capt. jack harkness michael amelia pond
wade wilson margo hanson sotha sil
Солнце гаснет. Приближается тьма. Она наступает бесшумно, почти незаметно; крадется по улицам и тротуарам, липнет на стекла окон и дорожные фонари, вползает сквозь щели в комнаты, наполняя собой коридоры...Читать дальше

Дорогие Таймовцы!

28.12.17 Мы поменяли дизайн! Внезапно, но почему бы и нет? Вопросы и предложения как всегда в тему тему АМС.
23.10.17 Все уже заметили некоторые проблемы, но сервер rusff и mybb их решает, сроков пока не сказали.
25-26.09.17 Нашему форуму целый год, поэтому вот тут раздают подарки и это еще не все, вот здесь специальный выпуск, а упрощенные прием для всех мы объявляем на целый месяц!
24.08.17 Внесены корректировки в правила взятия вторых ролей и смены предыдущих, поэтому просим ознакомится с ними в соответствующей теме
27.07.17 Совершенно внезапно и полностью ожидаемо у нас запускаются челленджи!
12.07.17 Все помнят фееричный день падения rusff'а? Так вот падения продолжаются, наверняка у кого-то из вас что-то до сих пор не работает и не показывает. Если да, принесите это нам в тему АМС, желательно со скринами и указанием вашего браузера. Спасибо!
Дорогие партнеры, у вас может не работать кнопка PR'а.
Логин: New Timeline - Пароль: 7777

faqважное от амсролигостеваянужныехотим видетьхочу кастакцияуход и отсутствиевопросы к АМСманипуляция эпизодамибанкнужные в таблицуТайм-on-line

TimeCross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » TimeCross » the 10kingdom [архив эпизодов] » What do you know about honor? [Game of Thrones]


What do you know about honor? [Game of Thrones]

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

WHAT DO YOU KNOW ABOUT HONOR?
When you play the game of thrones, you win or you die.
•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

http://s012.radikal.ru/i320/1711/b1/dd3af020f670.png

Meg Myers – Desire

УЧАСТНИКИ

ВРЕМЯ И МЕСТО

Oberyn Martell, Cersei Lannister

300 г.; Королевская Гавань, Красный Замок

АННОТАЦИЯ

Ланнистеры всегда считали себя хозяевами положения. Везде и всюду. Львы - это сила. Сила же привлекает власть и не менее влиятельных сторонников.
Так ли лояльны короне представители Дорна? Готовы ли они бросить все к ногам властителей вестеросских просторов, дабы самим возвыситься? 

•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

Отредактировано Cersei Lannister (30-11-2017 11:46:48)

+2

2

Оберин повел плечами, размял затекшую шею и, не дожидаясь, пока остальные поднимутся из-за стола, вышел из зала. Он пришел на этот совет последним, а уходил первым, и еще не был до конца уверен, что придет на следующий. Кроме сплетен из Эссоса и периодически проскальзывающего на лице Серсеи плохо скрытого раздражения, за все утро Оберин не увидел и не услышал ничего интересного. Даже на советах в Копье было веселее (он об этом позаботился).
   Вообще, Красный Замок, несмотря на свое интригующее название, оказался возмутительно скучным местом. Когда Оберин только входил, ему преградил дорогу кастелян, и Мартелл уже надеялся, что сейчас ему помянут историю с искалеченным ланнистерким солдатом. Но нет, кастелян всего – на всего хотел знать, «не желает ли принц найти себе другие покои». На что Оберин ответил, что он уже очень уютно устроился в борделе, но, если мужчина может по личному опыту посоветовать бордель получше, то он с удовольствием прислушается. Кастелян изобразил праведное оскорбление и удалился. Молча. Тоска.

   В коридоре Мартелл задержался. Из высоких стрельчатых окон этой части замка открывался прекрасный вид на гавань. Не на смрадный город, названный тем же именем, а на побережье и бесконечную водную гладь за ним. Этот пейзаж напоминал Оберину о доме, о Солнечном Копье. Там остались его девочки. Он пока еще не скучал по ним, но они все равно были где-то на краю сознания. Обаре он собирался заказать красивый новый щит у лучшего местного оружейника. Нимерии и Сарелле, конечно, нужно привезти книги. Тиене – новое платье и редких северных трав. Его маленькая Элия, Леди Копье, жутко разобиделась на них с Элларией перед самым отъездом, когда Эллария отказалась привезти ей настоящего рыцарского скакуна.  Оберин тогда промолчал, но он все равно собирался купить скакуна. Черного. И полный боевой доспех для него. Правда, как он скроет это от Элларии, он еще не придумал. Остальным трем малышкам, конечно, достанутся сладости и хитро выточенные игрушки от местных мастеров.
   Все это были глупые, но приятные фантазии, и Оберин позволил себе облокотиться на каменный подоконник и ненадолго раствориться в них. Остальные что-то не спешили выходить: скорее всего, они сейчас обсуждали вопиющее поведение Красного Аспида, припоминали ему былые обиды и раздумывали, как бы выкинуть его из совета. Оберин почти жалел, что у них ничего не получится. И еще он жалел, что не может уйти отсюда и вернуться под гостеприимные своды борделя, в объятия Элларии и того мальчика - распорядителя, который как будто уже забыл, что не только в их комнате у него было, чем распоряжаться.
  К несчастью, Оберин обещал Дорану, что будет играть в политику, и потому сейчас он стоял и ждал выхода единственного интересного человека в этой толпе плохих комедиантов. Лорда Вариса.

Отредактировано Oberyn Martell (30-11-2017 22:07:23)

+3

3

В полумраке зала стоял тихий гул. Небольшое количество собравшихся глухо перекидывалось короткими фразочками насчет их новоиспеченного гостя. Дорнийский посол, хоть не первый сын, но тоже принц, заставил кресла всех присутствующих буквально воспламениться от возмущения. Такую прыть в горячем представителе отнюдь не скованной запретами культуры не ожидал бы разве что слепой или глупец. Десница, почесывая седой висок, метал пронзительные взгляды на бормотавших что-то друг другу Вариса и Пицеля, лишь на мгновение задержав оный, особо прозрачный, на своей дочери.
Королева-регент поднялась с насиженного места, даже не потрудившись выразить на лице хоть какую-то улыбку, какой она одаривала приторно-сладко кривившегося Мартелла. Сегодня у неё просто день притворства. Южанин в лицо нахамил её отцу, а после умудрился унизить её, намекнув, что она, по сути, скоро и королевой-то перестанет быть, а после сидел с совершенно безмятежным видом и плел что-то про возможное сотрудничество, если ланнистеровские псы не решатся еще и его знойную женщину разделать. Золотоволосая только сидела и кивала болванчиком, притворяясь глуповатой куклой, терпела изо всех сил.
Идиот. Он думает, что проблемы прошлого сейчас важнее нынешней ситуации и позволяет эмоциям управлять им. На военном совете этого быть никак не должно. Он уж не леди Оленна, чье упрямство сродни мулу. Что-то же должно заинтересовать его больше, чем месть?
Очевидно, не золото.
Дорнийцы уже забрали у неё дочь. Как обычный товар, выкуп за неясно какие грехи. Как шмат мяса, у которого нет чувств. Отец потворствовал сделке, чем еще больше заставил свою старшую дочь ненавидеть его политические игры. Тайвин умен, но под старость лет, похоже, начинал путать выгоду и навязанный противником бартер.
Серсея намеревалась взять все в свои руки, как только она додумается, как лучше это сделать.
Молчаливо прошествовав мимо на мгновение затихшей братии, она выскользнула в узкий длинный коридор. Свежий воздух, лившийся из окон, облизал её лицо и голова сразу же начала лучше соображать. Духота раздражает сильнее, чем отсутствие хорошего вина и несвежая постель.
Еще больше раздражает непрошеный гость, который, к слову, снова попался ей на глаза. Дорниец устремил свой взгляд куда-то вдаль и не особо спешил обращать на неё своё внимание. Может, он не расслышал, как растворилась тяжелая деревянная дверь? Или же ему было глубоко все равно, кто покинул зал советов.
Скорее, второе.
Взаимно.
Сцепив перед собой руки в замок, она медленно, привычно величаво, зашагала в сторону принца Оберина. Нет, разговаривать с ним у королевы не было абсолютно никакого желания, однако лишний раз уколоть его своей жалящей ухмылкой, ох, как хотелось. Раскатать по каменному полу надменное самодовольство и заставить молча созерцать её превосходство. Здесь он - чужеземец, которому рад только отец, да и тот - исключительно со стороны хозяина дома. Хлеб и соль были поданы и бить в спину темноволосого Мартелла никто не собирался.
Пока тот играет по их правилам.
Интересно, он хотя бы на свадьбе представит Ланнистерам свою супружницу? Женщина еще не видела спутницу южанина, однако ей успели доложить, что принца видели в компании весьма красивой дамы. Если не подстилка, то жена. Чего же он её так усердно прячет?
Стук её каблуков, похоже, все же привлек внимание Мартелла и тот слегка повернул голову в её сторону. Серсея сбавила шаг - что ж, ладно, пусть игра продолжается, - и холодновато приподняла уголки губ.
- Не успели отдохнуть с дороги, как сразу тянут в местные авантюры?
Нет, ему показалось, что в голосе львицы промелькнуло нечто, схожее с неприязнью. Серсея славилась своей невозмутимостью, когда этого требовала ситуация, хотя, признаться, переносить общество представителя вражеской семьи - не самое легкое и приятное занятие. Даже слушать лекции отца многим лучше и полезнее.
Но, увы, иной альтернативы, кроме как скривить мину и недовольно прошествовать мимо, тем самым выказав слабость и негласно склонив голову, у неё не было. Стоит набраться терпения и самолично выпроводить назойливого гостя обратно в его апартаменты. Ночевать в борделе... Боги, это так по-варварски. Бейлиш, разумеется, украшал свои владения хорошими материалами - живыми и постельными, - но королевский шелк ничто не заменит.
- И вина не предложили. Простите, принц, на собраниях редко его подают.
Женщина лукавила. Она-то уж точно могла предоставить себе целый кувшин любимого арборского. Ощущение создавалось такое, будто Тайвин, втайне от дочери, запретил подавать на стол что-то, что было крепче воды.
Однако, такой ход отца вдохновил Серсею на ход своим конем. Она могла задобрить пришельца своей "благожелательностью", предложив лучшее из запасов, если тот не откажет ей в личном разговоре. У королевы чесался язык узнать еще и о Мирцелле, которая уже пребывала некоторое время в Солнечном Копье. Если начинать разговор с чего-то хорошего, то, быть может, ей удастся надавить на нужную клавишу.
- Не уделите мне немного внимания? Сейчас в садах не так людно - утром лучше нежиться в постели, не правда ли? - почти что хищный оскал исказил лицо Ланнистер, когда она повела рукой в сторону лестницы, - Так вот... Мне бы хотелось пообщаться с вами без лишний ушей.

+2

4

Стук каблуков за спиной, определенно, не обещал Оберину появления Вариса, но он все же обернулся. Обернулся и встретился взглядом с направлявшейся в его сторону Серсей Ланнистер. На губах Мартелла появилась не особенно почтительная полуулыбка.
   В Игру Престолов каждый играет по-своему. Кто-то притворяется статуей, как старый Тайвин Ланнистер, смотрит вокруг пустыми, рыбьими глазами, одинаково безразличный к друзьям и врагам, и открывает рот только чтобы бросить очередной приказ. Кто-то, как вдовствующая королева, пытается ослепить двор красотой и величием. Кто-то вовсе не показывается на публике, сплетает сети из чернильных линий из тишины своего кабинета, как Доран Мартелл. Оберин все и всегда делал по своим правилам, и в дворцовые игры он тоже играл так, как никто другой. Не пройдет и недели, как весь двор будет называть его шутом, повесой, подстрекателем, провокатором или змеем – кому как придется по вкусу. Но что, если при этом никто не сможет найти повода назвать его лжецом?
«Как тебе это понравится, львица? Говорят, несчастному глупцу Старку за его правдивость ты отрезала голову». Оберин никогда не питал теплых чувств к Эддарду Старку – тот был правой рукой Баратеона, к которому Мартеллы так никогда и не пришли на поклон. Но если хотя бы половина легенд о чести северянина была правдива, и если хотя бы четверть баек о королеве, которые ходили в борделе, не были выдумками, то боги сыграли поистине жестокую шутку. Может быть, в тот день в Вестеросе гостили кровавые боги Гиса?
  На его улыбку львица ответила в тон, но ее слова, разумеется, играли фальшивым дружелюбием. Оберин подавил мимолетное желание ответить что-то вроде: «Извините, но я ждал совсем не вас, поэтому в другой раз» и вежливо наклонил голову. Впрочем, может быть, этот жест немного не сочетался с так и не исчезнувшей ироничной улыбкой.
- Я с самого начала говорил, что ваш отец со своими ранними собраниями не имеет никакого сочувствия к слабостям окружающих. Но теперь я в вашем распоряжении, Ваше Величество.

  Оберин не стал бы отрицать, что ему было немного любопытно, зачем он понадобился Серсее. Возможно, она уже успела что-то не поделить с Мейсом Тайреллом или, что еще вероятнее, с его матерью. Кажется, ни для кого не было секретом, что после несчастного случая с Уилласом Оленна на дух не переносила младшего принца Мартелла. Оберин, выражаясь не совсем по-королевски, плевать хотел на то, что старая Королева Шипов думала лично о нем, но вот она то, что за глаза смела говорить об Элларии, его очень и очень злило. 
   Однако, если Серсея надеялась, что Оберин ввяжется в какую-то интригу, чтобы отплатить старой Тайрелл ее же любимым способом, то она здорово просчиталась. Если Оберин когда-нибудь и решит поиграть на нервах Оленны, то у него были другие планы, как это сделать. Точнее, один план, который сегодня утром прогуливался по саду под ручку со своей сестрой, нареченной королевой, и задорно стрелял красивыми карими глазами во всех проходящих мимо мужчин.
  Оберин осознал, что идет рядом со славящейся своей красотой королевой, а думает при этом о молодом мальчике, как раз тогда, когда они в благоразумном молчании дошли до сада и высоких зеленых стен живого лабиринта. 
- Я не перестаю поражаться, как в этом городе за уродливыми стенами иногда прячутся маленькие оазисы красоты.
  С натяжкой, это можно было бы посчитать комплиментом Серсее. Разумеется, Оберин не стал уточнять, что первый такой оазис он нашел в борделе.

Отредактировано Oberyn Martell (02-12-2017 16:39:52)

+1

5

Королева лишь кривовато улыбнулась на последнюю фразу дорнийца. Когда же оба зашагали вниз по лестнице - даже подозрительно, что мужчина не отвязался от неё любым доступным ему способом, - в голову Ланнистер пришла та самая мысль, что действительно беспокоила её с самого утра. Отец.
Тайвин Ланнистер, благородный лев, богатейший человек Вестероса. У него было трое детей, двое из которых, все же, пошли в его родню - красивые и статные,  - а третий... Третий просто был умен. Насколько Серсея могла оценить ум своего брата-недомерка. Так вот: Тайвин, её наставник и правая, хоть и неимоверно назойливая, рука, привечал в своем доме отнюдь не слишком хорошего гостя. Дорнийцы слыли горячим нравом. Некоторые сплетники в столице говорят, что южане даже весьма мстительны. Вероятно, хитромудры. Они были бы прекрасными союзниками дому золотых львов, если бы не "маленький" инцидент несколько лет назад. Смерть чья-то, да? Кого-то близкого? Серсея не запоминала того, чем не хотела портить голову. От лишних мыслей мозг начинает бродить похлеще вина, но, кажется, именно тот солдат, раздутая карикатура на гвардейца и проблема тех лет, сейчас был приставлен к королевской чести.
Серсея удивлялась, как этот самый Мартелл не придушил её отца в его же кресле. Решил, что еще не время? Или боится Золотых Плащей? В любом случае, встреча эта явно не радовала представителя солнечного уголка. В общем-то, он мог бы сидеть в своем захолустье и носу не показывать, зачем же себя изводить?
Ланнистерам нужна вся мощь - вот в чем ответ. Все, что они могут получить. Именно поэтому отец решил задобрить юг своей внучкой.
Ступая по каменным ступеням как можно тише, но не теряя при этом гордого вида, женщина повела гостя в сторону арочного проема. Розовые кусты переплетались с распространенной в этих местах терпкой гортензией и запах здесь стоял просто изумительный. Наверное, именно поэтому Серсея снова улыбнулась на слова принца. На сей раз более естественно.
- Столица - не всегда отвратительна. Хочу заверить, что красоту можно найти в любом уголке земли. В ваших сухих краях, полагаю, тоже есть свои прелести.
Везде сплошная вульгарщина и обнаженка, которую они называют свободой и красотой. Спорно. Однако, культуры у всех разные и дай бог - с Мирцеллой там не сотворят нечто подобное. Как же Серсея не хотела своей дочери той же судьбы, что случилась с ней. Только не брак с нелюбимым и куча неизвестных женщин подле супруга, в качестве наложниц.
Если же дочь пострадает от этого союза, дочь  Тайвина пойдет наперекор всему, даже войну развяжет, если это поможет положению.
А пока она и представитель южных земель погуляют на свежем воздухе и обсудят возможности полезного взаимодействия в их не слишком завидном положении. Дорн пока что не тронули несчастья, однако кто сказал, что Ланнистеры самолично их не обеспечат? За отказ подчиниться. В интересах же самого принца прислушаться к влиятельным представителям Вестероса. Глядишь, и им что перепадет. Владения Простора, если угодно.
Коли принц будет вести себя хорошо и играть по здешним правилам.
Серсея не сомневалась, что сможет склонить даже самого склочного и инфантильного человека на правую сторону, сторону силы. Свою сторону. Однако опасаться южан, все же, стоило. Недооценивающий врага - заведомо проигравший.
Королева решила начать разговор с более приятной темы. Никаких войн, никаких смертей от рук вражеского дома. Только вино, свежий воздух и потенциальное сотрудничество на равных правах. Лучшим местом для подобных разговоров женщина посчитала террасу с видом на залив. Крики чаек, свежий бриз, задувающий в лицо - это ли не располагающая атмосфера? Кроме того, в её личной ложе остались еще запасы вина.
- Предлагаю на время забыть о наших разногласиях. Жажда крови - вещь хорошая. Главное, не увлекаться, иначе можно откусить собственный хвост впопыхах.
О, она слышала где-то россказни о гадюках. Разного рода змеях, что обитают в землях вечных песков. Этот Мартелл напоминал ей королевскую кобру. Смертоносную и чрезвычайно смышленую. Хитрую. Таковой змеей принц Оберин казался отчасти еще и потому, что он - особа королевских кровей. Но раз уж на то пошло, пусть он лично сравнивает Серсею с белой змеей-императрицей. Она ведь тоже может яду напустить, потребуй того ситуация.
Впрочем, только после того, как Ланнистер поймет, насколько сильно ей следует опасаться гостя.
Любезно указав на место за небольшим резным столиком, львица устроилась напротив и жестом подозвала служку. Мальчишка тут же разлил вино по стоящим на небольшом золоченом подносе бокалам и со спешным, но не менее низким поклоном, чем у железного трона, ретировался в тень, ожидая других возможных указаний.
- Это место стало мне домом двадцать лет назад. В Кастерли так же красиво, но не так... многолюдно. Не так тесно. Но я не жалуюсь. Толпа иногда может стать хорошим прикрытием, - поболтав кроваво-красную жидкость, словно желая вызвать в бокале небольшой водоворот, она, все же, приложилась к нему.
Совсем юное вино, еще ощущается привкус винограда. Освежает в жару и согревает в тени. Идеально.
- Надеюсь, что моя дочь не принесет вам хлопот, - или же вы не нанесете вреда ей, за что я самолично убью сделавшего эту низость, - Кстати, как она там?
Интересно, насколько сильно королева выдала свое беспокойство, старательно вырисовывая на лице стойкость и напускное безразличие? Сильно ли дрожали её веки, когда женщина перевела взгляд на перекатывающуюся волнами воду? Насколько яркими стали её щеки? От вина... Нет, она давно не краснеет от него. Не от той малой дозы, что королева приняла сейчас. Однако не стоит злоупотреблять приятным ароматом и вкусом ягод на языке, ведь южанин еще не дал ответа.
Лучше бы ему быть положительным.
Она почти слышала, как сердце пропускает удар под подкатывающую порцию беспокойства.

+1

6

- Разумеется, есть. Больше, чем вы можете себе представить. Хотя некоторые прелести Дорна доходят и до ваших краев. Например, крепкое дорнийское, - ответил Мартелл, и его улыбка в этот момент была только чуть похожа на усмешку.
  Принц Мартелл приехал в столицу только накануне, но он уже успел наведаться в лавку самого известного местного торговца винами, и между делом узнал, что львиная доля самых дорогих арборских и дорнийских вин уходит… собственно, львам.
  Они шли по живописному и почти пустому саду, вокруг разливалось благоухание цветов, благословенная перемена после городской вони, и само небо над ними, казалось, было безмятежно. Безмятежно было и лицо королевы – она всем своим видом выражала спокойствие и дружелюбие.  «Забыть», - сказала она. И Оберин чуть не заскрипел зубами.
  - Есть вещи, о которых нельзя забыть, -  лицо Мартелла превратилось в деревянную маску. Но он не успел продолжить – они как раз подошли к аккуратному резному столику. Оберину не оставалось ничего, кроме как сесть на предложенный стул.
   Слуга разлил по кубкам бархатно красное вино, и Мартелл посмотрел на него с нескрываемым пренебрежением. Он не любил арборские вина, для дорнийца они были слабыми и бесвкусными, как будто кто-то немилостиво разбавил благородный напиток водой. Но оставлять женщину пить в одиночестве было некрасиво, поэтому из уважения он тоже сделал пару глотков. Видят боги, в Астапоре он пил воду крепче этого разбавленного сока. Оставалось благодарить богов, что им не подали еду.
  «Прикрытием», - повторил про себя Оберин, но целенаправленно решил не спрашивать, прикрытием для чего. Королева так старательно подталкивала его в эту сторону, что Оберину все больше хотелось прямо сейчас встать и уйти. Что поделать, он всегда получал особое удовольствие, когда делал не то, чего от него ожидали. Но тут королева снова перевела тему разговора, и Оберин впервые за последние минут десять искренне улыбнулся.
- Принцесса Мирцелла. Она гостит вместе с моим братом и моим младшим племянников в Водных Садах. Это чудесное место, - Оберин оглянулся, чтобы мысленно сравнить ухоженный, но слишком чопорный северный сад с буйством красок Водных Садов.
- Там каждый уголок утопает в зелени, и полгода в воздухе стоит такой дурманящий запах спелых апельсинов, что кажется, во рту течет апельсиновый сок.
  Оберин откинулся в кресле и посмотрел на Серсею с улыбкой. Она так гордилась своей короной и тем, что Красный Замок был ей домом уже… сколько там лет назад? Двадцать? Но она просто никогда не видела красоты Зеленоводной. Не могла представить себе, как это, идти по апельсиновой роще, когда справа и слева от тебя падают спелые фрукты и, коснувшись земли, взрываются фонтанами красных сладких брызг. Она любила вино, но гуляла ли она когда-нибудь по винограднику, раздвигая лозы руками, чтобы отыскать самые спелые, иссиня-чёрные ягоды?
- Вашей дочери нравится в гостях. Я вижу их с Тристаном, когда приезжаю к брату. Тристан не отходит от нее ни на шаг. Она очень похожа на вас в этом возрасте, Ваше Величество. Только больше любит улыбаться. И теперь она загорела. Ей очень идет.
   Оберин снова поднес кубок к губам, просто чтобы спрятать усмешку, против воли в ней появилась горечь. Почти тридцать лет назад Оберин и Элия Мартелл приезжали в Кастерли, чтобы познакомиться с молодыми Ланнистерами. Их мать привезла их, чтобы обвенчать кого-то из детей, а вместо этого они успели только посмотреть на новорожденного карлика и получить завуалированное оскорбление от Тайвина.
  «Может, вы и это успели «забыть», королева? Но я помню, как вы с братом ночью тайком впустили нас в комнату к новорождённому. Помню, как ты чуть не оторвала несчастному мальцу его нечастное достоинство. У вас, Ланнистеров, прекрасно получается уродовать младенцев».

Отредактировано Oberyn Martell (07-12-2017 21:41:40)

+1

7

Мартелл увлеченно рассказывает о своей родине, будто там находится в данный момент. На лице даже проступило нечто, схожее с обожанием. Родину невозможно ненавидеть. Тем более, то место, где ты прожил большую часть времени и где осталась куча радостных воспоминаний. Даже если ты покинешь свою родину, ты будешь грезить о ней наяву и видеть её во снах. Потому что неимоверная тоска накатит в чужих краях, а это выше человеческих сил.
Серсея еще будучи молодой скучала по родным стенам. Когда её привезли в столицу, чтобы отдать замуж за новоиспеченного короля Баратеона, юной львице хотелось вернуться, закрыться в комнате замка и не показывать оттуда носа. Но желание обладать короной, блистать в лучах славы и вечного коленопреклонения - оказалось сильнее. Потому она привыкла к шуму, к разномастной толпе и самого разного рода взглядам. Потому что не все подданные любят своих правителей. Всем не угодишь.
Благо, что Ланнистер и не пыталась. Ни к чему тратить усилия на доказательства своей пригодности. Её дело - править, остальных - подчиняться. Или же сдохнуть. Третий вариант выдавался жителям Гавани довольно редко и чаще всего они, рано или поздно, возвращались к первому или второму.
Что бы там не говорил отец, а король не обязан любить свой народ, чтобы держать их в узде. Достаточно заставить их бояться, а остальное приложится.
Возможно, если бы Мирцелле посчастливилось стать королевой, она бы правила лучше. Она была бы прекрасной матерью и супругой. Она - прекрасный цветок лотоса, которому суждено стать великой. Серсее не суждено было стать такой. Обстоятельства вынудили её превратиться из неженки-леди в жестокосердную правительницу. Но кто-то должен быть властителем, если у мужа (уже давно покойного) нет тестикул.
Именно поэтому на ухмылку дорнийца Серсея лишь язвительно хмыкает.
- Вы отвечаете за неё или она лично сказала вам об этом?
На лице малютки Мирцеллы всегда отражались истинные эмоции. Она не умела лгать и была поистине светлым ребенком. И, к сожалению, девочку действительно могли очаровать южные земли. Да будут боги к ней милостивы, если только земли. Отец, очевидно, рассчитывает, что Мирцелла выйдет там замуж за какого-нибудь наследника. Деньги и сторонники лишними не бывают, и Тайвин об этом прекрасно знает. Как и Серсею хочет товаром выставить.
Покрутив бокал вина в пальцах и какое-то время молча глядя на водные просторы, Ланнистер вымученно дернула уголками губ.
- Мой ангел находится за несколько тысяч миль от дома. Мне хочется коснуться её, услышать мелодичный голосок с утра. Заплести ей косы. А вместо этого я слушаю вранье, - женщина волком глянула на принца, - Она не похожа на меня. И я не желаю ей той же судьбы.
Окружающие думают, что Серсея всю жизнь мечтала вырасти избалованной вниманием дочерью, богатенькой принцесской со своим личным замком и кучей пажей. Они верят, что власть - не её стезя. Что смерть Роберта - ошибка. Черта с два! Делить с ним ложе - вот ошибка. Следовало пойти против желания отца или отравить мужа еще двадцать лет назад. Не терпеть унижения, засыпая с одной только мыслью о мести. Не сносить молча пощечины, которыми любил её одарять подвыпивший супруг. Удушить его в собственной же постели, накрыв лицо подушкой, а после радоваться жизни, назвав истинного отца своих детей.
Пусть её презирают, пусть ненавидят в открытую и бросаются гадкими фразами в лицо. Королева могла быть свободна от домашнего гнета и править сильной рукой уже давно, если бы не отец. Именно он останавливал её. Он внушил ей повиновение и Серсея до последнего ходила под властью мужчин, не в силах проявить своей истинной силы. Она не просто женщина. Она львица, которая своего не упустит. Теперь настало время показать зубы, а не пресмыкаться перед высокомерными самцами. Член между ног - еще не показатель ума или еще каких талантов.
- Отец продал мою дочь, зная, что таким образом сможет заручиться поддержкой Дорна. Как продал меня, - опрокинув бокал и выпив все содержимое оного залпом, королева со стуком вернула его на стол, - Я устала от его недальновидности.
Тайвин - хороший воин, но не отец. Быть может, на его поведение влияет подкатывающая старость, или же он потихоньку сходит с ума от одиночества. Не было в живых его горячо-любимой жены, что могла смягчить его характер и направить мысли в нужное русло. Некому было поддержать. А единственную родную женщину, дочь, он считает недостойной своего внимания. Очерствел на своей проклятой войне длиной с жизнь.
Как же я хочу, чтобы ты перестал мне мешать. Хоть раз в жизни дай мне сделать то, чего хочу я сама.
Фактически, Серсея многое делала без ведома Тайвина, однако в политику тот, едва прибыв, не давал ей соваться вовсе. Считал, что раз "безмозглая" дочь не смогла удержать внука в узде, то целым государством ей править не дано и подавно.
Он ошибался. Сильно ошибался.

+1

8

На слова о вранье Оберин удивленно выгнул бровь и даже, забывшись, сделал еще глоток безвкусного арборского. Обвинить кого-то во вранье в лицо, даже в такой слегка неоднозначное форме – это было смело, хоть и глупо. Глупо, потому что Оберин сам не раз бросал такие оскорбления кому-то в лицо, и знал лучше, чем когда-либо доведется узнать северной леди, чем им положено заканчиваться. Глупо, потому что Серсея сама затеяла эту прогулку, а значит, чего-то от него хотела. И наконец, это было глупо, потому что Мартелл не лгал: Мирцелле действительно нравилось в Дорне. Она быстро открыла для себя очарование местной кухни и с неиссякаемым энтузиазмом изучала все эссоские диковинки, которые в огромных количествах приплывали в Солнечное Копье из Лиса, но с таким опозданием добирались до остального Вестероса. И если Мирцелла и ее белый рыцарь хоть иногда писали в Королевскую Гавань, то Серсея должна была все это знать. Ну и наконец, сама мысль, что кто-то во владениях Мартеллов может причинить вред девятилетней девочке, была настолько абсурдна, что Оберин даже не знал, оскорбиться ему или рассмеяться. Поэтому он остановился на искреннем изумлении.
   Королева, впрочем, продолжала говорить, и как будто на самом деле вовсе не Оберину она желала откусить голову. Мартелл прищурился.
  «Устала. Какое замечательно многозначное слово».
   Мартеллу было достаточно двух секунд, чтобы решить, что он не будет участвовать в интригах Серсеи: он приехал не за этим, но отказать себе в удовольствии удовлетворить любопытство он не мог.
- Многие сказали бы, что дальновидность и жестокость – это единственные качества, которых у вашего отца в избытке, - Оберин лениво передвинул кубок на столе, наблюдая, как из остатков вина на дне поднимается буря. Он говорил нарочито резко, потому что, кажется, это именно этого львица от него и ждала. Да и потом произносить вслух то, чего не решался сказать больше никто в этом крысином гнезде, было почти физически приятно. – Но в чем-то я согласен с вами, королева. У меня сложилось впечатление, что ваш отец не умеет слушать людей. Может быть, все дело в том, что он сам немного… - Оберин улыбнулся и легко постучал по столу, - неразговорчив.  С такими людьми часто случается одна и та же беда: они не принимают окружающих в расчет. Недооценивают силу чужих желаний.
  Оберин поднял глаза к небу и снова улыбнулся чему-то своему:
- Я приехал в этот отвратительный город за справедливостью, которую моему дому обещали много лет назад, но ваш отец, кажется, все еще думает, что, если он заставит меня подниматься каждое утро до рассвета, чтобы сидеть в его совете, он скоро измотает меня настолько, что я все забуду и начну подпевать мотив Кастамаров.
  Он выпрямился и, наконец, снова посмотрел Серсее в глаза:
- Я очень не люблю, когда меня недооценивают, Ваше Величество.

+1

9

Ланнистер сверкнула глазами, но спустя секунду-другую, когда её гонор и желание откусить Мартеллу что-нибудь (не обязательно даже уже голову) поутих, она как-то совсем уж культурно, почти кокетливо повела плечом.
- Многие говорят, а потом лишаются своих языков. Про знать и подавно много чего лишнего мелят. Порой, сплетники не ведают даже половины из того, о чем так красочно распевают.
Про неё тоже много чего говорили и Серсея знала почти о каждом брошенном невзначай словечке, или еще какой проделанной гадости в свой адрес. Кто-то хвалил её хватку и красоту, за что Серсея позволяла им жить и радоваться тому, что их головы еще на плечах, а тот, кто без разбора грешил злословием - на пику сажался. Конечно, среди льстецов водились и лукавые людишки, черные душой и так же страстно ненавидящие сидящих в царских палатах особ, но пока они не кричат об этом во все горло, пусть ходят под солнцем в руками, ногами и, собственно, языками.
Об отце же...
Тайвин славился крепкими нервами и невероятным терпением. Его редко можно было вывести из себя, однако, дойдя до точи кипения, владыка Утеса Кастерли мог лишь своим гневным взглядом поставить человека на место. И лучше не заставлять его кричать. В гневе он не слышит никого, кроме себя, кроме своей правды. И да, он слишком самонадеян. Серсея не сомневалась в силах её семьи, однако властный отец никак не желал дать ей свободу действий. Потому что она женщина.
В этом он так походил на Роберта, что королеве то и дело хотелось прочистить желудок.
В Дорне уважают женщин? Именно поэтому мою девочку до сих пор не растлили их местные мальчишки?
Вряд ли. Однако Оберин чересчур спокойно отзывается о Мирцелле и даже глазом не ведет в сторону, словно уходя от ответа.
Мирцелла писала ей, да. Редко, но довольно красочно. Вопреки этому факту львица-мать не могла поверить всем словам дочери. Дочь еще слишком юна, чтобы понимать всю правду мира, в котором она живет и расцветает. Она не понимает, что за каждой красивой ухмылкой и медовыми словами может скрываться отравленный кинжал.
Или копье.
- Десница считает, что ожиданиями он сможет укротить ваш пыл, вспыхнувший по прибытию. Согласитесь, что было бы не очень вежливо убивать еще и его личную охрану, если та, вдруг, вам не понравится.
Впрочем, вероятен и другой исход. Принц такими темпами просто потеряет терпение и сорвется на ком-нибудь из членов её семьи. Если на Тирионе, то, черт с ним, пусть хоть кожу с него живьем сдирает, женщине плевать, однако если дело дойдет до рукоприкладства, скажем, с её сыном, то дорнийца резво уведут под загорелые ручки в подземные казематы.
Не то, чтобы ей очень хотелось ссоры с южным народом, тем более не тогда, когда её дочь находится в самом сердце их змеиного гнезда.  Она бы соврала, если сказала, что не печется о выгодном союзе, но водился за ней грешок азартности. Чего юлить, увидеть гордый народ на коленях - дорогого стоит.
Если вы окажитесь не таким благоразумным, Ваше Высочество.
- Позвольте спросить, какого же удовлетворения вы требуете? Выдать вам нашего верного слугу, что... нанес вам столь глубокую душевную рану?
Что такого мог пообещать её отец, чтобы принц самолично заменил на свадьбе Джоффри своего брата? Трон? Может, наложников каких из борделя Бэйлиша? Такое пятно на самолюбии обычно оттирается лишь мщением и смертью.
Кроваво-красное вино красиво заблестело, сливаясь с упавшим в бокал лучиком солнца. На душе королевы внезапно стало очень легко. Если Мартелл до сих пор лелеет мечту отомстить, то у них обоих сейчас, как минимум, имеется общая цель: убрать Тайвина с дороги. Серсея будет лучшей правительницей и сможет обеспечить положительный результат переговоров. Дорн как минимум станет держаться в нейтралитете, если вдруг где всплывет маленькая мерзавка с белесыми патлами.
Дейенерис... Интересно, как она выглядит, эта якобы драконья королева? Наверное, красива, как и в преданиях ведьмы.
- Я бы хотела повлиять на ваш с отцом договор, но, увы, он считает меня не настолько важной особой, а ведь я его дочь. Не извозчица.

+1

10

«Остудить пыл». «Залечить душевную рану». Оберин молчал, изо всех сил сжимал в руке кубок, старался не шевелиться и молчал. Вместе него королеве ответила жалобно звякнувшая о стол металлическая чаша и пролитое вино – когда Мартелл резко разжал руку, кубок не устоял на погнутой ножке. Черные глаза впились в лицо королевы, и вся показная придворная любезность была забыта. Если Серсеря не могла прочитать по этому взгляду, что Оберин сейчас желал смерти всем Ланнистерам вообще и конкретно ей в отдельности, то она зря прожила столько лет во дворце. Потому что в этот момент он – нет, ненавидел, - он презирал ее. Он осознал, что она так же безнадежна, как и ее отец, как и вся их проклятая львиная свора. Чужая честь и чужое горе, очевидно, значили для нее не больше, чем обещания и клятвы для ее брата – цареубийцы.
  «Интересно, а все, что ты плела мне только что о Мирцелле – это тоже чушь? Ты думаешь хоть о ком-то, кроме себя?»
  Если о ком-то королева Серсея все-таки заботилась, то, очевидно, точно не об отце. Оберин выслушал ее последнюю реплику и холодно усмехнулся:
- Как жаль, что мы не в сухом Дорне. Там вы были бы как минимум законной наследницей Кастерли. А может быть и полноправной правительницей Вестероса.
  Улыбка Оберина стала чуть шире и чуть приветливее. Или саркастичнее – все зависело от угла зрения. Оберин не сомневался, как ее увидит королева. Он почувствовал знакомый прилив ядовитого веселья и откинулся обратно на своем стуле.
- Жаль, что ваш отец не считает нужным вводить вас в курс семейных дел. Тогда, может быть, вам не пришлось бы тратить время на этот разговор и переводить на меня такое редкое арборское вино. Дорниец все равно не сможет его оценить. А вся загвоздка в том, ваше величество, что мне нужен не только тот самый верный слуга, который преданно выполняет приказы. Мне нужна справедливость. Я хочу знать, кто отдал приказ. Убить. Мою. Сестру, - последние три слова он выговорил медленно и очень четко.
«Ту самую женщину, которая когда-то отобрала у тебя трон Таргариенов и этого прекрасного белокурого принца в рубиновой броне. И не думай, что планы Тайвина были тайной за семью печатями – и его, и твое разочарование было написано в день свадьбы большими золотыми буквами на ваших бледных лицах».
  Воспоминание о дне свадьбы снова наполнило его грустью. Элия была такая красивая, такая… влюбленная. Она верила, что обрела невиданное счастье, а на самом деле попала в медвежий капкан. В львиное логово, если точнее.
  Потому что, на самом деле, все его разговоры о расследовании были таким же лицемерием, как и сетования Серсеи о недальновидном отце. Весь Вестерос знал, кто и зачем шестнадцать лет назад приказал убить Элию и ее детей. Об этом до сих пор рассказывали в тавернах. Клиган, этот проклятый бешеный пес, послушно принес изуродованные тела беззащитной женщины и маленьких детей своему мастеру, а тот потом завернул их в свой бархатный алый плащ и понес, как подарок Роберту Баратеону.
И сейчас Оберин приехал, чтобы требовать справедливости от того, чью голову по этой самой справедливости надо было насадить на пику! Это было почти смешно. Почти. Злая ирония была повсюду в этом проклятом месте, так через минуту Оберин уже снова улыбнулся и поднял взгляд на Серсею.
-  Но, кажется, справедливости в этом городе так же мало, как и уважения к женщинам.

Отредактировано Oberyn Martell (26-12-2017 21:55:57)

+1

11

О, она, очевидно, надавила на тот самый больной уголок сознания Мартелла. Как он глазами-то засверкал! Как дрогнули уголки его губ, заминаясь в нелепой попытке сдержать ярость!
Южный принц старался сдерживать себя, но Серсея, как это было очевидно даже дураку с ушами и очами, не стояла в его глазах выше Тайвина. Хоть он так услужливо и разливает мелодичные трели про уважение и равноправие, ему ничего не стоит копьем проткнуть сидящую перед ним женщину. Если бы не царская территория. Её территория. За убийство королевы его ждет мгновенная казнь. Не исключено, что отец придумает за такую дерзость еще что похуже.
Оберин прекрасно понимал, в каком он сейчас положении. А золотоволосая наслаждалась тем, какой эффект она производила елейностью в своем голосе и насмешливой переменой тонких черт в ухоженном лице. Уже намеренно. Она любезна с ним только потому, что в лапах дорнийских развратников её дочь. Её кровь и плоть. Ей плевать, кто там убил его сестру - это верно. Ей плевать на то, кем он себя мнит и кем считает себя его женщина. Ей плевать, насколько сильно он ненавидит её отца и весь её род.
Ей дороги дети.
Ей дорога власть.
Мелочи жизни подождут.
- Вы ищете справедливости здесь? Среди столь ненавидимых вами врагов?
Женщина даже не старалась выгнать из своего голоса издевку. На лице же буквально написано было - Семеро, как ты жалок! Насмешливая ухмылка на поджатых губах переросла в хищный оскал, однако Ланнистер разрешила себе оторваться от созерцания реакции Мартелла и допить остатки вина из своего бокала. Несколько сладких капель. Вкусы у всех разные. На вино, на жизнь, на владения. И взгляды в политике дома крайнего юга и ближнего севера - тоже довольно сильно разнятся. Именно кардинальные различия влияют на слова, взгляды, мнения.
Южный принц считает её как минимум не слишком достойной разговора с ним. Возможно, даже с радостью умертвил бы Мирцеллу, не будь та божьим одуванчиком. Он пойдет на все, чтобы добиться цели, несмотря на запреты и сложность. В этом они, к слову, схожи. Интересно, как скоро Мартелл это поймет?
Глупец. Хочешь играть по своим правилам - делай это, по крайней мере, тактично.
Впрочем, показалось, что принц сменил гнев на милость. Или же попросту сбавил обороты. Прикусил язык. Даже кулаки его перестали белеть от натуги.
Оставив пустой бокал на столе, королева поднялась на ноги и теперь одаривала своего гостя не менее язвительным взглядом, чем его собственный. Львица не ощущала ничего, кроме прилива невероятной бодрости. Надменная выдержка позволила ей еще раз глубоко вздохнуть - сладко потянувшись плечами и втянув носом солоноватый воздух, - после чего притворно покачать головой.
- Жизнь - вообще несправедливая штука. И дело совсем не в моем отце или вашем желании отомстить нам. Быть может, тому причиной даже не мой покойный муж. Мы сами распоряжаемся своей судьбой, - сцепив перед собой руки в замок, она слегка склонилась вперед, - Я бы тоже хотела отомстить, но... сейчас, полагаю, не самое лучше время для попыток нажить себе еще больше врагов. Навязывать свои правила в Гавани у вас не получится, а дебоширов тут очень не любят. Тем более - приезжих.
Удар ниже пояса, надо полагать? Если и так, то Оберин хорошо держится. Ему же лучше.
- Хорошего вам дня.
Под этими словами была слышна неприкрытая усмешка, а сама королева не сделала даже намека на реверанс. Подобрав юбки и не удостоив более южанина каким бы то ни было взглядом, она вышла с террасы. Попутно она продумывала возможности разузнать о его спутниках как можно больше. Нужно же иметь козырь в рукаве?
Власть всегда должна быть начеку, а с песчаными змеями - и подавно.

+1


Вы здесь » TimeCross » the 10kingdom [архив эпизодов] » What do you know about honor? [Game of Thrones]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC