capt. jack harkness michael wade wilson
oberyn martell susan pevensie steven rogers
Это была... тяжелая ночь. Будем честными. Питер устал. Он вытащил из колонизации мелкую и лающую собаку, которая умудрилась сломать три лапы из четырех. За этот подвиг он был вознагражден укусом, чуть ли не за нос (стыдно, но спасла маска), но обошлось запястьем. Неприятно, но это еще терпимо. Ибо хозяйка питомца не обошлась с ним строго (начала лупить сумкой, думая, что это он навредил ее “любимой собачичке), а затем лишь как-то странно на него смотрела, но поблагодарила. И за это спасибо! Он же не единственный герой, ну, хей. Читать дальше

Дорогие Таймовцы!
04.12.18 Очень большое обновление правил по маскам и вторым ролям. Читать тут.
30.10.18 Появились дополнения в правилах и банке, а так же подводим итоги большого кроссворда в честь Дня рождения Тайма!
28.12.17 Мы поменяли дизайн! Внезапно, но почему бы и нет? Вопросы и предложения как всегда в тему тему АМС.
23.10.17 Все уже заметили некоторые проблемы, но сервер rusff и mybb их решает, сроков пока не сказали.
25-26.09.17 Нашему форуму целый год, поэтому вот тут раздают подарки и это еще не все, вот здесь специальный выпуск, а упрощенные прием для всех мы объявляем на целый месяц!
24.08.17 Внесены корректировки в правила взятия вторых ролей и смены предыдущих, поэтому просим ознакомится с ними в соответствующей теме
27.07.17 Совершенно внезапно и полностью ожидаемо у нас запускаются челленджи!
12.07.17 Все помнят фееричный день падения rusff'а? Так вот падения продолжаются, наверняка у кого-то из вас что-то до сих пор не работает и не показывает. Если да, принесите это нам в тему АМС, желательно со скринами и указанием вашего браузера. Спасибо!
Дорогие партнеры, у вас может не работать кнопка PR'а.
Логин: New Timeline - Пароль: 7777

faqважное от амсролигостеваянужныехотим видетьхочу кастакцияуход и отсутствиевопросы к АМСманипуляция эпизодамибанкнужные в таблицуТайм-on-line

TimeCross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » TimeCross » the 10kingdom [архив эпизодов] » Hell frozen rain [fbawtft]


Hell frozen rain [fbawtft]

Сообщений 1 страница 24 из 24

1

Hell frozen rain
... falls down
•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

https://i.imgur.com/tdZZpRG.gif https://i.imgur.com/cqyfmbp.gif
https://i.imgur.com/TcHjjAJ.gif https://i.imgur.com/bhBwc8I.gif

There is a moment in time
When all the cards that you've played divide
You feel the temperature dive
And all your demons inside come crashing through

Akira Yamaoka feat Mary Elizabeth McGlynn - Hell frozen rain

УЧАСТНИКИ

ВРЕМЯ И МЕСТО

Leta Lestrange & Theseus Scamander

RMS Carmania. March 1928

АННОТАЦИЯ

Нынче вечером в круиз отправляется лайнер, что должен доставить в Валенсию ряд интересных пассажиров.
Что могло бы пойти не так?

•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

+2

2

На верхней палубе было вполне уютно, несмотря на периодически обдувавший своими холодными потоками ветер. Март выдался на редкость противным. Снег не спешил таять, тяжелые свинцовые тучи то и дело нависали над городом, проливая на граждан потоки проливного не то дождя, не то снега. Апрель вот-вот должен был занять своё календарное место, но дыхание зимы оставалось неумолимо к законам природы. Правила существую для того, чтобы их нарушать?!

Сибила по плотнее закуталась в пальто, поднимая воротник до самых щёк. Ей было… спокойно. Впервые за долгое время у неё получилось по-настоящему расслабится и отвлечься от всех мыслей, грузным потоком навалившихся на неё за последнее время. Её визит к Тесею, Литы визит, так и остался не более чем очередной пустой заметкой на страницах воображаемого ежедневника. Роули пропал. Им удалось набросать некоторые пункты плана, Сибилл в свою очередь получилось достать настойку африканского сонного корня, усиленную комбинациями парализующих выдержек, вгоняющие человека в состояние глубокого летаргического сна. Это был очень хороший план, практически идеальный, натуральность смерти Тесея подтвердили бы десятки колдомедиков. Оставалось совсем немного дабы завершить комбинацию, но внезапное выпадение ключевого компонента заставило Литу мгновенно уйти на дно, дабы подробнее разведать ситуацию. К сожалению её поиски так ничего и не дали. Роули будто сквозь землю провалился, а семья внезапно замела все следы так, что понадобится десяток лет поисков, дабы доказать хоть какое-то их участие. Проклятье. Однако, Лита не была бы Литой, не сумей она вынести из этого своей выгоды. Настойка по-прежнему оставалось у неё, надежно спрятанная в маленьком кулончике, болтавшимся на её шее с момента начала событий. А эта поездка давала неплохие шансы оказаться по дальше от основного эпицентра, даруя шанс им обоим немного выдохнуть и прекрасно провести время. В конце концов Роули был не единственной заботой.

Сибилл закрыла глаза, полной грудью вдыхая свежий морской воздух. Её пальцы расслабились, выпуская воротник из своей хватки, и в следующую секунду, ветер прошёлся по её ключицам, проникая под одежду, заставив Сибилл игриво улыбнуться.
-  Сибилл Спенсер! Приятно будет увидеть вас на этой конференции. – Бас над ухом раздался не слишком неожиданно, и женщина медленно подняла веки, разворачиваясь к мужчине, одаривая его своей самой приятной улыбкой.
-  Ваш визит будет не менее приятен мне, профессор Вайорс. Ваши последние исследования в области торакальной хирургии и восстановления мышечной ткани вызвали настоящий фурор в области медицины. – Профессор благодарно расплылся в улыбке, поигрывая пышными усами.

Они ещё несколько минут поболтали, после чего светила науки вежливо откланялся и поспешил к ещё одной компании, целью которой, были непримиримые споры по поводу снятия запрета на препарирование трупов не магов, пострадавших от магических атак. В данном вопросе этическая коллегия по-прежнему была неумолима.

+1

3

Даже самые лучшие, блестящие, выверенные с хирургической точностью профессионального составителя ядов планы могут провалиться. Увы, но законы Вселенной устанавливали не какие-то определённые лица, с которыми можно было бы найти общий язык и договориться. Там, где человек мог сыграть на слабостях, грешках и страстях другого человека, предложить мирозданию ему было нечего. С подобным положением вещей приходилось просто мириться.
И ждать другого случая. Вселенная любит сложные игры.
Роули скрылся.
Эта новость раздосадовала Тесея. Сидя с ногами в любимом кресле, поглаживая левой рукой задремавшую на коленях кошку, в правой же покачивая пузатый стакан с коньяков, он задумчиво смотрел в никуда. Сторонний наблюдатель бы ничего не понял. Люди привыкли считать, что крушение планов нужно переживать как-то более... импульсивно. Тесей был азартен, но не страдал вспышками гнева. И коньяк он не любил, просто подобная поза помогала ему держать баланс. Занятые руки не мешали мыслям, стройными, почти нотными рядами выстраивавшимся в голове.
Жаль, что эту сюиту придётся отложить в долгий ящик. Но это не первое произведение в жизни Тесея, чьё исполнение не состоялось.
Будь он моложе, утешил бы себя мыслью, что обошлось без жертв. Да, по меркам магов он всё еще считался юнцом, но повидал слишком много, чтобы ещё сохранить остатки веры в счастливое разрешение событий без собственного участия.
Роули ещё появится на горизонте, в этом и сомневаться не надо. И весь вопрос в обстоятельствах и количестве действующих лиц, которым уготована судьба принять участие в свершении архаичного акта кровной мести.
Пока же... Сибилл попросила его составить ей компанию. В Испании в марте должно было быть замечательно, не то что в Британии, где март походил на чахнущего старика, решившего перед концом отравить жизни всему многочисленному своему семейству.
Он согласился, конечно.

На верхней палубе было свежо. Редкие парочки пассажиров второго и первого классов под руки прогуливались по променаду больше по той причине, что вечером в море было прохладно, а значит никто не помешал бы их скромному уединению. Прочие, не обременённые излишне романтичными душами (или уже слишком старые для подобного) пассажиры после ужина разошлись по сложившимся за прошедший день компаниям. Тесей и сам некоторое время провёл в компании представительных джентльменов, развлекающихся необременительными разговорами о политике ныне здравствующего короля Георга. Один из них оказался достаточно проницательным, чтобы разглядеть в Тесее военного. Но расспросов удалось избежать всего лишь многозначительной улыбкой, вежливо намекающей собеседнику, что это совершенно секретная информация. Право же, не будет же простой пехотинец путешествовать с невестой в первом классе?
Приятную компанию пришлось покинуть из-за душного запаха сигар. Это когда сам куришь, он не доставляет неудобств, но по прошествии долгого времени после избавления от вредной зависимости, непереносимость табачного дыба только обостряется.
Свежий же морской воздух мигом выдул из лёгких весь налипший на них изнутри серый кумар. Дышать стало легче, хоть мороз и колол не успевшее привыкнуть к переменившейся температуре горло.
Тесей скользящей походкой пошёл вдоль палубы. Смотреть ночью было особо не на что, даже звёзд видно не было за плотной завесой облаков. Но и без того было хорошо и расслабленно. И лучше стало, когда на фоне тёмного лоскута неба он увидел знакомую светлую причёску.
Она не вздрогнула, когда он подошёл, обнял за плечи и легко коснулся губами виска. Почувствовала или услышала? Не так и важно.
Ещё хранившие тепло внутренних помещений лайнера ладони Тесея скользнули с плеч вдоль рук, накрывая тонкие запястья Сибилл.
- Ты продрогла, - на контрасте температур казалось, что кожа его невесты просто ледяная. - Не хочешь пойти внутрь выпить какао?
~

Отредактировано Theseus Scamander (06-01-2018 05:00:10)

+1

4

All you have is your fire,
And the place you need to reach.
Don't you ever tame your demons,
But always keep them on a leash.

Она почувствовала его приближение за несколько секунд до того, как руки Тесея опустились на её плечи. Имбирь и можжевельник. Аромат непокорности и силы. Прилежность Тесея всегда имела небольшой налёт безумия. Он не старался быть во всём лучше других, однако всегда выполнял свои принципы с какой-то маниакальной скрупулёзностью. Свободолюбие и желание изменить мир в лучшую - с его точки зрения лучшую - сторону однажды толкнёт его в чёрную глубину его персональной Генунгагап, это было очевидно. Он уже балансировал на её тонкой грани, с интересом рассматривая вечный мрак, отчаянно желая найти в её глубине живительный Хвергельмир, но пока, только отравлял лёгкие её вязким ядом.

В последнее время Сибилл особенно отчётлива ощущала за их спинами чьё-то присутствие. Некто лёгким, прозрачным силуэтом пронизывал канву их времени, незаметно вставая поодаль, наблюдая, и лишь иногда оказывался заметно ближе, обдавая их беседы тонким ледяным слоем. В глазах Тесея в этот момент читалась тревога. Он умело её прятал, но Сибилл была достаточно наблюдательной, чтобы успевать улавливать эти секундные всполохи слабости. Вряд ли кто-то угрожал ему, за исключением Роули на жизнь аврора было некому, да и не зачем покушаться. Насколько она успела проникнуть в систему его профессиональной деятельности, Тесей мало кому успел насолить настолько крупно, чтобы заговоры начали оплетать его в свою паутину. Были мелкие стычки, недопонимания, незначительные угрозы. Всё, как у всех. Почти. Внутри закрались неприятные подозрения, которые Сибилл пока не спешила оформлять во что-то большее.

- Я почти не замечаю холода. Вид завораживает. – Сибилл мягко улыбнулась, мгновенно стирая с лица налёт подозрений, и слегка развернула голову, так, чтобы Тесей мог видеть её лицо на три четверти больше. – Глубины океана всегда безмятежны. Даже когда его поверхность, сотрясает буря. – Это глубинное спокойствие она тренировала в себе ещё до приезда в Хогвартс. Усевшись у воды она по долгу смотрела на спокойную гладь, сдерживая магию внутри, каждый раз, когда негативное воспоминание вырывалось наружу, касаясь воды неровной рябью. Вода до сих пор невольно завораживала её взгляд.
- Знаешь, я бы не отказалась. Меня уже несколько раз пытались похитить здесь. – Женщина окончательно развернулась к Тесею, прижимаясь к груди, лукаво подмигнув, подчёркивая последнюю реплику. Было бы ещё совсем неплохо немного вздремнуть. В последнее время Сибилл спала на редкость беспокойно.

Обхватив кончиками пальцев правую руку мужчины, Сибилл вновь ярко улыбнулась, следуя за женихом по направлению к ресторанному залу первого класса.

Внутри было красиво. Даже слишком. Сочетание лакированного дерева и золотых отблесков, бивших в глаза почти из каждого угла могли вогнать в ступор неискушенного зрителя. Нежная живая музыка, лилась по залу, пропитывая каждый уголок, вызывая внутри необоснованный приступ лёгкости. Сибилл легонько дёрнула плечами, прогоняя наваждение. Расслабляться ей, почему-то не хотелось.

+1

5

Им принесли какао с зефиром в фарфоровых чашках с цветочным рисунком а-ля "королева Виктория в молодости пила пятичасовой чай из точно таких же". Времени до ужина ещё оставалось около часа, поэтому в столовой, помимо них, было совсем немного людей, но просторная зала вовсе не выглядела пустынной. Виной тому была пожилая дуэнья, что-то возмущённо шептавшая (очень громко, ибо была глуховата) на ухо своей спутнице и, по всему выходило, что воспитаннице. Пусть испанский не входил в число языков, чьим знанием Тесей мог гордиться, кое-что из мыслей пожилой испанки и девушки подле неё он смог для себя извлечь. Из исследовательского интереса и, самую малость - от скуки.
Тесей знал, что, помимо них с Сибилл на борту лайнера находится ещё несколько магов. В том числе та самая дуэнья, которая возмущалась тем, сколь сладкий пирог ей принесли (о, эта вечная песня об уровне сахара в крови) и её спутница, приходившаяся ей то ли двоюродной племянницей, то ли внучкой. Узнать об этом иным способом, кроме как прочитав мысли, было невозможно - памятуя о Статуте секретности никто не хотел выдать себя. После известных событий с участием Гриндевальда никто не хотел себе проблем с Отделом магбезопасности любой из стран, чьим интересам неугомонный болгарин успел насолить.
- Тебя что-то беспокоит? - спросил он Сибилл. За столько лет, прошедших с момента знакомства, было бы странно не научиться замечать сковывающее плечи напряжение. У его невесты спина становилась слишком ровной, как у ученицы пансиона благородных девиц на уроке танца, когда душу её отягощали дурные предчувствия. И эта бледность, которая, впрочем, могла быть следствием прогулки по палубе.
Пианист в углу столовой продолжал наигрывать заученную мелодию. Лёгкую, безмятежную. Высоким гостям столь замечательного судна не пристало задумываться о великом и вечном во время трапезы. Для деловых разговоров существует бильярдная и библиотека, или, для тех, кто точно не хочет, чтобы кто-то подслушал их маленькие секретики, всегда можно было устроиться в каюте. Благо кампания предоставила в распоряжение своих клиентов по паре удобных кресел в дополнение к кроватям (одноместные даже для женатых пар).
- У меня дурные предчувствия, - сказал Тесей, наконец притрагиваясь к какао.
Приступ паранойи, сказал бы в шутку Перси в ответ на такие слова лучшего друга, да только интуиция Тесея ни раз спасала им обоим жизни. И, глядя сейчас на искусный мозаичный портрет эпирского царя, про которого потом будут говорить "пиррова победа", Тесею очень хотелось думать, что холодок по шейным позвонкам прокатывается зря.
- Будто за нами кто-то наблюдает.
~

+1

6

Сибилл перевела взгляд с чашки на мужчину ровно за мгновение до того, как он озвучил её собственные мысли. Их в жизни постоянно что-то беспокоит. Война принесла в мир не только горе, страдания и кучу человеческих тел. У китайцев было одно проклятье, страшнее которого не придумал ещё ни один народ. «Чтоб ты жил в эпоху перемен.» Стабильный жизненный уклад, со всей его сумятицей, людскими стонами и мечтами о лучшем был их микромиру гораздо милее, чем все освежеванные реформы, старательно протаскиваемые в общество, под девизом последнего разумного оплота человечества. Но её беспокоило даже не это. Революционные движение, вылезшие после этой бойни, как мандрагоры после полуночи, рвали строй на куски не хуже правительственных реформаторов. Задевать по касательно идейные никогда не умели, уж если революция, так до первого мирового пожара. Это напрягало. Сибилл была бесконечна далека от всех политических дрязг – о, она очень постаралась отгородиться от них глухой стеной безразличная – однако, чем больше она старалась выпутаться, тем больше вязла, точно муха, попавшая в паутину. Во многом, этому способствовал, как ни прискорбно Тесей. Его невидимая тень, стоявшая точно за спиной, из раза в раз втягивала аврора в свою клокочущую бездну. Сибилл же не могла оставаться в стороне, хотя бы по чисто житейским соображениям. Тот выход в свет и мелькание лицом у министерства дорого обошелся её персоне. Одно незатейливое письмо, пришедшее аккурат через три дня на её «постоянный» адрес, нетривиально намекнуло о скором ужине в кругу семьи, на котором Литу обязательно хочет видеть тоскующая по её отсутствию семья. Недвусмысленно и через строку, красной нитью тянулась фраза о тотальном непринятии отказа. Ежегодный сбор семьи Лите удалось проигнорировать всего однажды, но в тот год у неё были на это вполне конкретные причины. Участвовать в пире во время чумы, не было ни сил, не желания.

Мягкая мелодия коснулась слуха, и Сибилл едва вздрогнула, уловив краем глаза какое-то движение сбоку. Аккуратно повернув голову, словно важнейшей заботой сейчас было стряхнуть пушинку с плеча, женщина буквально впилась взглядом в окружающее пространство, но никого не заметила.
- Ты устал, милый. – Сибилл мягко улыбнулась, осторожно приложившись губами к фарфоровому краю чашке. – Когда ты высыпался в последний раз? – В её тоне сквозили шутливые нотки придирчивого врача. Одного параноика на их пару вполне хватало. Не хватало ещё провести время чудесного круиза на пару выискивая в лице каждого встречного идеологического шпиона. В конце концов это был отдых, и даже Лестрейнджы умели отдыхать.

Народу в зале было немного, однако буквально через несколько минут, люди начали заполнять свободные столики, словно нечто тянуло их в залу, как магнитом. Спина Сибилл приняла ещё более вертикальное положение, напрягаясь подобно взведённой струне. Совсем нетипичное время, для праздных посиделок, однако люди вокруг не видели в этом совершенно ничего особенного. Все, кроме безмерно малого количества «одарённых» пассажиров. С соседнего столика, она поймала удивлённый взгляд престарелой дуэньи.
- Qué tipo de pandemonium? Antes de la cena otra hora!* – возмущенный голос обратился куда-то в пустоту.
- Probablemente, fue transferido.* – Машинально отозвалась Сибилл, изъяснившись почти без акцента.


* Что за столпотворение? До ужина ещё час!
* Вероятно, его перенесли.

Отредактировано Leta Lestrange (20-01-2018 13:05:36)

+1

7

Во снах он почему-то всегда видел себя со стороны.
В мягком полумраке ложи он наблюдал за разыгрывающимся по законам драматургии действом. Вот актёр, так болезненно похожий на него самого, застёгивал последнюю пуговицу парадного аврорского облачения. По удивительному стечению обстоятельств парадная форма была синего цвета, близкого к тому, что ежедневно простые лондонцы видят при встрече с полицейскими. Был ли умысел в таком выборе покроя и цвета? Хотел ли портной, чьё имя не было Тесею известно, добиться максимальной схожести с маггловскими служителями порядка намеренно? Что ж, в магическом мире плотная, облегающая прямую спину ткань мундира выделялась столь же сильно, как встраивала его обладателя в мир простых людей.
Синий, к тому же, цвет верности и стабильности.
Во снах у актёра, исполнявшего главную роль, было больше шрамов, чем у оригинала. На сцене театра торжествовала историческая справедливость и, если взять в руки маленький бинокль и присмотреться, становилась различима и мелкая сеточка на веках, и тонкая полоска под губой.
В театре всё выверено. Кажущаяся непринуждённость шагов - результат множества репетиций и хорошей работы постановщика, кордебалет не выбивается вперёд, позволяя всё внимание сосредоточить на солистах. Играет музыка. Кажется, Сен-Санс, что-то из ещё незаезженного фигуристами.
Тоненькая девица с тёмными раскосыми бровями и глазами потерянной лани что-то быстро вещает, то и дело сопровождая речь всплеском рук. Инженю во всей красе.
Вопреки расхожим байкам, пророческий дар не достался Тесею в наследство. В Хогвартсе Прорицания он отверг в пользу более интересной ему Нумерологии, отзываясь о гаданиях на картах и хиромантии скептически. Но иногда что-то древнее, пришедшее с его предками из лавровых рощ горы Парнас, просыпалось и посылало потомку старого рода, в котором от греческого осталось только имя, видения.
Не считая костюмов, происходящее во сне, что он наблюдал за несколько дней до рейса, совпадало с тем, что постепенно воплощалось наяву.

Широкие двери в дальнем конце зала распахнулись, объединяя столовую с танцевальным залом. Несколько мужчин вкатили на помост, с которого по вечерам выступал темнокожий саксофонист, высокую прямоугольную конструкцию, какие используют в номерах цирковые фокусники. Тёмная тканевая занавеска распахнулась, в воздух взвилось облачко блёсток, и на паркет ступил мужчина до крайности необычного вида. Так, по опыту Тесея, одевались волшебники, когда им по какой-то причине нужно было сойти за магглов, но знаний моды не хватало. Ярко-зелёные брюки с подворотами, популярные до войны, соседствовали в его образе с, судя по выточкам, женской блузкой с рюшами на рукавах и тёмным пиджаком из тех, что благочестивые матери надевают на сыновей для воскресной службы.
- Прекрасного вечера вам, дорогие гости этого славного судна, - широко улыбнулся мужчина, вынимая из-за занавески зелёный - под цвет брюк - котелок. - Сегодня я, великий волшебник Гарри Геллер, посвящу вас в таинства магии и разогрею этот, вне всякого сомнения, холодный вечерок. Ох уж эта погодка...
Мужчина улыбнулся, и по залу прошли смешки. Объектом для веселья стала скорее сама фигура фокусника, чем его отсутствующее (даже с точки зрения Тесея) чувство юмора.
Однако зрителей всё прибавлялось. Казалось, весь первый и второй классы собрались здесь, чтобы лицезреть обещанную великую магию. По крайней мере магглы глядели на сцену с любопытством сурикатов, наблюдающих за приближением ядовитой змеи.
Чуть прикрыв глаза, отрешаясь от ярких красок окружающего мира, Тесей постарался сконцентрироваться. Вокруг было слишком много людей, слишком много мыслей на минимум трёх языках, чтобы удалось найти в этом калейдоскопе нужные. Только напряжение Сибилл, хорошо ему знакомое, и недоумение престарелой дуэньи (сказывалась близость в пространстве) виделись ему чёткими линиями. Но и из этого хаоса удалось извлечь немного полезного. Совершенно нерадостного.
- Он лжёт, он не фокусник, - шёпотом сказал Тесей, наклонившись к невесте, в заботливом жесте поправляя выбившуюся прядку. - Нужно уходить.
~

+1

8

Шумиха в зале казалось заглушила все остальные голоса. Сибилл быстро потеряла в этом гомоне и голос престарелой дуэньи, и встревоженный лепет её молодой спутницы, и сердитое ворчание старика, даже в такой теплом помещении, кутавшемся в слои своей бархатной накидки. Повалившая толпа бурным потоком захлестывала зал, едва не сметая всё на своём пути. Всё же в этом безумии у людей хватало чувства такта, и никто не сбрасывал соседа, занявшего априори лучшее место. Искрящиеся люстры стали ещё более блестящими, ослепляющий свет змеился с потока, заливая пространство зала острым бледно-желтым цветом. Магия. Без сомнения чары, но такие тонкие, искусно сотканные в своих идеальных энергетических изгибах, что инстинкт женщины никак не отозвался на эту вспышку. Черты лица Сибилл ещё сильнее заострились. Она хотела встать, вырвать из обезличенной толпы, но невидимая сила будто приклеила её к изящному стулу. Не слишком крепко, но достаточно, чтобы желание противиться начало стремительно угасать.

- Не думаю, что всё будет так просто. – Шепнула она в ответ на реплику Тесея. Скрывать опасения не было никакого смысла, мужчина прекрасно понимал весь сюрреализм ситуации, достаточный, для того чтобы включилось его характерное аврорское чутье. Да хоть бы и чисто житейское. Когда в просторный зал врываются люди, блестя глазами так, словно те внезапно превратились в бриллианты, невольно уведешь подозрения либо в сторону паров опия, либо в сторону принуждающей магии. – Более того, он даже не магл. – Совсем понизив голос, прошептала Сибилл, склоняясь максимально близко к жениху. Если эта дрянь шла не от него, то великий фокусник Гарри Геллер по крайней мере знал, как «поддерживать» столь пристальное внимание.

Внимание публики было отвлечено достаточно, однако накладывать чары даже сейчас было несколько проблематично. Во-первых, взгляд фокусника казалось охватывал всё имеющиеся пространство, во-вторых ещё доподлинно неизвестно, как это самое пространство отреагирует на магический выбрался. Растянув губы в лёгкой усмешке – отреагировав тем самым на тривиальную погодную шутку – Сибилл всё рискнула сделать попытку наложить на них лёгкие отражающие чары, и едва не согнулась пополам. Нечто внутри резко кольнуло под рёбра, точно весь организм внезапно воспротивился дару. Женщина охнула, словно задыхаясь от восторга, на счастье именно в этот момент «фокусник» выпустил из рукава стаю белых голубей, мгновенно устремившихся ввысь, к тонким изгибам массивных люстр.

- Боже. – Она стиснула зубы, порывисто глотнул уже остывшего чая. – Что-то мешает наложить заклинание. – Она почти шипела, жадно втягивая воздух, точно он вот-вот должен был закончится во всём зале.

Отредактировано Leta Lestrange (07-02-2018 20:14:27)

+1

9

Вы уже убедились, что люди людям — рознь. Печально, но это так. Одни сверкают, как звезды, другие — степная трава. Одних от других отличает единственное свойство. Личности заботятся о других и готовы отдать свою жизнь за другого. Человек толпы думает лишь о себе.

Наблюдай за ними сейчас, например, компания барышень за соседним столиком, до появления "фокусника" оживлённо обсуждающих предстоящую свадьбу одной из них, они не преминули бы выдохнуть "ах, какая пара, какой заботливый мужчина". Но остекленевшие взгляды их были прикованы к сцене, руки покорно сложены на краю стола, и только едва заметные движения губ напоминали, что это - живые люди, а не пугающее чаепитие на сотню манекенов.
У Тесея руки почти всегда холодные. Приложив ладонь к светлому виску, он надеялся хоть немного облегчить боль, внезапным спазмом скрутившую его невесту. Он хмурится и на лбу меж сведённых бровей залегает пара морщин.
Помешать колдовству? Разве такое возможно? Кто-то модернизировал заклинание антиаппарационного барьера? Увы, при всех своих выдающихся способностях, теоретик из Тесея был неважный. Он и не лез в трудную науку фундаментального волшебства, лишь  почитывая на досуге "Трансфигурацию сегодня". Но о таком - будоражащем - открытии на страницах журнала не сообщали. Тревожно, тревожно.
Он будто бы слышит музыку. Это не может быть реальностью, ибо пианист давно прекратил игру, и выступление "фокусника" не сопровождает видимый аккомпанемент. Лёгкие трели касаются не уха, но разума, и, возможно, только Тесей их и слышит.
- Возможно, здесь замешан темномагический артефакт, - предполагает Тесей, опуская руку. О, Мерлин, пусть никаких неожиданных последствий невозможность колдовать за собой не несёт. И пусть это будет лишь артефакт, а не второй Гриндевальд, доселе не проявлявший себя, но распалённый успехами собрата по гильдии.
Он поворачивается в сторону дуэньи и её спутницы, машинально оглядывая лица прочих гостей, выискивая такие же подвижные и недоумённые, как у молодой испанки. Пусть он не знает испанский, но взгляд и жесты красноречивей всяких слов.
Тесей успевает подняться, когда замечает, как сквозь толпу кто-то пробивается к сцене. Это непросто, поскольку всё пространство между столиками и освещённым софитами помостом занято окаменевшими зрителями. Но неизвестный человек (очевидно, маг, тут и предполагать нечего) расталкивает всех мешающих проходу, как шар для боулинга кегли - так же грубо, роняя некоторых. И "фокусник" замечает это, и в замешательстве роняет шляпу, из которой торчат розовые уши многострадального кролика. Резкий взмах руки - и облако дыма поглощает его фигуру. Не перуанский порошок мгновенной тьмы, а что-то похожее на дымовую завесу. Тесей видел такие на войне ни раз. Но происхождение дыма его сейчас не заботит, потому что софиты освещают лицо целеустремлённого мага.
- Роули, - сквозь зубы цедит Тесей, забывшись. Кто мог бы предвидеть, что их судьбы так тесно сплетутся, что всё чаще и чаще станут подбрасывать встречи. Будто смерть Эрвина и два неудачных покушения связали двоих подобно магическому контракту.
Роули бросается к ведущим на палубу дверям, а музыка в голове Тесея чуть затихает, и вместе с ней лица окружающих магглов принимают чуть более осмысленные выражения.
- Люди в опасности, - наклоняясь к Сибилл, говорит Тесей. - Нужно добраться до радио-рубки и подать сигнал бедствия, пока ничего не случилось.
"Титаник" потряс даже магическое сообщество, не привыкшее обычно обращать внимание на случавшиеся в обыденном мире катастрофы.
- Надеюсь, остальные маги нам помогут понять, что мешает колдовству. Побудешь моим переводчиком?
Будь Тесей просто аврором, узнавшим опасного преступника, он бы бросился вдогонку за Роули, как предписывает долг. Но их связывали узы кровной мести и сталось бы, что Роули уничтожил бы весь лайнер, только бы похоронить ненавистного врага. Поэтому - потом. Сначала - люди.
Где-то снаружи прогремел хлопок, и корабль сотрясся, покачнулась тяжёлая люстра и с края чьего-то стола сверзился бокал, вдребезги разбиваясь о паркет, расплёскивая шампанское.
~

+1

10

Луна смеётся черепом над крышами кривыми,
Для нищих и больных по капле сея мутный яд,
Сегодня нам позволенно прикинуться живыми,
Гуляй по тёмным улицам, весёлый маскарад.

Сибилл делает несколько тяжелых, глубоких вдоха прежде чем её дыхание окончательно выравнивается. Маленькая капелька пота, столь изящная и хрупкая, точно выделана не из влаги, а из горного хрусталя обрамляет висок легкой влажной дорожкой, и повинуясь силе притяжения скатывается куда-то вниз, беззвучно ударяясь о мраморный пол.
Женщина прикусывает губу, прихватывая жемчужно-белыми зубками бледноватую кожу, рассекая чуть припухшую мышцу ярко алым росчерком. Пальцы Тесея приятно холодят кожу, принуждая тактильные ощущения сконцентрироваться на одной единственной точке. Жаль, что работало подобное исключительно с простейшими реакциями. Мысли яростным роем ворошили сознание, не давай даже толком сосредоточится на словах собеседника. Сибилл едва пересиливала этот бурлящий поток, дабы выуживать самые основные фразы из контекста. Артефакт, люди в опасности, Роули.

Ей едва удаётся сохранить лицо. Вместо лицевых, под нежно желтой скатертью под столом напрягаются кистевые мышцы. Ногти до боли впиваются в ладонь, точно силясь сдержать выходящую наружу ярость. Она не думает о людях, не принимает факта большей опасности, чем замешанность Роули, а за ним определённо и доброй живой половины родословного древа. Цепочка, часть звеньев которой так долго так долго ускользали от её пытливого взгляда наконец стали проявлять свои ощетинившееся контуры. Внезапное исчезновение, несколько странных фраз, брошенных, как бы невзначай на официальном приёме, сообщения о мелких стычках на периферии, слишком стремительный уход главы надзора за оборотом магических предметов и артефактов, вызвавший настоящую сумятицу на всей ветке восточного побережья.

Артефакт. Глаз Агадора. Легенда, почти миф. Высший предел магической стихии, ни черная, ни белая, совершенно нетипичная энергия, способная разом заблокировать любые проявления магического дара сразу у сотни производных носителей. Ей читали о нём, ещё в детстве, когда ночи ещё казались слишком страшными для одиночного восприятия маленьких глаз. Неизвестно кем отшлифованный кусок метеорита, свалившейся на землю в те года (тысячелетия) когда в миру ещё было принято держать при себе придворных чародеев, не скрывая его силы от толпы, а способность не разделяла магов по чистоте крови. Агадор, маг с весьма слабым, но очень неординарным даром сумел обуздать силу камня, едва не развязав самую кровопролитную мировую войну. На старых, давно пожелтевших страницах истории тот недолгий период прозвали Кантонским кризисом, прошедший, впрочем, столь стремительно, что упоминания о нём редко удостаиваются огласки. Эту страницу истории все маги мира предпочитают вычеркивать из многовековой биографии.

Сибилл легонько тряхнула головой, точно отгоняя от себя назойливую муху. Бред. Это просто морок и временно помешательство. Даже есть камень не был уничтожен, достать его из скрытых – определённо хорошо скрытых – архивов у Роули не хватит сил даже со всей мощью её семьи. Если только, им не помог кто-то ещё. Некто, вхожий в ещё более дальние круги.
И всё же, она предпочитала думать, что над кораблём висит проклятье, нежели где-то совсем неподалёку ждёт своего свершения кровавая жатва. Логическое окончание клятвенной жертвы камню.

- Конечно. – Сибилл быстро моргает, точно лишний раз подтверждает свои слова. С волнением в толпе её тело на мгновение оттаяло, и женщина не мешкая поднялась со своего места, чувствуя, как затекшие мышцы нехотя расправляются, будто несколько часов кряду были сдавлены неудобной позой.

+1

11

Ветер снаружи набирал силу. Всего несколько часов назад его холодные ладони осторожно касались разгоряченных игрой в бадминтон и горячительными напитками лбов пассажиров круизного лайнера, сейчас же его порывы трепали волосы и забирались под пиджак, норовя коснуться поясницы и шеи в том месте, где беззащитно выступают позвонки. Тучи сгущались над кораблём, и не только метафизические. Небо, и без того окрашенное наступившей ночью в бархатно-синий цвет, темнело, клубилось, затягиваемое набухающими чёрными тучами. Тяжёлые капли дождя ещё не обрушились на пальбу со всей силы, но этого стоило ждать с минуты на минуту. И тогда доски, которыми была выстлана палуба, станут скользкими и опасными для неосторожных шагов. И, уж тем более, для бега.
Тесей бежал. Вслед за ним спешил, едва удерживая на голове шляпу (вот франт!) молодой француз, по несчастливому совпадению купивший билет именно на этот рейс. Француз вызвался пойти добровольцем, хотя Тесей чувствовал его страх (что бы ни препятствовало использованию магии, дар Легилименции оно блокировало не в полную силу), но в то же время чужое присутствие придавало немного уверенности. Тесей был уверен, что и Сибилл справится с упавшей на ее плечи ответственностью. Эта женщина укрощала солдат и ежедневно справляется с пациентами Мунго, у многих из которых далеко не ангельский характер, - что ей какая-то горстка магов на попавшем в неприятности корабле.
Они договорились разделиться, поэтому сейчас три команды, составленные по принципу отсутствия языкового барьера, изучали корабль. Сибилл в компании испанской дуэньи выпал жребий искать радиорубку. Тесею - остановить корабль.
Тесей, силой убеждения и аврорского значка свалил пока всю вину за происходящее на беглого преступника, прелупредив, конечно, что тот вооружён и опасен. Он надеялся, что не пересечется с Роули самолично, пусть всем сердцем того и желал. Взрыв, принятый им сначала за знак скорого и неминуемого потопления корабля, повредил кухню, но не внешнюю обшивку. Когда они с французом (Филипп, да?) доберутся до капитанского мостика и остановят корабль, может, шансы выйти сухими из воды (смешная шутка, Тесей) возрастут хотя б на пару процентов. Сейчас Тесей чувствовал себя не участником букмекерских ставок, а, скорее, игроком в кости. Грани кубиков быстро менялись перед глазами с малопредсказуемым результатом.
Как ты там, Сиби?
Увы, то, что таинственная преграда оставила от его дара, не отозвалось бы на эту мысль, даже если бы Тесей действительно захотел нащупать эмоции невесты среди сотен других.
Холод металлических перил ведшей на мостик лестницы немилосердно впился в руку. Первые капли пали на рифленые металлические ступени, от каждого пружинистого шага поскрипывавшие. Если на мостике кто-то их поджидает, то он уже оповещён.
В просторной рубке было немноголюдно и сумрачно. Большая часть источников освещения была выключена, нервируя и заставляя предвкушать худшее. Две фигуры оловянными солдатиками застыли в дальнем конце рубки, выделяясь на фоне падающего из окон во всю стену света от корабельных прожекторов. Они никак не отреагировали на вторжение, на зов и на лёгкое тормошение за плечи. Мужчина за штурвалом безэмоционально продолжал пялиться прямо перед собой, как и его коллега за прибором неизвестного Тесею назначения.
- Империус, - покачал головой Тесей, заглядывая в глаза мужчине. Те заволокла дымка, развеять которую без палочки было невозможно. Однако же судно нужно было остановить.
Взгляд стремительно забегал по сторонам в поисках чего-нибудь тяжёлого.
- Нужно вырубить их, - коротко бросил он на французском, стремительно проносясь мимо Филиппа, когда почувствовал что-то неладное в окружающем мужчину эмоциональном фоне. Страх в нём изменился. Ранее распылённый, не сконцентрированный на чем-то одном, теперь он был устремлён на фигуру Тесея, смешанный с решимостью и другим страхом - перед кем-то ещё.
- Корабль должен идти дальше, - сглотнув, француз поднял на Тесея револьвер, целясь в спину.
Медленно, Тесей развернулся, разглядывая новое препятствие на пути к спокойной жизни, что мороком маячила где-то вдали на тёплом испанском берегу. Воображаемые кости, оглушительно стукнувшись о пол, отскочили и, переворачиваясь, покатились дальше, решая судьбу. Единица - и попытка стремительно броситься влево и вперёд, выбивая оружие из руки, обернётся выстрелом и расплывающимся на груди алым пятном; десятка - и на миг проникший в окно ща спиной свет прозектора ослепит Филиппа, давая возможность со всей силы приложить неизвестно на кого работающего француза лицом об один из мореходских приборов.
За границами мира, сузившегося до размеров капитанского мостика, прогремел первый громовой раскат. Заглушая скрип отворившейся двери и подсвечивая силуэт нового участника разыгравшейся сцены.
~

+1

12

Девушка запнулась, едва не проехавшись носом по отшлифованным доскам пола. Сибилл перехватывает её за руку в последний момент, удерживая тело молодой компаньонки от неминуемого столкновения. Спасенная что-то тихо шепчет, благодарит, а может снова молится, но женщина едва ли разбирает её бормотание. Она чуть сильнее встряхивает хрупкую фигурку, выводя из первичного шока, и едва ли не принудительно заставляет принять стабильное вертикальное положение. Девица вновь рассыпается в извинениях.

- Всё хорошо. Прошу вас, надо торопиться.

Сзади раздается принуждающий голос дуэньи, которая привыкла держать лицо и сохранять статность даже в экстраординарных ситуациях, и молодая компаньонка наконец выныривает из мира собственных грёз, припускаясь по коридору вполне себе твёрдой рысцой.
Сибилл с благодарностью кивнула женщине, получив от неё не менее твёрдый кивок.

- Ей просто необходимо быть в напряжении. Стоит один раз расслабится, и она уже как кисель. – Несмотря на обвинительный характер фраз говорила Мария Эстевано очень мягко, она даже уловила нотки нежности в голосе, и даже в строгих интонациях коими дуэнья симулировала девушку. Душевная привязанность прочным шлейфом тянулось к обоим женщинам, и уже в начале пути Сибилл перестали одолевать сомнения насчёт слаженности доставшейся ей команды. Языковой барьер не остался непреодолимым, но из магического сообщества на рейсе слишком мало знали испанский в достаточной степени.

Ей безумно не хотелось разрывать их альянс. Сибилл уже не раз ловила себя на мыслях о Тесее. Она едва не пропустила нужны поворот, лавируя между десятков коридоров, одновременно потерявших все свои опознавательные знаки и только голос Марии, строгий и безапелляционный, точно речь полкового командира, возвращали её в происходящие реалии. Она толком ничего не знала, и это ещё больше пробирало. Она не знала силы, что почти полностью лишила магов их врожденного дара, принуждая чувствовать себя разорванными надвое, не могла понять мотивов обнаружения Роули, не знала мужчину, с которым Тесей отправился на другой конец лайнера. Сомнения, тревога, холодная ярость, всё это снежным комом наваливалось на голову, принуждая напряжение возрастать в геометрической прогрессии.

Впереди что-то грохнуло. Сибилл чудом успела отскочить в сторону, ухватив за руку, идущую впереди неё девушку. Мария казалось вообще предвидела нечто подобное секундой ранее скрывшись за распахнутой дверью каюты. Им повезло меньше. Дверь комнаты, на которую женщины успели навалится оказалась заперта. Сделав стремительный шаг назад, Сибилл рефлекторно выхватила палочку, умом понимая всю бесполезность данного жеста, но чисто физически не в силах противостоять включившемуся инстинкту. Вспышка озарила ближний коридор, и женщина едва успела ворваться в распахнутую каюту, плотно притворив за ними дверь. Затишье окутало коридор лишь на мгновение, а после нечто вновь громыхнуло уже в непосредственной близости, заставив побледневшую компаньонку коротко взвизгнуть. Сибилл едва успела прижать ей ладонь ко рту. Свет не горел и все трое оказались в кромешной тьме, нарушаемой редкими вспышками, тянущимися из-под дверных щелей.

Секунды сплетались в минуты. Дыхание звучало так тихо, будто каждая старалась дышать через раз. Мышцы окостенели, ибо за всё время женщины застыли в своих первичных позах, точно восковые куклы. Она осмелилась выглянуть наружу только спустя пятнадцать бесконечно длинных минут. Вязкая тишина вновь заполонила пространство и если бы не деревянные щепки, коими насколько хватало взгляда было усеяно ковровое покрытие, оглушающий грохот можно было бы вполне списать на слуховую галлюцинацию. Сибилл вообще всё хотелось списать на неё, или как минимум на дурной сон, однако суровая реальность вновь подбросила углей в разогревшее безумием пламя.

Не успели они завернуть за первый же поворот, как носки лакированных туфель уперлись в тело мужчины, раскинувшегося вдоль лакированных половых досок. Его руки были неестественно вывернуты, а остекленевшие глаза в немом ужасе таращились в потолок. Кровавое пятно уже расползалось по светлому дереву, образуя смертоносный контраст, и Сибилл вновь услышала позади тонкий девичий всхлип. Дуэнья поддерживала стремительно бледнеющую компаньонку за плечо и что-то медленно и старательно вталкивала девушке в самое ухо. Однако все её старания были бесполезны. Восковая маска транса не сходила с лица напуганной девушки. Впрочем, Мария Эстевано быстро нашла способ преодолеть и этот приступ. Звонкий хлопок пощечины застал Сибилл аккурат за осмотром тела.

Руки привычным жестом прошлись по коже, приоткрыли рот, ощупали кисти и развернули голову в поисках трупных пятен. Чуть выше подбородка взгляд наткнулся на точку. Маленькая, едва заметная она расцвела на коже черным вкраплением, отзываясь под пальцами необычно теплым следом.
- Погасите свет. – Теория тут же врезалась в голову, и как только руки дуэнье нащупали выключатель, нашла своё окончательное подтверждение. Тонкие полоски фиолетовой энергии тянулись от точки к губам, чуть изгибаясь и охватывая рот на манер капкана. Поцелуй смерти. Судя по отпечатку наслан не давно и на расстоянии. Кровь гулко забила в ушах. Список проблем стремительно пополнился новым пунктом – не при каких обстоятельствах не оставлять в пространстве и капли собственной крови.

- Beso de la muerte. – приглушенно раздалось за спиной.
- Fue. Es necesario ir.*

Прежде чем скрыться за очередным поворотом, Сибилл развернулась и бросила последний короткий взгляд на распластавшаесе тело.

*Именно. Надо идти.

+1

13

Кровь быстро пропитала импровизированную повязку. Её Тесей соорудил из оторванных рукавов рубашки мага, лежащего теперь в отключке. Тесей злорадно рассудил, что в положении нападавщего рукава - меньшее, чего он мог бы лишиться. Жаль, что связать его толком было нечем, разве что пустить на лоскуты ещё и пиджак, и рот заткнуть кляпом из галстука.
- Не шевелись, - сквозь зубы прошипел он, затягивая повязку потуже. - Вспомни, как было на войне. Чай, не осколок в бедро прилетел.
- Ты не помогаешь, - процедила женщина, в попытке сдерживать боль так сжавшая пальцы в кулаки, что побелели костяшки.
- Ш-ш-ш... - Тесей критически осмотрел результат своих трудов. На первый взгляд, пуля прошла вскользь, не задев ничего из жизненноважных органов, но крови все равно было много. Повязка была лишь временным средством, и, если в ближайшее де время не найти врача, Фламель светила бесславная смерть от потери крови. - Отдохни, я сейчас.
Фантастическое совпадение виделось в том, что на корабле оказалась Фламель. Фантастическое настолько, что теория вероятности почесала бы затылок, пытаясь понять, как такое вообще вышло. Тесею очень хотелось знать, как на этом проклятом корабле оказалась глава французского Аврората, как они умудрились не пересечься за целый день, и задать ещё много вопросов, но - потом. Сейчас же он рыскал по немногочисленным ящичкам, пытаясь найти что-нибудь, что удержало бы вырубленного метким ударом в шею мага.
Удача, что тот отвлёкся на Фламель, подпустив Тесея. Плохо - что успел выпустить пулю.
Наконец, Тесею улыбнулась удача. В шкафчике, вместе с комплектом кружек и банкой с кофе, он нашёл моток проводов. Старых, потрепанных, непонятно почему не выброшенных вместе с прочим мусором, но по виду достаточно крепких, чтобы послужить вместо верёвок.
Перевернув мага на живот, Тесей связал ему руки и, перекусив провод найденными на столе ножницами, и ноги. Всунув кляп из галстука французу в рот, Тесей огляделся, оценивая их незавидное положение.
Заколдованный штурман продолжал вести их через темнеющее море, куда бы не был проложен курс. Его помощник тоже таращился в свои приборы, не заметив, что буквально пару минут назад тут чуть не произошло маленькое побоище. Подумав и взвесив в руке револьвер, доставшийся ему в качестве трофея в комплекте с пятью оставшимися пулями, Тесей вырубил обоих, но связывать не стал. Если повезёт, очнутся они в более адекватном состоянии, а если нет - так до возвращения волшебной силы им ничем никто не поможет.
- Идти сможешь? - спросил он Фламель.
- Если поможешь встать, - прошипела та, рефлекторно удерживая руку на повязке, будто это могло как-то помочь.
Тесей присел на одно колено, подхватывая Каролин под руку, закидывая на плечо, и обнимая за спину. Они были слишком разными по росту, поэтому, встав, Каролин переместила руку с плеча на уровень лопатки. Её покачивало. А ведь предстояло ещё спуститься с лестницы...
- Этот корабль просто какой-то "ковчег философов", - тяжело дыша, выпалила Фламель. На палубе было скользко, дождь вскорости вымочил обоих до нитки, а они ведь даже не дошли до ведущих внутрь дверей. - Слышал когда-нибудь о таких, Скамандер?
- Не доводилось, - сухо ответил Тесей, просчитывая план действий. Он не любил Фламель, они расстались не лучшим образом, она подвергала опасности Ньюта и Дениз. В конце концов, они ещё и преследовали разные цели, только Каролин, увлечённая поисками доказательств причастности Ньюта к революции, и не задумывалась о том, что перебежчиком может быть Тесей. Но бросить ее вот так, раненую, под дождём, он не мог. Старое, военное, взыграло в сердце. В те годы они держались друг за друга, впившись пальцами и зубами, раз за разом доказывая тем - мы живы. И продолжали цепляться после войны, пусть подсознательно. Их тогда вернулось немного. И для каждого оставшегося в сердце нашёлся свой уголок.
- Красные в России так называли корабли, на которые они садили всех неугодных, выводили в Финский залив и там подрывали, - зло оскалилась Каролин. - Я, ты, это не может быть совпадением. Старая испанка, кстати, имеет вес в тамошнем Министерстве. Уверена, если покопаться в биографиях других пассажиров-магов, тоже можно узнать много интересного, - она вдруг прервалась.
В другом случае Тесей бы попросил ее молчать и не тратить силы попусту. Но сейчас это откровение было слишком ценным, чтобы его упускать. Кто знает, что заставило Фламель вдруг стать такой словоохотливой - страх ли перед смертью и желание, чтобы за неё отомстили, если что - но пренебрегать этим не стоит.
- Каролин, - окликнул он её. Голос дрогнул почти без притворства, - не молчи. Говори со мной. Сейчас мы найдём Сибилл, и она тебе поможет.
- Так ты здесь с невестой? - Фламель закашлялась. Они уже были внутри, спускались по пустой широкой лестнице на жилые палубы. Тесей попытался уловить сквозь все перегородки след сознания Сибилл, но безуспешно. Оставалось только надеяться, что они где-то рядом.
- Да.
- Вот как. Удивительно, что на этом рейсе так много англичан. Я насчитала пятерых.
- Это английский лайнер, естественно тут много англичан, - раздраженно пробурчал Тесей.
- И это нормально для вас, бегать по коридорам с артефактами наголо?
Тесей напрягся и, остановившись, прижал ладонь ко лбу Фламель. Кожа ее пылала. Бред?
- Пробежал в сторону кухонь, хорошо, что не заметил... - взгляд у Каролин был расфокусирован. Тесей откинул полу ее пиджака. Повязка вся пропиталась кровью.
- Что ты вообще здесь забыла, Каролин?, - подумав, он поднял её на руки, благо веса в худощавой француженке было немного.
- Работа, - прошептала она, прежде чем потерять сознание. Тесей сглотнул, понимая, что если не найдёт невесту в ближайшее же время, будет поздно. А даже если найдёт - что тогда? Придётся вспомнить военные времена, взяв в руки иголку с ниткой? И ещё этот англичанин с артефактом...
Он услышал голоса и свернул на их звуки. В-первую очередь в глаза бывалого аврора бросился труп посреди коридора. Во-вторую - Сибилл и молодая испанка.
- Слава Парацельсу, - выдохнул он. - У меня раненая, нужна помощь.
~

+1

14

Как хочется иметь руки чистыми, сердце горячим, а голову холодной. Но почему-то эти три фактора не уживаются вместе. Никогда. Волк, коза и капуста — где безумный перевозчик, что запихнет их в одну лодку? И где тот волк, что, закусив козой, откажется попробовать лодочника?

Они не успели даже миновать ближайший коридор, как едва не столкнулись лбами с метнувшимся в их сторону силуэтом. Сибилл вскинула руку, направляя зажатую в пальцах палочку в сторону предполагаемого агрессора, одновременно свободной рукой отталкивая в противоположную сторону Марию вместе с побелевшей компаньонкой. Она даже не рассчитывала на какой-то эффект, осознание практически полной беспомощности крепко засело в голове, но отработанный годами инстинкт, вкупе с отчаянной решимостью принудил руку совершить защитный выпад, уткнув полированный кончик в безвольно повисшее на руках аврора женское тело. В нос ударил запах пороха и человеческой крови. Время замерло, всего на секунду, но этого хватило, что бы сердце женщины пропустило удар, а ведомая гробовой тишиной в проём сунула голову дуэнья, обеспокоенная образовавшейся заминкой. Она понимала её, прекрасно понимала, уж лучше вспышки, грохот и крики, чем эта всепоглощающая тишина, помноженная на коридорный мрак, где у тебя есть всего пара секунд на опознание в движущимся объекте союзника или врага. Как на войне. Тогда чаще всего налетали враги.

- Тесей. – Волна облегчения накрыла уже на первом слове. Пальцы на палочке дрогнули, кончик качнулся, мазанув по костюму, безукоризненно смотревшийся даже заляпанный пятнами крови. – Сюда.
Она не задаёт лишних вопросов. Палец твёрдо указывает на угол, достаточно неудачно расположенный для внезапной атаки, и пока мужчина укладывает тело на сбившийся слоями ковёр, наскоро затирает капли упавшей крови первым попавшимся под ноги куском тряпья.
- Кто-то наложил поцелуй смерти. Мы нашли тело в соседнем коридоре. – удивительно, что при настолько заниженной активности кто-то вообще смог выкинуть нечто подобное, впрочем, что тогда, что сейчас голову Сибилл занимали более насущные проблемы. Петляя по опустевшим коридорам, не услышанный скрип, или незамеченная тень могли стоить одному из них жизни, а при должной «удачи» и всем троим сразу. Сейчас же, безжалостно разрывая на куски тончайший итальянский шёлк – грубое прикосновение к которому до сих пор считалось почти кощунственным актом – в голову одна за одной вползали теории заговора, направленные на подрыв сразу нескольких властных верхушек. Роули мог быть сколь угодно пешкой, корабль мог быть до отказа наполнен элитой мировой науки, но появления Фламель рубило все иные предположения на корню.
- Где ты её нашёл? – вопрос более чем логичный, учитывая, время, проведённое в круизе и ни одного шепотка о появлении в недрах корабельных помещений главы французского аврората. Тайная миссия? Слежка?

Руки вымазываются в крови, стоит только пальцами Сибилл коснуться затянутой повязкой ткани.
- Проклятье. – реагируя на вспышку боли тело рефлекторно дергается, сбивая кусок жгута куда-то на бок, и женщина едва успевает зажать его ладонью, избегая новой кровопотери. – Жгут здесь не поможет – констатирует она, едва удерживаясь от озвучки ещё более очевидного. – *Aguja, hilo y alcohol. Lo más pronto posible.
Взгляд красноречиво упирается в любопытные глаза Эстевано, и какой-то отрешенный со стороны бледнеющей компаньонки.
- Cuidaremos de ella. Te pregunto, María, ella muere. – Ещё один труп -  ещё более нелепый, учитывая военное прошлое Фламель – может здорово подорвать их шансы на выживание. Опьянённая столь лёгкой кровью тварь, окончательно размоет границы между возможностью и действительностью. А может, ей самой уже бесконечно надоело видеть чужую смерть.

Незримый холодок прошёлся по спине и Сибилл вздрагивает, точно чья-то холодная рука с силой сжимает её плечо.
- Как это случилось? Как она вообще здесь оказалась? – Голос понижается до уровня шёпота, несмотря на то, что единственный свидетель их разговора слышит разве что шум крови в собственном черепе.

* Игла, нитка и спирт. И как можно скорее.
* Мы присмотрим за ней. Мария, прошу, она умирает.

Отредактировано Leta Lestrange (07-04-2018 09:09:47)

+1

15

- Зашла не вовремя, - коротко ответил Тесей, поднимаясь с колен и осматриваясь. Они расположились в закутке у кают третьего класса, поэтому обстановка, несмотря на лежащий на полу новенький ковёр (который придётся выбросить, потому что пятна крови крайне сложно вывести с такого ворса), была простенькая и, пока ещё, чистенькая. В третьем классе путешествовали люди, не имеющие возможности нанять себе служанку, на которую можно свалить обязанности по штопке одежды. Среди магов же маггловским транспортом путешествовали единицы, да сейчас их волшебные палочки всё равно были бесполезны.
"Что ж, - подумал Тесей, примериваясь, - если повезёт, всё необходимое найдётся с первого раза".
Молодая испанка, которую, как Тесей теперь вспомнил, звали Марией, умчалась искать нитки и иглу и, если повезёт, спирт. Фламель теряла кровь стремительно, временная повязка совсем пришла в негодность, а вместе с кровью из хрупкого тела главы французского аврората уходила и жизнь. Удивительным образом поворачивается судьба. Гоняешься годами за самым разыскиваемым тёмным магом эпохи, ловишь множество его сторонников, в горло вгрызаешься всем, кто хоть что-то может поведать о человеке, ставшем твоей идеей фикс, а в итоге рискуешь умереть не в гуще сражения, не в честной дуэли, а от пули, которая даже не тебе предназначалась.
С громким треском хилый замок поддался, запорная планка вылетела вместе с тонкими деревянными щепками, разворотив дверной косяк так, будто кто-то ударил по нему кувалдой. Что ж, Тесею повезло, что судовладельцы решили сэкономить на материалах.
В узком пространстве между двумя двухъярусными кроватями стояло несколько чемоданов, а на одной из верхних коек постельное бельё не было расстелено, и Тесей без зазрения совести забрал простыню из плотного хлопка, вполне годного, чтобы порвать на импровизированные бинты. Он торопливо зашарил по сумкам и чемоданам, закусив губу и прислушиваясь к происходящему за спиной. Беглый стук каблучков по полу позволил предположить, что вернулась Мария.
В чемодане, что Тесей тщательно потрошил, нашёлся бритвенный набор и завёрнутая в полотенце бутылка не самого плохого и дешевого виски. Всё это Тесей позаимствовал и вернулся в коридор. Пару раз ему приходилось видеть, как на войне маггловские врачи в полевых условиях зашивали раны, и это были не те вещи, что легко вспоминать без содрогания. Удалить омертвевшие ткани ножом, обработать рану, согнуть иглу, если нет специальной... Хвала Парацельсу, у Сиби этого опыта в разы больше. Говорят, приобретённые на войне навыки въедаются в подкорку, как умение ездить на велосипеде. Ничем не вытравить и через года.
Остроту бритвы Тесей проверил на простыне и остался доволен. Мария, раздобывшая где-то швейный набор и какой-то антисептик без опознавательных этикеток, налила прозрачную жидкость в подставленную мыльницу. Фламель, вновь пришедшая в сознание, что-то шептала, но было не расслышать, разве что наклониться прямо к её пересохшим губам.
Согнув иглу и передав Сиби эти "хирургические приборы" вместе с безоговорочным командованием ситуацией, Тесей отвинтил крышку виски и, приподняв голову Фламель, приложил горлышко к губам. Другого обезболивающего у них всё равно не было...

Совсем рядом, буквально пару шагов сделать в сторону, лежал человек, которому повезло меньше. Его нашла не пуля, но магия, сильная и тёмная, и, значит, кто-то на этом корабле всё же мог колдовать. Возможно, тот маг, что, как проговорилась Фламель в затуманенном болью состоянии сознания, побежал в сторону кухонь.
- Фламель не стала бы лично гоняться за простым контрабандистом или изготовителем некачественных котлов, - зашептал Тесей. - Думаю, среди пассажиров есть кто-то, кто, как она считает, может привести её к Гриндевальду, - он не боялся, что объект их обсуждения подслушивает. Каролин опять потеряла сознание. - Возможно, - взгляд через плечо на бездыханное тело, - этот человек уже мёртв.
Револьвер приятно оттягивал карман. Пять пуль, но на зрение и меткость Тесей всё ещё не жаловался, хотя читать по вечерам уже предпочитал в очках. Всего пять пуль, но сколько уверенности они вселяли в него, не привыкшего вступать в схватку с врагом безоружным.
Тесей внимательно вгляделся в лицо невесты. Напряжённые скулы, сосредоточенно нахмуренный лоб и глаза, дымчато-серые, как наползающий с моря туман, окружавший Тесея каждое утро в Дорсете. Её руки были по локоть в крови, кровь же запачкала её платье. Не будь её волосы такими светлыми, отливай огненной рыжиной, она была бы подобна Махе. Но упрямо сжатые губы больше подходили Морриган.
- Я должен идти, - тихо сказал Тесей, поднимая руку и касаясь щеки Сибилл тыльной стороной ладони, чтобы не запачкать кровью. И всё равно от движения пальцев осталась тонкая багряная полоса. - Пока ещё кто-нибудь не погиб.
Он улыбнулся ей мимолётно, поднимаясь с колен.
- Скоро вернусь.
~

+1

16

Она уже делала это. Десятки раз, десятки похожих друг на друга ситуаций, десятки капель крови, медленно уносящие жизнь из тел, впитывая её в изгвазданный ковёр. Пальцы прижимаются к ярёмной вене, измазав белую, словно полотно кожу кровавыми дорожками. Нитевидный, вена едва трепетала, удивительно только, как при всём при этом Фламель ещё удавалось приходить в себя. Наверное, в этом главная беда любой сильной женщины, вопреки здравому смыслу тратить последние крохи жизненных сил на чванливую болтовню. Будто они могли разобрать, о чём шепчут её бескровные губы.

- Лежи спокойно! – Твёрдо повторяет Сибилл вот уже во второй раз, плотнее прижимая окровавленную повязку к развороченной ране. Тёплая кровь стекает по пальцам, опадает на колени, оседает на ткани. Кровь повсюду. Её дорожка тянется от начала коридора и уходит куда-то вглубь, оплетая весь лайнер. Весь, от первого до последнего класса. До машинного отделения и ниже ватер линии. Смерть пожирает всех, не делая скидку по положение.
Треск ткани заставляет её очнуться. Неровные лоскуты тут же пропитывает кровь, но Сибилл только плотнее прижимает их, стараясь как можно лучше осушить хотя бы края раны.

- Señorita, por favor.* – Из головы напрочь вылетает имя перепуганной компаньонки, хотя женщина не может даже с уверенностью сказать, спрашивала ли она его, а может услышала вскользь. Она подзывает её жестом и жестом же показывает, как надо прижимать повязку, пока она будет накладывать жгут. Лишние руки не помешают, даже такие дрожащие и хрупкие.
- Возможно, это тонко спланированное покушение, возможно Гриндевальду надоели ритуальные пляски аврората вокруг его персоны. В любом из вариантов он зашёл слишком далеко и «поцелуй смерти» не самое страшное, на что можно наткнуться на этом лайнере. – рука женщины не дрогнула, даже когда компаньонка тихонько охнув разжала хватку, и свежая кровь едва не свела на нет все проделанные усилия.
- Más fuerte!* – Уже безо всякого такта рявкнула Сибилл, заставляя девушку едва ли не намертво срастись с телом Фламель.
- Прошу, будь осторожен. – Она подаются навстречу, мягко касаясь щекой его руки, не обращая никакого внимание на резанувшую по коже чужую кровь. Чувство тревоги, противное липкое, просочилось под кожу и вновь с уходом Тесея продолжила рыть в подкорке свои витиеватые ходы. Лицевой мускул дрогнул, стоило мужчине скрыться за поворотом, но запах смерти, запах ускользающей жизни быстро привел её в чувство. Совсем как тогда, совсем как на войне. Ну что с того, что я там был?!

Руки действуют уверенно, на автомате, перехватить, уколоть, протянуть. Кажется, эти монотонные движение подействовали на всех. Мария Эстевано не издавала ни звука и только дверной косяк тихонько скрипел, стоило ей чуть сильнее опереться. Её компаньонка крепко сдерживала края жгута и по команде дезинфицировала рану едко пахнущей спиртовой настойкой.
Она перевязала женщину остатками простыни, аккуратно сгружая её голову на колени девушки, поднимаясь на ноги, в надежде выхлебать последние остатки не самого дешевого виски. Ей бы тоже не помешало немного «обезболивающего».

Что-то кольнуло позвоночник. Сначала мягко, едва ощутимо, затем всё сильнее и сильнее. Сибилл охнула, крепко сжала пальцами деревянное перекрытие, зажмурила глаза и тряхнула головой, отгоняя налетевшее, словно коршун на падаль, наваждение. Она была уверена, всё это лишь последствия неудобной позы, крепко стиснутых позвонков и резком повороте шеи. Она ни хотела верить ни во что другое.

Веки распахнулись, перед Литой стояла Сибилл. Её кожа отливала белизной, неестественной, давно избытой, мертвенной. Склонённая по-птичьи голова, лёгкое шифоновое платьице, едва уловимый запах сандала. Лицо Сибилл Спенсер было безразличное, и дело даже не в мимике. Женщина пялилась на Литу двумя чёрными просветами совершенно пустых глазниц. Она что-то пытается ей сказать, шевелила потрескавшимися губами, но, как и во сне, сейчас Лита не может разобрать ни слова.

Она так и стоит оперевшись о дверной косяк, созерцая свой оживший кошмар. Можно было списать это на галлюцинацию, заклятие, да что угодно. Вот только ощущение полной реальности никак не отступает, плотно удерживая в своих силках.
Сибилл делает шаг и в этот момент кожа Литы начинает принимать свой естественный оттенок. Отпрянув в сторону женщина изо всех сил пытается стряхнуть его, точно надоедливое насекомое, вот только вредитель уже глубоко под кожей, и ползёт всё дальше, всё глубже.
Холодные руки крепко впиваются в плечи и иссохшийся рот Сибилл искажается в гримасе ужаса, а из тёмных глубин её горла вырывается едкий газ. Желтоватое облако мгновенно заполняет всё пространство вокруг и Лита теряет сознание за секунду до того, как успевает распознать ядовитые пары хлора.

* - Мисс, пожалуйста.
* - Сильнее.

+1

17

За обнадёживающе крепкими стенами со вкусом декорированных коридоров первого класса бушевал шторм. Лайнер, уверенно державшийся на волнах, покачивало из стороны в сторону, но, казалось, киль не даст судну накрениться несмотря ни на сколь угодно крепкий ветер, волком воющий меж испускающих клубы чёрного дыма труб. Неистово хлестал дождь. Его барабанная дробь достигала уха даже здесь, на уровень ниже первой палубы, в чистенькой, скромной обители обслуживающего персонала и рядового матросского состава.
Ещё здесь пахло чем-то вкусным. С мрачной усмешкой Тесей подумал, что не все доживут до завтрака, и постарался отогнать на время непрошенные мысли, сосредотачиваясь на том, что можно было уловить сквозь шум дождя. Любые человеческие звуки.
Лампа дальше по коридору мигнула и погасла с лёгкой вспышкой. Перегорела. Под светильником на тёмном дереве явственно выделялись царапины и расщепы, которые оставляют проскользнувшие пули. Остановившись и внимательно оглядевшись, Тесей увидел несколько бурых пятен, покрывающих двойные ведущие на кухню двери, у порога которых перевёрнутым лежал столик на колёсах. Тыквенный суп из разбитой супницы растёкся по полу оранжевой лужей, частично впитавшись в тяжёлую кофейно-коричневую ковровую дорожку.
Кухня не была разгромлена. Кто бы ни устроил пальбу в коридоре, не перевернул столик, он не смог загнать свою жертву в угол, заставив забиться меж плит, шкафов и ящиков с овощами. Густая красная дорожка, поначалу привлёкшая внимание Тесея, оказалась раздавленным помидором. Это было даже забавно, если бы Роули, если это был он, подскользнулся и разбил голову об острый угол металлического кухонного стола, на котором в беспорядке были разбросаны ножи, припорошенные мелко нарезанным сельдереем.
Тесей попытался восстановить картину произошедшего. Однажды, очень давно в детстве, они с братом выбрались в лес, потому что Ньюту очень хотелось поглазеть на обитавших в глубине чащи у небольшого озера кельпи, но без сопровождения совершеннолетнего волшебника эта затея могла обернуться трагедией. Тесей и не знал, что когда-то давно в лесу за их семейным поместьем жили друиды, приручившие кельпи весьма бесчеловечным образом. Всё это ему с восторгом рассказывал четырнадцатилетний Ньют, по примятым цветочкам и обломанным веточкам способный составить маршрут вышедшего побродить и поохотиться на кроликов смертоносного волшебного коня.
Тесей заглянул за стол и обнаружил ещё одно бурое пятно - точно не от помидора. Редкие капли и росчерк на ещё одной двери не оставляли других предположений.
По всей видимости, этот короткий коридор вёл на нос корабля, откуда можно было подняться на мостик. Воображение, решившее в кои то веки разнообразить мрачные краски чем-то забавным, тут же нарисовало фигуру крадущегося в ночи рулевого, которому жизненно необходимо было утолить голод. И эта нарисованная в голове сценка могла бы даже подбодрить, если бы не то, что Тесей увидел, толкнув в сторону ведущую на палубу дверь.
Зажав рот и нос, он отступил на шаг, напряжённо смотря на распластавшееся впереди тело. Кровь только расползалась вокруг головы размываемым дождём нимбом, сладковатый запах фантомом защекотал ноздри сквозь сомкнутые пальцы. Это был тот самый лже-фокусник, с которого началась эта преподносящая один неприятный поворот за другим ночь. Раскинув руки, он лежал ничком, удивлённо смотря на хмурые тучи широко распахнутыми глазами. Не сам, не сам он упал.
Сверху послышались торопливые шаги по дребезжащей лестнице. Один пролёт, второй, ещё два... Тесей захлопнул дверь, прильнув к иллюминатору, через который мало что было видно, и, вынув из кармана револьвер, взвёл курок.
Из-за темноты и дождя черт фигуры было не различить, только по ширине плеч понять, что перед мертвецом склонился мужчина, но Тесею не нужно было видеть лица, чтобы тотчас догадаться о личности этого человека. В парламенте, в воспоминаниях Ньюта, при мимолётной личной встрече, он успел запомнить эти эмоции, это безумие и ненависть.
Тесей крепче сжал револьвер и слегка надавил на ручку, собираясь, наконец, поставить точку в многолетней истории, но тут щекотка прошла по внутренностям, напряжением скапливаясь у кончиков пальцев и под языком.
Магия возвращалась.
А вместе с магией новый аромат повис в воздухе. Резкий, металлический, окрашенный до завязывающего узлом в груди ужаса знакомым жёлто-зелёным цветом.
"Сиби..."
Тесей стремглав бросился назад, на ходу вынимая волшебную палочку и вычерчивая формулу заклинания головного пузыря. Он преодолел кухню, больно ударившись бедром об угол стола и не заметив того. Хлор был тяжелее воздуха, он оседал, медленно поднимаясь выше, и, если источник был на самых нижних палубах, все их обитатели, кочегары и машинисты, были мертвы. Но у других ещё был шанс! Был шанс, что магия вернулась не к одному Тесею, что другие успели воспользоваться шансом, что сейчас, преодолев лестницу, он обнаружит Сибилл, Фламель и эту испанку, совсем ещё юную, живыми.
Но в коридоре полупрозрачной дымкой шевелились щупальца ядовитого газа, придуманного магглами, которых Тесей в этот миг ненавидел всей душой, как он мало кого ненавидел. Только тех, кто причинил боль его близким.
- Радере келус!
Мощный поток воздуха подхватил жёлто-зелёный газ, унося его прочь, поглощая и занимая собой. Пахнуло озоном, но это ненадолго, нужно избавиться от источника...
Он сделал шаг вперёд, к закутку, где должны были прятаться женщины, но почувствовал спиной взгляд и резко обернулся, вскинув палочку.
Роули криво улыбнулся ему, сжимая в одной руке палочку, а в другой - какой-то амулет.
~

+1

18

Всё нутро мутит, а рот иссушает едкий горьковатый привкус, точно Лита сжевала здоровенный корень полыни. Перед глазами пелена. Плотный сгусток молочно-белого тумана застит глаза, выбивая слёзы, не давая увидеть хоть что-то на расстоянии вытянутой руки. Кругом тишина, но вовсе не та беспробудная, почти вакуумная. Эта тишина была искусственной, словно кто-то в одночасье залил воском слуховые проходы.

Женщина пытается встать, но ватные ноги не слушаются, раз за разом заставляя Литу припадать на руки, дабы удержать равновесие. Она делает ещё одно попытку проморгатся, изо всех сил трёт глаза, впитывая влагу в грубый рукав форменной ткани. Она едва не подпрыгивает от осознания, что вместо привычного платья тело покрывает старая военная форма, заляпанная грязью и пятнами чужой крови. Или может её собственной? Мотнув головой, точно отгоняя навязчивую муху, Лита пытается подняться, уползти вперёд, сделать хоть что-то, но вместо этого лишь вновь спотыкается падает на руки, утыкаясь растрёпанной головой в беспросветный туман. Подъём – падение – туман. Подъём – падение – туман. И так по кругу, бесконечно, покуда чужие руки не подхватываю под плечи, пытаясь служить опорой и дать спасительное равновесие. Тёплая кожа касается рук, Лита чувствует её даже под слоями ткани, и на секунду, на одно мгновение ей кажется, будто всё вокруг снова реально. Но стены корабля так и не проступили, туман не рассеялся, а вместо Тесея или на худой конец молодой компаньонки под плечи её подхватывает она сама. Вернее, та, кем она стала, вернувшись живой с обезумевшей битвы.
Сибилл больше не напоминает живой труп. Её голубые глаза смотрят из-под опущенных ресниц, кожа плотно обтягивает мышцы и кости, не отличаясь ни на грамм от её собственной. Лёгкое платье, перехватанное кожаным ремешком едва заметно покачивается, словно на ветру, причудливо обвивая лодыжки.

- Чего ты хочешь? – Лита не узнаёт свой голос. Он очень низкий, хриплый, будто после перенесённого воспаления. Она хрипит ещё раз, хватаясь за этот кусочек надежды, но Сибилл молчит, лишь мягко улыбается, как и всегда делала успокаивая больных в лазарете. Но она не больна.
- Сибилл. – её губы пошевелились, скользнул по потоку ворвавшегося воздуха. – Сибилл… ты не забыта.
Её глаза растворяются в воздухе, как и невесомая улыбка, как и рука, мягко коснувшаяся её щеки.

Мир перевернулся. Его нутро дёрнуло, взвилось, отпружинило вверх, а задыхающуюся женщину выбросило наружу, заставляя судорожно хватать ртом потоки спасительного воздуха. Голову кружило и Сибилл не сразу успела распознать где пол, а где потолок. И лишь мужская фигура остро резанула по глазам заставляя напрячься ослабшие пальцы, изо всех сил сжать отскочившую к ноге палочку.

Сверкнуло. Сибилл почувствовала лёгкий тремор, что прокатился от позвоночника к кончикам пальцем. Петрификус тоталус не успел найти свою жертву, отскочив от щита с размаху врезавшись в каютную стену.
Облокотившись спиной на стену, Сибилл наскоро размяла руки и перехватив по крепче палочку, ухватилась рукой за какой-то выступ, подтянув себя до самого конца дверного косяка. Сил накладывать ментальные чары у неё не было, так что приходилось действовать топорно, выныривая из-за угла и швыряя в фигуру всё, что только было в её арсенале. Искры галопом проносились по коридору, рикошетили в стены, проходы, двери, озаряли разноцветными вспышками. Она не знала, нашло ли хоть одно заклинание цель, глаза затягивала влажная поволока, не давая ориентиров. Только слепое доверие инстинктам. Заклятье – укрытие. Заклятье укрытие.

Она заметила фиолетовую вспышку слишком поздно. Глаза вновь ослепило и Сибилл не успела уйти с траектории, отклонившись аккурат в сторону ударного заклятия. Звон в ушах от чужого голоса был похож на удар молотком о чугун. Белые кружева сверкнули во мраке и перед Сибилл застыла хрупкая фигура компаньонки, держа палочку на изготовку, из которой едва заметным мерцанием струилось защитное заклинание.

+1

19

Тесей видел Томаса Роули всего дважды в жизни: в восемнадцатом, когда арестовывал его старшего брата, и в двадцать шестом, когда получил в бок Режущим проклятием, посланным заколдованным Роули аврором-стажёром. И вот, они стояли друг перед другом в третий раз. И за эти годы односторонней ненависти Томас ни слова не сказал главному врагу всей своей жизни, а Тесей... не то чтобы видел в этом хоть какой-то смысл. И, положа руку на сердце, после случая с Ньютом не желал прокладывать меж собой и Роули иною связь, отличную от желания радикально обезопасить свою семью от опасного психопата.
- Гладиус!
Кажется, это было первое человеческое слово, произнесённое Роули в сторону Тесея. Пусть оно и было проклятием.
Лиловая вспышка разбилась искрами о светящийся белый барьер, перегородивший коридор. Выставив вперёд не только палочку, но и свободную руку, точно удерживал ей магический щит, Тесей коротко обернулся через плечо, но не успел разглядеть ничего, кроме поднимающихся женских фигур, потому что Роули смог пробить Щитовые чары, перейдя в наступление.
Роули сражался с остервенением, мешая вербальную магию с невербальной, яростно выписывая палочкой формулы. Ненависть и злоба исказила его довольно приятные для мужчины черты, в запавших глазах и без Легилименции читалось одно желание. И всё же, Убивающее проклятие всё ещё не прозвучало, точно Роули не хотел или вовсе боялся исполнить свою месть слишком быстро, слишком незрелищно (вот же научился у Гриндевальда любви к театральщине). Точно готовил триумфальную речь, что должна была прозвучать финальным аккордом в ноктюрне, и не хотел терять слушателя, которому она и предназначалась. Не так сладостно бросаться словами над трупом врага, как над ним израненным и сломленным. Видеть страх смерти в глазах, медленно оборвать судорожный вздох.
Мысли и желания Роули были слишком яркими, чтобы Тесей смог от них отгородиться, и он отступал по шагу, теснимый тёмным магом и берегущий силы для победы. За спиной Роули не было никого, за спиной Тесея - три женщины и кто-то оставшийся в живых в хлорном угаре.
Он дёрнулся в сторону, пропуская мимо проклятие, от которого не успел бы закрыться щитом, и сзади прозвучал высокий, надрывный голос, выкрикивающий защитное заклинание. Это был не голос Сибилл.
Молодая испанка встала рядом, утирая с носа кровь тыльной стороной ладони, отбросила за ухо смоляную прядь. Она сквозь зубы процедила что-то на испанском, явно бранное.
- Петрификус Тоталус!
Роули, отбивший серебристое пущенное в него проклятие, криво усмехнулся и вскинул руку с зажатым в ней амулетом. Мари вскрикнула и схватилась за голову, выронив палочку. От "Ступефая" Тесей успел её загородить.
- Никто нам не помешает, - низко наклонив голову, змеиным шёпотом сказал Роули. Голос у него был не особенно приятным. Он занёс палочку снова, а Тесей потянулся за притаившимся в кармане револьвером. В бой вступил причиняющий боль тёмный артефакт, могущий и дальше развивать события в нужном Роули русле. Как кошка, играющая с мышкой, так он не использовал силу, что сжимал в руках. Только Тесей играть не собирался.
Впереди по коридору послышался торопливый стук каблуков, и Роули, обезопасив себя щитом, обернулся. Тот француз, которого Тесей оглушил на капитанском мостике и у которого отнял револьвер, освободился и не был преисполнен добрых намерений. Только вот целью его был и Роули, вынужденный теперь сражаться на два фронта, и выжившие маги. Только вот за двумя зайцами погонишься...
- Бомбарда! - выкрикнул зычный женский голос.
- Акцио! - сотворил Манящие чары Тесей.
В следующую секунду потолок и часть стены коридора взорвались щепками и металлической стружкой. Рухнули потолочные перекрытия и вовнутрь выгнулись стальные листы, под ними скрытые, перегораживая коридор. А в руке Тесея блеснул артефакт.
- Сумасшедшая, - бросил он Фламель. Та только рассмеялась, слегка покачиваясь на нетвёрдо стоящих ногах и прижимая руку к ране, которую зашили умелые руки Сибилл, а теперь дело завершали нехитрые целительные заклинание. Впрочем, без необходимых после потери крови зелий состояние Фламель не переставало быть угрожающим.
Тесей опустился на колени перед Сибилл, обхватил ладонями лицо, заглядывая в помутневшие глаза. Её щёку пересекала неглубокая кровоточащая царапина. Он обернулся через плечо. Мари пришла в себя, а Фламель, гордо вскинув подбородок, всеми силами демонстрировала своё пренебрежительное отношение к ранению и готовность ринуться в бой.
- Возьми меня за руку, - попросил Тесей Сибилл, кладя ей ладонь на плечо. - Нужно аппарировать наверх! - через плечо сказал он женщинам.
Пусть море поглотит этот проклятый артефакт.
~

+1

20

Вспышки заклинаний не угасали, как не стихали громовые раскаты, пронзающие коридор до самого пола. Жалящие икры света вырывались из полированного дерева, с остервенением, под стать своей атаки врезались в беззащитные перекрытия, взрывая стены фонтаном десятка щепы. Вспышки извивались в воздухе, пружинили от защитных заклятий, искрились в воздухе. Вспышки были повсюду, так отчаянно напоминая своей пляской блики праздничных фейерверков. Вот только в отличии от них, звездопады вспышек не несли в себе радости и веселья. Заклинания поражали, парализовывали, резали, били, скручивали, обмораживали, обжигали. Казалось, не осталось ни одной формулы, что не ворвалось сегодня в узкий коридорчик каютного перехода.

Появление молодой испанки, с горящим румянцем на щеках, вместо полуобморочной бледности, которая только не давно застыла на её щеках, точно маска, вызывало смешанные чувства. Стоило только ей немного прийти в себя, отойти от первого шока, и женщина мгновенно вскинула палочку, образовывая поверх созданных чар ещё один слой, мягко отбивший парализующее заклятие, вновь сорвавшееся с палочки противника. Уже не было сил изумляться, говорить, даже смотреть куда-то кроме развернувшегося поля битвы. Сибилл лишь коротко кивнула на знак компаньонки, собиравшейся применить жалящее заклинание, которое никак не могло пройти сквозь щит. Она коротко взмахнула палочкой и тут же скрылась за поворотом, давая девушке простор для манёвров. И сделала это неосознанно вовремя.

Женщина едва успевает сотворить перед собой новый щит, воспользовавшись невербальным заклинанием, отбивая метко летящий в плечо короткий кинжал. Ещё одна фигура мужчины, ворвавшегося в ответвление коридорчика была не в силах скрыться в тени, ибо сразу за оборонным, Сибилл швырнула в проход яркий сгусток энергии. Шар мгновенно осветил проход, но так и не смог дезориентировать нападавшего, заносящего для атаки более полезное оружие. Палочка коротко сверкнула и Сибилл вновь удалось отбить заклинание, отправляя его к противоположной стене. Потеряв львиную долю энергии вспышка всё-таки успевает долететь до стены, пробив в ней сквозную дыру. Лишь только в этот момент в голову полноценно врывается осознание, что дела её хуже, чем кажется. Сохранить энергию при таком отражении могло только нечто действительно мощное, и второе осознание врывается в голову женщины вместе с полностью разрушившей щит контратакой. В голове вихрем всплывают воспоминания о распластавшимся трупе, неестественно вывернутой руке и маленькой черной точке, вырисованной в центре подбородка.

Лезвие металла сверкает у самого глаза, и Сибилл едва успевает отстраниться, но кончик острия всё равно задевает щёку, окрашивая металл лёгким багровым оттенком. Маг плотоядно улыбается, вытягивая руку вперёд, всё, что ему нужно сделать, это привлечь к себе окровавленное оружие и произнести одну формулу. Дернувшись вперёд, женщина изо всех сил вцепляется в повиснувшее в воздухе оружие, всем телом чувствуя исходящую от ножа энергию. Она была не в состоянии хоть как-то повлиять на процесс, и единственное, что оставалось, ударить врага его же оружием.
Сибилл ослабляет хватку, позволяя кинжалу тянуть себя в направлении противника. Они почти поравнялись, когда рука, затянутая в кожаную перчатку меняет траекторию направления, уходя в сторону от резкого удара ногой. Маг отходит всего на шаг, но этого достаточно, чтобы продолжавший полёт кинжал, по инерции врезался рукоятью в другую руку, прижатую к пряжке пояса. Мужчина перехватывает нож и когда действие манящих чар сходит на нет, Сибилл крепко сжимает лезвие и одним рывком перенаправляет оружие в живот нападавшему. Кровь вязкими каплями сочится по ладони, но она даже не обращает внимание на боль. Губы колдуна уже выводили формулу, и теперь выбор жизни стоял слишком остро.

Остриё упёрлось в мягкую брюшину и Сибилл с мастерством хирурга надавила на рукоять, вгоняя кинжал в податливую плоть. Потоки крови с новой силой окропили лезвие вырывая из её губ идентичную формулу. Дезориентированный болью мужчина сделал несколько попыток вырваться, но отчаянно цеплявшаяся за жизнь женщина не дала ему даже сдвинуться с места. Только когда формула была закончена, побледневшая Сибилл упала рядом с корчившимся трупом, изо всех сил отползая от кровавых дорожек стремительно покидавших своего обладателя.

Она не потеряла сознания, хотя потеря энергии была колоссальной. Она сумела отползти в сторону, скрывая труп с ровной черной точкой на подбородке в тени коридора, возвращаясь на прежнее место, где её и обнаружил Тесей. Вымотанный битвой, а также внезапный восстанием – по-другому Сибилл это просто не могла назвать – Розье, мужчина ловко поднял её на ноги, обеспокоившись лишь царапиной, неровно пересекавшей щеку. И это её полностью устраивало.

Вода шумела, разбиваясь о борт, а ветер хоть и притих, но по-прежнему продолжал обдавать неприятной колючей волной. Они стояли вдвоём. Розье осталась помогать раненой испанки, а заодно и присматривать потерявшему сознание Роули. Лично Сибилл очень надеялась, что он не выжил, это утрясло бы так много, вернуло хотя бы крупицу покоя в их жизнь. А ведь она уже предупреждала его.
- Тесей. – голос звучал будто издалека и Сибилл сама не узнавала его. – Не все проблемы может поглотить море. – Взгляд уставился на артефакт, игриво поблескивающий в руке аврора. – Он не просто хотел убить тебя. Это было будто смыслом его жизни.

+1

21

Поединок должен заканчиваться смертью одного из противников. Это правильный взгляд на бой... Ведь противостояние двух сил так или иначе превращается в битву добра со злом...

Дождь прекратился.
Серые облака продолжали толщей нависать низко над морем, и туман даже не думал отступать, но отражённый от серого марева свет бортовых огней создавал ощущение, будто скоро наступит рассвет. С рассветом приходит надежда, это известно любому читавшему сказки ребёнку.
Тесей сказкам не верил.

Холодный ветер раскачивал амулет в его руке. Занятная вещица, это можно было сказать даже не имея опыта артефактолога. Аврорам, конечно, читали лекции о различных темномагических вещицах, но работали с ними больше маги Ударной Группы, тогда как на долю авроров выпадало общение непосредственно с владельцами или создателями, обычно неохотно расстающимися с любимой безделушкой. 
Можно было бы сунуть амулет в карман и, по возвращению в Англию, сдать в Хранилище на изучение, но после произошедшей в начале месяца кражи из, казалось бы, охраняемого не хуже Отдела Тайн помещения Тесей опасался доверять артефактологам что-то сильнее исчезающих карт. А уж проблем, достань кто из специального ящичка такую вещицу, возникнет опасное множество.
"Да и пропади ты пропадом", - подумал Тесей с небывалой яростью занося руку и швыряя во сё ещё неспокойную морскую глубину амулет. Несвойственная ему обычно злость охватила его душу, заставила стиснуть зубы и сжать пальцы вокруг мокрых, холодных и скользких поручней, опустить голову, слегка наклониться вперёд точно в приступе тошноты, сомкнуть на мгновение глаза. Внизу, может, на высоте менее двух метров, лежал на палубе человек. Он был мёртв, и, Тесей был уверен, вблизи было бы видно его бледное лицо и кровь вокруг рта.
"Столько смертей и ради чего?"
Где-то по ту или другую сторону моря в тепле сидели организаторы этой бойне. Ещё, вероятно, не знающие, что их план не увенчался полным успехом. Затаятся или задёргаются? Предпримут ли немедля вторую попытку или потерпят? Или совсем изменят планы? Но главный вопрос: кто? Тесею нужны были имена.

- Т
есей... - позвал тихий, слегка хрипящий голос. Сибилл. Снова пришла, когда у него от боли помутился рассудок. Одним присутствием вытаскивала из личного ада.
Он нашёл её ладонь и сжал, чувствуя, что становится спокойней. Человеку, сколь сильным бы он ни был, какой бы властью не обладал, важно не чувствовать себя одиноким. Даже императору нужно кого-то любить, иначе он превратится в тирана.
- Я был тем, кто обрёк его старшего брата на пожизненное в Азкабане, - Тесей хорошо помнил это дело. Первое серьёзное после его возвращения с войны. Войны, с которой вернулся и Эрвин Роули и которая извратила его. Помнил он и родителей, отрёкшихся от сына, и двенадцатилетнего мальчишку Томаса. - За это он меня ненавидит, - он вздохнул. - Томас любил брата. Боготворил. Любовь наполняет нашу жизнь смыслом, а я отобрал у Томаса человека, которого он любил, и он заменил любовь жаждой мести.
Пальцы на изящной женской ладони на мгновение сжались сильнее и расслабились, слегка погладили. Он обнял Сибилл за плечи и поцеловал в висок, точно прося не придавать значения произнесённым словам, не размышлять о них, не открывать для себя, сколь похожи братья Роули и братья Скамандеры.

Звук удара и падения тела разбил хрупкую тишину, наступившую после шторма. Тесей обернулся вовремя, чтобы увидеть Роули с ножом, и он был уже слишком близко, чтобы успеть достать палочку и выкрикнуть "Ступефай!". Тесей только и успел что оттолкнуть невесту и самому отступить вбок, чтобы не получить нож прямо в печень. А в следующее мгновение они, крепко сцепившись, уже летели на палубу ниже.
~

+1

22


Let the sky fall.
When it crumbles
We will stand tall,
Face it all together.

Вспышки молний резали небо, а может это были просто искры, которые брызгали у неё из глаз. Искрящиеся фонтаны огня. Она слышала гул – то был удар её тела о какой-то столб, возвышающийся на палубе. Она почти не чувствовала боли, ей некогда было вообще что-то чувствовать. Липкий страх леденящем потоком пронесся по венам, замедляя сердцебиение и поднимая его куда-то на уровень глотки.
Она почти не видела моря, холодных волн, что плескаются за бортом, высоких и жадных, готовый в любой момент поглотить проигравшее тело.

Крик застрял в глотке, от боли в затылке глаза заволокло блестящей влажной плёнкой, но Сибилл всё равно нашла в себе силы подняться, впиваясь пальцами в жесткий металл, яростно сдирая ногтевые пластины. Нужно подняться, найти палочку, стремглав кинуться на нижнюю палубу.

Она почти не заметила тень, мелькнувшую за их спинами. Почти. Одно мгновение замешательства, одна мысль, что сзади может быть друг, секунда слабины стремительно выбросили Тесея вниз, подставляя его тело под острый удар ножа. Беспечность, ей некогда было корить себя, перебирая неслушающимися ногами, в попытке проморгатся ей было отнюдь не до обвинительных речей в собственный адрес. Рука лихорадочно шарит по полу в темноте, пытаясь хотя бы на ощупь добраться до спасительного куска древесины. Ей некогда поддаваться самобичеванию, когда ноги несут её вниз по ступеням, а твёрдая рука целясь в груду корабельных обломков с грохотом разбивает захламление одним невербальным заклинанием. Пыль впивается в глаза, заставляя слёзы градом скатываться по щекам. Она даже не вытирает их, подставляя лицо ворвавшемуся холодному ветру.
Звуки борьбы слышны гораздо отчётливее с каждым шагом, и с каждым шагом в голове женщины всё меньше рациональности. Привычное холодное мышление трескается и разбивается об одно единственное чувство, принуждающее ноги ускорится вопреки сбившемуся дыханию.

Вспышка. Что-то врезалось в голову снова, заставляя Сибилл пошатнуться и едва не свалиться обратно в проход. Мимолётная дымка едкого хлора вновь затягивала глаза, но несмотря на подступающую тошноту и слабость она лишь отмахнулась, точно пытаясь прогнать надоедливую муху, и двинулась дальше, туда откуда сильнее всего доносились звуки борьбы.

- Тесей. – Ей нужен был хоть какой-то ориентир. Пылевая плёнка окончательно заполонила глаза и сейчас Сибилл видела не больше двух силуэтов, отчаянно сражающихся на палубе. Кажется, они были на полу, тем труднее было попасть в кого-то из них. На мгновение ей показалось, что рядом с мужчинами застыл какой-то силуэт, её лёгкое ситцевое платьице развивалась на морском ветру.

Откуда я знаю материал этого платья?

- Тесей. – жалящее заклинание вонзилось в одно из тел, заставляя того откатиться в сторону. Женщина замерла на месте, отчаянно вглядываясь в плывущие силуэты, не выпуская из рук едва заметно подрагивающей от напряжения палочки.

+1

23

This is the end

Пахло горчицей и отбеливателем. И ещё совсем немного - металлом, холодом и хозяйственным мылом. Больничный запах смешивался с запахом фронта. Тесей даже, пожалуй, взялся бы определить границу меж двумя этими мирами. Она пролегала по широкому дверному проёму, занавешенному холстом, и медсёстры то и дело пересекали эту черту, провожаемые уставшими взглядами пограничников-солдат, принося за собой на шерстяных платьях ароматы пороха и крови.
Уткнувшись в письмо от брата, Тесей не мог прочесть ни строчки. Снова болели глаза, хотя с той травмы минуло больше года. И вот, на фоне другого ранения, вновь дали знать о себе старые шрамы.
Потряхивало руки. Тесей жмурился с силой, закусывая губу. Он боялся, что муть перед глазами так никогда и не пройдёт, что не обретут былой чёткости силуэты, и кончики пальцев нащупают на веках вздувшуюся сеточку шрамов. Да, у него был ещё один способ ориентации в пространстве, да только мысли есть у одних людей и, немного, у зверей. Углы Легилименция огибать не поможет.
Он вскинул голову, запрокинул, широко распахивая глаза, пялясь на посеревший потолок. В соседней палате умирал солдат. Медленно, мучительно, от осколочного в живот. От криков и боли у маггла опухло горло, и никто не мог ему помочь. Или почти никто.
Тесей не сразу заметил эту женщину. Здесь, в лазарете, было очень много женщин из разных сословий. Война стёрла границы, вложила в руки потомственных аристократок изогнутые иглы и поставила рядом с простыми горожанками. Но не только классовая борьба, о которой ещё недавно вещали во все голоса в полутёмных барах, на время оказалась позабыта. Старые законы, о которых ничего не знали магглы, перестали работать.
Тесей не сразу приметил эту девушку. Светловолосую, светлокожую, сероглазую, похожую на валькирию из скандинавских легенд. Он не пересекался с ней взглядом, а если бы пересёкся - не смог бы различить деталей, но был уверена - то взгляд хищной кошки: цепкий, уверенный.
В соседней палате всхлипнул и позвал мать умирающий солдат, и Тесей, дёрнув уголком губ, прижал к груди колени.
Светловолосая валькирия вошла в ту палату, но не за душой воина. Сила, данная ей с рождения, не только брала, но и отдавала.
На той волне, на которой, как радиоприёмник, "работал" Тесей, стало тише и спокойней. Солдат будет жить.
Пока что он будет жить.

- Я знаю, кто вы, - тихо сказал Тесей, ловя девушку за запястье. Он не держал с силой, и смотрел немного вбок, будто сквозь неё. Зрение должно восстановиться. Так ему обещали. - Вы очень смелая, - он улыбнулся. Храбрость, за которую ему на грудь повесили ненавистный орден, была не там, в мире пороха и горчичного газа, а здесь. - Как ваше имя?

***

Тесей застонал и дёрнулся, распахивая глаза и делая судорожный вдох, заходясь кашлем. Болела голова и плечо. Вывих, а может и перелом. И палочка выпала из ладони...
"Роули!"
Взгляд, наконец, сфокусировался, хотя по краям продолжили плясать красные точки. Сотрясение? Падать всё же было высоко...
Сверхъестественная сила дёрнала его вверх, ставя на колени.
- Жаль, тут нет твоего братца, - Тесей чувствовал холод клинка у горла, жар чужого дыхания у уха. Он ненавидел, когда к нему прикасались - так. Властно, жёстко, с пониманием, что ответа не последует. - Но твоя невеста тоже пойдёт. Не бойся, она мне не нужна, уйдёт живой.
Роули отвёл руку, указывая направление к лестнице, где в дымке мелькнули светлые волосы. Отвёл - и зря. Тесей извернулся и цапнул Роули за руку зубами, как какой-нибудь шибко неласковый кот. Этот приём он подсмотрел у брата.
- Тесей! - позвал звонкий голос, но не достиг адресата. Двое повязанных кровной местью врагов сцепились, как два льва, пусть только один из них некогда носил этот символ на груди. Второму же выпала змея.
- Тесей! - вновь раздался крик, и сжимающая кинжал рука дрогнула. Со звоном раскалённый нож упал на палубу, и от соприкосновения огня и воды вверх поднялся пар.
Роули по-звериному зарычал и кинулся на Тесея, повалив на мокрую палубу. В глазах напротив Тесей видел одну только ненависть, злобу и жестокость. Всё, что было когда-то человечного в Роули, выжег огонь его ненависти. Даже имени у этого сосуда для адского пламени не было. Только одна на двоих с мёртвым братом фамилия.
Только зря Роули смотрел в глаза своему врагу.
Впрочем, откуда ему было знать...

Кафель и металл. Стерильная белизна и холод.
- Повесился, значит?
- Угу, - звон брошенного на стол значка с номером. - Месяц всего прошёл. Обычно дольше выдерживают.
- Он бы всё равно... Впрочем, не к чему это.
- Кто-нибудь из родни придёт? - вежливый вопрос. На самом деле, засвидетельствовавшему смерть целителю всё равно.
- Родители, быть может... - не факт. Он слышал, они отреклись от сына.
- Подписывайте, Скамандер.

Роули замер, поражённый, и только с большей ненавистью потянулся руками к беззащитному горлу. Но Тесей был готов, и, сцепив зубы от боли в плече, поймал в захвате чужие руки, и коленом упёрся в живот, перебрасывая противника через себя.
Он услышал крик, полный отчаяния, и вскочил резко, за что тут же поплатился болью в висках.
Здесь что-то, возможно, заклинание Сибилл или кого-то ещё, разорвало ограждение, образовало брешь, за край которой теперь цеплялись худые и ослабевающие с каждым мгновением пальцы.
Тесей шагнул было вперёд, протянул руку, но остановился. Кончики его шершавых пальцев холодил туман, колола пыль, когда он опускал руку. Голубые глаза, холодные, жалящие, как рой пчёл, следили, впитывали каждое мгновение, не моргая даже тогда, когда в иссушенном огнём теле иссякли силы. Ненависть выжгла сосуд дотла, и в углях не нашлось сил для спасительного рывка. Ненависть не позволила сорваться с языка спасительным словам.
А стал бы Тесей спасать тогда?
Он не услышал всплеска. Но всё же сделал шаг вперёд, дрожащими руками хватаясь за поручень. Бешено билось в груди сердце, и в такт ему стучали по палубе каблучки дамских туфель.
Роули был мёртв...  но легче не стало.
Кажется, он произнёс это вслух.
~

+1

24

Hold your breath and count to ten.
Feel the Earth move and then
Hear my heart burst again.

Ну что с того, что я там был.

- Сибилл. – она отвечает не сразу, замешкавшись на секунду, точно пытаясь продлить мгновение тайны. Пальцы обжигает ледяной волной, прокатываясь по коже каскадом непрошенных мурашек. Запах спирта, медикаментов и пороха давно притупили её обоняние, но в каждый из таких моментов она будто вновь обретала его, улавливая до боли знакомые запахи смерти. Смерть несущих.

Я был давно. Я всё забыл.

В соседней палате стонал от боли солдат. Тонко, почти надрывно. У него уже не было сил произносить полноценные фразы, даже отдельные слова звучали в его горячечном бреду набором коротких протяжных звуков. Ей нужно было отдать себя ему. Затянуть раны, исцелить, выскрести гной тупым затупившимся рашпилем. Стоны лишь тонкая ширма, у неё больше нет возможности сожалеть и обращать внимание. Мне так жаль, но только благодаря боли ты будешь жить.
- Всё пройдёт. Обещаю.

Не помню дней. Не помню дат. И тех форсированных рек.

Крики вновь смешиваются в звуковую какофонию и Сибилл с каждым разом всё труднее различать слетающиеся в смертельный узор тембры. Пальцы крепко сжимают палочку, но сил на заклинания больше не остаётся. Теперь это всего лишь деревяшка, в умелых и очень опытных руках, но сама суть Сибилл больше не в состоянии выжать из себя хоть каплю магии. Её руки подрагивают, а на лице постепенно проступают вздувшиеся вены, превращая виски в набухшие валики. Дыхание перехватывает, и воздух из лёгких со свистом вырывается из носовых пазух, точно все альвеолы вот-вот готовы сложить, угнетая доли в пневмоторакс.

Легче не стало. Ей тоже. Именно сегодня, именно в этот самый момент, именно в этой черноте разверзнувшейся морской бездны Лита окончательно понимает - ничто и никогда не сможет больше принести им облегчение. Сколько понадобится времени для появление очередного Роули?! Кто из твоего окружения следующим вонзит нож в спину, а кто успешно сторгует карьеру?! Неравнодушие не преимущество и Лита всегда считала себя, как минимум предусмотрительной. Вот только с появлением в её жизни Тесея внутри скоропостижно образовался вирус. Сердце снедала надежда.

А на самом-то деле всё очень просто.

Сибилл аккуратно кладёт подрагивающую руку на плечо мужчины, делая свой последний магический выпад. Короткая ментальная искра и в голове отражается подробное – насколько это было возможно – состояние организма, отдельный упор делая на устойчивость к увечьям магической природы.

А на самом-то деле всё очень просто. Им больше никогда не станет легче. Но рядом друг с другом осознание этого становится чуточку легче.

Отредактировано Leta Lestrange (03-09-2018 21:24:49)

+1


Вы здесь » TimeCross » the 10kingdom [архив эпизодов] » Hell frozen rain [fbawtft]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC