь из плена вьетнамских вертолётов. Перегнул с огневиски, пожалуй. На ногах нормально стоит, стоять вообще может как и чем угодно, но с фокусировкой и соображалкой чёт не очень. Поэтому и вышел на улицу мысли освежить. Рука немного побаливала, но количество алкоголя, в целом, служило годным анестетиком. Почти не слышит, но ощущает эту его истерику.
Собственность Скорпиуса Малфоя. Ну зачем... Теперь наступает черёд Каина угарать как под наркотой. Серьёзно? Ебаное имя. Красивое, но что-то совсем перебор, ребят. На самом деле проблема в другом. Он даже в мыслях не может выговорить это имя с правильной дикцией. Из миллиона волшебников ему попался именно этот. Приятно познакомиться. Пожал бы руку, да только смотрит на неё кровавую. Думает, что это не слишком эстетично и чисто. Вдруг ещё заражение пойдёт. Как можно быть таким занудой вообще? Даже бухим. Хихикает этой мысли. Решает проигнорировать своеобразное знакомство. У них как-то всё через жопу, а, может, следовало бы начать знакомство в первую встречу с банального: «Как тебя зовут?». Да не, скучно как-то. Слишком избито.
Каин тем временем делает приписку в своих мыслях. Мол, никогда не говорить со Скорпиусом о знаках зодиака. Ни при каких условиях. Хотя, если он так и будет молчать в этих интригующих и живых диалогах, то и не придётся. Мозг тупо комментирует всё бегущей строкой словно в гоблинской переозвучке: тело ползло по обоссаной стенке обратно, собирая все дорожки уличной пыли; Малфой медленно подошёл к цели, взял в руку свою волшебную палочку и наставил на Каина с очень решительным видом. Берк едва заметно напрягся. Не надо вот только тыкать в него всякими продолговатыми предметами.
- Выпендрёжник, - ой, это вслух, что ли? Фыркнул себе под нос, проследив за телодвижениями. Как пафосно прикурил сижку от палочки, важно заявив, что для неё нет лучшего применения. Опять за своё. Какая уж тут беспалочковая магия, если даже прикурить без неё не может? А Скорпиус берёт его за руку, заставляя переключиться с надменно-горделивого соста на что-то более мягкое. Заторможенно переводит взгляд на их руки, вспоминает о ране. - За твоей болтовнёй совсем забыл об этом. - Продолжает язвить, будто недостаточно друг другу наговорили ещё. Хотя говорил-то Малфой по большей части, а Берк только мысленно стебал. Видит, как аккуратно даже в состоянии нестояния блондин залечивает ему рану, и чувствует руку в переднем кармане. Не шарит, как это произошло и как так действия держащей его ранее руки прошли не заметно, но пачка сигарет оказывается на месте, а чужая ладонь вместе с ней - глубже. Вздыхает неожиданно для самого себя. Не перегорело ещё от того, что было в баре, а тут эта пьяная тактилочка. И тут падает, падает Лондонский мост: Каин едва успевает перехватить Малфоя поперёк талии, когда тот заваливается ему на плечо. Незаметно выуживает его руку из своего кармана, поджав губы. Не, они просто бухие. И кто-то один должен не дать происходящему перерасти в фарс. Например, вот в это. Этот ахуевший номер с ночёвкой.
- Что, прости? - Переспрашивает Каин, приподнимая брови. Смотрит тому в глаза, ища подтверждение мыслям о его состоянии. Не надо перегибать. Слишком много этого Малфоя за сутки. Не хорошо, но и не плохо. Ничего так. Он тоже ничего. Берк отметил это ещё тогда, в начале, когда наблюдал по спины. Но это не меняет решения: - Неее. Нет-нет-нет, чувак, ко мне нельзя.
Ну нельзя и всё, чего пристал. Пять причин ему назови. Мерлиновы панталоны, да что за день-то такой сегодня. Что, вообще, лезет к нему, да ещё и блять к синему? Бухой Каин не слишком рад гостям. То есть, конечно, в целом ему всё равно, хоть табор цыган в своей халупе поселит на ночь, тащить там всё равно нечего, но не сегодня. Сегодня же... Бросает разочарованный отчаянный взгляд на вход в заведение. Там же его женщина-вамп. Там же его одноразовый секс без защиты, какой ночевать. Твою ж мать, Малфой! Так и бегает взглядом от двери до пристального пьяного взгляда, генерирует отмазы, как и попросили:
- Не убрано. Я кошатник. Мрачный район. Чёто еще... А, да: воняет кошками. Одна кровать.
Поехали. Какой поехали, это не маггловский район, чтобы кэб словить за углом. Они в центре магического Лондона, и у Берка тут квартира. Запомни, белобрысый: Каин Берк не_бедный. И он ещё не согласился. Уже смотрит в сторону дороги, прикидывая какой долгий маршрут им предстоит пройти вдвоём, когда как в одиночку это составило бы минут десять. Скорпиус едва волочит ноги. Руками уже чуть ли не под синей рубашкой, небрежно наброшенной на чёрную майку, в поисках опоры. Каин такой: бля, ну не надо. Малфой такой: ну пожалки. Ок. Чем бы оно там ни кончилось. Последний взгляд и вздох в сторону бара. Прости, детка. Обхватывает пьяное тело обеими руками, прижимает крепко. Кто не рискует, тот не пьёт. Слишком тяжко идти, да и лень. Остаётся молиться, что Малфоя не вывернет в процессе. Ну, а вот теперь точно подвезли вертолёты.
Как бы самого не стошнило. Ненавидел трансгрессию за эти гонки. Чувство турбулентности. Хреново переносил порталы, зато в разных климатических зонах как рыба в воде. Поэтому передвигаться любил на тачках маггловских или на метле, но не воронками. Отвратительно. На автопилоте, ещё даже не слыша вопроса, указывает рукой в сторону ванны-туалета. Туда, чувак. Не на ковёр, только не на ковёр. Каина аж отпустило немного. Неровной походкой идёт к раковине в кухне, умывается и снимает с себя шмотки. Брызгает холодной водой на тело. Протрезветь, протрезветь. Кто-то блюёт в туалете, кажется. Стукается головой о кухонную полку с отчаянным мычанием. Последнее, чего хочется - это возиться с пацаном под веществами. Мерлин подери... Притащил Малфоя к себе в квартиру. Всё-таки малой добился своего. На полочках ищет всякие там склянки антипохмелины, зелья. Малпеппер лично поставлял всё лучшее по-братски. Пока растворялось в воде, Каин расстегнул ремень и пуговицу на джинсах. Стало свободнее. Достал две сижки из кармана, одну зажал между зубов, и стал ждать Малфоя, прислушиваясь к воде. Тот вышел всё равно грациозно. Даже в ноль, но идеален. Малфои, хули с них взять. Берк почти закатил глаза, но окликнул:
- Я здесь. Ползи сюда, членистоногий, - саркастичный тон, добрая пьяненькая ухмылка. Наблюдает, как за смешной птицей. Сойдёт за киви сейчас. Падает на стул напротив Берка. Он передаёт Скорпиусу сигарету, и пока тот пытается искать палочку, Каин показушно кашляет, привлекая внимание. Поднимает указательный палец вверх, зажигает огонёк. Прикуривает ему от пальца, как джентльмен. 1:1. - И вот это выпей, отпустит немного. Не собираюсь возиться тут с тобой всю ночь. Ты обломал мне дикий и необузданный вамп-секс, так что дай хотя бы поспать спокойно.

Отредактировано Cain Burke (08-01-2018 23:00:38)

0

12

- Пять причин мне назови бля почему я не могу поехать к тебе, - ух как заплетык языкается, а ручки то по телу скользят, опору ищут. Блять. Понесло. Наркотическая тактилочка. Берк, ты такой....ммм...сейчас бы простонать от того, как тащит с его плеча. Щас бы щекой упасть и как кот ластится. Не, точно спалит. Если еще не спалил. Может, сомневается, что эти глазки объебаны. Так зачем давать окончательный повод смотреть, как на ненормального. Уже ведь сыпет комплиментами угрюмыми. Выпендрежником называет. Понты - есть жизнь, Каин. Но ему в своей старой лавке откуда знать такие нюансы. Смотрит в его узкие. Как с такими можно смотреть на реальность? Он вообще видит этот мир? Типо через щелочку смотрит что ли? Сейчас бы залезть пальцами и поднять эти веки, там наверняка интересно и много всякого. Чтоб посмотрел, какой Малфой офигенный. Так грустно ему, а улыбается, как самый счастливый. Прячет на днище все, что происходило с ним. Весь пиздец закапывает посильнее. Чтоб никто не вляпался.
- Поехали, - похлопал по плечу и руку остановил на теле. Мягко, такой угол интересный. Пальцами проводит. С чего вдруг. С чего вдруг он это делает. Знает, что просто хочет обниматься. Но с чего вдруг его заволновало, что думает о нем бухой Каин? Смотрит на него, как на глупую малолетку. Скорпиуса это бесит. Да что он знает о нем вообще. Что он знает о том, как в его шкуре? Отмазывается от того, что сам натворил с его жизнью. Нажал на конечную точку кипения. Не заходил за порог давно, а все равно забомбил всех Малфоев. Как паразит.
- Из-за твоих приколов меня выперли из дома, - старается быть серьезным. - Поэтому окажи услугу в качестве извинений и приюти меня на ночь, - и глазки типа просят о помощи. Как брошенный кот со змеиным характером. Забалтывает, и тот сдается. Лучше в халупе у Берка, чем на улице все-таки. Мог бы снять гостиницу, да предки скорее всего вычислят своими окольными. Хочет подполье, где никого. И он трансгрессирует, сука. Вертолеты кратковременные пиздец под корку залезли. Едва не упал на пол, как прилетели. Сразу побежал в ванную, спросив по дороге местоположение. Даже не добежал до унитаза - вывернулся в раковину. Сука. Смотрит в зеркало - бледнее обычного. Смывает все. Оставляет чистеньким. Находит зубную - заливает свою полость и чистится долго. Умывается. С волосами. С шеей. Легче. Боялся, что это последствие наркотиков. Оказалась, просто качка. Выходит, а Берк весь такой домашний на кровати. Малфой улыбается, сравнивая себя чуть ли не со шлюшкой по вызову, которую ожидают из душа. Садится на стул. Смотрит на хозяина. На его обитель. Поджимает губки и такой:
- Здесь... мило, - типо комплимент в знак примирения. Берет сигарету, шарит огонек. А Каин подносит горящий палец. И Скорпиус застывает в восхищении. Даже не втягивает, не сразу понял - смотрит то на огонь, то в глаза азиатские. Дымит по итогу. - Ты блять корейский Иисус.
Смотрит на его пальцы выгравированные. Смотрит на баночку с лекарством. Открывает, нюхает, морщится.
- Если ты пьешь это от похмелья - я тебя разочарую, - бросает обратно. - Магловские аспирин и витамин С и то лучше работают, - щелкает челюстью, сухо. Встает со стула и рыскает по карманам своей верхней, которую когда-то успел кинуть на другой стул. Когда - не заметил. Рыскает. Черт. Ничего из дома полезного не взял. Выворачивает карманы. Какие-то бумажки, мелочь, телефон падает на пол. Достает склянки с образцами - хоть что-то успел заныкать в фамильной неразберихе. Да только толку от травы барвинки в сухом виде не особо было. На кухне выуживает стаканы, колдует горячую воду, мутит себе чаек и на пафосе возвращается обратно в комнату. Один подает бухому Каину. Своим немного в воздух и, серпая, попивает.
- Я врач, что за недоверие? Завтра спасибо мне скажешь. Ну или через пару лет, когда у тебя писька еще будет стоять, а у твоих сверстников начнутся проблемы, - подмигнул и вернулся к трапезе своей. Берк выглядит устало, а вот Малфою бы заснуть теперь в таком состе. Снимает одежду, остается в боксерах и ныряет под одно одеяло. Затылок в подушке, взгляд в потолок. Берк отвернулся, мол, спать и не видеть его тупое ебло. А Скорпиус не может заснуть. Шаркает руками по простыням. Ощущает их самыми мягкими, восторженными. Сейчас вообще не до сна, травяной чаек - далеко не то, что отпускает от химки. Сейчас нужно курить африканские травы, да вот Берк уже сопит или притворяется. Малфой нависает над его головой. Дышит чуть ли не в ухо. Не, точно спит. По хате постоянно какие-то звуки, да и вообще тут не уютно. Штормит по мыслям хуево выраженным. Все злые слова, все пройденное. Закрывает глаза, пытается в сон, да не может. Открывает - вздрагивает от фонарей напротив. Присматривается - а это домашнее животное. Не спиздел про кошку. Старый одинокий волшебник. Та палит на него, словно пришла познакомиться. Скорпиус не реагирует. Не любит животных. Только тех, что можно запереть в клетке - остальные позволяют себе слишком многое. Тяжело вздыхает и спустя время все же окунается в омут. По факту - просто впадает в какую-то кому своих мыслей. Переползает на бок. Чувствует тепло под своими руками. За закрытыми веками чувствует солнце. Да ладно, солнце? Лондон, ты ли это? Светает, надо идти на работу, но еще слишком рано. А руки ведут по чему-то приятному и теплому. И лицо где-то у основания чужой шеи. Вдыхает прелый воздух перегара и чужого тела. Ведет как-то странно. Почти не соображает, что делает, но ладони уже под всеми возможными тканями. Заходят за грани разрешаемого. Да и когда и кого он спрашивал. Рука заходит за линию трусов. Сжимает чужой член. Твердый. В этот момент понимает, что начал домогаться убийцу своей матери. Окатило б водой морально, да только сам едва ли не упирается в его зад. А тот не спешит просыпаться, лишь тяжелая отдышка сквозь все возможные картинки. И тут резко переворачивается, чем будит Скорпиуса окончательно. Открывает сонные глаза, смотрит, мол, в чем дело? что такое? Тот спрашивает какую-то очевидную херню. Что ты делаешь? Да, Скорпиус, что ты делаешь? Дрочу тебе, не чувствуешь, что ли? Решает игнорить, а рука медленно и нежно ведет вверх-вниз.
- А зачем ты привел меня к себе? - спрашивает. Не, понятно, что Скорпиус сам напросился. - А зачем ты согласился? - и смотрит туманно в его карие. Видит его максимально не сексуальным. Утром, недосып, похмелья хоть и нет, но не самое романтичное время для начинаний. А рука все скользит. А в штанах все сильнее. - Понятно, - усмехается. - Да ладно, расслабься, ты не особо против - я ж обломал тебе страстный вамп-секс.
Только пусть не думает, что это была первопричина происходящего. Если бы не послевкусие колес, его бы не тянуло на тактилку. Он же даже не симпатичный. Есть что-то манящее, но не его тип человека. Скучный, нудный, ненормальный. Хотя))) Но он бы трезвый не полез к нему. Не потянул бы второй рукой за шею, чтобы коснуться своими губами этой солености. Медленный вдох на возбуждении. Не спешит к откровенным действиям, словно еще не получил разрешения, но сорваться пытается. Утренний ленивый секс, почему бы и нет. В качестве взноса за аренду помещения на этот вечер. Если понравится - доплатит за последующие. Нравится распоряжаться ресурсами.
- Пользуйся, и я тоже. Мы на равных условиях. Ни хорошие, ни нормальные - так сложно и скучно. Остается делать плохие вещи. Я хочу тебя, - смотрит в его глаза и добавляет. - Сразу захотел, как увидел, - и целует своими пересохшими, что тут же наливаются жизнью. Дышит в его рот с жаждой к продолжению существования. Отличная зарядка перед работой. Каин не отвечает охотно, и Малфою кажется, что он сейчас переступит грани насилия. Отрывается от его лица, все еще ведет рукой по причинному. И ухмыляется. - Только не говори, что я у тебя первый, а то так смущаешься, - и ухмылкой скользит по его груди. Смелеет хваткой руки. Чувствует накатывающую отдачу. Давай, детка, не ломайся. Его родители уже нафантазировали всякого. Так пусть они будут не правы.
Скорпиус хочет сделать такое, что им и на ум не придет.

+1

13

Тело реагирует вопреки доводам рассудка. Пьяное плюс обдолбанное всегда притягивается, потому что на разных полюсах. И почти всегда реагируют друг на друга не правильнее обычного. Руки Скорпиуса повсюду, от шеи до торса, задевают лопатки и даже предплечья. Каин не знает, притворяется ли он так хорошо, или действительно едва стоит на ногах. И при том, ловит себя на мысли, что совершенно всё равно, даже если всё это - коварный план Малфоя ради тактильного контакта. Они же не ищут лёгких путей. Никогда стрезву не говорят, что думают и чего хотят. А Каин, в принципе, умный, всегда умел в ребусы и загадки - и читать между строк, поэтому сейчас весь такой «нет», а внутри «да ну нахер, да».
Зачем только - непонятно. Захотелось разнообразия или назло семейке дражайшей? В змеином гнезде жить, так-то, сомнительное удовольствие, когда единственный человек, который настраивал на реновацию взглядов, больше не может сказать ни слова, ни взглянуть ободряюще. У Берка в голове всё ещё диссонанс от этого. Почему так тянет. Почему так тянет к сыну той, что оставил умирать, даже не попытавшись спасти. И почему Скорпиус так искренне и страстно реагирует на Каина, словно и не винил все эти годы в том, чем Берк не был им обязан? Интересный такой. Полный парадоксов и максимализма, бунтарского духа, латентности к магглолюбию с нотками расизма. С целыми симфониями расизма в заинтересованном, изучающем словно диковинную вещь, взгляде. И Берк такой колючий, словно весь в иголках или на иголках, максимально сконцентрирован на деле и проблемах, внутренне насторожен, натянут, как струна. Внутри же целый бурлящий котёл из страстей и эмоций, и Скорпиус вытягивает это наружу своей беспрекословной инициативностью. Не терпящий отказов и возражений, получающий то, чего хочет. Не слишком ли знакомо, а?
- Мило? - Берк аж морщится от этой дружелюбной лицемерной фразы. - Да это залупа же. -  Обводит головой пространство по воображаемой дуге и возвращается к взгляду вежливого Скорпиуса. Поздновато для вежливости, чего уж стесняться-то. После всего, что между ними было. Теперь только правда-матка, как она есть. Прикуривает пафосно, ловит этот ахуевший взгляд. Хохотнул в ответ на расистский комплимент:
— Ты блять корейский Иисус.
Ну, ладно, такая правда тоже сойдёт. Если в совокупности со взглядом, полным восхищения и детского восторга. Не ожидал такой бурной реакции на примитивную стихийную магию в миниатюре. Каин залип на его сияющие глаза. Крутит в голове эту фразу уже раз пятый за минуту, пока глупо улыбается на эти чистые эмоции, которые вызывает. Всё равно Малфой этого не вспомнит, а Берку приятно. Даже не отвечает ничего на это, просто провожает взглядом заинтересованным этого деятеля, которго подотпустило. На пустой желудок явно легче соображается.
- Не совсем. Ты вылил то, что тебя бы уже взбодрило, а аспирин есть в аптечке. На холодильнике. - Тянет Каин сквозь зевоту, растягивается поперёк кровати. Наблюдает перевёрнутую картинку. С улыбкой рассматривает эту импровизацию в деталях. Улавливает каждое движение. Изучает или хрен пойми что делает, но любопытство здесь играет не последнюю роль. Опять выпендривается, кажется. Это умиляет. Полупьяные все такие борзенькие, но без гонора. Был бы всегда таким милым, авось не летал бы фанерой по Лютному. Ухмыляется своим мыслям, а после - принимает чашку с какой-то заваркой. Не шарит так, как бравый колдомедик, хотя и работает с травками. А этот всё об учёности своей да о письках. Каин выпрямляется в спине, раздвинув ноги для удобства. Делает глоток чая и опускает чашку между ног, придерживая ладонями.
- У тебя какая-то неверная инфа о моём возрасте, и тем более о письке. Мне так-то и тридцати ещё нет. - Пожимает плечами, мол, прости, если разочаровал. Внуков, увы, нет. А так бы конечно сосватал тебе внученьку. Детский сад. Пора баиньки. Очередной зевок сваливает напрочь. Краем глаза видит, как Скорпиус раздевается. Бесцеремонно до модных трусов, как у себя дома. Каин медленно вдыхает и выдыхает, закрывая глаза. Нет, это вот сейчас явно лишнее.
Дыхание прям у уха. Только бы не улыбаться, а то спалится же. Лучше дальше притворяться мёртвым. Рассуждает так, и в итоге проваливается в сон без сновидений. Очень хорошо, а то раньше всегда кошмары снились. Почти постоянно. Десткие травмы, чтоб их... А, вообще, очень устал за день, за вечер и за ночь. За все те времена суток, что приходилось видеться со Скорпиусом. Чтобы в итоге уснуть с ним в одной постели. Вот так просто. Не пошло. Уснуть без всякого там, хотя не сказать, что не думал об этом всяком. Потому на бок и отвернулся, спиной к Малфою. Дальше - сплошые временные ямы. То просыпается, то засыпает. Ненавидел спать с кем-то новым, в первые разы всегда подрываешься со сна по непонятным смутам.
Солнце слепит в глаза, заставляя уткнуться лицом в подушку. Давно такого в Лондоне не наблюдалось. Берку норм, в целом, он привыкший к яркости, но головушка немного побаливает, а чужое сопение тоже не доставляет. Как и руки поперёк туловища. Ладно, пока ещё слишком слаб, чтобы брыкаться. Поэтому накрывает сверху своими руками, почти натягивая Малфоя на себя, как дополнительное одеяло. Уютно. Изолировался. Приятно. Хм, очень приятно. Начинал чувствовать бодрость уже пару минут как, хотя всё ещё крепко спал. А потом вдруг подвезли нежданчиков. Разнежился пиздец, а потом уже осознал, чё происходит. Но не понял всё равно. Перевернулся на спину, глаза продрал через силу.
- Чего ты делаешь? - Хотел бы возмутиться, да голос подвёл. Весь такой хриплый, тихий и томный. Доволен же. А в ответ бесстыжий взгляд, и движения плавные - вверх-вниз. Чувствует чужой стояк бедром, напрягается в его руке ещё больше. Твою ж мать. Это так за кварплату теперь вносят?
Скорпиус заведён ни на шутку. Так уверенно руку сжимает, поцелуями лезет, что у Берка нет сил не то, чтобы на сопротивление и попытку воззвать к здравой логике, но и на самоконтроль. Малфой всё верно начал. С того самого места, что и являлось эрогенной зоной. Ни шеи там всякие, ни уши, ни ключицы. Без прелюдий сразу руку на хозяйство. Настойчивость в каждом движении, в каждом слове уверенность в желаниях и готовности исполнить их. Возможно, не до конца осознанные желания, по простому - инстинкты, но Скорпиус ни капли не сомневается в том, что озвучивает. И это, блять, самое взрослое и рациональное из того, что он говорил Каину за всё это время. Это провоцирует десятки разных картинок в голове, постановок одного сюжета в разном исполнении. Каина накрывает одной только мыслью, что Скорпиуса по нему тащит. Необъяснимо, но факт.
Зрачки расползаются ещё больше, делая бездонными и без того тёмные глаза. Чёрные дыры готовы поглотить мальчика целиком, превратить в омуты эти голубые наивные озёра. Каин предупреждал. Каин с адом страстей в душе и с невозмутимой маской на лице, и беспорядком в квартире, которым он называет небрежно брошенные на спинку стула рубашки. Вопрос-констатация не сбивает с толку, но раззадоривает и бодрит ещё больше. Каин хотел бы ответить честно, но под таким чувственным телом, явно неопытном в однополом контакте, старается быть деликатным:
- Я люблю секс. Разный секс. - Ушёл от ответа красивенько, но намекнул вполне конкретно. На всё и сразу. Что если захочет продолжения после этого раза, скучать не придётся. И сегодняшняя поблажка со стороны Каина будет ему авансом, первоначальным взносом за последующие сексуальные опыты. - А у тебя кто-то был до меня? - Спрашивает как бы для себя, для достоверности. Подкрепляя догадки, которые возбуждали ещё сильнее. Перехватывает его руки своими пальцами татуированными. Ну прямо Барон Суббота. Перехватывает и сжимает в запястьях властно, приближает к своему лицу. Шёпотом в губы, прихватывая его нижнюю: - Ты прав, я люблю быть сверху. Но я тоже тебя хочу. В себе. -  Хочет его слишком сильно. Даже если пытается передавать власть в постели тому, кто всё утро пытается его изнасиловать. Ну, раз так хочет))) Главное, направить.
Каин проводит пальцами, а следом и ладонью, по выбритому черепу, этой мерзючей щетине, словно током бьющей по эпидермису. И неприятно, и хорошо одновременно, мурашками по телу ощущения расходятся. Как же он возбуждён. И от этих тонких пальцев на члене, и от чужого взволнованного дыхания в его шею, едва сдерживаемого судорожного тремора. Поцелуи хаотичны, Скорпиус заводится с каждым новым открытым своими губами участком его кожи. Берк снова перехватывает поцелуй. Целует влажно, без потери лишних минут ради дружеского петтинга. Отстраняется на миллиметры, смотрит пошло, пока пальцы малфоевских рук подносит к губам. Не зря целовались с языком, оно всё на пользу. Почти соприкасаются носами, но Каин ловит ртом его пальцы. Сосёт указательный и средний, удерживая за запястье, а другой рукой оглаживает бёдра, задавая ритм трению. Чтобы не сбавлять оборотов. Снова целует Скорпиуса, но на этот раз - в шею. От мочки уха до ключицы, пока ведёт влажную руку под простыню. В обход члена, куда было потянулся Малфой, направляя куда нужно. И повёл коленом по его бедру так пошло. Не надо стесняться. Сделаем вид, что Каин Берк вовсе не первый.

Отредактировано Cain Burke (09-01-2018 02:49:33)

0

14

Блять, засыпал его тонной уверенных фраз, а потом такой созналкой по тормозам почему-то. Неуверенность подступила, мешала адекватным действиям. Шаркает руками по чужому телу, а в голове паника - че куда зачем. Вроде все знает, а волнуется. А ведь только недавно шутковал про его возраст, мол, все правильно я говорю - через два годика жди приколы. Поверь опытному врачу. Улыбался широко, как умеют только Малфои на пике славы от своих подстебов. Аж светился задорно - единственный плюс носить эту фамилию. Второй - он может позволить своей наглости вторгаться в личное людей. Так и смотрел на него синими с уверенностью, хоть сам и не знал, что делать. Не подозревал о румянце на щеках, но чувствовал себя лидером положения. Экий молодец, затуманит любые мозги, умный ведь мальчик. Даже эти удрученные опытом - горьким и не очень. Зажимает зубами губу. Хочет его. Хотя казалось бы - с чего? Не самый красивый. Не самый умный. Точно не лучший. Раньше вставало лишь на умниц и спортсменов, с алкоголиком в постели сейчас впервые. С мужчиной впервые. Всегда хотел попробовать, но боялся, что кто-то расскажет. Маглолюб. Наркоман. Теперь еще и гей? папа рипанется вслед за матерью сразу.
- До тебя были только рыжие школьницы, - улыбается, смотря на его губы, честно. Здесь же все по ролям в гей-сексе отмерено, надо выбирать необходимый фронт. Ты за белых или за черных? Кто ходит первым? Каин уступает, и у Скорпиуса мурашки по телу. До последнего не верил, что игра зайдет дальше дружеского петтинга. Но возбужденное мужское прижимает сильнее. Выше его, мощнее, а дорогу словно рукой уступил, как будто издевается - хочешь играть, мальчик, так покажи, как развлекаешься. С рыженькими школьницами. О, он ни на одну не похож. Но лижет его пальцы с такой эротичностью, что в голове обезьянка бьет в гонг, вызывая все первобытные инстинкты. Сука, тащит его своим языком по шее, что Малфой уже думает, может, ну его в жопу? В свою. Готов раздвинуть ноги. Но тонкие пальцы уже проникают внутрь. Манерно двигаются в заданном такте. Берк дышит страстно, значит все идет, как надо. И Скорпиус ощущает себя самым правым в этом мире. Потому что учится играть на чужом теле, как на барабанах. Задает свои ритмы, экспериментирует. Зубами за подбородок. Плевать на щетину. Губами к шее. Такой томный запах, что ведет в изгибы линий. Нависает выше. Над ним. Сегодня он доминирует, он же Малфой - он первый и сверху. Как бы это и не нравилось самому Берку. Губами по груди шаркает. Понимает, что уже не может дальше в ласки, да и сколько по регламенту надо - не особо шарит. Входит аккурат, не сводя взгляда с его лица. Каждую микромимику ловит вниманием, чтобы знать, все ли так. Для этого даже не надо ничего говорить. Ноги его в коленях сильнее. Движение бедер сильнее. Он уже глубже, плотнее. С полу открытыми губами, с рукой на его члене, что на какое-то время забыла об этой важной детали. Вспоминает все уроки рыженьких сучек. Знает, что здесь другая методика, но он умел находить нужные точки и трахать по ним. Прижимается сильнее к его телу, лишь бедра вверх-вниз рисуют дугообразную. Кусает за шею - мальчишка любит легкие садистские приколы. Пусть от поцелуев будет немножко больно. Острее. Так запомнится лучше, когда будет оглядывать свою кожу в зеркале. Ни одна вампша не оставит такое в памяти. А Скорпиус уверен, что Берк привык подставлять свою шею под чужие зубы. Видит, как он тащится. Действует сильнее. Резче. Жестче. Со стоном с губ. Прям в поцелуй рвется. Это просто ахуительно круто. Это новое. На эмоциях. С этой химией, что хочется разорвать его тело как дикое животное. С этими закрытыми глазами его, что не смотрят. Их поцелуй уже просто монотонный - слияние двух ртов, что вспоминают, как дышать. Скорпиус сильнее сжимает, отстраняется от плотняка. Пальцы в бедра, пальцы в его член. С поджатыми губами сильнее. Смотрит на него сверху. Блять, да. Еще. Мычит сквозь сжатый рот и выстреливает на секунду позже него. Первый секс, когда не надо высовывать. Чистый порыв и финиш взрывом созналки. Он горит. Чувствует пульсацию. Рукой опирается на подушку у виска Каина. Смотрит на него. Дышит. С потного лба капля стекает к носу. Не понимает этого соста - ради чего так выжимался на полную. Рыжеволосые школьницы так не вдохновляли еще.
Медленно падает рядом. Смотрит в потолок. Вытирает лицо. Минута перезарядки мозга. Даже не комментит этот сост. Ему было ахуительно. Да это видно по его красной роже. Вскакивает быстро с кровати, включает телефон. Игнорирует пропущенные и сообщения. Выебывается за телегу, а сам не читает в основном))) Идет в ванну, шумит водой, через минуту выходит весь такой идеальный и голый. Подмигивает задорно. Получил свою утреннюю порцию эспрессо. Лучший напиток на начало дня.
- Мне пора на работу, - ныряет в джинсы быстро, как будто быстрее спешит сбежать. Даже не обсуждает происходящее. Да и чего обсуждать - не девчонку же скелил, с которой после секса болтать обязательно. Накинул остаток одежды. Прыгнул на кровать. Губами - к укусу на шее, что сам же оставил. - До вечера, сладкий, - ухмыляется и спешит трансгрессировать в больничку. Боже, храни Боже, что придумал трансгрессию - лучше такси любого. На работе довольный бежит к своим змеям кормить бедолаг, а то мало ли. Те недовольные. Всегда недовольные. Коллеги вокруг смотрят странно, мол, что так улыбаешься. Кстати, тебя отец искал. Да все в поряде. И улыбка с музыкой отличной в голове по умолчанию. Просто был офигенный вечер в семь утра. Но знать об этом никому не обязательно, в общем-то. Спешит готовить свои травки. Залипает на них перед работой - оглядывает изгибы. Дышит. Понял, что так тянуло в запахе Каина. Он весь пропитан Африкой. И теперь Скорпиус никогда не перестанет наркоманить.

0

15

Рыжие школьницы - это уже пройденный фетиш каждого поколения обучающихся. Невозможно быть студентом Хогвартса, и не желать какую-нибудь рыжую. Уизли их штампуют вот уже несколько поколений, на любой вкус практически. Берк не совсем уверен, что речь была о Уизли конкретно, но у него нет других идей, а спрашивать о бывших не любил. Да и какие бывшие у этого малолетнего? Так, интрижки какие-нибудь, за которые папка по шее надавал. За Каина Берка тоже может надавать, если узнает. Надеется, что Малфои никогда не узнают, чем занимался их наследник и с кем, когда они его выперли из дома. Хотели, видимо, в профилактику, а подтолкнули на самое дно. Устраивает тут притон своими грязными домогательствами.
Сейчас ведь остановится или замешкается, если не направить. Бля. Чё такой сложный, Малфой? Продолжай, ведь так уверенно начал. Маленький альфа, пора распоряжаться своей жизнью и брать быка за рога. Не совета же у папы спрашивать. Берк может быть твоим папой сегодня. Хули нет, если да. Целые сутки воспитанием его занимается ведь. Но эта неопытность действует лучше любого афродизиака от неизвестности и непредсказуемости. Что будет дальше, как, какие ощущения. Узнать всё, попробовать всё. Жаль, что утро такое короткое. Боится, что захочет продолжения вечером. Да или не только. Привык быть одиночкой, не связанным постоянными контактами.
Но здесь просто невозможно быть беспристрастным. Не добавлять эмоционального контекста. Каину кажется, что он сворачивает куда-то не туда, бесповоротно влетая в какую-то хуёвую ситуацию с ответственностью даже больше, чем из-за инцидента с книгой. Да если бы знал, что из-за книжки жизнь так резонировать будет, подумал бы тысячу раз. Но думать уже не кажется клёвой идеей, когда так проникает осторожно и медленно, с ужасным перфекционизмом. Отчего-то так чувственно, что хочется прижаться сильнее, сократить расстояние до минимума. Контакта словно недостаточно. Нужно больше Скорпиуса в своём личном пространстве. Переплести энергетики такие полярные, что заводят друг друга как под прессом. Давить, давить, давить, чтобы потом взорвать. Ещё раз взорвать - и вдох. На вдохе прогнуться в спине, касаясь головкой его живота. Уже теряется мысль о неопытности и обучении азам нетривиального секса в текстурах простыней и звёздного потолка. Он пахнет, как космос. Как желание, чистое животное желание. Сумасшествие с первого взгляда. Жгучие чёрные в отражении кристальных синих.
Открывает шею для поцелуев. Не поцелуев. К чёрту поцелуи, кому они нужны. Больше власти, давай же, ну. И Малфой его кусает, а Каин рычит внутрь себя, закрывая глаза от удовольствия. Угадывает все контрольные, оставляет метки, компенсирует неопытность жестокостью - и выстреливает в саму суть. Берк ускоряется в движениях бёдрами навстречу, сбивает размеренный осторожный ритм, и Скорпиус моментально подхватывает изменения, входя в раж. Резче, жёстче берёт своё, бесцеремонно врываясь в чужое нутро, выворачивая эмоции наизнанку. Вколачивается уже не в тело - душу выбивает вместе с дыханием. Хули так тащит? Мерлин дери, как хорошо. Кусал бы губы, да только дышит страстно в чужой рот, целуя просто потому, что нужно заткнуть последнюю дырку для высшего удовольствия. Чтобы оргазм взорвал и разорвал изнутри, чистыми ощущениями по телу разошёлся. И только потом, на выдохе громком, разлился по помещению воздушно-капельным.
Не забудет это доброе утро. Интересный способ проснуться. С бабами сам действовал, но чтобы самого так пробудили... Сука. Пялится в потолок едва мерцающий - утро ведь уже на улице. В Лондоне нет звёзд, а в Африке звёзд целая россыпь. Миниатюра на потолке. Какое же здесь сафари только что было. Зарядом бодрости на весь день. Плевать, что липко и мокро, по телу до сих пор лёгкая дрожь и ногу чуть свело, потихоньку отпускает. Ему не нужно даже смотреть на Малфоя, чтобы чувствовать этот ахуевший взгляд и красные щёки.
Ему на работу через час только, можно и поваляться. Скорпиус вскакивает после передышки, сразу чекает телефон. Каин же заинтересованно подтягивается на подушках, наблюдая за блондином. Подмигивает в ответ, проводя рукой по шее. Больновато от царапин, но круто. А малой бегает в ванну и обратно, ныряет в джинсы, как будто быстрее свалить хочет. Типичный мужик. Трахнул - и сбегает, прикрываясь работой. Берк с сарказмом понимающе опускает вниз уголки губ, не собирается останавливать, просить задержаться, вот эта вся ванильная бабская хуйня. Трахались, ну и что. Можно посчитать до трёх, чтобы увидеть реакцию на этот похуй: Малфой пантерой прыгает на кровать и целует по своим же следам.
- Да мне тоже на работу скоро. - Лениво тянет Каин, не касаясь его в ответ. Просто чуть вытянул шею. Соизволил. - Ага, ну. Удачи там. - Ответил так мудро, по-взрослому отпустив в свободное плавание. Чисто мужское такое: дорогая, я перезвоню. Пришлю сову, блять. Ну короче да. Всё было супер, но пора на работу собираться.
На том и попрощались. Каин всё так же лениво в душ, завтракать не стал, накинул какие-то шмотки, плащ-мантию летнюю, кофе взял в Косом, по пути на работу. Заведение уже открыто было, вывеску надо было только поменять на Open, что и сделал. Поздоровался с продавцом, протянул ему вторую кружку с латте. На позитиве так ворвался на работу, что сменщик аж прихуел, но не спросил ничего. Сказал, что кто-то ночью ломился. Берк проигнорил, в кабинет сразу. Вдохновение на изучение новых артефактов нашлось. Ещё неделю назад подвезли. Между делом днём спросил:
- Слушай, а помнишь того пацана, который заказывал травы недавно? Светленький. Кажется, Малфой, - начал издалека, молодец. Не спалился ни разу, но мистер менеджер смотрит подозрительно. Помнит, а что. Да так ничего. Каин присел на столик, посмотрел из-под шляпы невинно. - Дай его телеграм? - Улыбнулся одними губами, достав сотовый из кармана тёмной джинсовки в готовности поиска аккаунта.
Last seen recently. Ненавидел эту соцсеть за неопределённость, если не знаешь номера телефона. Если Малфой обновляет её раз в день, то дело плохо. Для него. Берку-то что с этого? Он на ночь квартиру предоставил, по-джентльменски положил рядом и даже не приставал. А этот трахнул, собрался на работу - и трансгрессировал, так и не узнав, где находился. Напереживался на месяц вперёд, наверное, вот и рассеянный. Главное, ушёл красиво. Попрощался до вечера. Ну да, ну да... Каин всё равно бы первым тогда не дал свои геоданные, посмотрел бы на догадливость молодого любовника. Да на самом деле, в таком состоянии пребывал, что ни о чём не мог думать в принципе. Только об эйфории от испытанного, принятия факта того, что переспал с Малфоем, сука, с Малфоем!!1 И вообще о всяком. Что надо обои поменять. Или одну стену сделать чисто бамбуковой.
Лёгкие мысли, добрые, не тревожные совсем. И весь день такой тёплый, как течение Гольфстрим, под нос улыбается, слушая рассказы Лисандера в пол-уха. У него очень приятный голос, который, однако, совершенно отключает Берка от сознательного, бросая в бессознательное. Медитировать под этот голос, но точно не слушать. Лис говорит, что Каин - отличный слушатель и гнида болотная, и Каин тупо кивает, а потом такой: что? Да так, ничего, босс. Лисандер - как телевизор для магглов. Если выключить звук, то есть заткнуть ему уши наушниками, что тот делает 24/7, то идёт будто бы фоном, чтобы не так и одиноко было. Клиенты появлялись каждый день, но редко. Не тот контингент клиентов, не такой спрос, как у волшебного зверинца или бутика мантий. Скука смертная, зато отличная возможность для саморазвития и рефлексии.
- Ты чего прёшься весь день? - не выдерживает блондин, щёлкая пальцами у самого носа Берка, что улыбается сам себе, разглядывая кровь келпи в микроскоп уже битый час. Отрывается неохотно, смотрит на Лиса осуждающе-строго, но с ухмылочкой. Сам не понимает, отчего так доставляет.
- У меня не может быть хорошего настроения? - Переспрашивает вполне логично, как обычно в защитку кидается, маскируя под нападение. Встречное. Не любил все эти личные расспросы, делиться своими ощущениями. Как из-под палки всегда выбивали правду те немногие, кто имел возможность называться его близким кругом. А приятель плечами пожимает, мол, да всё нормально, и проходит мимо, шарфик Каину поправляя, а то ведь сполз в духоте помещения, приоткрыл что-то красное на шее. Вот чёрт. Посетители пришли, судя по колокольчику - вот и уходит встречать. - Да, было супер. - Всё же добавляет Берк в спину уходящему менеджеру.
Если сменщик на месте, то Каин выходит только в крайнем случае. Нет того, с чем бы не справился его единственный работник в штате, что само по себе было удивительно. Потому что Берк привык доверять только себе, на худой конец - сестре. Поглядывает на настенные часы - догадывается, кто пришёл. Почти под самое закрытие. Ждал этого весь день, честно говоря. Предвкушал неловкость момента и ту забавную ситуацию, где Скорпиус Малфой расписывается в чек-листе о завершении смены, выходит на улицу и вдруг понимает, что не ебёт в душе, куда ему идти-то дальше. Каин мерзенько прохихикал в воротник рубашки, когда представил. Через минуты две Лиса вернулся с таким видом, будто не понимает чего-то важного, хотя должен. Прости, чувак, не сегодня. Ещё рано знать, да и ничего толком не происходит. Всего лишь назойливый клиент.
- Не говори, что я здесь. - Шепчет Берк, сдерживая улыбку. Пытается сохранять серьёзный вид, дело ведь важное. Ну да, он и не сказал, вообще-то. Никогда не говорит, ведь босс выходит тогда, когда посчитает нужным, а он всяко больше в этом разбирается. Просто ещё через недолгое время коллега снова возвращается в кабинет, на этот раз с запиской в руках. Взгляд убийственный, Берк так и читает в этих глазах, что он тут, вообще-то, не почтовая сова, а сотрудник каждого месяца. Каин приставляет палец к своим губам, едва не заходится беззвучным смехом. Ладошки складывает в умоляющем жесте, просит не сдавать. Тут своя атмосфера, некогда объяснять. Вскрывают конверт, как шпионы, и Каин от прочитанного одними губами матерное слово повторяет. Фейспалмит.
- Всё, иди к клиенту. Дай ему денег и ключ, они вместе лежат в кассе.
Сам же набирает сообщение ответное, продолжая гнуть своё:
@Ganju: Серпент-стрит, 48, 2 этаж, квартира 718. Возьми Эльфийское вино, сухое.
Прочитано. Ну как же)) Дописывает, не давая ответить:
@Ganju: Деньги передадут, ключи оставил на кассе. Я пока занят.
@Ganju: Сладкий.

0

16

На работе все как по маслу. Позвонил Альбусу, решил пару вопросов. Надо же. Предки соизволили позвонить Поттерам, прям как в школьные. Ну как позвонить - отправили сову как месседж. Альбус на иголках был весь вечер, мол, вдруг друг реально рипанулся. Все-таки Скорпиус не позвонил ему даже, не прояснил ситуацию. Вроде обиделся даже. Ага, какой обиделся - спал ночью сладенько небось. В любом случае, все решили. Малфой закинул удочку, мол, был отличный секс, ночевал в постели, а не в подворотне. Не, друг, спасибо, не пойду спать на твой диван - Поттеры хоть и приветливы, но Драко озвереет, если узнает. К чему эти проблемы тупые. Как будто кандидатура Берка была лучше. Но не суть. Тут хотя бы далеко не очевидно. С кем секс? Да с одной полувампшей из бара. Не, не волнуйся, сегодня тоже буду ночевать у нее. Холодная? Ну, в постели кровь потрепал. И нервы тоже. Все схвачено. Деньги есть, если что - отели к услугам. Не переживай. Пора работать, до связи, как-нибудь выпьем горячительного, но не на этой недели.
На этой недели мальчик планирует трахать своего холодного, как лед. Горячего, как пустыня. Дозирует травки, а сам прокручивает, аж голова дернулась. Сегодня все пекутся о его благополучии, аж непривычно. Взъерошенный потому что, в душе толком не был двое суток. В работу носом клюнул, пошло-поехало. Как на мануфактуре. Всегда точно знает, что делает. Между своим фрилансом успевает осматривать пациентов. Болтает с ними о том, о сем. Те посмеиваются, а Скорпиусу в кайф. Видел бы его весь свет за работой, признал бы душкой. Он ведь действительно светится, когда помогает. Только никто этого не видит, не понимает. Да и срать. Своя миссия она же для себя, а не для других. Делая свое дело, глядишь, себя тоже сделаешь.
Вечером мчится в Лютный переулок. Слишком часто светит своей мордашкой здесь. Надел шляпу, воротник поставил выше - прям за своего сходит, кто тоже ныкается. Как будто по проституткам идет, чесслово. В целом, цель у него та же, что и у посетителей борделей. Только разница в том, что его душа тоже занимается сексом, а не продается за деньги во славу греха. Заходит в лавку, кивает Лису. Бросает взгляд на плащ, медленно проходит вглубь лавки. Где же ее постоянный? Спрашивает у белобрысого, тот плечами пожимает, мол, нету его. Ага, ну)) Поиграть решил в прятки - да только Скорпиус уже начал игру в кошки-мышки, и соскочить с нее не выйдет. Пишет записку, склеивает магией, чтоб не читали чужие глазки по пути всякое. Передает, мол, отнеси хозяину. А сам вальяжно сел на стул и уткнулся в телефон. Шарит новостную ленту, ничего особенного, но надо быть в курсе всего. Лис передвигается медленно. Чувак по жизни с закатанными глазами, хотя мода на хипстеров уже прошла. Помнит его еще со школьных времен, но не особо пересекались. Да и не за чем было. Размышляет над тем, что родословная играет важную роль. Кто-то сбегает от предков по любовникам и отелям, кто-то - подметает полы в разваливающейся лавке. Однако все в твоих руках, парень. Хотя Лис выглядит так, словно он уже часть команды, часть корабля. Словно ему норм. При этом не норм. Да и похер. Что есть в инсте? Новые сториз...
Всплывающее окошко вверху экрана. Улыбается широко и максимально ехидно. Только строчит что-то, но Берк перебивает его сообщениями в телеге. Выцепил же номер, постарался)) Лис как-то подозрительно кладет на прилавок ключи и деньги, смотрит. Скорпиус берет только ключи. Лис всегда выглядит странно. По-любому на чем-то сидит.
- Че мутите? - спрашивает на похуизме, но все-таки спрашивает.
- Да так, трахаемся, - пожимает плечами Скорпиус, утаскивая ключи в карман.
- Ага, оч смешно, - и разочарованно уходит, не поверив. Как будто Малфой ему друг, чтобы что-то рассказывать. Ну, вот. Говоришь правду - считают мудаком. Что за люди. Пока не ушел, добавляет:
- Если нужна пыльца, обращайся, - подмигнул. Если юзает, поймет. Если просто шарит, поймет, кому надо. Просто дружеский подгон. А то ведь планирует появляться тут часто так или иначе, надо дружить с коллективом своей горделивой любовницы. А то тоже считает его мудаком, наверняка. Особенно после утреннего слива в никуда. У маглов все как-то романтичнее - закрывают за собой двери. А тут потрахались - и Скорпиус буквально исчез на месте. Но в этом и фарс их долбанутой химии.
Эльфийское сухое. Буэ. Малфой заебался его пить. В их поместье таких бутылок до жути много. А по сути, вино обычное. Вино. Романтику устроить решил? Хах. Как-то попробовал с подачки Уизли в школе более дешевое вино из бузины - прекрасный сок, как рассвет над магическим Лондоном. Льется прямо по душе. Однако раз детка хочет - берет бутылку того и другого. Накупает фруктов, сыр, ягод. Не ел ничего толком за обедом, коллега бутер в рот запихала, пока крошил свои травки над котлом. Достиг успехов. Оставил все настаиваться ночь. Завтра, главное, не проебать вспышку. Захватил с собой антипохмелинов, а то у Берка проблемы с пониманием того, что не усугубляет в дальнейшем печень и письку. Ох, многому предстоит научить.
Заходит в квартиру, ключ едва поворачивается - что за приколы? Сначала решил, что Берк наебал. Потом, что сам ошибся. 718. Да не, все правильно. Просто замок дурацкий. Починил бы, горе-волшебник. Входит. Сам чинить не будет, всяко заколдовал его от рептилоидов. Смотрит в пол - кошка. Смотрит на него, мол, че пришел? Скорпиус отходит, а она словно мешает пройти.
- Брысь! - не путайся под ногами. Кидает продукты на стол. Машет пакетиком вискас. - Ммм, смотри, что у меня есть. Вкуснота. Я не забыл о твоем существовании, так что давай без ссор, - а та прям защипела и ушла, виляя задом. Это что сейчас было? Ладно. Убирает вискас. Экие привереды. Чем он ее кормит? Тип вискас слишком элитно или что?
Навел красоту, да оставил. Принял душ, долго этого ждал. Чтоб еще сделать. Ах, да. Конечно, порыться в личных вещах. Столько хлама. Как барахольщик. Амулеты, предсказания, книги, старые вещи, которые невозможно носить, но они почему-то не выбрасываются. Какие-то фотографии, часть - из Африки. Такое интересное прошлое, и вот к чему привело. Что Малфой теперь его единственная радость и услада. Ах, даже жалко как-то. Ставит все на место. Стало скучно. Разделся. Лег в кровать. Пялит в потолок, привыкает к месту. Многое здесь скрипит. Откуда-то сквозит и убавляет кайфа. Смотрит на часы - он издевается? Или такой, ну ты бухни дома, а я, пожалуй, поигнорю тебя. Пишет в тг: «ну че, ты где?» - и не получает ответа. Заебал.
Тут слышит, как кошка несется к входной. Мяучит так, словно ее ебут семеро. Дверь открывается, Скорпиус ложится на бок в чем мать родила. Так весь из себя секси, голову рукой подпирает. Берк где-то шаркает, а Малфой глаза закатывает. Что началось? Давай, найди уже свою вечеринку-сюрприз.
- Где тебя черти носят? - встает элегантно, светя всем, чем можно. Подходит вплотную и целует размашисто сразу, постепенно раздевая. Тянет на кровать в страстной спешке. Все-таки пришел за тем, что за этим ремнем - на пол все. Кидает его на кровать уже уверенно. Даже особо не болтает, рот занят его ртом. Чтобы меньше соперничал. Уже во всем уверенный. Пальцами под шарф - ммм, еще свежие)) В этот раз аккуратно с ним, а то полностью окрасит в синий. Целует нежно, а руки шарят по телу, как по своей собственности. Нагло. Словно оценивает товар на базаре. Словно не человек под ним, а принадлежность. А тот ведется. Тому нравится. Шею вытягивает, и Малфой как змея ведет по его торсу руками. Трахает его, словно вчера ничего не было. Запал по Фарингейту. Тот кажется ему женщиной в эти моменты, но самой особенной. Сука. Да это какое-то невесомое. Как секс в открытом космосе. Где не холодно. Закрывает его открытый рот своей ладонью. Рывок. Еще. Медленно и сильно. После коллапса курит, глядя в потолок с полуулыбкой. Его губы сами выросли в эту полуулыбку. Природный змеиный изгиб. Рукой проводит по его торсу. Липко. Да и похуй. Педант, готовый на сексуальные мерзости. Отдохнул. Склоняется к нему и зубами едва кусает сосок.
- Утром не сказал, но ты - заебись, - комплимент просто вышка. - Я купил твоей кошке вискас, но она на меня нарычала. Ты ее когда в последний раз к ветеринару водил?
Соскочить с темы на тему. Вести кончиками пальцев по его груди. Смотреть в эти странные губы. Сука. Да что в них такого особенного то? Не понятно. Может, просто это самые запретные для него губы по всем моральным соображениям. Чувствует себя самым плохим человеком в мире. Но самые плохие люди не могут чувствовать себя так ахеренно. Встает с постели. На стул приносит винцо и всякую херню типа сыра. Разливает каждому свое по вкусу. Присаживается со своим бокалом на край кровати. Пьет с запрокинутой головой, изгибает тело. Облизывает губы. Домашний компот с градусом, что так любят Уизли и ненавидят в его доме. Наверное, Малфой хуевый наследник все-таки.
- Почему ты не помог моей матери?
Так просто. Кстати. Раз уже потрахались.

0

17

С возвращением, дорогой. Как работа? Устал, наверное? Вот вино, еда и потрахаться. Глаза с две монеты, смотрит в немом ахуе на картину перед собой. Кошка, мяукающая в ногах, блондин со своим прекрасным голым телом на постели.
- Ну нихуя ж себе. - Только и молвит Берк, расплываясь в улыбке. Не ожидал такого. Знал, что Малфой что-то замышляет, но о таком и не думал. Тысячу раз - да. Сердце из груди выпрыгивает от волнения и пульс заходится бешеным битом от возбуждения, когда ловит горячее тело в объятья, ловит поцелуй. Мысли офф. Чистое желание, бешеное и необузданное. Какой же дерзкий и настойчивый, с ума сводит несчастного интроверта. Бляяяядь. Одежду нахуй, контроль нахуй. Падает на кровать от уверенного толчка в грудь. Смотрит в шоке, но страстно, снизу вверх, приподнимает бёдра, чтобы штаны дать снять. Грубо за волосы тянет Скорпиуса к себе, впиваясь в губы. Раздвинуть ноги, шею вперёд. Первый его стон - и заткнутый ладонью рот. Ахуевший номер? Дважды снизу - нонсенс. Вспотел как от МДМА. Лизнул и затем волна. Его светлая голова на фоне звёзд прямо как Луна. Упали друг на друга, и ноги-руки как змеи. Что-то там летит на пол, его глаза - в небо. Отдышка как у старика. Улыбка ползёт против воли в ответ на комплимент. Ещё бы не ахуенный)) это ещё не все таланты, крошка. И нормальная у него кошка. Бухает как мужик и жрёт всё, что в холодильнике. У них тут милая маленькая семья, ага. К слову, о семье.
Всё думал, когда. Когда он задаст этот сраный вопрос, который не даёт ему жить уже четыре года. В кулуарах своих чистокровных поместий уже всем косвенно известна эта ссора Малфоев и Берков. Отказ. Едва ли не убийцей слывёт, словно сам проклял этих Гринграссов пару веков назад. Напрягся сильно. Почти не выражает ничего мимикой, но напряг нижнюю челюсть и взглядом в пустоту уставился. В малюсеньком шаге от короткого замыкания. Либо перегорит и уйдёт, потому что не хватит борзости выставить за дверь формально бездомного; либо загорится и подпалит чью-то чешую. Ни один из вариантов ничем хорошим не кончится. Но Каин где-то в глубине души понимает, что снова придаёт не тот контекст такому простому вопросу. Простому, но болезненному. Не в тему абсолютно.
Выворачивается из объятий. Переводит взгляд с потолка на голубые глаза с пассивной агрессией слишком явной. Тёмные глаза потому, что цвет скрывает жало в зрачках. Многие говорили, что у него взгляд тяжёлый, жёсткий. Нет. Просто жгучий. И совсем не огнём. Либо его, либо себя. Хуй его знает, в кого прилетит ядом из этого жала. Но смотрит убийственно, всматривается в самую глубь морей. Попытка узнать, были ли эти два раза отместкой. Да нет же, Берк, не тот контекст. Рано для выводов. Мстителен из этих двоих тут явно не Скорпиус Малфой. Эта пауза слишком затягивается. Почти забыл, как дышать. Думает, что сейчас сделает вдох - и разорвёт эту гробовую тишину. Даже Бастинда заткнулась и не шебуршит. Второй вечер, должно быть, в ахуе от происходящего. Или же привыкла к настроениям хозяина.
Он молча сползает к краю кровати, даже не прикрываясь ни одеялами, ни полотенцами, ни халатами. Не замечает этого всего. Без объяснений просто уходит в ванную, расстроенно поджимая губы. Каин не так открыт и экспрессивен, как Скорпиус. Простите, что не может в эмоционалочку с разгону. Лучше соображает внутрь себя, не вовне. Хлопает дверью ванной, даже замок защёлкивает. Будто бы это поможет хоть как-то против открывающего заклинания. Только бы не видеть себя, пройти мимо зеркала. Здесь двое минимум. Но присутствие ещё одного ощущается даже слишком. Как будто призрака вызвали. Быстро принимает душ, вымывая все следы с остервенелостью, резко так неприятно стало. Анализирует в голове. Ищет выходы. Кроме правды никакого не находит. Блядь, но эта правда слишком личная. Понимает, что знакомы-то два дня. А ощущение, что целую вечность.
Шаги даются с трудом, как будто на плаху, честное слово. Берёт сигу, прикуривает на ходу, наполненный бокал с вином берёт - как знал прям, попросил бухлишка, - и падает обратно на кровать.
- Знаешь, почему я не хотел иметь с тобой дело? - Начинает Берк совершенно не с того, что ожидалось. Да он никогда не выполняет чужих ожиданий)) Вольная птица. - У Малфоев есть ахуительная черта: ворочать чужими судьбами. Как только Джинни Уи.. Поттер, смотрит в глаза ребёнку, - указывает сигаретой в его адрес. - Дед которого чуть не убил её темнейшим артефактом? Или, может, как вы избежали участи Лестрейджей, м? Просто поразительно, как легко вам всё даётся. - Усмехается нервно, выдыхает в потолок. Ну, раз уж спросил, получай правду. Которую все ссыкуют высказать вот уже сколько веков. Да только Берку так похуй на ваше мнение, дорогие Малфои, потому что по пизде вся жизнь пошла - с амбициями, мечтами и призваниями. И это Каин ещё даже не жестит. Не хочет грубо. Не может ранить этого наивного ребёнка, который вопреки гневным высерам семьи в адрес Берка, всё-таки сохраняет способность логически мыслить. Вот что значит врач - хладнокровие превыше всего.
- Так вот, о судьбах. - Выпил до дна, потому что не знал, куда стряхнуть пепел. Не на кровать же, в самом деле. Стряхнул в бокал. Снова тяжку сделал и манерно руку в сторону выставил. - И сидит такой Скорпиус Малфой, думает: трахну-ка я этого Берка. Может, у него жена и дети на юге? Похуй. Хочу его. Сразу захотел, как увидел. А если хочу, то буду. Решено. Любите вы решать, конечно, что кому делать, какие у кого роли в этом театре жизни. Отца моего припахали, найди, мол, лекарство, амулет, чё у вас там есть. И он помогает, вам ведь хуй откажешь. Но что-то идёт не так, и тёмная магия рикошетит. Мой забытый работами папа не подавал виду, что умирает. Я вернулся с другого континента, чтобы попрощаться, но за коим хреном меня втянули в ваши разоборки. Спасти или не спасти? Я здесь рос, и делал то, что умел делать. Я просто совру, сказав, что здесь был выбор. У меня была мечта, и было не до их ёбаных игр.
Какого-то хера хохочет коротко, в бокал смех направляя. Выдыхает очередную струю никотина в бокал, ассоциирует с омутом памяти. Всё ещё в сомнениях, но, может... Нахуй этот повод? Обнажённые друг перед другом сидят, чего уж скрывать. Резко вперёд подаётся, прижимаясь почти вплотную:
- Омута памяти у меня здесь нет. Поэтому будет неприятно, но я отвечу на этот вопрос всего один раз. - Предупреждает Каин, пододвигаясь к Скорпиусу, и кладёт руки на его плечи. Внимательно в глаза смотрит в поисках согласия. Хочет снова увидеть мать? Все хотят. Его мать, например, вышла замуж ещё раз и родила. Где-то на Востоке. И Каин всё равно хочет увидеть её, как и любой ребёнок. Скорпиус скучает по своей, но в отличие от Берка, уже не сможет увидеть её. В отличие от Берка, его мать точно хотела бы увидеть сына. Он не сможет рассказать так, чтобы Скорпиус поверил. Он не знает, что говорить. Видит тоску в глазах, скрываемую под веществами и вечной весёлостью. Брать от жизни всё, потому что уже отняли важное. Всё равно, несмотря на симпатию, ведь видит перед собой Каина-предателя. Чисто подсознательно. Спасибо родителям за исконно проклятое имя. Будто фамилии недостаточно. - Не закрывай разум. Смотри на меня, - давай же, проверь это, проверь. Как в его шкуре. Между пальцев тлеющая сигарета, но обеими ладонями касается его висков, и закрывает глаза, впуская в воспоминание. Или выпуская его. Африка многим тонкостям магии научила. Просто транслирует воспоминание Малфою в голову. Чтобы действительно раз и навсегда закрыть эту тему. И чтобы легче стало. Обоим, возможно. Никто никому ничего не будет должен. К чёрту время долгов - пришло время кредитов - видимости богатства.
В комнате двое: молодой загорелый парень и женщина, бледнее самой Смерти.
- Дело не в артефактах, они не помогут. Все до меня, даже отец, они искали не там. Миссис Малфой, я здесь бессилен.
- Разве ничего нельзя сделать? С самого моего детства все боялись, что проклятье коснётся одну из нас. Дафна... Дафна просто не хотела детей. Но я хотела, и проклятье передалось мне. Это несправедливо, не находите?
Он ведёт рукой по её волосам, заправляя влажную прядь за ухо. Сидит едва ли не в её ногах на коленях. Только Каин и Астория. Шарканье ног за дверьми. Ему очень жаль. Непередаваемо грустно. Поцеловать худенькую руку кажется таким естественным и нужным. Она умирает медленно, а он не может помочь. И не хочет. Даже если что-то пойдёт не так, обвинят только его.
- Жизнь не справедлива. - Просто соглашается за неимением альтернатив. Она так пристально смотрит, что Каин ломается под напором той, что по всем фронтам слабее: - Вы можете родить ещё одного. Сможете. И двоих сможете, но я не могу... Чёрт. Астория, знаете, что несправедливо? Я не смогу жить, как прежде, когда выйду отсюда. Я выйду отсюда убийцей.
- Что вы говорите такое? Если спасёте жизнь, то...
- Одну из двух. Я же сказал, это не просто болезнь. Темнейшая магия. И она разрушается только...
- Любовью? - Каин морщится в ответ на догадку. Как же глупо звучит.
- Да. До Поттеров все считали это детскими сказками. А сегодня все циники, какое уж самопожертвование. Есть магия защиты, а есть магия проклятья. Любовь может быть одинаково опасна. Все проклятья можно разрушить. Все темнейшие проклятья требуют жертвы. Я видел корни вашего. Да и в любых столь сильных ритуалах жертва одинакова. - Молодой маг выдыхает тяжело, отводит взгляд. Сказанное ей точно не понравится. - Убить первенца.
- Скорпиуса? - Моментальная реакция матери. Надломленный голос дрожит ещё больше. Каин зарывает лицо ладонями, проводит вниз, мажет по шее. Леди Малфой молчит, осознавая безвыходность. Соображает даже умирающей, и осторожно так: - Они знают?
- Что спасение - это убить вашего ребёнка? О том, что можно родить ещё одного, если разрушить проклятье? Нет. Я не идиот. - Каин отходит от кровати на инстинктах. Начинает не просто дискомфорт испытывать, но и неприязнь. Как резко жалость перерастает в гнев при столкновении с поиском выгоды.
- Вы прекрасно знаете своего мужа. А его родителей? - Каин усмехается, разводя руками. Они же так ловко манипулируют сыночком. Так злятся от того, что их внук водится со всем этим отребьем и изучает мир магглов. Наверное, маленький Малфой хуевый наследник, всё-таки. Вслух не озвучивает, но и Астория не глупая женщина. Смотрит прямо в грёбанную душу.
- Они будут ненавидеть тебя, Каин. Весь твой род. - И хотя в голосе сожаление, но Каин понимает к чему это. Она не расскажет им. Они оба сейчас спасают её сына, а Каин даже не запомнил его имени, названного минуту назад. Видит лишь то, что она выбирает семью. И решает судьбу Берков.
- Спасибо, что не оставили выбора, леди... Малфой. - Почти выплёвывает эту фамилию. Совсем забыл за эти годы, какие мерзкие англичане. Не знает, в общем-то, зачем сам себе подписывает приговор.
Разрывает ментальную связь, возвращая обоих в реальность. Опускает голову вниз, всё ещё не открывая глаз. Не хочет видеть реакцию. Если надо - почувствует.

Отредактировано Cain Burke (10-01-2018 13:39:34)

0

18

Он встает с кровати и идет к окну. Опирается руками о подоконник. Понурый. Молчит. Вроде дышит, но хочет забыть это умение. Вены на руках вздуваются - так сильно давит на поверхность. Ошарашенный. Он знал всегда, что есть подвох. В его семье все было построено на подвохах. Но он не предполагал ничего подобного. Оборачивается на сидящего на кровати Каина через плечо. Только глазами смотрит. И снова в темень Лондона уносит свой взгляд прочь. Если любовь - такая сильная штука, куда делась любовь брака его родителей? Почему там поцелуй не мог все вылечить? Как в сказках. Если это действительно панацея. Как врачеватель, он не верил в эти идеи. Даже для магии это все слишком абсурдно. Но он только что увидел вновь это болезнетворное лицо. Эти губы, что любили зацеловывать его щеки, а Скорпиус брыкался и говорил, что не надо. Отец говорил, ты его балуешь. А Астории было все равно. Он вновь увидел эти губы, бледные и сухие от проклятия, что медленно убивало ее на его же глазах. Каждый косяк, каждый фарс и выплеск юношеского максимализма сейчас ударил новым кинжалом. Как она волновалась. Ругалась. Истерила. Просила больше так не делать. А пацан хулиганил во имя шалости. Блять. Если бы он не уничтожил маховик времени, он бы стер все свои пакости. Он вырос бы примерным ботаником. Был настолько злым и настолько Малфоем, как бы того хотела семья. Но Скорпиус всегда был больше Асторией, чем Драко. Если бы он был умнее, он бы не полез на четвертом курсе спасать Седрика. Он вернулся бы в прошлое к матери и настоял бы на том, чтобы она выбрала себя, а не его. Ведь к чему все привело? Он наркоман. Он бездомный. Он гонимый. Ему нет места. Все приколы, все тусы, все наслаждения - омут забытия от реальности, что его не устраивает. Лучше бы он канул в мир духов, но имел возможность наблюдать за тем, как его любимые имеют все ресурсы строить свое счастье. Интересно, наблюдает ли за ним мама? Если да, то прости, заигрался по всем фронтам...
Подходит обратно и берет бутылку. Нахуй бокалы. Пьет с жадностью засухи. Губы в таком напряге, что непонятно - злится или хочет плакать. Не понятно, чего хочет. Что сделает. Ему плохо, но он теперь не знает, на кого это выплеснуть. Он не видит виноватого, и это его разрушает.
- Ты сказал, что мы любим решать, что кому делать, - наконец заговорил он с холодным взглядом. Море подверглось шторму. Этот шторм плачет своими красками. Но слезы высохли еще в детстве. - Что ж вы все, такие несчастные, блять соглашаетесь тогда с тем, что вам делать, а?! - выбесил, сука. - Может, не на нас надо злится, а на свою бесхребетность? - с отзвуком поставил бутылку на стул. - Я тебя захотел сразу, как увидел. Больше, после первого раза. Подумал, будем снова плясать под одеялом. Но я у тебя спрашивал - зачем, Каин, ты привел меня к себе? И ты сказал, что я навязался или типо того. Не пизди теперь, что все произошло, потому что я так захотел. После твоих раздвинутых ног и стонов, как у шлюхи, не пизди, что не хотел этого сам. А если не хотел - нахуя тогда, Берк? Хах, блять. Плывешь по течению? Так не вини, что решения принимают за тебя другие, - схватил свою одежду и направился в другую комнату. Одевается по ходу. В рот кидает остатки сыра с кухонного стола. Чекает телефон на предмет того, куда пойти. Кипит, кипит, кипит. Зажимает голову руками. Сука. Зачем спросил. Но хоть теперь все знает. Теперь все встало на свои места. Хуй тебе, не закончил еще. Возвращается.
- Я долго не мог понять, что в тебе блять такого, что я не могу перестать о тебе думать. Решил, что это из-за внутренней дерзости. Тебе же похуй на окружающих, ты сам по себе. А ты оказался таким же мудаком, что считает плоско. Судишь по мне по фамилии, по чистоте крови - как во времена мародеров... - подходит ближе, склоняется над ним. - Спасибо за картинку. Я спросил, потому что в моей семье все пиздят обо всем, а ты ответил честно. Ответь также честно на последний вопрос - если я такой хуевый по своему определению, то нахуя ты ноги дважды раздвигал, м? Или здесь я тоже решил, что тебе делать?
Смотрит с максимально злой наглостью. Мерзкий и чувствует себя также. Давай, Берк, сделай в своей жизни хоть что-то, что ты сам решил. Ударь или выстави за порог. Против своей же воли приютил не званного гостя, ага, ну. Малфою уже похуй. Он придумал себе очередной план. Не единственный маховик времени держал в своих руках. Еще найдет. Особенно в Лютном. Может, даже к самому Берку постучится на похуе по деловому исключительно вопросу. Найдет любыми способами. Отправится. Задаст свои вопросы. Вторгнется во время, создаст множество параллельных вселенных, но ему похуй. Он не выдержит больше всего этого пиздеца вокруг себя. Может, Нарцисса и Люциус правы во всем? Потому что кругом действительно одни пидорасы, что желают зла. Какие приколы кто еще подкинет? Может, Альбус? Единственное исключение из правил, но максимально странное. Исключение всегда подтверждают законы. Если окружающие так хотят, чтобы Скорпиус был истинным Малфоем, чтож. Ему похуй, что хотят вокруг. Ему проще рипануться в прошлом, дав новые жизни своей родословной. Он же и так хуевый наследник.
А без Астории их поместье стало сущим адом. Без Астории Малфои потеряли ракурс и навигатор. Скорпиус слишком слабый, чтобы заменить ее в этой роли. И он тем более слабый, чтобы решать за других, что кому делать. Ему и не надо. Он всегда лишь предлагает. И искренне не понимает, почему окружающий мир видит все, сука, как-то иначе.

Отредактировано Scorpius Malfoy (10-01-2018 17:24:27)

0

19

Он задаёт самый логичный вопрос из всех возможных. Каин опешил, не успев поймать перемену чужого соста. Пока справлялся со своим, воспользовавшись минутами личного пространства. Ненавидел флешбеки и гонки тупорылые, пожирающие изнутри. Выгрызающие черепную коробку подобно раковой опухоли. Рак, он, возможно, как проклятье в мире волшебников. Неизлечим даже любовью. Только никого не винят за то, что болезнь пожирает. Или всё-таки да? Кого винят эти магглы? Бога. Даже если не верят. Скинуть ответственность всегда легче, это ведь самое верное решение из всех. Возможность есть всегда, но тут вопрос: где твои яйца?. Сука, бьёт ниже пояса своими словами. Дерзкий маленький ублюдок. Нравится Каину куда больше, когда держит рот закрытым, да только пиздит, как баба, не затыкаясь, двадцать четыре на семь, всё что-то доказать пытается. Кому, блять? Бёрку? Да ему не всралось твоё ёбаное мнение. Не-е, хватит всё валить на обстоятельства. Каждый в этой жизни делает выбор, и они сделали свой. Оба выбрали саморазрушение, но на разных полюсах. Один веществами рисует на своих же глазах микровенками, второй без анестезии гравирует собственное тело, как надгробие. Какая из них ебнутая парочка. Удивительно, что ещё не убили друг друга. В глазах адские псы надрываются, с цепей пытаются сорваться, но цепи на нём и на Бёрке.
Злился бы на свою бесхребетность. Да каждый день сожалеет об этом. Каждая татуировка - символ боли и ошибок, чтобы слабостью были только на коже, а не подкоркой. Уничтожил в себе слабости. По крайней мере, казалось так. Хотел убеждать себя в этом, а Скорпиус рушит все эти стены как карточный домик. Он блять просил вообще лезть к нему? Выпирал из лавки как мог, отмазывался от ночёвок. Не просто же так. А этот упрекает, ища виноватых, и не находя их. Поэтому просто бьёт по слабым местам - да как нащупал-то, когда успел? Берк считал, что ахуенно скрывает свои слабости. Бесхребетный. Не в его стиле просто унижать и бросать вызов женщинам. Ненавидит себя за некоторые вбросы в прошлом, но Скорпиус точно не смеет высказывать ему за то, что позволил управлять собой его матери, или должен был отмазать себя, подставить ребёнка под возможную жертву? Да выбор в любом из вариантов был хуёвый, но спасибо, что напомнил, сука, о каиновой ничтожности. Никчёмный. Вытраханный как шлюха, верно. Будто недостаточно того, что Малфои итак его изрядно поимели.
Этот снова о своём: хочу тебя, хотел, буду хотеть, хочу, как никогда прежде. Каждый раз - всё больше. Ведь ты так ахуенно уступаешь, Каин. Нет, не уступает. Держит под контролем, стараясь действовать рассудком, а не гнильцой. Не останавливает Скорпиуса ни разу, смотрит затравленно, но опасно. Пассивная агрессия на максималках. Лучше не гневить. Не обострять. Возвращается лавиной, нависает сверху, добивает короночкой. Каин медленно кривит губы в усмешке:
- Вот и наследник проснулся. - Закипает так, что желваки на скулах словно живут своей жизнью, как отдельные организмы, подобно змеям под кожей, эти изогнутые вены. Почему так дико пульсирует? Едва ли физически не больно, точка кипения достигнута. Он может быть самыми милым человеком, с которым когда-либо сталкивались, но, если пересечь границы дозволенного, неизвестно, насколько будет плохо. Он знает об ужасе и смерти больше других, он вудуист. Бесполезно тягаться с ним в силе и мудрости, мальчик. Он никогда не выходит на открытое сражение, но с удовольствием докажет своё превосходство при случае. Бей, чем угодно, но не ущемляй самолюбие. Табу, которое нельзя нарушать. Не надо пытаться уничтожить тихого противника. Ботаны - самые опасные противники, если кто не знал.
Скорпиус смотрит на него даже не как суицидник. Террорист-смертник, что бросается на амбразуру. Что ж, как скажешь. Скорпиус словно ждёт продолжения этой ахуительной беседы. И Каин молчанием своим бьёт в самую суть. Он убивает тихо - у него свои способы уничтожить, не прибегая к дешёвым драмам и угрозам. Разговоры — просто трата времени. Встань и возьми. Каин Берк не из тех, кто на скорости выжимает максимум, и не из тех, кто давит по тормозам. Тормоза просто срывает, неся машину в чёртово пекло. Не тормози, хоть в грязи возьми, возьми своё. Своё. Присвоить. Будет принадлежать ему. Даже на этот ёбанный час, если он будет последним в их толком и не начавшейся истории.
Хватает его за шею, как гремучую змею. Кого он думает жалить своим ядовитым языком? Не для того исследовал пустыни и непроходимые джунгли, чтобы не уметь приструнивать змей. Какой там бояться. Змеи боятся огня, а Берк-то прямиком из фауны преисподней. Хватает так, чтобы у Малфоя не было сил на шипение. Вытягивает по струнке над собой, прогибая в спине, и одним резким выпадом переворачивает, швыряя его на кровать. Садится сверху, сдавливая бёдра коленями. Не столько сидит на нём, сколько наклоняется к самому лицу, вглядываясь в этот бешеный взгляд. Бойся же, сука. Всё сорит своими деньгами, тычет в несостоятельность, как в неполноценность. Шлюха. Да, Каин, ты был прав в самом начале. Шлюхой и был. Ну раз так, то Скорпиус сам пришёл в этот притон и добровольно остался. Сейчас же лёг костьми, а стоял стеной. Малой, оставь себе деньги, заплатишь душой. Вспышкой адреналиновой дёргает его вниз за горло, впечатывая в кровать. Неожиданной атакой подмял под себя.
- Может и шлюха, но не напрашивался с самой первой секунды, чтобы выебали прям в подсобке. - Сжимает пальцы на горле, опасно шипя над его лицом. Носы едва соприкасаются, и Каин собирает последние остатки терпения, сохраняя рассудок в трезвости. Но что за пиздец творится, что за детские истерики. Не даст ему в этих джунглях себя обставить. Не знает броду этой реки, в которую входил дважды. Неужели так и не понял. Кто будет столь щедр, что раздвинет ноги перед сопляком дважды? У Каина стоит - ну прямо как на Трафальгарской - и это сдвиг по фазе. Он терпелив, но не терпила. У него свои законы, свои порядки, нахуй чужое мнение. Пусть хоть всё магическое сообщество считает его ублюдком. Считают? - Любишь рот открывать, а, Малфой? Конечно, любишь. Так займи его, блять. - Сцепляет руку на его волосах, больно натягивая. Не заботит нежность. Был трепетным ради приличия, пока узнавал предпочтения своего мальчика. Грубоват же, ну, с претензией на доминантность. Кусал так осторожно, но страстно, словно не был уверен в границах. Нет их, блять, нет границ в этих терниях. Бьёт по губам наотмашь, нахуй слетает с тормозов, довёл ведь сука. Тот открывает рот в ахуе, и Берк впечатывает его лицом в свой пах, направляя за волосы. - Только дёрнись, сука. - Спокойная угроза сквозь зубы, смотрит сверху вниз. С ледяным спокойствием командует: - Бери его. Как хотел, бери, или только пиздеть умеешь?
А он и не идёт в нападение, отнюдь. Каин громко выдыхает, дёргаясь вперёд от горячей влажности. Не думал, что так стоять будет на агрессию. Раньше были фантазии, но с партнёрами сдерживался. Никто не пытался так унижать раньше. Чувствует руки на своих бёдрах, попытка добраться до шеи. О, нет, малыш, тронешь что угодно, когда разрешат. Перехватывает Скорпиуса за запястья, продолжая ритмично двигаться в его рту, заводит за голову. Вытягивает браслет, что подобно змее охватывает тонкую руку Малфоя, связывая обе над головой. Как же дико заводит, твою мать, блять, резко выходит, не выдерживая влажного взгляда снизу. С рыком сползает по его телу, то немногое, что Малфой успел надеть впопыхах - джинсы да бельё - стягивает грубо, отшвыривает за спину. Неудержимой страстью притягивает к Скорпиусу, что Каин падает сверху, находит губы. Врывается в рот требовательно и властно. Шлюхи так точно не умеют. Не поцелуй, а поединок. Сражение за первенство, что заводит ещё сильнее, злит Каина и восхищает одновременно. Малфой и не собирается сдаваться, и смотрит гневно за то, что едва ли не насилует. А что, блядь? Расскажешь папочке? Усмехается своим мыслям, пока смотрит своими чёрными - да, он всё понимает. Происхождение этой злой усмешки. Папочка по головке не погладит за такие номера. Но Каин чувствует, как Скорпиус этого хочет. Сопротивляется, злится, а стоит колом, тело реагирует на грубые объятья. Можно и погладить)) Папе не расскажут. Обхватывает член крепко, снова целует горячо, но лезет ниже, по подбородку, шее, меняя язык во рту на руку. Большим пальцем давит на скулы, не давая двинуться. Не, не может в поцелуи. Кусает, оставляет грубые отметины. Кусает и зализывает, доходит до сосков, вынимая пальцы изо рта, и кусает больно, пока проникает в него пальцами. Берк не тратит много времени на подготовку, упирается стояком. Даст почувствовать, почему был шлюхой для него дважды за этот день.
Но Малфой и без особого приглашения раздвигает ноги.
Ха, нет. Уводит бёдра назад. Мучает, медлит, хотя вроде как насилует, не? Странная у них война. Говорил же Каин - не надо его узнавать. Заводит руку за пояс Скорпиуса и резко переворачивает на живот. Как кукла податлив, хоть и брыкается чисто для виду. Продолжай, просто продолжай сопротивляться, детка. Оскорбляй. Громче, хули, а то не слышно на улице. Ставит Малфоя на колени, а сам тяжело выдыхает, упирая руки в матрас по бокам - прижимается к его спине нетерпеливо, обдаёт горячим дыханием шею Скорпиуса, языком в ухо лезет, пока подстраивает бёдра под змеиные изгибы.
- Истеричка. Какая же ты истеричка, Малфой. Хуже сучки, - насмехается, хотя не уверен, что это не комлимент)) Целует за ухом, и лбом ведёт по затылку и шее, пока не упирается в плечо губами. Кусает в плечо, толкаясь грубо и резко. Чтобы терялся в ощущениях. Захлёбывался в волнах их цунами. Пускай будет стыдно после. Пускай уйдёт, хлопнув дверью, назовёт мудаком. Похуй на то, какой будет у них финал. Но Бёрк, может, какой угодно и даже шлюха. Но точно не бесхребетный. Задело, пиздец.

Отредактировано Cain Burke (10-01-2018 23:23:51)

0

20

Наследник проснулся. Сука. Смотрит на него так злобно, как еще не смотрел до этого. Похуй на все высказанное. Опять бьет по самолюбию. Бьет его по попыткам быть не таким, быть лучше, выше, чище. Не кровью, а рассудком. Он вообще хоть слушал эту тираду отчаяния и отмаз? Блять хоть намотал бы на свой щетинистый ус хотя бы минимальную истину. Бьет. Малфой ему сто слов. А он убивает одним. Слишком много власти у какого-то сказочного лавочника. И молчит. Добивает. Играют в гляделки, не моргая. Скорпиус дышит прямо в его лицо - обжигает языками пламенного гнева. Сам виноват за свои вопросы, но все было справедливо. Хоть и не совсем по чести. Никогда не оскорблял своих шлюх. Даже тех, что были шлюхами. А этого задел, видно, а он молчит. Скорпиус улыбается широко. Так и знал. Бесхребетный. Ответил одной колкостью, но Малфой умеет сбрасывать шкуру. В этот раз сбросит с этой иголкой, пусть и в районе сердца. Открывает свой наглый рот, чтобы сказать - я так и думал. Застывает на вдохе. Рука на шее. Бросок в кровать. Глаза округляются. У кого-то все же нашлась пара яиц. Давит пальцами на кадык. Внутрь. Дыхание. Где ты, дыхание. Сука. Вгрызается пальцами в его руку. Отпусти. Не может говорить. Лицо наливается синим и красным. Губы в напряжении схватки. Ну, давай, удуши. Только Малфоя больше прельщает кувырок в прошлое, нежели гибель от рук этой гниды. Тот, кто мог зализать все болевые, в итоге хуячит по ним апперкоты. Скорпиус всегда был игривым на жизнь. Но жизнь ничто без кислорода. Его ноги гнуться. Он пытается скинуть. Он слышит его шипение, говорит с ним на змеином. Проклятое имя не просто так присвоено. Вот, кто должен стать наследником Малфоев. Был бы в его шкуре, проверил бы все сам. Был бы на его месте - отлично бы вписался своим нутром. Прогнулся бы под семейством предков. Был бы сучкой и там. Вот только Малфои становятся шлюхами лишь на поводу у своих предков. И ни у кого больше. Скорпиус сомневается, что даже сейчас что-то изменится. Задыхается, но природные губы в полу улыбке. Ты не сможешь. Ты гибкий. Бесхребетный.
Тащит за волосы, Скорпиус все еще царапает руки. Сука, все татухи сорвет вместе с кожей. Шея добавляет дыхания. Кашляет, но старается этого не делать. Не такая уж сильная хватка твоих рук. Старше - не значит мощнее. Или умнее. Или лучше. Ладонью наотмашь. Глаза в испуге. Все же задел хорошо, раз первым приложил руку. За голову тащит. Скорпиус жмурится. Соприкасается лицом с его пахом. Пытается увернуть голову, еще больнее становиться.
- Блять, иди нахуй, Берк, - по фамилии, раз за семьи базар этого вечера. Смотрит агрессивно. Ненавидит его еще сильнее. Он же не серьезно. Он этого не сделает. Но проталкивает член в его горло, и Малфой едва ли не задыхается. Пытается вырваться. Глаза наполняются влагой. В груди зарождаются страхи завтрашнего дня, а в узких джинсах творится примитивная магия физиологии. Нет, так не пойдет. Его нельзя брать, как примитивную шлюху. Горло болит, руками царапает бедра. Слишком очевидно - и Каин устраняет угрозу. Смотрит на него широкими. Умолять о пощаде? Самое время. Пока не случилось фатала. Пока не случилось то, что завтра будет являться хреновым воспоминанием. Изо дня в день. Будет навещать, как призрак матери во снах. Вместе с этими безумно карими глазами. Хотел напугать? Получилось. Отпусти. Скорпиус так хочет, чтобы его желание вертелось лишь на уровне эмоциональной доминации. Отпусти. Хотел бы сказать, да оцарапанные бедра заталкивают в рот. Звуки секса перестают быть эстетично желанными. В этой кровати стартовало сафари. И в нем показывали самые жестокие кадры, как лев загоняет зебру в тупик. Загоняет сильнее. Сука. Скорпиус не умел в такие действия. Из его глаз непроизвольно вода от напряжения. Должен сгореть. Взорваться. 220 вольт прямиком в его тело. Умел бы шептать заклинания - и то не смог бы ничего поделать. Есть вещи, что нельзя решить магией. Эти глаза, полные агрессии, нельзя остановить заклинанием. Скорпиус смотрит туманно. И вспоминает свою злобу. Он не будет жертвой сегодня. Не сегодня. Никогда.
Каин отстраняется, и Скорпиус резко вдыхает воздух. Трет лицо о заведенную руку, чтобы убрать мешающую видеть влагу. Материться. Сука. Тварь. Паскуда. Это грязные игры, выходящие за рамки словесного баттла. Перед поединком соперники должны выбирать оружие. И Малфой хотел в языки, а не горящие мечи между ног. Но постепенно понимает истину происходящего. Выбесил же. А того тащит. Так тащит, что готов его разорвать, но выебать. Готов сожрать даже сырым, но все равно предпочитает жарку. Каин Берк в ловушке его изгибов линий. Воспоминаниях. Экстазе от происходящего на уровне химозы. Скорпиус широко улыбается хищным оскалом. Взъерошенный. Как самый безумный шляпник. Больно. Понимает, как сильно его хочет. Ищет пути переворота бедер. Ищет возможность кулаком по лицу, чтобы выбить место под солнцем, что будет ласкать его спину. Потому что Скорпиус любит быть сверху.
Врывается в губы, Малфой кусает. Каждое движение - борьба в отместку. Он будет отвечать насилием настолько, насколько сможет. Он будет разрывать кожу до крови в уголке губ Каина. Соленый привкус. Красные полоски между белых зубов. Смотрит с таким вызовом, словно приглашает убить или быть убитым. Сует пальцы глубже в рот. Надо укусить. Сжимает его челюсть так, что попытка укуса - сто процентный будущий вывих. Пытается. Сука. Он шарит в его теле, словно оно не живое. Грубо. Кусает, где хочет. Трогает, где может, чтобы Малфой не вырвался и не дал сдачи. Равны по силе, как думает малой. Лишь первая подача сыграла такую гадкую роль. Ерзает под ним. Извивается. Шипит на укусы, а сам плавится в его руках. Шарахает из дарка к свету. Как мячик бьется из стены крайности в стену. От боли до приятного. Нравится этот рецепт, только не хочет в нем быть основным блюдом. Роль шефа ему более по душе.
Выгибается резко с отзвуком боли. Пальцы заходят. Клыки по коже. Самые острые зубы. Самые плотные челюсти. Как саблезубый. Дикий. Скорпиус словно открыл новое экзотическое животное. Не смог приучить. И теперь оно делает, что хочет. Хочет его трахать. Малфой снова боится. Глаза отражают все, что происходит в тупой малолетней башке. Каин не церемонится. Горячий. Он рядом. Он норовит войти без стука.
- Блять, сука, не смей! - хрипит агрессией. Выгибается под пальцами. Противоречие тела и речи. - Ты блять живым не проснешься завтра, я тебе обещаю! - а молчаливый Берк травит увертюры внутри его тела. И это доставляет. Это ахуенно. Но не так Малфой этого хотел. Не так представлял. Не хочет быть изнасилованной шлюхой. - Хотя давай! Сделай это! Хочешь быть еще большей гнидой, чем ты являешься, да?
Переворачивает его на живот. Блять. Молчит все еще. Как робот без души и сердца. Нависает над ним, над его лицом, уткнутым в простынь. Лижет. Лопатки крыльями содрогаются. По эрогенке после укусов. Сильно. Скорпиус хотел отлынуть, но прижался ухом сильнее к губам. Блять. И Скорпиус прижимает голову сильнее, сжимает свои губы зубами. Шипит, словно на змее решили поставить клеймо ожогом. Ей не нравится. Это больно. Его тело гнется как от запрещенных заклинаний. Он едва не кричит - стиснутые зубы мешают. Он сыпет матами. Он хочет расслабиться, но даже его контуры не сексуальны. Его поясница вверх, а не вниз. Его плечи тащит от этих губ. Он никогда не будет нижним. Не прочувствует вкус. Это пиздец, ребята.
Становится его сучкой. Сейчас. С каждым ебучим шлепаньем бедер. С каждым фаталом. С губ шипение. Маты. Попытки на эмоциях создать заклинания. Чем он хуже Каина? Не выходит. У того есть повод смеяться. Сука. Какая же ты сука, Каин. Впечатывает его в кровать. И в какой-то момент как портал в иные ощущения открывает. Чувствует, что ненависть уже не имеет значения. Раз уже стал сучкой, то какое бы удовольствие или пренебрежение не получил бы - факт неизменен. И что-то происходит постепенно. Что-то щелкает в голове. Связанные руки тянуться пальцами и сжимают простынь. Чувствительная кожа добавляет дрожи от каждого садистского направления губ. Рука на члене и со рта полу стон. Чтобы ни думал и ни говорил - стоял же все время. Стоит. Сочиться.
- Ахуенно, - первый мат не в адрес Берка. Признает его победу. Изгиб тела в нужной траектории. Как надо. Как заложено эстетикой секса. Тот все еще трахает его из отместки, но Малфою уже похуй. Он простил Берка за то, что он был не прав. Только, детка, не останавливайся. Блять. За такие приколы уже не считает себя проигравшим. Новые горизонты. Новые ощущения. Это круче, чем наркотики. Это тащит так, что на улице уже шепчутся, не убивают ли в квартире кого-то невиновного. Кошка сбежала наверняка искать того, кто может вызвать подмогу. Подмога нужна. Психиатр на двоих. Потому что Скорпиус просит еще. Он еще большая шлюха, чем Каин. Он сразу видит, где можно выудить сексуальное. Он берет. Он подстраивается. Он закусывает губы и мычит в невозможном. Берк сжимает его с уже большим доверием. Скорпиус даже не спешит выпутать руки из браслетов. Сука. Трахай еще. Сильнее. Это больно. Это ахуенно. Это горячо. Это невозможно никому сделать. Это позволено только тебе.
- Блять, блять, блять... - шипит и следом стон. Скрипит руками по кровати. - Не останавливайся, - в тумане, словно заколдован его запасной волшебной палочкой. Может, его член и творил магию за древесину, и в этом был весь секрет. Кончает первым. Сильно. Еще какое-то время ахуевает от движений Каина, что догоняется следом в его тело. Падает замертво. Не двигается. Не дышит. Как упал - так лежит. Глаза лишь открыты и смотрят в неизвестную космичную точку. Все тело в укусах. Белая кожа быстро проявляет синяки. Жопа горит. Руки синие от перетянутых браслетов.
- Развяжи меня, - говорит пусто без интонации. Работает пальцами, чтобы размять освободившиеся руки и прилить крови. Кое-как поднимается на локтях и ползет к его лежащему телу. Смотрит холодно. Пальцами проводит по растерзанной губе. Цапнул его не хило. Что ничего. По сравнению с его красными линиями. Смотрит в карие. Не такие безумные после оргазма, как ранее. Ползет чуть выше, тянет шею. Целует прикосновением губ к губам. Нежно. Чтоб не задеть. Ахуенная первая ссора голубков.
- Я тебя прощаю, - точнее, уже простил, но Каин об этом же не знал, но пусть знает. Кладет голову на его грудь. Не уточняет за что простил и все такое. За все, вероятно. За слова. Они же - пустое. Трата времени. Ничего не значат. Потом еще наговорит всякого. Потом выебет, когда Скорпиус взбесит. Опять будет лежать мертвым на этой кровати. Саморазрушающие отношения. Все как любим. И, чтобы не бомбило, надо добавить обязательное:
- Извини, что назвал шлюхой, - проговорил тихо. - Я на самом деле так не считаю. Просто ты бесишь.

0

21

Первое правило защиты от насильника: не сопротивляйся. Да это же закон каменных джунглей, твою мать! Если к тебе проявляют агрессию, не нужно распалять больше. Если только не получаешь от этого кайф. Если не тянешься подсознательно к наказанию, не умея вслух признать неправоту. Когда слишком горд, чтобы признать поражение и ошибки, но всё ещё человечный, чтобы испытывать нотки совестливости. А Каину всё нравится. В общем-то, Каину нравится выплескивать агрессию в сексуальность, сосредотачивая в своих руках ещё больший контроль за свою и чужую жизни. Этого так не хватает. Этого так хочется, когда проводишь жизнь - молодую, яркую, интересную, - в одиночестве. Они оба одиноки, может, поэтому так тащит? Так тащит, что оскорбления и провокации позволительны перед лицом животной страсти. Как угодно, но прояви ёбанное небезразличие.
Пошли его нахуй, вот так, ведь что себе позволяет ублюдок бесхребетный. О, блять, Берк этого не забудет ещё очень долго. Но нет, спасибо, только что оттуда. Как быстро отшибает память о достижениях перед лицом первобытных желаний. Инстинкт самосохранения бьётся в истерике, а тело взывает к продолжению. В этом вся прелесть доминирования, детка. Это страх и стыд за провокацию, борющиеся в неравной битве в пределах худощавого тела. Берк почти не соображает. Берк забывает, как работают моральные принципы и на каких нормах поведения держится мир, перед лицом уязвлённой гордости, самооценки и самолюбия. Звереет на глазах, сносит здравомыслие, как соломенную крышу при урагане, и это уже явный перебор, но соскочить не кажется возможным, когда Скорпиус поддаёт газу при отказанных тормозах. Заводит сильнее брыканиями и укусами, не хочет сдаваться, и как загнанная в угол змея бросается на зверя в попытке ужалить, совсем не замечая, как обвивает собою тело агрессора. И это, дорогие слушатели Серпент-стрит, уже сёрьёзная заявка на сумасшествие. Провоцирует, как будто не видит, что Каин на грани.
- С-с-сука, - агрессивно шипит от резкой боли в уголке губ, и тут же закусывает рану, предотвращая кровотечение. На языке солёность с металлом, небольшое расщепление точно, а из горла вырывается утробный рык, ещё сильнее заводя все возможные механизмы. Рычаги воздействия. Все тумблеры на максималках сорваны. Ответная реакция - сжать челюсти с характерным хлопком по щеке, и, чтобы предотвратить поток очередных проклятий, протолкнуть в дерзкий рот пальцы. Приятное с полезным надо совмещать с чётко выверенной садистской методичностью.
От взгляда, помутнённого страстью, звериной дикостью прожигающего насквозь, не укрыться. Это дико и нездорово, но отчего-то Берк упивается страхом и желанием попеременно в глазах Скорпиуса. Чистые эмоции, мысли на поверхности, прочитать может в любой момент, предсказать любое действие, хотя перед лицом самозащиты всегда сложно предугадывать. Ответом на невысказанные вопросы служит язык его тела. Сопротивляется, царапается, кусается, а бёдра и хребет всё ввысь, навстречу грязным рукам. Какой он там извращенец и паскуда, повторяй громче, потому что, ну... Не видно, что ли? Каин хочет быть ещё большей гнидой из когда-либо существовавших. Как будто есть, что терять. Как будто есть, ради чего и за что бороться, чтобы сохранять остатки нравственности. Это всё не по адресу, у игры этой другие правила, и ему навязали их ещё до рождения. Просто по определению. По определению быть бесхребетной гнидой, ошибочно распределённым на факультет зануд и эгоцентриков. Инкубаторский чистокровка вышел из-под контроля, пошёл вовсе не по проторенной дорожке и забрёл в дебри. И где оказался теперь? В прокуренной однушке с кошкой и таким же заплутавшим Малфоем. И у них свой климат, и если это - жара, то Скорпиус теперь субтропический.
Каин чувствует ответное притяжение. То, как Скорпиус выгибается ему навстречу, льнёт ухом к языку, млея от кратковременной ласки в череде хардкора. Каин знает толк в садизме - в том, чтобы подавлять в постели так, чтобы не было желания свернуть в ещё какую-либо квартиру. Хочет так сильно, что не может сдерживаться в размашистых движениях. В громких шлепках от столкновения их тел, вколачивания в горячее тело, что издаёт эти грязные звуки на уровне самого лучшего порно. Неужели эта детка знает, что такое грязь? Вспомнил, где начинали? Каин уже не чувствует себя таким испорченным, встречая ответные толчки Скорпиуса бёдрами. Его тело так хочет, чтобы Каин его потрогал. Всё равно устаёт держать под живот, тянет руку ниже, обхватывая его рукой.
Ускоряется от осознания, что Скорпиус Малфой в его ладонях. Его, только его. Что трахать так позволено одному лишь Каину Берку. Других таких нет, и никогда не будет. Это фатально теперь, это слишком хорошо и неправильно, чтобы быть нормой, чтобы видеть мир в прежних красках и приоритетах. Пусть только кто-то коснётся Скорпиуса так, как касается его Каин. Пусть только сделает грёбанный выпад в его сторону без каинова позволения. Не знает, что будет после, но берёт мальчишку так, будто присваивает. Расписывается на собственности кровью по бледной коже, из губы течёт тонкой струйкой безостановочно - рисует на этой карте тропы самого лучшего трипа.
Не останавливайся. Мольбы, дрожь, пульсация в руке. Мощный выстрел в руку и в матрас. Не элитно как-то. Уж прости за всю вот эту грязь, но Каин вырос среди этого дерьма. Кто виноват, что не сказал немного раньше? Всё было очевидно, сам издевался на эту тему. А сейчас водит связанными руками по простыням, не давая соседям спать. Будет что и за что им рассказать, не так ли? Кончает же от собственного шлюханства, и в этот момент Каин чувствует, как очередной волной возбуждения на него накатывает страсть. Близок уже, на последнем издыхании толкается, теряя кислород. С глухим стоном он хватает Скорпиуса за загривок, припечатывая лицом в подушку. Потерпи секунды три, малыш. Грубо, резко, во всю длину. Падает рядом без сил, смотря в пустоту.
Перекатывается на спину, бросая короткий взгляд на полуживое тело рядом. Облизывает губу, снова начавшую кровоточить от оскалов в оргазме. Ахуительно было, но не чувствует себя победителем. Боится повернуться, предпочитая не знать, не слышать, не чувствовать мыслей и реакции Скорпиуса. Чё натворили, блять. Каин, какого хуя? Но девка бы на месте Малфоя уже давно сбежала, осыпав проклятьями. Через пару минут у его дверей стояли бы громилы из аврората, а ещё через час - он бы в кандалах летел в Азкабан. Но Скорпиус - не сучка, и жизнь поворачивается к ним очень интересным ракурсом. Каин слышит его ледяной тон, исполняет просьбу лениво очерченной дугой пальцев. И с закрытыми глазами видит красные следы на этих аристократических запястьях. Следы от зубов и синяки на теле. Должен вроде чувствовать экстаз, но часть рассудка ебашит ядом по венам, отравляя изнутри. Стыдно? Не знает сам. Думает на мгновения, что проебал его. Насилие - не способ примирения или мести, это слабость. Это проигрыш. За собственное морально унижение унизил физически, по примитивному. Не насильник же и даже не психопат. Но это ведь предсказуемо в своей примитивности. В этом безумии слишком на виду причинно-следственная связь - нельзя провоцировать мужчин на почве секса. Это провоцирует на агрессию. Это приводит к проблемам. Скорпиус сам виноват, но Каин молча лежит, пытаясь не увести взгляд от холодных синих. Когда так незаметно подполз? Готов ко всему. К любому пиздецу. Готов к любому фаталу, но явно не к этому.
Не к бережному касанию к истерзанной губе, не к поцелую чувственному. И уж явно не к прощению. Что, прости? Смотрит ошарашенно, а Скорпиус и не понимает, что за реакция. Отличник по Уходу за магическими тварями? Малфой просто успокаивает своё домашнее чудовище, укладываясь на взволнованно вздымающуюся грудь. Каин не может и слова сказать, но улыбается в потолок, осторожно касаясь его покрасневшего плеча. Чуть крепче прижимает. Блядь, не. Это была ошибка. Оргазм настиг только вот сейчас. Извинения разливают в груди тепло. Не без подвоха, но Берк ухмыляется:
- Бешу, а что тогда здесь делаешь? Мазохист дохуя? - Наклоняет голову в сторону, чтобы наблюдать за мимикой. Тихо хохочет на его ответ. Бродит взглядом по красивому лицу и катастрофе на голове. Касается пальцами его подбородка, тянет к себе. - Заебал, слыш. - Констатация очевидного. И целует медленно, вкладывая в поцелуй негласное извинение. Пускай бесит, они как-нибудь найдут компромисс. Учитывая, что диковинный Скорпиус его совсем не бесит.

Отредактировано Cain Burke (12-01-2018 00:27:31)

+1

22

Зачем ты меня пустил? А что ты здесь делаешь? И так по кругу, глупый барабан горячей картошки. Передают друг другу мячик, лишь бы не держать. Кто последний поймал, тот и должен ответить на каверзный вопрос. Нет-нет. Прыжки, бегство, увертки. И так все ясно - к чему вопросы? Отвечает, что бесит его прямо сейчас. В ответ получает мужскую сердитость с нежным поцелуем. Заебал, ага. Тает в его руках. Как так можно. Смотрит с сотней вопросов, но мячик не выпускает из рук. Держит. Пускай немного обжигает. Пускай мазохизм. Это ахуительно приятно. И Берк сам его использует в их повседневной жизни. Но если Скорпиуса так проперли эти укусы, важнее поцелуев, то Каин определенно тащится с психологических пыток. О, детка. Ты даже не представляешь, какого палача пригрел на своей груди. Эти истерики создадут конфетку-феерию, подкормят все желания моральных пыток. Пальцы скользят по коже. Полуулыбка на губах. Взгляд отводит в сторону. Ухо к груди. Там что-то бьется в неизвестном ритме. Может, сильнее обычного. Может, как всегда. Малфой ведь не знает его стандартные параметры внутренних процессов организма. Ну, кроме очевидных. Но хочется полагать, что сейчас все сильнее. По крайней мере бьется - уже хорошо.
Они друг другу ничего. И при этом старт превращается в какое-то великолепие. Не обсуждали деталей, а рвуться куда-то так, словно написали по плану на десять лет вперед. Так бывает в отношениях ведь, по идее, да? Скорпиус не знает, что его ждет завтра в клетке своей головы. Знает, что чем больше гладит его по татуировкам - тем больше паникует от возбуждения. Нет, второй раунд он сегодня точно не выдержит. Тело горит, словно аллергика окунули в чан с апельсиновым соком. Весь красный, болючий, сладкий, и зудит внизу живота так, словно чешется изнутри. Но тихо ведет себя этот вечер. Не будит уставшего зверя. Закидывается вином и фруктами, поддерживает ленивый разговор ни о чем. Просто марафон взаимных подстебок, за которые хочется кусать его. Все еще важнее поцелуев. Все еще не кусает, чтобы не столкнуться с апперкотом его внутреннего. Завтра на смену. Подлечится. Вечером придет более красивый и ответит за сегодняшние унижения. Ну, по-доброму. Красиво. Как умеет. Потому что, в целом, это будет больше не месть, а ответная благодарность за шикарный оргазм.
На работе передвигался тяжело, получил много вопросительных взглядов от начальства. Забурился в комнате врачевателей. Сидит, как с похмелья. Эрин Финниган вертелась вокруг с каким-то переменчивым настроением. От сердитости до заботливости, вела себя назойливо одним словом. Скорпиус решает попросить ее наконец-то о помощи. Показывает спину, чем поражает девушку до глубины ее женской трепетности. Закатывает глаза, мол, женщина, либо лечи, либо нет - но не читай нотаций. А та и не знает, кто его так. Но понимает, откуда какие раны. Колдомедика ведь не обмануть, что следы от укусов - это просто оплошность падения. Задницу ей показывать, видимо, лучше не стоит. Да Скорпиус как-нибудь сам потом в туалете после закрытия смены. Эрин колдует как-то неуверенно, трясущимися руками возится палочкой над его кожей.
- Ну, смелее, ты ж все окончила, чего ссышь то, - а у них семейное делать оплошности в магии. Что ни заклинание - то взрыв. И как так можно то? Но Эрин талантливее отца в тыщу раз, откуда неуверенность только - одному Мерлину известно. В больнице из-за этого ее не очень жалуют, но Скорпиусу все равно. Она вроде веселая да и полезная время от времени. То бутером поделится, то - вот. Только слишком много лишних вопросов, а Малфой сейчас не очень может в диалоги. - Все хорошо, Эрин, спасибо за помощь.
- Если ты связался с плохими людьми, ты скажи, я знаю, что у тебя проблемы в семье... - как мамочка, и Скорпиус улыбается из вежливости, повторяя свою фразу. Решает слиться как можно быстрее. По итогу - лучше бы закрылся там с ней и ее любопытством: выходит из кабинета и видит знакомую седую голову. Только решает развернуться, как голос зовет его по имени. Губы двигаются по форме «блять». Разворачивается медленно и улыбается идущему навстречу злому деду.
- Колдохирургия на третьем этаже, если ты пришел проверить свое колено, - язвит отрешенно, может себе позволить. Если не живешь в фамильном доме, то можешь позволить себе вообще все, что угодно.
- Не дерзи мне, - шипит Люциус и узнает, где они могут переговорить тет-а-тет. О, нет. Этого не будет, и Скорпиус прикрывается тысячью дел, лишь бы их разговор происходил в общем коридоре и не длился вечность. - Сколько будут продолжаться твои выходки? Вернись домой, ты позоришь всю нашу семью, - с каждым словом глаза Скорпиуса закатываются все больше. - Где ты живешь? У Поттеров тебя не было. Если у Уизли, я не хочу тебя больше считать частью нашей семьи!
- А, так мне всего лишь надо было погостить у рыжих, чтобы вы меня вычеркнули из завещания? - усмехнулся Скорпиус, сложив руки на груди. Люциус злится и старается говорить шепотом, чтобы не придавать большой огласке семейные проблемы.
- Сегодня вечером ждем тебя дома. Приходи, если не хочешь проблем, - гневно закончил он, уходя восвояси. Сколько бы ни было ему лет - всегда на пафосе. В этом он достоин комплиментов. Если Скорпиус доживет, он тоже будет и шевелюру такую носить и одеваться в дарковые плащи как темный эльф или магл, обожающий косплей.
Так и не успел залечить свой зад. Вовремя вспомнил о настойках, что нужно было снять с компресса. Весь день занимался своими зельями, в итоге поставил заготовки на хранение и поспешил удалиться из больницы еще до конца смены - уверен, что кто-то будет шпионить за ним из семейства. Окольными путями преодолел короткое расстояние в три раза дольше. Пришел домой. Ну, домой к Берку. А там записка, мол, не жди, ложись спать, побереги свою попку-хуе-мое. Ну, ладно, не совсем так. Поспешил в больнице глаза раскатывать, судя по всему. Падает на кровать слишком резко. Зад еще не позволяет двигаться естественно. Кошка отказывается жрать или уйти в какую-нибудь другую комнату. Пялит на него, словно хмурится. Страшная тварина. Еще и большая для такого питомца. Малфой старается не смотреть ей в глаза, словно та хочет накинуться. В итоге пытается пнуть ее ногой с кровати, а та вгрызается в пятку с такой адовой силой, что ор стоял на всю улицу. Да пошло все нахер!
Стучится в закрытую дверь. Видит за стеклом блондинистую расплывчатую голову. Орет, мол, открывай, я вижу тебя в здании. Лис с метлой на похуе не особо хочет впускать, и Малфой просто отодвигает его рукой в сторону. Да тот и не особо сопротивляется. Такой, плывет по течению постоянно. Заходит в прихожую, оглядывается. Слышит с угла какие-то звуки псевдо музыкальные. День за днем - здесь ничего не меняется. Хотя и чему меняться то? Смотрит на прилавок, а там его очки - оппа. Надевает сразу. Думал, проебал в другом месте. А оказывается - вон, как приятно.
- Бля, чувак, тебя кто так отпиздил? - спрашивает Лис. Видимо, Эрин не все залатала.
- Да кошка одна ебанутая попалась, - ни сколько не палит, что бывает у Каина дома, ага. И ковыляет к нему в кабинет без стука. Садится на его стол спиной к нему, ведь комната не предлагает второго стула. Прям полотна укусов, что торчат вверху под кофтой предоставляет автору. Лучше масляных красок, хоть и не так вечно. В любом случае, индивидуальный почерк и ценность просвечивается. Поворачивает голову на него и спрашивает:
- Слушай, а Берки же никогда не брали никого, кроме своих? Нахера тебе этот белобрысый? - тычет подбородком в сторону двери на Лисандра, который там, по идее, танцует со шваброй. Ну че, тут без осуждений в основном. Кому какая телка досталась, тому и норм. Сам на свою смотрит ласково, несмотря на фаталии вчерашнего вечера. После всех ржачей ложится спиной на стол и смотрит на него снизу вверх. - Ты меня опять игноришь что ли? Что делаешь? - тебе ж пизда, чувак. Везде теперь найдет - дома, на работе, под землей. А Каин тусует здесь, особо ничем таким не занимаясь. Че тогда в постельку не пошел, а? Женские дни начались?

0

23

Так в обнимку и засыпают. Каин пытается дышать тише, чтобы сердце на минималки. Не показать, что переживает. Штормит, как в открытом море, но так в кайф. Сколько уже не засыпал ни с кем в одной постели? А тут сколько дней подряд - и ничего. Никакого возмущения, будто бы это в порядке вещей. Ему удивительно комфортно со Скорпиусом даже несмотря на такие вот моменты. Без подводных камней не бывает дна. А дно - это тоже фундамент. Только Берк пока всё ещё привык свободно плавать. Поэтому он решает провести другую ночь не дома. Ну так, чисто для профилактики, и чтобы разобраться с поставками и заказами, проверить каждый на правомерность. Прежде, чем поручать добычу артефактов кое-кому нужно было прощупать почву. Сука, да всё на фундаментах держится. Даже бесит. А ещё выигрывает себе немного времени на анализ всего происходящего, но не находит логического объяснения. Или не успевает найти, поскольку Скорпиус находит его раньше. Бля, серьёзно? Мерлин, спаси и сохрани. Каин упёрся взглядом в эту спину и зад, пристроившийся на рабочий стол. Символическое молчание в ответ на молчание. Малфой сдаётся первым.
Берк, кстати, уже замечал эту хуйню раньше. Это уже происходило и происходит, видимо, до сих пор, превращаясь в систему. Эти спонтанные события и встречи, что становятся судьбоносными. Не в смысле, что как-то меняли его, не в этом смысле. Меняли жизнь, разбавляя одиночество. Каждый раз, когда думал об одиночестве, о панике, будто что-то не получится в одиночку, и даже когда думал, что точно не нужно новых - в его жизни появлялся кто-то, и там же оставался. Останавливался в поисках, останавливал свой выбор на Каине Берке, который вертел какие-то общественные отношения в принципе. Эти личности находили его весьма своевременно. Или нет? Не знает, но появление Скорпиуса - такое же неожиданное и странное, лишь подтвердило правило. Так вот, как это было, сейчас в голове прокрутит. Учитывая, что прямой вопрос Скорпиуса наводит на эти мысли.
Лисандер. Не, к нему позже. Раньше ведь появилась Бастет. Он на самом деле не знает, откуда она взялась, но говорят, что это коты выбирают хозяев, а не наоборот. Вот Каин и подумал о том же. Всегда любил животных, но не думал, что когда-либо заведёт. Любить их со стороны или у кого-то в гостях - это одно, но не быть же кошатником, что за бред. Ха. Каждый четверг и воскресенье готовит своей девочке сэндвичи с тунцом как в лучшем ресторане. Каину было неоч, когда они встретились. Кажется, он был в таком раздрае, что спал прямо в грязном углу Лютного переулка, пьяный в слюни, обкуренный - обскуренный, бля - и убивающийся почём зря. Миссис Малфой всё-таки умерла, и накануне этой спровоцированной попойки он встретил гневные взгляды семейства у лавки гроовщика Коффина. Малого не было. Ну, хватило ума не травмировать ребёнка. Хотя Каин тогда и не ебал, сколько ему лет и всё такое. Просто избежал конфликта, убравшись восвояси, а затем и в слюни, растратил все галеоны на бухло, волшебные наркотики от сомнительных барыг-алхимиков и на шлюх, чтобы бухать в кругу незнакомцев было не так уж и одиноко. Было паршиво. Он забыл, чем дышит этот город, утратил прежние контакты. Утратил веру в себя, как в порядочного человека, которым вроде как себя считал, но домой возвращался один. На продление веселья средств не хватило, что тоже удручало. Оптимизма не добавляло. И Каин поплёлся домой районами-кварталами, с ним был его як, а в карманах уже не было крайней тонны. Жизнь казалась днищем ебаным, потому что в ту ночь Каин Берк не верил в то, что когда-либо не будет козлом отпущения.
Прислонился к стене какого-то обветшалого здания, чтобы угомонить гонки, доводящие до головокружения, и как-то случайно прикрыл глаза. Проснулся оттого, что в руку упорно билось что-то мокрое и мохнатое. Блять, это по ощущениям и мыслям было очень стрёмно. Но когда Берк открыл глаза, обнаружив себя полусидячем на каких-то ящиках с соломой, то безумно обрадовался, что трогал всего лишь мокренькую кисоньку. Красивую, пятнистую, слишком яркую для Лондона и такого переулка, так напоминающая те края, откуда он недавно вернулся. Терять-то было нечего, раз уж прослыл конченным ублюдком, поэтому и решил поговорить с ней. Все ведь так делают. Говорят с котами, в смысле. Она уселась на его колени, подстроилась макушкой под пальцы и уставилась своими янтарными. Не соглашалась на все предложенные клички, пока Каин не сравнил с богиней. Ну, такой расклад её устроил. Она просто залезла к нему на руки и так заявила, что отныне будет с ним жить. Он не сумел отказать даме в беде. Ну, не в этот раз точно. Быть может, эта бенгальская кошка и была его вторым шансом доказать хотя бы себе, что он не потерян и может спасти чью-то жизнь. Ну да, очень хуёвая аллегория - сравнивать бездомную кошку с покойной мамкой нынешнего любовника, но тогда этот пьяный и накуренный бред пришёлся кстати. Всё равно наутро не помнил, чем руководствовался, когда привёл в дом киску. Но с тех пор было не так уж и одиноко.
И только через год или полтора случился Лисандр. Магазин тогда вообще не лучшие времена переживал, и задержавшийся в Англии Каин так или иначе проникал в семейный бизнес. Совладелица, у которой на руках была большая часть паев, оказалась неспособна прошарить, что к чему в этом тёмном бизнесе и сделках. А Каин, вроде как, с детства в этой лодке. Как свои пять пальцев знает каждый уголок этого магазина и его ассортимент. Хорош в коммуникации. Увеличивает прибыль, но в отличие от неё, не умеет в распределение финансов. Наследники, прямо говоря, были хуёвенькие. Никто и не думал, что отцы откинут копыта так рано, до конца не обучив детей семейному бизнесу. Так что кризис подкрался незаметно. И Каин чёт втянулся. Загвоздка была в другом, но:
- А что, ревнуешь? - Первое, что отвечает Каин, после полминуты раздумий. Интересный номер. Вот, значит, какие гонки в его белобрысой башке. Ха, точно, белобрысой. Вот оно что. Отлично, думается Берку, который нащупал новую точку кипения. Не всё же Малфою бить его ниже пояса. - Конечно, не брали. Потому что помимо Берков были Борджины. Ты видел здесь Борджинов? Нет. Я перекупил у Джудит часть её части... Не грузись деталями. Её не интересовало это, потому что она девка. В этой лавке никогда не работали женщины, не из-за сексизма, а потому что здесь нужно быть... - Каин подаётся вперёд, привставая со стула, и касается подбородком плеча Скорпиуса. Заглядывает тому в глаза снизу вверх, и договаривает: - Аморальным подонком. - Снова падает на место, и продолжает говорить, пока убирает важные бумажки из-под наглой жопы.
- Кроме меня не было никого, кто разбирался бы в деле, а искать подмогу я не хотел и думал, что справлюсь. Лисандр появился сам, просто пришёл в лавку и сказал, может помочь. Я повыёбывался, но он взял швабру. И на следующий день. Всю неделю. Ну и короче, так вот. Он тупо не уходил. - Угарает, рассказывая эту историю. Без негатива. Выгонял, да, но не бесился. Не то, что с тобой в начале)) Бля, сейчас ведь снова про бесхребетность начнёт. Каин успевает перехватить инициативу в диалоге: - Лисандр! - Орёт через комнаты, театрально хмурится, прислушиваясь.
- Чё??? - Лениво доносится в ответ.
- Ты уволен!
- Нет! - Резко обрубает Лис на похуе, и дальше в игнор. Каин переводит на Скорпиуса недоумевающий взгляд. Недоумевает уже два с лишним года, если честно. Конечно, это не все причины, но и Малфою пока многого знать не нужно. Как-нибудь потом. А пока пусть думает, что Скамандер подрабатывает уборщиком на фрилансе. И Берк замолкает, показательно разведя руками, мол, вот тебе и ответ. Тему вродь как закрыли. Каин предпринимает попытку вернуться к пергаментам, но Скорпиус снова доставать начинает. Растягивается на столе, как главное блюдо вечера. ЯТУТРАБОТАЮПЫТАЮСЬСОЗДАТЬВИДИМОСТЬРАБОТЫ, а отвечает с ледяным спокойствием:
- Ты шутишь сейчас или как? Вот чё ты начинаешь? - Смотрит, как на добаёба. Что за вопросы вообще. Не спится же парню спокойно. В его-то, Каина, доме. Не, он не то, чтобы против такого симпатичного хвоста, но это уже выглядит, как наивный план по доставанию Берка. Каин ухмыляется и проводит указательным пальцем по контуру его лица по направлению к волосам, чтобы привести причёску в порядок. Да не, на самом деле еле сдерживает воображение. Ну работал же, делом был занят важным, а тут снова этот Малфой со своим кокетством. Играет на нервах, играет на своей привлекательности. Вообще нечестно. Каин противопоставляет этому только свой голос и глубокий взгляд.
- Ты ведь знаешь, как это выглядит, да? - Спокойно произносит Каин помутившимся взглядом, устремлённым на тело Скорпиуса - от вздымающейся груди до чуть раздвинутых ног. Делает вид, что ничего не понимает. Ага, ну)) Берк медлит, принимая правила такого съёма. Оттягивает большим пальцем малфоевскую нижнюю губу, играет на ней подушечками пальцев. Щас если прикусит не приведи Мерлин, кому-то башню сорвёт. А пока, Берк с невозмутимым видом и ироничной полуулыбкой говорит: - Так провакационен, что тебе в рот хоть хер клади. Я вот о чём.
А что, неплохая идея. Бросает взгляд на приоткрытую дверь, за которой, должно быть, Лисандр снова в наушниках полы наяривает, и вылетает напрочь с ответа Скорпиуса. Куда-то в невесомость. Блядь. Нормальный вообще? Каин думал, что ещё неделю будет в виноватых ходить за вчерашнее, а этому по кайфу. Смеётся над его фантазиями, будто на всё готов. Сука, он ведь несерьёзно. Не умеет же отсасывать всё равно. Каин приподнимается из-за стола. Ухмылка со взмахом руки, что закрывает дверь и опускает замок. Надувает губы саркастично, опускает взгляд на заволновавшееся тело на столе. Змеёй растянулся, не иначе, а рука Берка всё ещё на его губах.
- Блядь, Малфой. Ты лучший извращенец.
Вдох. Выдох. Вдох. Оба не были готовы к такому повороту, но двигаться в обратную сторону, как видно, не привыкли. Да и к чёрту эти тормоза и развороты. Впереди так много нового. Отступают лишь трусы и слабаки, но Скорпиус и Каин не были похожи на своих отцов. Потерянному поколению нечего терять. Значит, будут брать.

Отредактировано Cain Burke (13-01-2018 21:43:03)

0

24

Ревнуешь. Ага, ну. Поднял бровь и посмотрел на него так, словно такие вопросы вообще не к месту. Странный берковский флирт без скобочек был непонятен. Да Скорпиусу было похер по большому счету. Он же не был влюбленной девочкой или истинным супругом. Не будет против, если Берк кого-то потрахивает на стороне, его дело. Пусть только домой не водит, а то будет чувствовать себя одиноко и брошено. Но если это тройничок - то ради бога. К тому же, пусть найдет время в своем расписании для кого-то другого. Не ведет календарь? Скорпиус быстро нарисует. Там будет значок его рожи 24\7, кроме дня колдомедика - тут он на корпоративах обычно упарывается знатно, ну еще днюха Альбуса. Так что, да, в эти два дня пусть находит кого угодно. Если захочет после кого-то после всего этого великолепия. Кого-то без этой улыбки, что сама по себе является чистой природы хамством.
Рассказывает свою историю какую-то длинную. Мог ответить короче, ведь Скорпиус думал, что Лис тут тупо полы трет или делает вид, что трет. Ну, типо ненужный предмет интерьера. Каин своей харизмой все помещение заполнял, парень с метлой и наушниках терялся очень сильно. Начитывал что-то шепотом в роли серого кардинала. Но их диалог повеселил знатно. Смотрит на Каина неоднозначно, пытается понять, что у того в голове. Кажется таким бесхребетным. Подкаблучником. Плывущим от человека к человеку. От случая к случаю. Будто ничего не контролирует в жизни. А вчера... Провел ладонью по своей шее и смотрит пристально. Вчера открыл свое альтер-эго, что взорвало фантазии мальчишки. Теперь вот лежит и анализирует. Смотрит на эту глыбу холодного. Вчера был опасным штормом, сегодня сидит как мороженка с кислым вкусом. Будоражит этот контраст. Не понимает его.
- Да не знаю, мне просто скучно... - дует губы вместо того, чтоб сказать «да ладно те, нормально же общались». И Каин залипает как-то неоднозначно. Тянет к нему руки. Малфой на секунду медленно прикрывает глаза, но не подставляется, что слишком кайфует. Приоткрывает рот, чтобы тот запустил палец глубже. А он все играет на краю, не намекая на большее. Смотрит пристально. Безоружный Каин лезет в пасть акулы. Улыбается уголками губ. Кончиком языка осторожно касается его пальца. Пошло. Проклято. Хочет укусить, но провокация более тонкая куда ценнее.
- А ты, я смотрю, стал посмелее на фразочки после вчерашнего, да? - и кусает палец. Легко. Осторожно. Чтобы не будить Цербера сразу. Готов на любую игру, если она хоть на долю такая же интересная, как произошедшее. Хотя, долбить его лед можно сегодня вечно - завтра выходной. Да и у Берка вряд ли реально имелись какие-то дела. Почему избегает - Малфой еще допросит. Может, перетрахаться боиться?))) Старичок то, может, не каждый день умеет. Всяк бывает, колдомедики честны на запретные темы.
- Ну давай, - соглашается и проводит языком вокруг большого пальца. - У меня задница все равно еще болит, - и дверь захлопывается. Каин в таком виде, мм, не контролирует внутренний восторг. А Скорпиус тащится. Любит знать, что Каина прет по его составляющему. Что он его будоражит. Что он может вывести его такими простыми фразами. Ведь это всего лишь слова. А у Берка в груди темная материя взрывает новые вселенные. Устраивает революционные перевороты внутреннего космоса. Малфой целует пальцы. Кусает. Это ведь важнее поцелуев. И слышит верх комплимента, утверждающий все то, что себе придумал. Ерзает по столу. Чтобы поудобнее было. Сразу в бой готов - не ему ж готовится перед выходом. Снимает очки и кладет на стол. Яснее видит это извращенное китайское лицо. Такое, ошеломленное. Или кажется? В любом случае, без спешки к действиям. И Малфой телом дергается навстречу его телу, зубами пытается нашарить молнию и даже удается приоткрыть ее на сантиметр. Смеется. Нелепая попытка эротизма. Но антиромантика - это новый бог. И он на волне хайпа.
- Я прям предвкушаю действия! - смеется над всей своей позой. - Ты по-секундно теряешь свой золотой билет. Я ведь могу передумать, - и ведет носом по бляхе его ремня. - А твоя сладкая попка вполне себе жива-здорова, - улыбается пошло и слышит этот шум молнии. Словно небо сейчас будет заниматься любовью. Двигается вновь по-удобнее. Вспоминает все магловское и волшебное порно с этими позами для идеальной глубокой глотки. Надо пробовать. Облизывает губы. Ладонями шарит по его бедрам. Смотрит встревоженно.
- Только ты осторожнее. Понимаю, что новичкам везет, но... короче будь со мной нежен, - аж сам засмущался от искренности просьбы. А то сейчас выпустит своего фантастичного монстра, и Скорпиусу опять отпиваться травками. Ведет руки по его бедрам. Выдергивает ремень и с шумом кидает на пол. Этот звук ни с чем не перепутаешь. Испуганно смотрит, мол, не понял ли кто чего за стенкой. Но, в целом, похуй. Если было бы нужно - он бы запретил Малфою. Он не взял бы его домой. Ему не нужна палочка, чтобы с ним справиться. И как они вчера выяснили, не нужна магия. И закрывая глаза, Скорпиус открывается шире. Языком идет навстречу. Кончиками пальцев лезет за футболку, идет по ягодицам. Пускает глубже. Отстраняется на секунду. Но пробует дальше. Пробует лучше. С каждым разом - чище. Быстрее. Настойчивее. Сложная техника на состредоточенность не успокаивает того, что творится в штанах. Рукой поправляет. Слишком узкие джинсы. Слишком узкое горло. Или слишком большой член азиата, что в одном предложении по стереотипам - нонсенс. Чувствует мокрость в глазах. Его вздохи. Его полустоны. Свои хлюпающие пошлые звуки от ритмичных движений. Сжимает его бедра. Он держит его шею, чтобы было все ровно. Слюна стекает ниже по лицу. Это похуй. Это то нарушение зоны комфорта, зоны лоска и педантичности, что Скорпиуса взрывало на эмоции. Сделай мой чистый грязным. Въезжай в меня, но не в мой мозг. Этот долбанный мир выключен. Его рука - ползет по торсу. Скорпиус думает лишь о правильных выдохах-вдохах и к черту сбивается, чувствуя руку у себя между ног. Сука, как вообще добрался туда своими длинными? Выгибается и сбивает всю малину. Закашлялся. Отстранился. Спустил штаны свои ниже и вновь устроился как было. Как били в него африканские барабаны. Натравляли сафари на эмоциональную. Взрывали. Гасили. Взрывали опять. Сука. Невыносимо делать это, когда отвлекает. Старается думать о нем, но его рука - лучшая магия в мире. Она выгибает его как заклинание пыток. Она сбивает его дыхание больше, чем многочасовой бег. Горячит тело крепче, чем алкоголь. Заставляет вести себя пошло. Пошлее, чем когда трезвый. Чем когда соображать еще может. Простой петтинг, а сводит, зудит под кожей, потому что это все Берк. Это Берк, который жестко трахает, а затем по-джентльменски достает, чтобы кончить не в глотку, а на лицо. Скорпиус зажмуривает глаза. Тяжело дышит. Чужая рука все еще сжимает его. Рукой вытирает свои липкие веки.
- Бля, зря очки только снял.

Отредактировано Scorpius Malfoy (13-01-2018 23:02:47)

0

25

Каин до последнего думает, что всё это лишь фарс и шутки, и что у Малфоя на деле не хватит решимости сделать это в присутствии третьего человека - пускай косвенно, но нельзя было сбрасывать со счетов присутствие в помещении того, кто с вероятностью пятьдесят на пятьдесят мыл полы в наушниках. Учитывая то, что они были знакомы, по всей видимости, и раньше. Не беря во внимание то, что Берк - непосредственный начальник Лисандера, а начальству можно делать всё. Вероятно, эти двое учились примерно в одно время. Может, с разницей года в два-три, ну или в год - это роли не меняет. Каин до последнего думал, что они не рискнут. Но он вёлся на провокацию Скорпиуса, как тёлка на модные цацки по скидкам, и, в общем-то, если уж быть предельно честным - Берка это устраивало. Как устраивало и то, что этот мальчик был готов ко всякому, к любому роду экспериментов, а то и сам задавал им направление.
Наверное, они оба рассудили так: трахаться на столе - это слишком банально. Ну, это действительно слишком предсказуемо и кем только не опробовано, задокументировано на киноплёнке и разного рода рейтинговой бульварщине для отчаянных домохозяек. Но при всём уважении к человеческой изобретательности и жажде экспериментов, Берк был уверен, что такое, блять, едва ли много кому снилось, не то, что виделось. Он и сам о таком не думал ровно до сегодняшнего дня. Он вообще не думал о сексе за последние пару часов. До прихода шторма, что не объявляли ни по магическому радио, ни в новостной ленте. Штормового предупреждения не было, но Каин Берк готов к любым штурмам и штормам. С ним секс далёк от романтических представлений. С ним секс - это экзотика, это местами грязь, местами всепоглощающая нежность, но никогда не средне. Никогда не перебор, чтобы не позволить соскочить с этого наркотика попросту из-за того, что приелось. С ним нельзя пресытиться, с ним хочется просить добавки. Впрочем, Каин не уверен, что рассуждает о себе.
С Малфоем как на вулкане - жёсткое сафари. И Берку это нравится. Это пиздец заводит, ребята. У него не хватит слов, чтобы выразить всё своё восхищение. Те, кто говорят, что душа важнее плотского - дружно идут нахер. Каин любил иметь в мозг, но не так, как просто кого-то иметь. Это ахуенно. Ну будем честными хотя бы раз из ста. Хотя Берк и не помнит, когда лгал последний раз, в частности - Скорпиусу Малфою. Его тащит с этого имени. Со словосочетания, которое оно образует вкупе с фамилией. Потому что Малфой. Потому что Скорпиус звучит слишком сексуально, чтобы быть правдой. Скорпионы в принципе мифологические символы секса. Уж Берк-то точно знает, о чём говорит или думает. Скорпиусу нравится изводить его по всем фронтам. Невинным ангелом смотрит, а руки исполняют что-то демоническое. Дорвался до свободы от предрассудков и обязанностей положения быть идеальным Малфоев? Ох, он идеален. Кто бы там ни думал об обратном из его семейки эльфийской. У них идеальный мальчик, но им не нужно знать, что он способен вытворять вдали от отчего дома.
Он не хочет брать его на столе. Блять, это реально слишком банально, и у Каина не встанет на эту картину. Он знает, что это не слишком удобно, как минимум. Либо бёдра и ноги о контуры стола бьются, либо у лежачего спина потом болит несколько дней. Нуу, по крайней мере, Каин знает это ещё со школьных отношений и неудобных парт. А, вообще-то, ловит этот взгляд снизу из-под полуопущенных очков, и думает, что сделает так, как ему прикажет его верхняя нижняя инстанция. За такие номера готов делать всякое. Малфой оказался ещё более испорченным и грязным ублюдком, чем Каин Берк. Слизерин - это не просто стереотип. Это знак качества. Никто, блять, настолько не искушённый. Будет снизу, но всё равно на вершине мира. Даже если этот мир сужается до одного человека. К чёрту эти размышления. У Берка голова кругом. Пространство теряет свои очертания, а посторонние сигналы автоматически фильтруются, переключаясь на беззвук. Только их вздохи, шуршание и пошлые звуки.
Скрежет зубов о молнию брюк, что поддаётся на пару миллиметров. Призыв к действию, но Каин просто не хочет спешить. Это слишком красиво. Это слишком оригинально и смело даже по меркам однополого контакта. Это тащит так, что не хочется спешить и очень рано прерываться. Каин хочет запомнить всё до мелочей. До каждой саркастичной фразочки из этого рта, что готов принять его в себя в любое мгновение. Будоражит. Сбивается дыхание, теряется счёт времени. У Скорпиуса всё ещё не сошли синяки и укусы, как бы он ни пытался залечить их в больнице. Скорпиус всё ещё сохраняет следы того бешенства, что оба накануне ночью пустили по венам друг другу, отрезав все пути назад в нормальность. На нём всё ещё следы самого беспринципного изнасилования, но он готов отсосать виновнику и агрессору менее, чем через сутки после. Каину больше не требуется времени на осмысление, чтобы не принять тот факт, что у него не было любовника лучше, чем Скорпиус Малфой. Малфой, который бесстыже извивается на его столе и совершенно искренне просит быть нежным. Игриво, но серьёзно. И у Берка просто нет других мыслей в голове, сколько-нибудь связанных с подвохом, кроме беззвучного согласия, выраженного ласковым движением ладони по нежной щеке и мягким скольжением по губам до проникновения в глотку.
Он правда не думает о грязи. Лишь о том, как шея любовника идеально подходит для обхвата его ладонью и как сделать это красиво. Страсть, а не пошлость. Плевать, что со стороны это выглядело бы так дико, как не представить заурядному человеку. Их здесь только двое. И это их вечеринка. Блять, как же это горячо. Слоу-моушен взрывает фейерверк в голове, и это больше, чем секс. Это не так примитивно - больше нет. Каин загоняет ему неспешно, а внутри вулкан кипит на грани извержения. Пальцы, направляющие его голову для удобства, не смыкаются слишком сильно. Вес переносит на другую руку, что до побелевших костяшек сжимает край стола. Боже, да. Каин гнётся корпусом ниже, не в силах держаться на ногах ровно. Сводит ноги. До дрожи сжимается всё в животе, тянет вниз неебической силой гравитации. Его змеиный язык тянет ниже, заставляя сдерживать стоны. Правда, Берк, ты же взрослый мужик уже, а готов стонать сучкой. Тут же люди, в конце концов. А ему похуй. Нет, ну он, конечно, сдерживает все свои стоны, кусает губы, включая ту самую, что всё никак не заживёт, и уже похуй на то, что прорвётся снова. Тесно, горячо, интенсивно. Нещадно. Каин видит его смятение - справляться с собственным стояком, пока ублажаешь другой, тяжеловато. Каин пообещал быть нежным.
И потому Каин ползёт рукой под чужую футболку, ведя ладонью по груди и торсу. Стягивает штаны с него, торопливо запуская пальцы под резинку трусов. И чтоб потом не смел говорить об эгоизме в постели. Каин заботлив. Подстраивается под ритм, едва сдерживая оргазм. Закрыты глаза, но картинка как никогда чёткая в воображении стоит, и от этого крепчает ещё больше, пульсирует чаще, он на грани фола, готов вылететь с орбиты, взорваться вспышкой на Солнце. Ему так хорошо, что терпеть больше не кажется реальным. И он всё ещё нежен, вопреки желанию засадить по самое основание, чтобы кончить глубоко без возможности сплюнуть. Чтобы быть внутри всем, чем только можно, но Берк - всё ещё джентльмен. И он не хочет унижать свою детку принуждением во второй раз, но и не идти на поводу мрачных животных желаний - тоже. С глубоким вздохом резко вынимает, обхватывая себя ладонью, на выдохе - дёргает вперёд, уводя назад бёдра. Сквозь полузакрытые веки смотрит, как стекает по его лицу, и грязно ухмыляется в ответ на комментарий. Блять, ну ты знал, на что шёл, Малфой. В руке всё ещё стоит и сочится, но не свой собственный. Желания.. желания всё ещё на максималках. Желания слишком высоки, чтобы низко летать, ограничившись шаблонным классическим застёгиванием ширинки и псевдобережным касанием к лицу, снимающим капли. Не. С этим справится сам, очки ведь никто не просил снимать. Берк отблагодарит иначе.
С нетерпением потянется вперёд, обхватив бедро Скорпиуса рукой, и дёрнет на себя, развернув на сто восемьдесят. Чернильница, пергаменты, хуё-моё - всё летит на пол от такого переворота. Поворот влево. Потянуть на себя, запустив руки под ягодицы, сжать крепче, сводя друг к другу. Меньше дискомфорта там, где ещё не пережило стресс. С победной ухмылкой медленно сползти под стол. Встать на колени, не поднимая штанов, и подтянуть ещё ближе. Одну ногу на плечо, другую за лопатку, чтобы удобнее было сжимать его тело. Целует в живот, влажной дорожкой спускаясь ниже. С неровным вдохом спускается по члену языком, целует по миллиметру, возвращаясь назад, чтобы вобрать во всю длину без подготовки. Просто хочет сделать это в ответ, потому что может. Потому что хочет, чтобы тело Скорпиуса ещё больше извивалось по столу и также нервно сжимало края. Или волосы. К чёрту края. Сам находит его руку, смотря снизу вверх в эти голубые глаза, и опускает себе на волосы. Давай же, не стесняйся. Этот кот слишком любит аннулировать чувство вины.

0

26

Разворачивает его, как за акробата принял. Его длинные ноги выставляет на неизвестные периметры. Крутит, вертит, будто на гриле. В своем собственническом стиле. Скорпиус смеется. Как всегда. Со своим внутренним хамством. С вызовом по умолчанию. А потом округляет глаза. Чувствует это касание. Ох ебать. Да он уже понял во всех вкусовых, каким геем он может быть. Но еще не думал, каково это получать минет от мужчины. Сжимает волосы на его голове. Не уверен, можно ли так. Но хочется. Если хочется - то можно минимум на половину. Чувствует его бороду и усики. Щекочет. Добавляет улыбки. Добавляет вздохов сквозь лыбу. Хорошо, что с закрытыми глазами не видит, как Малфой им любуется. Как тот, вероятно, смотрит на артефакты - оценивающим взглядом. И это лучшая штучка. Полная противоречий. При неправильном использовании может проклясть, а не зажечь. И Скорпиусу нравился этот риск. Блять. Как это хорошо. Подсознательный комплекс, что вероятно не был таким ахуительным и на долю того, что умел Берк. Сколько у него было партнеров? Где научился? Кто тот великий волшебник? Или это экспромт? Руки крепче сжимают волосы. Эдакая нотка контроля, которая по факту даже не направляет его голову. Детка все делает сам. Сам умеет, Скорпиусу остается лишь ахуевать и растворяться в экстазе. Шел четвертый день знакомства, и Малфой не принимал ничего, кроме его члена. И эта игла куда смертоноснее. Куда эрогеннее. Взрывает эфиры его мозга. Запрокидывает голову. Стонет в потолок. Прикрывает рот рукой. Чтобы потише. Поприличнее. А то жилой дом там, наверху. Даже про Лиса забыл уже. Тут творится создание новых небесных тел, какие там уборщики волновали то, а. Пусть хоть заходит. Посмотрит на трясущийся стол. На извивающееся тело в чужих руках. На то, как Скорпиус трахает начальство. Здравствуйте, к вам тут Малфои. Хотя это Берк въебывал его на максималках. Под ним или на - не важно. Ласковый в повадках, но в сексе рубит с плеча. И вторая рука уже сжимает край стола, чтобы не свалиться в пространство.
Смотрит на него. Рукой ведет по подбородку. Мое. Пусть пошло. Смотрит в него. Видит. Слышит. Его. Себя. Происходящее смешивается в голове. Но в какую бы хламину не был - стается трезвым. Комплементит его мастерство. Колдует без палочек, но и с ними обращается на все сто.
- Ты не против, если я кончу в тебя? - в ответ мычание, держит же его рядом. Не дает отстранится. Просто предупреждает. Мальчишка с грязными играми. Со смешками стонет в потолок. Вырвать бы его волосы в порыве, да их вечер сегодня более нежен, чем обычно. Прижимает сильнее. Без стеснения. Выплескивает весь эгоизм. Ослабляет. Чтобы дышал этот зверь. Чтоб не обиделся за очередной садизм. На этого зверя были еще большие планы.
Отдышка. Марафон побежден. Большим пальцем проводит по его липким губам, стирая остатки. Мое. Это простое слово в голове, как к интересной вещице. Но это создание - венец любой коллекции, если б она существовала. Тянет к себе. Целует медленно. Чувствует привкус себя же - и это ахуительно. Любит свою авторскую подпись членом. Лучше, чем фамильная роспись. Она запоминается сильнее закорючек на бумаге. Коли нужно - он и это предоставит. Напишет на загривке это блядское «мое». Выгравирует колдовскими линиями. В стиле личного почерка. Дышит.
- Научишь меня также? Готов заплатить за мастер-класс, - смеется, отсылаясь к первой встречи. Когда выбесил его. Сжимает волосы на затылке. И целует снова грязно. Присваивая своей антиромантикой. Не отвяжется теперь. Коли пустил в дом. В свою задницу. В свою голову. Скорпиус поставит там свои двери с индивидуальным замком. Вход по приглашению. Только хозяин далеко не Каин.
«Ты блять удивляешь», - так и не озвучил. С этой мыслью просто смотрит. Медленно спрыгивает со стола. Ух и наследили. Взмах волшебной палочкой - чистота. Решил подшутить, и магией надел на него штаны. А то так и стоял голый на своих двух коленях. Блять. Этот ебучий садизм не контролируемый. Ловит себя на мысли, что хочет эти колени. Хочет их стертыми. Хочет еще раз. Сам одевается своими руками. Смотрит змеино. Губы еще красные. Резонируют на белой коже. Ладонью поправляет идеальные волосы. Снова в лоске, снова идеален внешне. Берк потрепанный. Но ему идет так даже больше. Особенно когда на него больше никто не смотрит, кроме Малфоя.
- Я подумал, что нам бы сходить на свидания ради приличия, - пальцем почесал за ухом. - Я все же парень серьезный, не просто так вокруг тебя тусуюсь, - облокачивается на стол бедрами, скрещивает руки на груди и смотрит с полу улыбкой. Полу серьезно. Как всегда. - Ты все там бесился, что я тебя принижаю там как-то, мол, ахуевше богатый... Веди меня в ресторан, значит, есть хочу.
А то одними протеиновыми сыт не будешь. Да и в больнице кормят не очень. Тусоваться здесь не хотелось, а Берк почему-то не хотел домой. Может, тоже посрался со своей сукой-шлюхой-кошкой. Вот это ахуевший номер. Как же нравилось подкидывать ему такие ситуации дерзкие. Чтоб он соглашался за неимением выбора. Хоть это и неправда. Ну, давай, ты можешь весело послать меня нахер сейчас. Или шевели своим туловищем в ближайшую едальню. Только потом не пизди, что Малфои всюду диктуют свои правила.

0

27

Берк не удостаивает его членораздельным ответом. Нет желание разделяться с его составляющим, сбиваться с темпа и тем более - прерывать начатое. Не для того рос перфекционистом, чтобы отвлекаться от того, что по определению должен доводить до финала. Даже если это займёт пять минут или же час. Каин перепробует всё, что придёт на ум, чтобы доставить Скорпиусу удовольствие. Чтобы ему было так хорошо, что не мог бы думать ни о ком другом и представлять кого-то ещё. Чтобы только Каин Берк в подсознании. Под кожей и в венах тахикардией. Ведь теперь что остальным мерзко - то для них эстетично. Потому что  незабываемый движ. Самый лучший сост из всех возможных, что только можно получить от оргазма. Насаживается ртом теснее и глубже, в согласии лишь мыча в ответ. Старается не стонать, пока елозит коленями по старому полу. Не пыльному хотя бы, за это надо выплатить премиальные уборщику. Берку кажется, что где-то на периферии его слуха шарканье чужих ног и напевание вслух. Прям музыкальное сопровождение, нихуя не понятное за своей ненадобностью. У них своя акапелла вздохов, причмокиваний и полустонов. Что бы ни делал сейчас, как не менял направление и наклон головы, всё равно не переплюнет Малфоя. Да, впрочем, и не пытается. Делает лишь так, чтобы того наизнанку выворачивало. Чтобы стучал по столу кулаками и вцеплялся в волосы. По-джентльменски даже не направляет. Сука, что за уважение партнёра. Заебал был таким. Без укоров и предъяв бессмысленных наказывает за жестокость, и оттого Каин ещё больше старается, хотя, нет - просто ведёт интуитивно, ладони и пальцы массируют ягодицы, переходят к бокам, любовно оглаживая. Берк тоже умеет в нежность. По крайней мере, пытается. Он не спрашивает, откуда столько хамства. Просто принимает внутрь. Смотрит в глаза, прожигая насквозь неконтролируемой дерзостью и смелостью, и сглатывает, не выпуская его из глотки. А Скорпиус тянет его выше, мажет, языком сквозь губы, победно и чувственно.
- Ты разоришься. - На автомате отвечает, прикусывая за нижнюю и глядя томно. Переоценивает себя, может, но сейчас не грешно. Раз Малфой так пялится, как на идола. Каин целует коротко в губы в последний раз прежде, чем отстраниться. Прохладно так-то без штанов стоять. Скорпиус снова в своём репертуаре и включает свой театр одного актёра. Берк наблюдает за ним с интересом и скрытой нежностью. Интересный такой. Главное - сохранять лицо в любой ситуации, какой бы грязной она не была. Малфои - это ж почти что брэнд магического сообщества. Куда же без пафоса. Поднимает Берку штаны заботливо, убирается. Слишком много общается с Уизли, что ли? Но выправка чистокровная до мозга костей. Каин молча ждёт, пока он застегнётся, а когда дожидается: - У тебя там на щеке ещё сперма осталась. - Так, к слову. Берк приподнимает вальяжно руку, указывая на его лицо. - Левее. Ага. Теперь всё. - Раунд, получай. Выпендрёжник. Сам же облизывает нижнюю губу рефлекторно. По ряду причин. Хочет потянуться за поцелуем, если уж речь зашла о грязном. Да ладно, какой уж там. Что естественно, то не безобразно. Вон, как целовал минутой ранее.
Будто совсем не брезгует пробовать своё же. Берк тащится от этой хуйни. От того, как Малфой раскрывается в их связи, выпуская себя настоящего. Где его не контролируют и не указывают, что делать, как дышать и как говорить. Где на него не давят так, словно он в коконе без возможности расправить крылья. Ему просто позволяют быть сильнее. Ощутить в руках ту власть, которую должен иметь наследник древнего рода. Нахуй воспитание, нахуй правила. Берк разрешает ему всё и даже больше. Мальчику, которому не дают дышать в огромном поместье с безграничными возможностями, ограниченными родительским влиянием. Что вкладывает в этот поцелуй слишком много контроля и власти, чем положено тому, кто младше на целых восемь лет. Всё ещё не понимает, в чём соль этого номера. И отравленный воздух глотает так жадно.Больше не задыхается под чужим давлением. Потому что, возможно, впервые за эти двадцать лет, ему безоговорочно позволяет вести мужчина, который имел слишком много личной свободы двадцать восемь лет.
Говорить это, Берк, конечно, не будет. Однажды сам догадается. Или нет. Так похуй, если честно. Каин просто ловит кайф от того, что чувствует себя важным. И вчерашний монолог устроил вовсе не для того, чтобы сказать Малфою, что он такой же, как его семья. Не то, чтобы очень. Просто форма влияния предполагалась приемлемой только в случае небезразличия. И Скорпиуса было слишком много. Часто, много. Он занимал всё его внимание. За эти четыре грёбанных дня несколько раз выбесил, поселился в его квартире, отсосал на рабочем месте и там же поставил на колени, и вот теперь новая аннексия свободного личного времени. Ресторан? Ну, Малфой, это подло. Нельзя так грязно играть. Просто бои без правил в грязи. А Берк накидывает куртеечку, как ни в чём не бывало, но реагирует на подкол:
- Это низко, - тянет со скобочками. То есть, ямочками на щеках. Встряхивает плечами, оправляясь. Продолжает с наигранным презрением, а сам же щурится саркастично: - Вот какая ты неприятная личность, Скорпиус Малфой. - Оттесняет к столу с ухмылкой, тянет к себе за талию, целует в шею медленно. Но резко отстраняется, хлопая по плечу. - Пошли. Будет тебе ресторан. И танцы, и цветы, чё там вам сучкам ещё надо? - Нагло за руку берёт, тянет к лестнице. Тут дохера выходов, а пересекаться с Лисандером не хочет. - На брюлики ещё не сасосал, так что не обольщайся.
Выходят на пустую туманную улицу. Время за полночь, нужно пройти к порталу в маггловский мир, не наткнувшись на неприятных личностей. Достаточно одного Малфоя. Что удивительно, но преград им никто не составляет, и это, в принципе, не ободряющий момент. Всё не может быть так просто. Либо Берк слишком часто параноит, но это не точно. Локальный биточек по каменной стенке, и она исчезает, представляя взгляду активную улицу Лондона. Маггловский Лондон не спит. Свет автомобилей бьёт по глазам, но Берк крепче сжимает руку спутника вечера - свидание же, надо было придумать такое ещё, вы посмотрите, - и ведёт на оживлённую улицу. Никто не обращает внимания на пару, вышедшую из подворотни. С потрёпанной головой одного из, что выглядит по меньшей мере финансово проигрышно. Мода на хипстеров прошла, но это как вернуть дветыщиседьмой, только семнадцатый. Волшебный мир чуть отстаёт по моде. Каин вальяжно идёт к парковке. И прям чувствует этот немой вопрос в глазах Скорпиуса, когда они останавливаются у BMW. Ну, что было, то и берут.
- Чё, думал я тебя поведу в Косой переулок? Или что магглов хейчу? - Щёлкает пальцами незаметно для прохожих, разблокировав тачку с места пассажирского. Берётся за ручку, открывает перед Малфоем. - Слишком плоско. И да, я ненавижу трансгрессию, мне после неё не очень, так что своим ходом, ок? Прошу, мистер, - и указывает рукой в салон джентльменски. Захлопывает за ним дверь, на пафосе медленно обходит машину, красиво садится за водительское. Заводится с полоборота. Ну, "бэха", не Каин. - Добро пожаловать по ту сторону закона, детка. - Ржёт коротко, взглянув на Малфоя через плечо. Трогается плавно, как будто часто водит. Ну, не часто. Но уже довольно долго. До ресторана не очень долго, они чудом не собирают пробки, хотя время за полночь и вроде как пятница. Странное везение. У Каина играет интуиция совсем не по-доброму, и когда они уже останавливаются покурить у входа в фешенебельное заведение популярного у элитки квартала, опасения сбываются. Каин почти что хребтом ощущает неладное. Потому что за спиной слышится мерзкое дерзкое:
- Малфой? Бляяя, посмотрите, какую пташку занесло.
Каин поднимает на него взгляд. Узнаёт ребят? Да. Немного бледнеет. Ну слава богу, хоть что-то малфоевское. Будет, за что стебать. Берк отходит на пару шагов, типа не при делах. Интересно, что будет дальше. И только потом вклинивается.
- Я вам не мешаю, пацаны? - Угрожающе смотрит исподлобья, бросает окурок в сторону какого-то быдла. Стопроц гриффиндорцы какие-нибудь. Отбитые животные. - Нахуй пошли отсюда. - ты чё, дядя, смелый что ли. В рукопашку слабо? При магглах же нельзя. Падальщики ебаные. Каин такое не понимает. Каин дерзко равняется с одним из зачинщиков конфликта. Смотрит снизу вверх. Какой высокий-то. - Что сделаешь? Воробушка достанешь? - Насмехается в лицо с открытой провокацией. Уворачивается от нападения. Переплетает руки иксом, бьёт менталочкой так, что поц отлетает. Ну да, палочку при магглах доставать нельзя. Что насчёт беспачковой магией? Как отслеживать будете, ребят? Как докажете? Смешно.
Впрочем, он всё равно теряется. Не любил в боевую магию, всегда в этом слаб был. Закатывает рукава на куртке. Погнали, нахуй.

0

28

Неприятная личность. Скорпиус улыбается сильнее с того, как эти губы тянутся к нему. Как целуют. Как зависят от этой его неприятности. Знает, что на самом деле хорош. Взбудоражил старику голову, тот теперь и не знает, что с этим делать. Была б эта уверенность в школьные годы - давно был бы женат на Розе Уизли. Оно и к лучшему, иначе не встретил бы этот ураган эмоций. Зачем нужны девочки, которых надо нежно любить? Они меркнут и перестают иметь значение на ряду с необузданной страстью, запертой в теле простого человека. И нет ничего более интересного и прекрасного, чем открывать все щели и выпускать это наружу. Смотрит в его огнестрельные очи. Теряется. Комментарий про сучку заставляет рассмеяться - неплохо, Берк - идет за ним, шлепает по заднице по пути вприпрыжку. Чтоб не расслаблялся. Когда нечего ответить на подстебку, Скорипус найдет телесную провокацию. С прикушенной губой лыбится, следует его маршруту. Каин держит его за руку, а Малфой смеется внутрь себя, так в припрыжку и идет, качая сплетенные руки. Словно первокурсник из мультика про маглов. Перестал, когда заебался. Сжал крепче его руку. Так, невзначай. А тот расцепил, потому что прибыли к какой-то тачке. Вообще удивлен всю дорогу, но скромен на комментарии. Если быть совсем честным - все еще отходит от произошедшего в кабинете. По привычке клонит в легкую дремоту, но урчащий желудок говорит, что еще рано. Режим тусовщика знает, что время слишком детское. И он не хочет приучаться к домашнему режиму. Лучше Каина приучить к развлечениям. А для этого надо узнать, что для начала имеется в его арсенале. Каин сдается первым и Скорпиус смотрит на него так, словно раскусил по всем фронтам.
- Вчера я не думал, что ты умеешь в энгритрах, так что теперь не особо спешу с выводами, - подмигнул. На самом деле - конечно, думал. Он же чистокровка, который вечность провел в лавке, не считая отпускных в африканских странах. Это все было логично: маглохейтерство и любовь к привычному. Садится непривычно в машину, чуть спускается ниже по сидению. А он умеет быть красивым. Двигаться манерно. Но это словно не в его стиле, хотя Малфой еще и не видел его стиль. Мурашки по голове. Дергает, делает вид, что разминает шею. Ведь прочувствовал какую-то часть его стиля, ага. До сих пор носит его бренд на своем теле. Тащится с этого. Кладет локоть на дверцу, пальцы - к губам. Чуть прикрывает рот в позе мыслителя. Словно думы великие преумножает в своей голове. А сам пальчиками шагает по его руке на коробке передач. Смотрит на внимательного водителя, даже не дергается. А Малфой прикрывает рукой свою улыбку. Ведет пальцами. Сцепляет, но не сильно. Словно оба управляют тачкой, но по факту лидер лишь один. Второму нельзя за руль - слишком крышесносный. Да и не будет смотреть на дорогу с таким пассажиром. Будет представлять автомобильный отсос. Блять. Мысли. Вы сейчас не кстати. Он ведь хочет узнать Каина, чтобы тот рассказал о себе. Если будет думать постоянно про его член или задницу - не услышит и половину главного.
- А в чем понт? - спрашивает. - То есть ручная магия не регистрируется? Поэтому ее не преподают и считают больше мифом, чем реальностью? - уточняет немного нахмуренный. На самом деле очень хочет уметь так фокусничать. Чтобы не было преград, одни возможности. Он же любил волны успеха. - Как это вообще работает? - типо интересуется его составляющим, а сам тихонько заглядывает закулисы. Добрый не понимающий Каин не заметит, как раскручивается на советы. Да и не слишком он в итоге был и против, раз подогнал ту злосчастную книжку. Вот только игра в манипуляцию Малфою к лицу.
Курят у входа в модное заведение. Скорпиус не ебет, что это за место. Он к маглам не особо часто выбирался - так, пару раз за всю жизнь. Больше собирал ниточки в их мир через всяких знакомых. Ему и ни к чему были эти люди. О чем с ними разговаривать? Им даже анкедот про Мерлина не зайдет, хотя им известно о таком персонаже. Считают все сказками, живут в неведение, как звери в диком лесу. Малфоя больше прельщали не люди, а их достижения. Техника, способность адаптироваться под условия. Они так напрягали мозг, чтобы создать ракеты и смартфоны, что волшебники, по сути, достаточно тупые сами по себе - заклинания заучивали, да и все. А магия очень тугая, редко кто достигал успехов в новых свершениях. Лишь кропотливые ботаны или безумцы. Или наркоманы, но это другая область искусства, темная.
Слышит голос. Поворачивает голову. Бледнеет. Во всем мире волшебства он встречал их один раз, и уж никак не ожидал найти неприятности здесь, за границей мира. Новое поколение грязнокровок с коронами. Однажды пытались отпиздить его в Косом, да удалось сделать ноги, наведя туману заклинаниями. Что делать сейчас? Непонятно. Палочка рядом, но действия с нею могут послужить фаталом для работы и жизни в целом. Так ошарашенно смотрит на знакомых, что забывает про существования Каина. Пятится назад на несколько шагов.
- Слишком далеко от батяни убежал, не находишь? - язвит один из них, и Малфой нервно сглатывает. Не хочет быть трусом в глазах Каина. Но ноги поджимаются. Но пока под контролем. Просто знает, что будет махач. И он не выйдет победителем или героем, который красиво дрался, но проиграл. Он вообще не умеет в драки. Их эльфийская порода не для того была выведена. И он выставляет ладони вперед и улыбается, словно предлагая перемирие. Так себе защита.
- Народ, мне не нужны сейчас неприятности... - ухмыляется он нервно. Весь нарциссизм обернулся трусостью.
- Да? Моим предкам тоже не нужны были неприятности, когда с подачки таких выродков, как твое семейство, нас гнобили и избивали, - подошел слишком близко и схватил за шыворот. Малфой сморщился в полу оскале. Уже не страшно, просто обидно. Мерзко. Смотрит в лицо этой гниды.
- Блять я тут причем? - тихо и холодно шипит в его рожу.
- Ну как же... детки всегда отдуваются за грехи отцов, - и тут он рассчитывал на смачный кулак, но голос Каина встревает в разговор. Малфой переводит на него испуганный взгляд, в котором смешалось все. И мольба о помощи. И просьба сбежать отсюда как можно дальше и быстрее. И желание того, чтобы Берк не вмешивался в эту грязь. Он ведь не знает и половины истории знакомства с этими пациками. Не столько в родословной было дело, сколько в конкретном случае. Малфой просто толкнул им не тот препарат, пустышку. И те отпиздили барыгу за наебательство. Пообщали не отстать при любой возможной встречи. И теперь придумывают причины. Они разные. Их много. Каждая - красивая. Каждая - попытка убить его психологию, показав, какое он дно. Скорпиус боялся этих стычек на инстинктивном уровне. Он умел дерзить, но не умел отвечать. Берк не умел дерзить, но полез в драку при минимальных словосочетаниях. Глаза Малфоя округлились. Его обидчик отлетел. Каин что-то с ним сделал, что со страху Малфой даже не особо понял, что за заклинание он надумал. Второй и третий полетел на Берка, четвертый занялся им самим. Кое-как уворачивается от удара, второй пропускает через свой под дых. Сгибается пополам. Его тащат за грудки выше, удар по лицу - обжигом кровь вылетает из носовой части. Внутри все зазвенело. Сжимает крепче кулаки. Вокруг шумят люди, снимают драку на телефон. Кто-то просто шарахается. Малфой пытается махать руками и вроде даже бьет, но ощущение, что его костяшкам от этого больнее. Гопота заламывает ему руку, и Скорпиус не здерживается на звуки боли. И через секунду Каин оттаскивает от него этого еблана. Слышен звук сирены. Полицейские среагировали на драку. Неприятели быстро ретируются. Малфой и Каин забегают в соседнюю подворотню - общаться с магловской полицией дело непристойное. Те вроде задержали одного из них. Блюститель закона пробегает между ними в поисках и в упор не видит. Возвращается восвояси.
- Заклинание невидимости? - спрашивает потом Малфой, выше поднимая голову. - Пидоры блять... он сломал мне нос, - едва ли не употребил «прекрасный», но нос он любил свой очень сильно. Втянул кровь сильнее. Отталкивается от стены, ходит гневно. - Ебучая Грейнджер... мне теперь, сука, пешком до Мунго ехать, чтобы нос починить, а?! - пинает какой-то мусорный. Краснеет от злобы. Ненавидит таких говнюков. - Ништяки привозит из этого мира, а сама бережет его, как что-то неебически ценное. Да нет здесь нихуя! - и снова к стене. Закуривает ввысь. Чтобы кровь не текла. Успокаивает нервяк. - Поехали домой? Наелся пиздец.

0

29

ласДа нет, Скорпиус отчасти был прав в своих выводах. Ошибочно спутал сходные характеристики, назвав Каина бесхребетным. По сути, он был приспособленцем, что в его детстве и окружении, напряжённой обстановке магического общества по отношению к чистокровным магам и тёмной магии, было единственно верным способом сосуществования. Ты либо социально приемлемый, либо социально опущенный. Скорпиус застал другое поколение, ведь за те восемь лет отрыва, его семья тоже успела подстроиться. Но у Берка это отчасти вошло в привычку. Приплюсовать к этому торгашество в генетическом коде, и приспособленчество станет подобно одной из гравировок, навечно выжженной на теле. Особенно, когда мир требовал одного, а семья всё ещё цеплялась за старое. И Каин до сих пор боится не найти себя в круговороте вечных перестроек.
Поэтому он оставался пацифистом в своих взглядах. Или, как это модно вот уже десятилетия – толерантным. Магглы, грязнокровки, полукровки, сквибы (но всё равно немного мерзко) и нетрадиционная ориентация — похуй так-то. Принципы гуманизма вживлены в мозг методичной дрочкой агитирующего за равенство и мир Министерства в тандеме с авроратом. А может, это у Берка стояло без разбора по молодости. Кто уж поди разберёт теперь. Теперь до него никому нет дела. Ну, кроме, разве что, этого светленького. На поверку, тоже, хм.... толерантного))
В машине темно, уютно и просторно. Просит Скорпиуса подключить музыку через айфон, чтоб не так тихо было. А то вслушивается в дыхание Малфоя рядом, мысленно дополняет его же стонами на фронталке памяти. На переходе тянется к бардачку у пассажирского, находит жвачку. Во рту немного вяжет всё ещё, так что зажевать бы, например, вкус комплиментов Скорпиуса. Ну конечно, вкус тропических фруктов. Пасхалки везде. Делится со своим, чтоб пафосно чавкал жвачкой. Недостаточно ведь этого красноречивого взгляда, отвлекающего от дороги, и пальцев на татуированной руке. Мурашки по спине от этого касания, а в голове ничего доброго. Более чем уверен, что оба сейчас флешбеками в энгритрахе.
— Думай потише, пожалуйста. А то дыру протрёшь в моих штанах сейчас, - несерьёзно просит Каин, оборачиваясь на своего пассажира. Слабо ухмыляется, окидывая взглядом хитрую позу Малфоя, задерживает внимание на сцепленных на коробке передач руках. Ну, что ж. Раз так хочет... Берк перемещает их руки на ляжку Скорпиуса. Хотел было пошутить про фотку, но сообразил, что идея такая себе — и ребята не поймут.
— Хм, понта в этом нет, если честно. - Пожимает плечами, задумчиво подбирая и формулируя ответ. Любил общение на самом деле, так что не против попиздеть в дороге. Всё равно собирают светофоры. Каин в любом случае сосредоточен на дороге, чтобы заподозрить подвох в его вопросах. — Фишка беспалочковой магии в том, что она изначально присутствует в каждом. Те всплески магической энергии в детстве. Когда проявляются силы. Это и есть стихийное проявление магии, по сути. Волшебные палочки - это изобретение европейцев. В какой-то момент это оказалось проще и легче, древесина была более надёжным проводником магии. Да и проще отслеживать заклятья и магию. Для стихийной есть оправдание, как у детей до покупки палочки. Мол, это случайно, я всего-то пальцем в него тыкнул) Я почти десять лет прожил в Африке, и туда палочки пришли век назад. Мне было 15, и было сложно поначалу, потому что до этого приучился к проводнику. Чтобы колдовать менталочкой, волшебник должен ощущать очень сильную связь с космосом, - хмыкает Каин полуиронично. Космос это же как пыльца, отлично завуалированный контекст. - Поэтому я отказал тебе тогда. Это не легко. И это малая часть рассказанного. Это даже не тонкости. - Договаривает Берк, проводя большим пальцем по тыльной стороне ладоней Скорпиуса в жесте аймсорри. Может, однажды вернутся к этой теме. Может, однажды попробуют. Но Берк пока что не видит смысла в этой затее, считая лишь пустой тратой времени: на азы минимум год уйдёт. И это не точно.
— Блин, ну ты как МакГонагалл на экзамене! Валишь вопросами, – возмущается в шутку, паркуя тачку у ресторана. Разворачивается в полоборота к Малфою, пошло пялится на него с пару секунд, и приподнимает руку: — Работает это так. — И с щелчком расстёгивает ему ширинку. Ты космос, чувак. Но Берк в этом не признается. На пафосе выйдет из машины, терпеливо подождёт, пока кто-то справится с казусом, а пока поищет сигареты. Шёпотом пробует повторить малфоевское коронное: —Акцио, сижки.
И тут началось такое... или как обычно начинают ахуительные истории о пизделовке и рамсе, тупейших моментов из жизни. Каин просто ошарашен. На какой-то момент вообще перестаёт понимать, что происходит, а внутри закипает пороховой бочкой от сдерживаемой агрессии в адрес гопоты. Гоп-стоп, мы подошли из-за угла, чё. А Берк стоит и думает: они бессмертные или просто он сам не выглядит, как будто в компании Малфоя? Видимо, второе. Он не выглядит типичным представителем магического мира, но это не объясняет факта той бесцеремонности и хамства, которое по своей природной интеллектуальности Каин не признавал. Горел с этого, пиздец. Надо же иметь чувство достоинства. Какие-то примитивные знания этикета и поведения. Тем более на людях. И его жёстко бомбит с того, что своей жертвой на сегодняшнюю судную ночь они выбрали его, блять, Малфоя. Только Берк может его пиздить, а не какие-то там тупорылые грязнокровки. Угрожающей лавиной прёт на самого крупного. Откидывает нахер на несколько метров незримой магической вспышкой. Или с огоньком. Всё равно не разобрать что это было.
— Четверо на одного даже для слизеринцев подло, сука, – хрипит Каин, прописывая по беспринципной роже кулаком. Не любил же драться, но если заебали? Если предупреждал? — Да ты заебал. — Нервно кривится Берк, встречая агрессию второго. Теряет из виду третьего, что лезет к Малфою. Не Цезарь всё же. У него тут двое отбитых. Хотят больше. Не понимая, в общем-то, что доводить тихого социопата чревато последствиями. Успевает оглушить магией ещё одного, а тот всё агрится. Только сейчас соображает, что они под веществами. Сначала не понимал, почему расфокусировка у русого. Теперь понял, принял. Скрутил в армбар — и откинул его на жопу.
Сзади неловкое копошение, тонкие голоса в унисон хающие друг друга. Стоны болезненные. Каин оборачивается на знакомый писк, реагирует чисто на рефлексах: за шкирку хватает, грубо дёргая на себя. Со спины никогда не атакует. Звуки полицейской сирены всё ближе, бравая компания врассыпную. Каин успевает притянуть мудака за грудки и с холодным спокойствием выплюнуть:
— Ещё раз, и переломаю ноги, руки и палочку, а тело сброшу в Темзу. Можешь уже начинать учиться плавать.
Отпихнул в сторону, как тряпичную куклу, и среагировал на Скорпиуса боковым зрением - сиганули в подворотню, прижались спинами по разные стены. Каин прикрыл глаза и втянул медленно воздух. Мимо них проходил патрульный офицер, и нервное напряжение не должно было выдать их присутствие, обрушить защитный барьер против магглов. Встречается взглядом с Малфоем, когда опускает ментальную ауру невидимости. Кивает в ответ на вопрос. И дальше просто наблюдает за взрослым ребёнком, которого уязвили по всем фронтам и выставили слабаком перед лицом симпатичного ему человека. В защиту идёт раньше, чем Берк даже думает о психологической атаке. Он не думает о ней. Делает осторожный шаг вперёд к нему.
— Ты норм ему втащил. Тоже разбил носяндру. — Ободряюще улыбается и касается рукой его подбородка. Тот сигой размахивает вовсю, высказывается о министре Грейнджер и косвенно о магглах. Кровь носом, но строит из себя героя. До Мунго далеко. — Вот же долбаебы не переведутся никак. Домой поедем, как скажешь. Только не дёргайся. – Предупреждает без объяснения о чём - хрен пойми, - но ловит внимание Скорпиуса, и направляет палец на его нос. Характерный хруст вправленного на место носа. По-джентльменски достал платок из кармана, и это в двадцать-то первом веке. Утёр носяндру своей сучке, а то причитает много. И, пользуясь случаем - растерянностью Малфоя от его действий, пустой подворотни и их локации у стены - прижимает его спиной к каменной опоре. Целует в порыве, потому что адреналин всё ещё ебашит по вене так сильно. Камон, уже оба признали, что любят пожёстче. Но не здесь. Здесь палевно, хотя Берк бы не отказался от быстрого перетрахончика на волне адреналина.
– Бля, едем домой. Иначе я тебя прям здесь возьму. — Зато честно.
В машине снова по жвачке взяли, опустошили кому-то пачку. Собрали пробку где-то в центре. Диалог просто прекрасный о стеретипах вышел, и оба расслабились. Словили ламповость, хотя не дошли до ресторана. А вот жрать хотелось очень. Да и свиданка вроде как ещё продолжается. Поэтому Каин без вопросов и объяснений заезжает в «Макавто». Оба соглашаются, что можно было бы и сразу так. Закупаются на неделю вперёд практически, пакеты на заднем сидении. Рука снова на колене. Берк не выдерживает первым – и кладёт руку на его ширинку. Возможно, до конца поездки они успеют обнулить и салфетки в чужом бардачке.
Но домой уваливаются в отличном настроении. Впервые, кажется, приходят домой вместе и трезвые. Прям как после свидания, реально. Но ладно, Берк готов признать, что всё ещё не доказал, что не бедный. Насрать. Заваливается на кровать вместе с пакетами, Скорпиус следом.
– Ну приехали. Где ноут? Давай че-нить включим из забавного. Я пока накрою поляну. Ну типа, романтик намучу. — Хохочет Берк, мягко подпинывая Малфоя с кровати. Реально выгружает часть еды на плед. Напитки на полу, но если надо, Каин понаклоняется. – Эйс Вентура, серьёзно? Как долго будешь шутить про Африку? – ладно, ворчит, но умиляется. Пох, пусть Джим Керри. И эта африканская летучая мышь, украденный символ племени. Скорпиус растрёпанный на постели, объедающийся не крабами, а цезарь-роллом. Каин, макающий картошку в соусы. Типичные чистокровные, че.

Отредактировано Cain Burke (15-01-2018 02:01:36)

0

30

Утешает его, а Малфой горит сильнее. Но старается быть потише в своей голове. Ведет себя некрасиво. Мусорный бак катится по асфальту, шумит пакетами. Держится за вправленный нос. Руки измазаны в красном. Дорогой, ты тоже был ничего. Ага. Слабаком выступил перед тем, для кого хотел быть самой сильной девочкой. Он ведь теперь потерял свою психологическую власть. Как теперь его брать? Как тянуть за волосы с агрессией непобедимого? Тот росомахой растаскал всех от него, не пришлось и долго возиться. Скорпиус был зол, что не так хорош, как Каин Берк. Что теперь в плане мужской силы он на втором месте. Так было и изначально, но теперь тому есть фактическое подтверждение. А Малфой не любил быть вторым. Даже с теми, кто ему нравился.
Каин прижимает его к стене. Малфой роняет сигарету. Отвечает на этот страстный поцелуй вопреки мыслям - как тут не ответить. Тот говорит, что хочет его после всего этого. И парень смотрит с подозрением, хоть со стороны это непонятно. Усомнился в себе, а Берку похуй на это. Или не видит. Плетется за ним, в голове флешбеки разговоров с отцом. Драко всегда говорил, что не умел в бои не на палочках, несмотря на то, что в школе к нему многие лезли. Особенно Поттер. И тем не менее, он добился своих результатов. Потому что у Малфоев они написаны в ветвях фамильного дерева. Если ты не умеешь драться - просто купи себе телохранителя. Или лучше заведи тупого большого друга, чтобы не быть боксерской грушей в школе. Скорпиус слушал все это в пол уха. Мать пропагандировала ему другие настроения. Но сейчас он вновь столкнулся с тем, что не смог за себя постоять. Даже язык проглотил в перепалке. Как только не обоссался от страха - магия, воистину. А Берк ведет его к машине, словно этот вечер не провален. И Скорпиус удивлен. Не может понять, кто из них в этой ситуации больше наивен. Но в чем-то Драко был прав. Если не имеешь власти силы, ее можно осуществлять деньгами. Иными словами, если перефразировать - просто иным способом. Сексом, как вариант.
- Чет так себе свидание, - смеется, поправляя салфетки в носу. - Но романтики героизма надолго хватило, - хмыкает, залезая в машину. Берк юлит, и Скорпиус посылает его весело нахер. Не придерайся. Знаешь же, сука, как хорош. - Ты, конечно, ебать опасный, по тебе и не скажешь, - шмыгает носом. - Ты в Африке тигров валил голыми руками что ли? - а тот про стереотипы начал загонять, что Малфой глаза бы закатил, если бы вся лицевая не пребывала б в огне. - Не, ну ты же можешь тигра завалить? - резонный вопрос. Надо знать, на что его мужчина способен. Малфой за тигренка потянет. А вот большого? - Ррррр))) - улыбается широко, уже не так эмоционально больно от пережитого. Каин включил типичного себя, и это не может не радовать. - Это не стереотипы. Это жиза, - отчеканивает с мудростью монаха. Смотрит косо на ответку и изгибает бровь. - А вот это стереотипы, - типичный Малфой, ага, ну. Посылает снова нахер. Вот и макавто, идеальное окончание неидеального вечера. Заказывает всякого говна. Будет пластмассу жевать, но хотя б предсказуемое качество.
Дома сразу бежит с палочкой в ванную с зеркалом. Колдует, зашивает внутри микрососудики. Не очень приятная процедура, хоть и волшебная. Только чистенький уселся на край кровати, так Каин настаивает на каком-то движе. Блять. Сидеть то до сих пор больно, зачем эти телодвижения лишние? Тыкает в ноут. Типа топ-200 лучших комедий. Выбирает забавную рожу, двигает макжратву к себе ближе за край пледика. Уплетает, словно не ел вечность. А Берк комментирует выбор, и Малфой хмурится. Не ебет, что за старье включил. Не видел ни разу этот фильм. Судя по началу, ебала какая-то. Фильм старше него, тогда юмор был бесноватый.
- Да я включил на шару! Ставь сам, если не нравится, - потому что рот Скорпиуса уже занят Цезарь-роллом. Но Каин и не против. Даже улыбается. Так непривычно. У него странная улыбка. Ее хочется стереть с его лица. Но не кулаком, а поцелуем. Скорпиус роняет на постель куски Цезарь-ролла и не замечает этого. Оглядывает Берка, что жрет и смотрит телик. Картошечка хорошо пошла. Смакует мальчик.
- А ты больше любишь сырный или чесночный? - спрашивает многозначительно, словно что-то замышляет. Облизывает большой палец, измазанный в еде. - Бля, может, все-таки сырный? - Каин смотрит на него, словно раскусил этот тон. - Ну я просто подумал... если я макну в соус, ты отсосешь мне с большим удовольствием? - и ржет со своих ужасных фишек. - Просто не хочу в чесночный, нам же еще целоваться, - и улыбка невинная в довершении всего этого неприкрытого флирта. Он в нем также хорош, как и безобразен. Но Каину нравится, и он палится в этом. Хоть и старается не подавать виду. Отец был прав насчет власти. Если Скорпиус будет чаще видеть эту улыбку и этот блеск адовый в глазах - он забудет о своих слабостях. Он станет истребителем. Капает цезарем на свою грудь. Благо успел избавиться от футболки заранее. Каин смотрит многозначительно и предъявляет за неслучайность события. Малфой ржет и стирает, отправляя в рот соус. Наелись до отвалу, сразу бы так сделали. Без лишних нервных приключений. Малфой устраивается на его плече, ноут - на его коленях. Рука - медленно гладит торс, проявляя нежность. Взгляд опускается ниже. Все же правильно заметил легкую неровность в дыхании. Ползет ладонью за край. Сжимает уже твердо вставший.
- Это у тебя так на Африку или на меня? - ухмыляется и касается виска своими губами. Изводит медленными движениями. А Каин вроде собирался смотреть фильм. По крайней мере выглядел увлеченным пару минут назад. Но Скорпиусу похуй на его увлечения и хобби. Ему похуй на очень многое, когда его губы скользят по шее. Рука отпускает член и сталкивает ноут на край кровати. Даже не ставит на паузу. Стягивает его края одежды ниже. Два колена вдоль бедер. Рука вновь на причинном. Думает о том, как его хочет. В каком формате. Думает о том, что даже если будет сегодня снизу, то не против боли в заднем. Ему понравился тот садизм.
- Ну что? Немного соуса? - ухмыляется и накрывает его рот своим. Ублажает открывающуюся рану. Принимает ее как его душу, нежно. Тоже открывающуюся постепенно за эти насыщенные четыре дня. Или идет уже пятый? Что меньше недели - то не считается. Но его так много стало в его голове, что... вдыхает резко и глубоко его запах. Африканские травы. Растафари рай. Бунтарство на поверхности кожи. Под нею нежность. За нею животная воля. Зубы по ключице. Зажимают ее выпуклую. Отпускают. Рука шарит по телу. Вторая - на члене. Все еще максимально медленно, хоть движения и агрессивно-отточенные. Всем своим видом и телом показывает, что спешит не из-за мнимой нежности, а чтобы побесить возбуждение. Пусть не думает лишнего. Самого за бляшкой ремня это бесит не меньше.

0


Вы здесь » TimeCross » family business [внутрифандомное] » не надо меня узнавать


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC